35 глава

- Господин, все хуже, чем мы могли предположить! – Склонившись пред ложей господина, слуга опустил голову, дожидаясь ответа от Владыки. Сделав глоток эля, мужчина усмехнулся и проведя рукой по обнаженной женской спине, произнёс:

- Не томи, Джоаш. В чем проблема?

Приподнявшись на кровати, полуобнаженная девица потянулась к Владыки, их губы соприкоснулись в страстном поцелуе. Её губы расплылись в улыбке. Он откинул волосы назад и поцеловав в шею, заставил лечь обратно.

-Я... Я почувствовал всплеск магии и уверен, что вы тоже... - Неуверенно проронил Джоаш, его лицо покраснело. Подобное зрелище ему явно было не по душе, но возразить он ничего не мог.

- Да, ты прав, вот только не вижу причин для беспокойства. Это могло быть что угодно, даже неудачный эксперимент. – Рассмеявшись, Владыка сделал очередной глоток эля и в этот момент почувствовал дикую боль. Истошный крик, бокал выпал из рук на пол и разбился в дребезги. Девушка, схватив одеяло быстро прикрылась, в страхе встав с кровати. Джоаш подорвался с места, подбежав к своему господину.

Владыка, сжимающий щеку, взглядом искажённым от боли, только и смог вскрикнуть:

«Что за чертовщина?» Внезапно в дверь ворвался гвардеец, взволнованно дыша, словно сам только что бежал сквозь огонь.

— Господин! Все хуже, чем мы могли предположить! — его голос дрожал от напряжения. — Та девчонка, сбежала из комнаты!

Владыка резко повернулся к Джоашу, гнев его нарастал.

«Так значит ты захотела поиграть со смертью? Забавно!»

Либрис с трудом поднялся с кровати и одевшись в рубашку и штаны, схватил меч, стоявший подле кровати, и покинул комнату.

Проходя по коридорам дворца, Кайнаэль с ужасом разглядывал каждую часть. За эти года, это место изменилось до неузнаваемости. Некогда, казалось, наполненные цветами, коридоры приобрели мрачные вид. Ренэрин держалась подле отца, стараясь не отходить от него, неся в руках Ирви. Внезапно, селунис оставшийся на шее Кайнаэля засветился и тот, резко заведя дочь за спину выхватил меч из ножен направив его в сторону одного поворота. Вначале девушка не поняла в чём дело. Но все встало на места, когда из тьмы появилась фигура. Черные волосы сползали по белоснежной, на половину застёгнутой рубашке. Кроваво-красные глаза сверкнули любопытством.

- Неужели. Разве это не мой «дражайший» братец, и его отродье здесь. А я тебя явно не до оценил, малышка. – Губи Владыки расползлись в ухмылке.

- Либрис, зачем ты это делаешь? Для чего? – Кайнаэль выставил меч перед собой, не сводя глаз с Владыки.

- Зачем, спрашиваешь? – Либрис медленно, словно наслаждаясь моментом, шагнул вперед, его черные волосы развевались, создавая вокруг него ореол таинственности. В его голосе слышалась издевка, смешанная с неприязнью. – Подумай сам, Кайнаэль. Ты так долго прятал эту девчонку, подвергнув себя гибели. Что мне остается, как не забрать то, что принадлежит мне по праву? К твоему сведенью, это отродье обладает той силой, которой даже управлять не в состоянии. Что хорошего она принесёт для Роксизии?

Кайнаэль стиснул зубы и напрягся, чувствуя, как энергия уходит из его тела, когда он сжимал рукоять меча сознанием, что перед ним стоит не просто брат, а его противник, способный на худшее.

- Моя дочь, не отродье и тебе бы стоило почтительнее относится к единственной наследнице трона.

- Наследнице? – Либрис резко рассмеялся, его смех был холодным и жестоким. – Она внебрачная полукровка. Тебе ли не знать о том, что подобные ей не имеют права для того, что бы наследовать престол.

- И уж не тебе его занимать, Либрис.

Не сдержав гнев, Владыка ринулся в битву. Кайнаэль ловко парировал атаку, оттолкнув Ренэрин. Их взгляды встретились. Схватка разгорелась с неистовой яростью. Либрис был ловким противником, его удары стремительные и точные. Кайнаэль напрягал все свои силы, защищая не только себя, но и Ренэрин, которая наблюдала с ужасом за происходящим. Каждый проходящий миг увеличивал напряжение, их мечи звенели, как колокола.

- Ты не понимаешь, Кайнаэль! – выкрикнул Либрис, отступая на шаг, чтобы собраться с силами. – Трон принадлежит только самым сильным, а ты, как всегда, проявляешь слабость. Твоя дочь – лишь бремя для нас.

- Я защищаю её, потому что она – будущее нашего народа! – ответил Кайнаэль, почувствовав прилив решимости. Не смотря на усталость, он бросился вперед, его меч вновь встретился с оружием брата, издавая оглушительный звук. В их противостоянии не было места для размышлений. Каждое движение было насыщено ненавистью и недоверием, а рядом с ними облака силы и судьбы сгущались, готовые вмешаться в исход схватки. Понимая, что Либрис не сдастся, Кайнаэль остановил меч Владыки и сняв с шеи селунис, кинул его дочери.

- Быстро отправляйся в левое крыло дворца! – Дрожащим голосом прокричал Кайнаэль.

- А как же ты? – Сжимая селунис в руках, проронила Ренэрин отступив назад.

- Я буду в порядке, уходи!

Ренэрин, держа в руках Ирви и сжимая селунис, бросила последний взгляд на отца. Его лицо было решительным, но в глазах читалась боль. Она развернулась и побежала по коридорам, её шаги эхом отдавались в пустых залах. Сердце колотилось о грудь, каждый поворот казался ловушкой. Воздух становился всё тяжелее, словно сам дворец не хотел её отпускать.

Кайнаэль тем временем продолжал сражаться с Либрисом. Мечи их соединялись в блестящих искрах, а вокруг всё погружалось во мрак. Каждый удар был наполнен яростью. Владыка внезапно сделал выпад, который заставил Кайнаэля отступить к стене. Там он споткнулся о старый ковёр, и его меч вылетел из рук. Либрис приблизился, усмехаясь, подняв своё оружие для решающего удара.

— Ты всегда был слишком мягким, братец, — прошипел он, опуская меч. Руки Кайнаэля дрожали, но в какой-то момент, тот отпихнул Либриса ногой в живот, тот со всей силы ударился о стену. Кайнаэль с трудом поднялся на ноги, но внезапно его бок закололо и тот с трудом держась на ногах, отшатнулся. Он чувствовал как кровь стекала по телу, огненная боль не давала ему покоя, Либрис лишь ухмыльнулся.

- Эта хвалённая любовь... Приносящая лишь одну боль, но ты, даже спустя столько лет забвения, всё не унимаешься! – Либрис вновь ринулся в бой. Кайнаэль парировал удар, но в какой-то момент, меч прошёлся по его плечу. Кровь стекала по руке. Король схватился за рану, смотря на брата. На лице Владыки сияла ухмылка. – Знаешь, какая между нами разница? В том, что я могу без раздумий убить тебя, а ты совершил серьезную ошибку много лет назад.

Кайнаэль стиснул зубы, с трудом сдерживая боль. Каждое слово Либриса было ядовитым уколом в его сердце. Он знал, что его брат прав: их пути разошлись не только физически, но и морально. Кайнаэль всегда искал дорогу к пониманию и любви, в то время как Либрис выбрал путь силы и господства.

— Ты не понимаешь, чем пожертвовал ради этой любви, Либрис! — произнес он, пытаясь собраться с силами для ответной атаки. — Я не позволю тебе разрушить всё, что мы построили!

Либрис лишь усмехнулся. Он сделал шаг вперед, стараясь навязать доминирование. Каждый его удар был целеустремленным, как будто он скидывал всю свою ненависть на брата.

— Прежде всего, в этом мире нет места для слабостей, — произнес он, нанося новый резкий удар. Кайнаэль парировал, но чувствовал, как его силы истощаются. Запах крови и пота наполнял воздух, смешиваясь с напряжением, которое окутывало их, как туман. Кайнаэль резко уклонился, и меч Либриса прошел в воздухе мимо него. Он чувствовал, что время на исходе. С каждым мигом он всё больше понимал, что не сможет победить брата в открытом бою. Но в его сердце зажглась искра надежды.

— Ты забыл, что я всегда был не только твоим противником, но и твоим братом, — сказал он, переводя дух. — Я не собираюсь убивать тебя, но твои действия ведут нас к гибели!

Либрис остановился, на мгновение его взгляд омрачил мысль о том, что он теряет связь с братом, о котором когда-то заботился. Но ненависть, зияющая в его сердце, держала его на краю.

— Да, но ты не понимаешь, что наша кровь уже пропитана грехами, как и твоя дочь. Если ты не упадешь, я не остановлюсь, пока ты не окажешься у моих ног, как и подобает слабому.

Кайнаэль, почувствовав, что время выдохлось, собрал свою волю в кулак. Его меч обрел новую силу. Взгляд его сосредоточился на Либрисе. Лязги мечей вновь заполнили тёмный коридор, со стороны улицы доносили душераздирающие крики, пропитанные болью и страданиями.

***

Не оглядываясь назад, Ренэрин стремительно продвигалась по пустым коридорам дворца, её шаги звучали эхом в тишине, словно одиночество самой ночи. Селунис, словно проводник, освещал путь мягким серебристым сиянием. Он окутывал её, как нежный покров, указывая направление к залу. Каждый проход, поросший пылью забвения, хранил в себе отголоски прошлого и невысказанные тайны. Ренэрин не позволяла себе задумываться о том, что осталось за спиной. Вместо этого она сосредоточилась на свете селуниса, который мягко направлял её вперёд. Казалось, из каждого угла за ней следили чьи-то глаза, но стоило лишь повернуться, как там было пусто. Сердце бешено колотилось, всякий раз, когда страх начинал овладевать Реной, нежный свет селуниса словно успокаивал её. С каждой новой секундой звуки битвы снаружи становились всё громче. Крики, лязг металла и удары копий напоминали о том, что мир вокруг продолжал гореть в ярости. Но Ренэрин, не поддаваясь панике, углубилась в свои мысли, представляя, как её шаги ведут к истине, к ответам, так долго скрывавшимся в тенях.

Когда она достигла огромных дверей зала, румяный свет проникающего огня осветил её лицо, а само полотно казалось живым, переплетаясь тенями. Ренэрин толкнула двери, но те не поддались, до её ушей лишь донёсся глухой звон цепей. Девушка сделала глубокий вздох и попыталась отпереть замок с помощью магии, но все попытки оказались провальными. Она осмотрелась по сторонам. Позади висела один из портретов прошлых королей. Она внимательно присмотрелась к нему. Что-то в нём было не так. Прошлые портреты, висевшие во дворце, отличались какой-то сдержанностью: Правители на них были разодеты в дорогие костюмы, украшенные золотыми украшениями и разными медалями, но мужчина на этом портрете был одет в окровавленные доспехи. Серебристые глаза и чёрный цвет волосы. Этот образ сильно отличался от тех, про которые рассказывал Аракано.

«Это принц, Уилл, - в подсознании послышался чей-то голос. Ренэрин немедля осмотрела коридор, но помимо её и Ирви там не было. Девушка опустила взгляд на вуку, тот, словно расстроенно, смотрел на портрет. – Он был одним из первородных, унаследовавшим силы тьмы и света. Легенда об этом правители разошлись по Роксизии, слагались сотни баллад и сказаний.»

Окровавленный меч, словно указывал куда-то в строну. Рена повернулась туда и подойдя ближе к противоположной стене, где был выгравирован полумесяц, она осторожно поступала по камню, послышался звук пустоты. Она осторожно попыталась достать камень голыми руками, но это не принесло каких-либо результатов. Она ещё раз попыталась воспользоваться магией, на этот раз всё прошло более успешно. Камень упал на пол, а перед глазами Ренэрин показался ключ, лежащий на каком-то свитке. Рена взяла ключ и развернулся свёрток, но написанное ей было не разобрать. Послание было на Роксизианском языке. Пусть девушка могла говорить и понимать других, но вот читать от руки написанный текст, было слишком тяжело. Она убрала свиток в сумку и подойдя к двери, открыла замок. Цепи спали и массивные двери с глухим рокотом открылись, обнажая великолепие, которое когда-то было символом силы и величия её рода. Внутри зала её взгляд мгновенно привлёк таинственный алтарь, на котором лежали старинные свитки, иссечённые временем. Они манили её, словно ожидали, что именно она сможет разгадать их молчаливые секреты. Ренэрин сделала шаг вперёд, и зала наполнился предвкушением. Прижав уши, Ирви медленно прошёл вперёд, обнюхивая пространство. Девушка медленно зашла следом за ним, эта комната, казалось, была ярче всех других помещений дворца.

«Почему здесь все отличается от комнаты, в которой я находилась?» - С каждым шагом, Рена смотрела то в одну часть комнаты, то в другую.

«Владыка сделал дворец больше подходящим для теней и терраликсов. Свет отпугивает их и поэтому, они стараются выходить лишь в темноте.» - Вновь послышался тот же голос.

«Ирви, - на лице Рены проскользнула улыбка, - почему ты до сегодняшнего дня молчал?»

«Я говорил, но ты меня не слышала. Не знаю, как это получилось, но я рад что теперь могу тебе что-то рассказать.» - Малыш посмотрел на свою хозяйку и продолжил идти с ней в одну ногу.

Как только они дошли до алтаря девушка поднялась на пару ступеней и убрав свитки обнаружила легкое углубления для ножки грааля.

«И как же мне пробудить магию этого места без грааля?» - Она тоскливо глянула на алтарь и провела по нему пальцами. Кончиками она почувствовала выгравированные символы. Немного поднеся руку к лицу, она заметила пыль на пальцах и недолго думая сдула ей с алтаря. Перед глазами показались символы, на первый взгляд в низ не было ничего не обычного, но через пару секунд, присмотревшись она словно услышала голоса, шептавшие ей что-то на ухо. В начале слова были не разборчивы, но по мере того, как девушка вслушивалась в них, она будто начинала понимать смысл.

«Сила первородных... Используй силу первородных.»

Девушка подняла глаза и на противоположной стороне алтаря стоял Уилл, словно сошедший с картины. Его замученный взгляд, словно смотрел в душу. Рука, холодная как сталь, коснулась тыльной стороны ладони Ренэрин и тот посмотрел на алтарь. Три из восьми символов засветились серебристым светом. Он положил вторую руку, с другой стороны, Рена не уверенно подняла руку и положила по верх руки Уилла. Загорелись другие три символа, но два оставались еле заметными для человеческих глаз. Ренэрин присмотрелась к символам: Они были очень похожи между собой, как будто это один символ изображенный по разному.

«Эти символы объединяются в один, - прошептал Уилл, его голос стал более резонирующим, словно отражая весь зал. – Они представляют две силы: свет и тьму, которые вечно соперничают, но при этом живут в гармонии. Ты должна позволить им слиться и пробудить силу первородных».

Ренэрин почувствовала, как энергия, исходящая от алтаря, возрастает. Она вспомнила слова легенды о том, что только тот, кто обладает истинным сердцем, может управлять этой силой. Эту легенду она вычитала из книг на корабле, когда они пересекали океан. Девушка закрыла глаза, глубоко вдохнула и сосредоточилась на двух символах, которые оставались тусклыми. Она вспомнила об уроках, которыми обучали маги одной из гильдии, о сложности выбора между добром и злом.

«Я знаю, что эти символы связаны с выбором, - произнесла она, открывая глаза. – Возможно, они указывают на то, что я должна сделать».

Уилл кивнул, его серебристые глаза сияли в свете алтаря.

«Да, именно. Ты должна оценить свой внутренний мир. Выбор, который ты сделаешь, определит, как сила первородных пробудится в тебе, и каким образом ты сможешь использовать её. В тебе есть свет, Рена. Но также и тьма. Найди баланс».

С этими словами девушка ощутила, как сердце её затрепетало. Она пустила взгляд по залу, вновь глядя на символы. Каждое из них, даже тусклые, были частью её самой.

«Как же мне объединить их? Как мне пробудить силу?» – спросила она почти шёпотом, отчаянно желая понять то, что должно произойти.

«Душа первородных, похожа на проводник. Установи связь с тьмой.» – Произнёс Уилл, и его голос наполнился силой.

Рена старалась успокоить своё беспокойное сердце, пытаясь представить себе нити, связывающие её и эти две силы. Перед глазами словно появился мост, одна половина была белоснежной, точно облака, медленно плывущие по голубому небосводу, а другая, черная, словно беспроглядная ночь, что не способна освятить даже самая яркая луна. Она посмотрела под ноги и сделала не уверенный шаг по белоснежному мосту. Казалось, вот сейчас он сломается под ней, раствориться в воздухе, как мираж, но по ощущениям, он ничем не отличался от прочного, каменного моста. Она старалась идти медленно, мост будто растянулся на сотни миль вперёд, а внизу не было ничего кроме мрака и тьмы.

«Тени.» - Послышался голос с середины моста. Рена остановился на границе тьмы и света, по другу сторону, стояла точная копия Ренэрин и лишь волосы с глазами отличались. Она медленно повернулась на Ренэрин, но взгляд девушки не был таким же, как и у Либриса.

Наоборот.

Он был проницательным и нежным, пропитанный какой-то любовью. Она подошла к границе, приблизившись к Ренэрин. Они какое-то время смотрели друг на друга, а после тёмная сторона протянула Ренэрин руку.

Девушка колебалась, глядя в проницательные глаза своего двойника. Взгляд тёмной стороны словно звал её, обещая понимание и силу, которых ей так не хватало. Сердце девушки забилось быстрее; она чувствовала напряжение, словно между ними возникала невидимая нить, связывающая свет и тьму.

«Ты знаешь, что нужно сделать», – прошептала тень, голос её был мелодичным и убаюкивающим.

Собравшись с духом, Рена сделала шаг вперёд. Её ладонь встретила тёмную руку, и в этот момент мир вокруг них наполнился яркими вспышками. Символы на алтаре начали сверкать, заполняя пространство энергией, которую она никогда раньше не испытывала. Это было как слившиеся потоки света и тьмы, создавая единое целое.

Яркий свет наполнил комнату. Устремляясь в сердце дворца.