Глава XXXVI

Глава XXXVI Долгожданный дом Бернадетта де Кьяри 1693 год Южный океан, часть русалочьих вод Солнце едва-едва выползало из-за невзрачной линии горизонта, когда шлюпка уже отплывала от «Свободы». Мистер Кортленд и мисс Обри налегали на весла, Адель беспокойно смотрела в сторону острова, а сама Бернадетта пристально смотрела на воду. Она знала, что где-то под ее толщей плавают свирепые берегини . Прежде чем выдвинуться в путь, они все вооружились серебром – каждый уважающий себя моряк знал, что оно отпугивает хвостатых тварей. Нож с серебряным острием достался Бернадетте от Чайки, которая перед отплытием с Убежищ купила шесть специально заказанных для этого путешествия предметов для обороны. От болезненных ожогов спасала лишь деревянная рукоять. Но, казалось, что даже дерево сейчас обжигало ее ладонь, где остались небольшие шрамы от самого первого раза, когда ей пришлось держать этот сплав, чтобы обрести новые ноги, способные стать хвостом. Плыли они в полном молчании. Лишь шорох воды нарушал эту тишину. Удивительно, но в небе даже не кричали ранние птицы. Бернадетта успела позабыть, а были ли они вообще на острове животные или, кроме русалок, там не было никого живого… Память ужасно стала подводить ее с того мига, как она обернулась девой. – Вы знаете, как нужно провести ритуал, капитан? – налегая на весла, Николас украдкой посмотрел на Хортенсию. Та была хмурой и сосредоточенной. Может, переживала. А может предчувствовала, что затея выйдет ей боком. – Мы должны найти водопад – первоисточник рожденной русалки. Я должна буду зайти туда, найти растение с синими листьями и, выжав из него сок, нанести его на метку. Это должно будет уничтожить ее и разорвать сделку, – спустя минуту молчания отозвалась Обри. Ее так легко было ввести в заблуждение. Капитанша-то думала, что нашла всю эту информацию в многочисленных и разных библиотеках, собирая ее по крупицам. Наивная. Одежда была порвана едва ли не до лохмотьев. Сама же их обладательница, слабо оказывая сопротивление, кусала губы в кровь, пытаясь увернуться от ледяных рук, нещадно оставляющих на ее теле следы и ссадины. Ее названые сестры всласть глумились над капитаншей, сначала целуя, сжимая горло до тех пор, пока глаза ее не закатывались, а после плевали ей в лицо, называя самыми ласковыми словами. Им явно нравилось передавать человеческое тело из рук в руки, позволяя каждой из сестер оставить отметину, царапину и синяк на этой милой смуглой от солнца коже. – Запоминай, милая, внимательно запоминай: пересечешь горизонт «Никогда» и окажешься в водах Илиады. На острове найдешь водопад – первоисточник рожденной русалки. Проникнув за его пределы, обнаружишь растение с синими листьями. Его сок избавит тебя от сделки со мной. – голос Мэрил звучал вкрадчиво и ласково. Восседая на своем троне, она лениво покачивала хвостом, наблюдая за тем, как одна из русалок острой ракушкой срезала кусочек кожи с груди капитанши, пока другие выворачивали ее конечности с неистовой силой, рискуя, если не сломать их, то как минимум вырвать из суставов. – Русалочий род боится серебра. Запоминай, бравая капитанша, запоминай внимательно. Учитывая состояние Хортенсии, она вряд ли в целом воспринимала сейчас всю произносимую информацию, но кайманесса продолжала повторять одни и те же фразы своим хриплым голосом. Она намеренно вбивала их ей в голову, чтобы после ее жертва подумала, будто бы сама обнаружила эту ложную информацию. Ей ведь нужно было как-то подтолкнуть капитаншу к тому, как добраться до Русалочьей обители и «найти свое избавление». Если бы в тот раз память не подвела Хортенсию Обри, она бы ни за что не согласилась на опасное путешествие. Кендра была одной из тех, кто вынес ее бессознательное тело на берег, бросив его на песке. И, прежде чем вернуться в море, младеница воды наклонилась к бледному лицу пиратки, обнажая свою пасть с острыми клыками. – Мы еще встретимся, капитан. Спустя полтора месяца на борт «Свободы» ступила беглая аристократка. – Надеюсь, все пройдет хорошо, – отозвалась задумчивая старпом, на чьей груди висел серебряный крестик. Скорее всего, раньше у нее был деревянный, но со временем и появлением средств, она смогла купить себе такой и сейчас выставила его на всеобщее обозрение. – Иначе и быть не может, – согласился корсар, быстро оглянувшись в сторону острова – до него оставалось плыть примерно две мили. Чайка с благодарностью посмотрела на Адель и Ника, чуть улыбнувшись. Правда, спустя секунду улыбка сползла с ее лица, оно стало тревожным. И неудивительно, ведь шлюпка со всей силы пошатнулась на волне, накренившись на левый борт и лишь чудом не перевернулась. А из воды мигом показалась клыкастая свирепая пасть русалки. Мокрые темные волосы облепили ее лицо, на голове виднелся плавник, а светлые глаза с вертикальными зрачками смотрели с ненавистью и злостью. Открыв рот, полный острых зубов, она пронзительно закричала и, схватившись перепончатыми руками за борт шлюпки, с невиданной силой толкнула ее в сторону так, что часть воды оказалась внутри. Бернадетта первая пришла в себя. И, недолго думая, схватила нож, припечатывая его лезвие в шею названной сестры. Зашипев от боли, берегиня вмиг отпустила шлюпку, прижимая руки к шее и скрываясь под водой. Вероятнее всего, чуть позже она решит вновь напасть. Бернадетте стало не по себе от содеянного, но она знала, что так было необходимо сделать. Русалка оклемается и простит ее, а вот если кто-то из присутствующих сейчас заподозрит что-то неладное, то худо придется всем. – Ужас… – прошептала Кидд, судорожно перекрещиваясь и с отвращением смотря на воду. Все были в шоке от увиденного. А ведь это они еще не ступили на сам остров… – Мисс де Кьяри, у Вас очень быстрая реакция, – пробормотал Кортленд, придвигаясь чуть ближе к Кидд, видимо, пытаясь ее таким образом чуть успокоить. – Благодарю, мистер Кортленд… Не говорить же ему о том, что она попросту учуяла русалку и по колебанию воды поняла, что скоро на них нападут. Морские хищницы давно уловили витавшее над водой беспокойство с запахом свежей крови, вот и решили припугнуть путешественников. Естественно, ни одна из стаи не посмела бы напасть на людей в шлюпке и уж точно ни одна из них не посмела бы причинить вред Хортенсии Обри. Они все знали приказ Мэрил. И нарушение этого приказа могло обойтись русалке медленной и мучительной смертью. Прежде чем они доплыли до Илиады, на шлюпку нападали по меньшей степени еще раз шесть. Каждая русалка старалась перевернуть лодку, прикоснуться к кому-нибудь из сидящих внутри или нанести увечье. После второго такого нападения Николас передал весла Адель, забрав у нее серебряный изящный топорик, сообщив, что будет отбиваться от каждой русалки. Кидд, на удивление, ничуть не была против. И вот, спустя где-то тридцать пять минут, шлюпка наконец мягко стукнулась о влажный песок острова. Спустя много месяцев Кендра вновь оказалась дома.