Глава 40

До сегодняшнего дня слово «коронация» вызывала во мне лишь теплые чувства, навеянные старыми диснеевскими сказками. Обычно она всегда являлась главным атрибутом счастливого финала, как символ обязательной победы над злом. Принцессы получали своих принцев, безграничную власть и любовь подданных, а враги, конечно же, оказывались повержены либо заточены в темницах до скончания веков. Но к сожалению, все эти сюжеты не имели ничего общего с моей историей. Злодей не только не был побежден, но и, очевидно, уже готовил свою армию для нападения, и как бы я не хотела сохранить оптимистичный настрой, у нас не было ни единого шанса против него. Нет, шанс, кончено же, был, но, никто, кроме самого Маркуса, не мог знать, где же найти тот самый волшебный источник, способный возродить силы Клетуса.

Принца на горизонте тоже не было, а единственный человек, который подходил на эту роль, до сих пор ограничивался лишь томными взглядами и героическими фразами, сбивающими с толку. Конечно, мне очень нравилось ощущать это волнение, находясь рядом с ним, но прагматик в моей голове отчаянно кричал о том, что без конкретных действий, это все являлось не более чем игрой. И я не могла не согласиться с этим.

Любовью народа я тоже не обзавелась, а некоторые мои решения и вовсе, казалось, вызывали у них лишь гнев и открытую неприязнь. Вспомнить хотя бы недавнее происшествие во дворе замка. Для них я была лишь пустой и, очевидно, безмозглой оболочкой — контейнером с драгоценной кровью, который важно было сохранить в целостности для их счастливого существования. Но как бы оскорбительно это ни звучало на первый взгляд, я не могла не радоваться тому, что моя жизнь была приоритетом как для народа Энтаруса, так и для самого Маркуса.

Все утро я провела в спальне, позволяя десяткам служанок творить безумство с собственным телом и волосами. А их было более чем достаточно. Бесконечные обмывания ароматными отварами, втирание душистых масел, прическа, маникюр и еще множество раздражающих мелочей, от которых мне так и не удалось отказаться. В какой-то момент, рассматривая себя в зеркале, я чуть не расплакалась, понимая, что хотела бы в этот день видеть рядом с собой не всех этих гостей и даже не своих новых друзей. Я отчаянно скучала по родителям и хотела, чтобы моей подготовкой занималась именно мама, ругая местные средства по уходу и неумелые руки служанок. Хотела бы, чтобы папа, нервно расхаживая за дверью, давал указания стражам, проверяя мою безопасность, а потом бы заперся в библиотеке, обсуждая с Дариусом его любимые теории заговоров. Хотела, чтобы Ник без устали восхищался архитектурой замка и не замолкая сравнивал все это с Игрой престолов или его любимым Властелином колец. Но, конечно же, все это было лишь моими глупыми мечтами, которым никогда не суждено было сбыться.

Поэтому, как только появилась возможность вырваться из цепких заботливых лап, я сбежала, надеясь провести остаток свободного времени в каком-нибудь незаметном месте. Этим убежищем оказалась задняя часть зала для коронации, скрытая тяжелыми бархатными тканями, украшенными символикой королевского рода. Все остальные помещения были забиты прибывшими гостями, которые словно надоедливые тараканы старались занять каждый свободный уголок, чтобы обсудить последние новости королевства.

Я нервно притоптывала в такт незатейливой мелодии, исполняемой музыкантами, расположившимися на небольшом каменном возвышении в главной части зала. Несмотря на то что солнце еще не успело скрыться за горизонтом, светящееся облако уже давно успело заполнять все пространство под потолком. Видимо, таким образом организаторы хотели добавить некого мистицизма всему происходящему, а возможно надеялись, что при дополнительном свете их украшения и натертые до блеска вазы сумеют ослепить гостей, которые с внимательностью ястребов старались рассмотреть любые несовершенства, которые впоследствии можно было обсудить со знакомыми. И хоть мне становилось немного спокойнее, видя, что все их внимание обращено на залы и слуг, я понимала, что все они пришли посмотреть не на них, а на потерянную наследницу. За прожитые годы я научилась не обращать внимания на оценку окружающих, понимая, что чаще всего она не имела ничего общего с действительностью, но все равно не могла справиться с напряжением, раз за разом поправляя идеально уложенные волосы.

Я понимала, что совершенно не была похожа на правителя, для них я была лишь диковинкой, которая была украдена из королевства, и вернулась, чтобы подарить Энтарусу его прежнюю мощь и величие.

Киран намекнул, что после проведения коронации мне не стоит рассчитывать на то, что совет так просто передаст бразды правления и позволит принимать решения в одиночку. С этим, как я понимала, были согласны и жители. Ведь кто, кроме совета, будет бегать за кучкой богатеев, стараясь угодить их прихотям, я уж точно не собиралась этого делать. И все же я хотела верить в то, что некоторые из них были более благоразумны, понимая, что стать хорошим правителем за короткий срок невозможно, а порой этого нельзя было достичь, даже прожив в замке целую жизнь. И все же, несмотря на, возможно, разное отношение к ситуации, объединяло их одно — банальное любопытство.

Я отодвинула часть корсета, неприятно сдавливающего грудь, и заметила красные полосы, оставленные жестким материалом. Платье в которое меня нарядили было, бесспорно, самым красивым, которое я когда-либо видела, но вместе с тем жутко неудобным. Бархатная ткань, благородного темно-красного цвета доходила до самого пола, скрывая любимые кроссовки. Изначально я отдавала предпочтение зеленому цвету наряда, но моя просьба была проигнорирована, в угоду традициям. Они выбрали этот цвет, чтобы отдать дань огню, являющимся одним из символов Энтаруса. Он являлся не только намеком на волшебные силы Клетуса, которые все до сих пор считали вымыслом, но и указывал на горячие и преданные сердца жителей. Но, к сожалению, разглядывая дорогой материал, я не видела никакого огня, на моем теле была лишь бархатистая ткань, пропитанная кровью прошлых правителей. Корсет, который так крепко сжимал мою грудь и ребра, был богато украшен мелкой россыпью драгоценных камней и, казалось, весил целую тонну, едва позволяя удерживать спину в ровном положении.

Сейчас я, очевидно, должна была расхаживать среди гостей, знакомиться и нахваливать их причудливые наряды, стараясь добавить очков в свою пользу, но мне было страшно. Нет, до их подозрительных и снисходительных взглядов мне не было никакого дела, меня не отпускала жуткая паранойя, ведь любой из этих гостей мог оказаться прислужником Маркуса. И я понимала, что в такой суматохе проще всего было нанести удар.

Я положила руку на нож, который был закреплен на моей правой ноге, прикрытый тяжелой юбкой. Пришлось приложить некоторые усилия, чтобы выкрасть его с кухни, пока служанки суетились, готовясь к сегодняшнему вечеру. И хоть я понимала, что вряд ли кто-то в здравом уме стал бы планировать нападение среди такого количества стражи, я не могла избавиться от мысли о том, что убийца мог просто не надеяться на собственное спасение, а для убийства необходим лишь один хороший удар. И хоть я надеялась, что мне никогда не придется использовать не только украденный нож, но и любое другое оружие, понимала, что когда-нибудь это все равно случится.

Аккуратно выглянув из-за своего укрытия, я пробежалась по гостям, стараясь увидеть хоть кого-то знакомого, но обнаружила лишь членов совета, стоявших вдали от оживленной толпы. Они радушно кивали проходившим мимо гостям, попивая из высоких фужеров. Одеты они были в привычные рясы, но в этот раз они были темно-красного цвета, соответствующе торжественному мероприятию.

Эйрана среди них не было. Он, как главный советник должен был произнести торжественную речь и представить меня гостям. А затем собственноручно исполнить то, зачем собственно все здесь собрались — связать меня с каменной короной.

Я знала, что среди гостей было много высокопоставленных персон из разных регионов королевства, руководители поселений, представители богатых семей, владельцы крупных фермерских угодий и ремесленных мастерских. Поэтому стражники были расставлены по всему периметру, а некоторые из гостей даже приехали со своей охраной, которая стояла теперь вдоль стен зала.

Дерека среди них не было. Он как главнокомандующий, хоть и обладал огромным уважением и был приглашенным гостем, предпочел не отдаляться от своих подчиненных. Вместо празднества, он, как и другие, патрулировал периметр и давал распоряжения охране.

От размышлений меня оторвала музыка, которая вдруг стала чуть громче и торжественнее, очевидно, стараясь привлечь внимание собравшихся. За спиной раздались шаги, и ко мне подошел один из стражей.

- Ваше Величество, советник Эйран просил провести вас в место ожидания. Церемония скоро начнется. — Сказал он, низко кланяясь, и рукой, указал в сторону возвышения в противоположной стороне зала. 

Я старалась игнорировать эту часть комнаты, потому что именно там находился трон — мой электрический стул и последнее место, где я сейчас хотела оказаться. Он представлял из себя огромное каменное изваяние, графитового цвета. В некоторых местах можно было заметить красные светящиеся крупицы, и я сразу поняла, что сделан он был из того же материала, что я видела на горячих источниках. Его спинка была похожа на горную систему, о края которой, казалось, можно было порезаться, а место, куда я должна была сесть по окончании коронации, выглядело таким жестким, что я пожалела, что не прихватила из спальни подушку. Несмотря на внутренние протест, я последовала за стражем, который указал мне на место, скрытое от глаз зрителей, где я должна была ожидать, пока Эйран будет произносить речь.

И вот, музыка заиграла громче, заставляя собравшихся посмотреть в сторону трона, куда под звуки аплодисментов вышел советник. Несколько минут потребовалось для того, чтобы гости успокоились и позволили Эйрану начать речь.

- Дорогие жители Энтаруса, я рад приветствовать вас здесь в Лаверфорде. Не могу не сказать, насколько благодарен каждому за то, что вы решили отложить важные дела и разделить это знаменательное событие вместе с нами. Искренне признаюсь, что и сам необычайно взволнован тем, что стал свидетелем такого события. На протяжении долгого времени, как вы все знаете, наше королевство находилось в достаточно подвешенном состоянии и что скрывать, даже я начинал сомневаться в благоприятном исходе, — несмотря на невеселый комментарий, в зале раздались смешки, и я в очередной раз ощутила неловкость, совершенно не разделяя подобной реакции, — но я надеюсь, что несмотря на ощутимые неудобства, совету удалось сделать вашу жизнь максимально комфортной. — зал вновь взорвался аплодисментами, поддерживая действующих членов правления. Эстер и остальные подняли свои бокалы, благодаря за подобную похвалу. — Спасибо, но давайте отставим благодарности в сторону и вернемся к главной цели нашего праздника. Как вы все уже знаете, не так давно наследница трона Энтаруса — дочь покойного короля Сезара, была обнаружена за завесой и доставлена сюда как для защиты, так и для того, чтобы исполнить свой долг. Поэтому дарованной мне властью, хочу представить вам наследную принцессу и вашу будущую королеву, которая, как мне кажется, обязательно принесет процветание нашему миру.

Вновь заиграла торжественная музыка, и Эйран под звуки аплодисментов, повернулся в мою сторону, протягивая руку в немом приглашении. Со стороны этот жест возможно, выглядел доброжелательно, но глаза старика говорили совершенно о другом. Притворная натянутая улыбка не могла отвлечь мое внимание от бешено-пульсирующей вены, проступившей на лбу, ровно как и на прищуренные глаза, следящие за моими движениями. Конечно же, он волновался. Я могла бы не задумываясь развернуться и довольно быстро скрыться в бесконечных коридорах замка, обрекая Эйрана на позор и унижение на глазах подданных. Но, несмотря на острое желание сотворить нечто подобное, я лишь послала ему обворожительную улыбку и, точно попав в ритм барабанов, сделала шаг вперед. Я четко знала причину, по которой оказалась здесь, но не могла отрицать, что коронация означала не только неприглядную связь, но и право слова, которое после сегодняшнего вечера, никто не сможет заглушить или проигнорировать.

Для многих знаменательными могут оказаться их первые шаги, сделанные в момент взросления, для меня же ими оказались какие-то жалкие четыре шага, отделяющие меня от участи, от которой моя мать так старалась меня отгородить. Встав напротив Эйрана, я сделала глубокий вдох и развернулась к гостям, впервые являясь им в новом качестве.

Аплодисменты стихли, и даже музыканты замерли в ожидании речи, которая должна была стать одним из критериев моей оценки как новоиспеченного правителя. Конечно же, они ждали громких слов и радости в глазах, но я могла лишь тяжело дышать, едва сдерживаясь от порыва убежать назад в спальню. Все о чем я думала, проходя этот небольшой путь, в считаные секунды стерлось из памяти, стоило лишь взглянуть в сотни глаз, внимательно рассматривающих меня. Я неосознанно сделала маленький шаг назад, бросив испуганный взгляд на Эйрана, но он лишь быстро кивнул, не давая мне отступить. Тогда я вновь взглянула на толпу, стараясь сосредоточить внимание на какой-нибудь небольшой детали, лишь бы не видеть всех этих жаждущих взглядов. Этим объектом оказалась цветочная композиция, расположенная у задней стены комнаты. Разноцветные бутоны безмятежно проживали остатки своей жизни, будучи отрезанными от питательной почвы. И несмотря на известный финал, они все так же щедро продолжали делиться с окружающими своей красотой, распространяя по помещению сладковатый аромат уходящей жизни. Я глубоко вдохнула, стараясь уловить эти нотки, и сама не заметила, как начала говорить:

- Жители Энтаруса, для меня огромной честью является возможность стоять тут перед вами, несмотря на трудный час. Я не могу описать словами то, как мне больно от осознания того, какие тяготы вам пришлось пережить за последние годы. Многие из вас могут не верить в судьбу и в то, что все происходящее предначертано нам с выше, но я же убедилась в этом на собственном опыте. Ведь тот факт, что я, несмотря на все препятствия, стою сейчас перед вами, указывает на то, что все происходящее было лишь испытанием, необходимым для того, чтобы лишний раз подтвердить силу и величие нашего народа. И именно судьба вернула меня сюда, чтобы исполнить предназначение и подарить этому королевству защиту и процветание,  — гости радостно захлопали, услышав похвалу в свой адрес, и гордо закивали, соглашаясь со всем сказанным,  — но так же, стоя здесь перед вами, я не могу не выразить благодарность членам совета за всю проделанную работу. Благодаря их грамотному управлению и заботе о жителях, Энтарус и по сей день является главным среди всех королевств.

Под звуки очередных оглушающий аплодисментов я обернулась и увидела, как советник удовлетворенно кивнул, довольный речью и реакции гостей. Еще бы, ведь он сам написал ее, понимая, на какие точки нужно было давить, чтобы получить одобрение у представителей знатных родов.

- Я знаю, что многие из вас хорошо знали моего отца — короля Сезара и знают, с какой преданностью он относился к своим обязанностям, и хоть мне так и не удалось познакомиться с ним, я верю, что кровь, текущая в моих жилах, несет в себе больше, чем могут выразить простые слова. Поэтому я не буду давать пустых обещаний, я покажу делом и докажу, что вы не зря доверили мне такую важную роль.

Низко поклонившись гостям, я еле сдержалась от смешка, понимая, какую ерунду только что сама же произнесла. Вот собственно, и первый урок в моем справочнике «Как стать королевой для чайников». Лгите, льстите и кланяйтесь. Неважно верит ли хоть кто-то находящийся в помещении в сказанное, но даже самые отчаянные бунтари не посмеют высказаться против, искупавшись в океане сладчайшей лести.

Эйран поднял руки, призывая сохранять тишину, и когда толпа замолчала, махнул руками еще раз, отдавая приказ слугам, которые в эту же секунду показались из задней части помещения, заслоняя мою спасительную вазу с цветами. Они шли медленно, держа с двух сторон большой золотой поднос, на котором лежала красная подушка с самым ужасающим предметом сверху. Корона. Только сейчас я поняла, по какой причине ее называли каменной. Она была сделана из какого-то неровного материала, своим видом действительно напоминающим камень зловещего черного цвета, украшенная мелкой россыпью драгоценных камней. А еще она светилась. Светилась ярким кроваво-красным светом, который явно не сулил ничего хорошего.

Люди заворожено смотрели на нее, боясь пошевелиться. Насколько я знала, большую часть времени она находилась в хранилище, расположенном под замком. Поэтому они с любопытством рассматривали этот жуткий символ власти благодаря судьбу за возможность стать частью чего-то поистине великого. И вот когда ее поднесли к нам, Эйран сделал шаг вперед и я заметила, что на подносе помимо короны лежала еще одна вещь. Это был небольшой кинжал необычной изогнутой формы, ручка которого была украшена драгоценными камнями и цветочными узорами, которые никак не сочетались с острой сталью холодного оружия.

Эйран поднял его, и крепко взяв меня под руку, подвел к короне. Сердце забилось с бешеной скоростью, и все, на чем я могла сконцентрироваться, были лица гостей, которые уже не казались мне любопытными. Все они были возбуждены и жаждали крови. Моей крови. Но пути назад уже не было и мне оставалось лишь плыть по течению безумия, позволяя Эйрану управлять процессом. Он молча взял мою ладонь и разметил ее прямо над острыми пиками короны. Я отчаянно не хотела смотреть на то, что должно было произойти, сконцентрировав все внимание на советнике, который, казалось, наоборот, был в полнейшем восторге от происходящего.

Резкий укол заставил меня раскрыть рот в беззвучном крике, а глаза предательски увлажниться от ощущения беспомощности. Я чувствовала себя животным, которого приносили в жертву богам, вымаливая вымышленное благословение. Но, к счастью, порез был неглубокий, хоть его и оказалось достаточно, чтобы в центре ладони начала собираться маленькая лужица крови. Жесткая рука Эйрана, чуть наклонила ладонь в сторону, позволяя горячему ручейку стечь вниз. Как только первые капли коснулись темного камня, они в ту же секунду исчезли, словно поглощенные обезвоженным путником, наконец добравшимся до живительной влаги. Я выдохнула, на секунду обрадовавшись, что ничего страшного не произошло. Но моя радость длилась недолго, потому что, стоило этой мысли промелькнуть в голове, как яркий свет озарил помещение.

В глазах потемнело и руку обожгло огнем. Неосознанно я попыталась вырвать дрожащую ладонь из крепкой хватки, но Эйран остановил меня, сжав пальцы еще сильнее. Жар распространялся по телу, подобно сильнейшей лихорадке, и я посмотрела на рану, пытаясь определить причину такого странного ощущения. Теперь уже я не смогла сдержать вскрика, обнаружив языки пламени в месте, где капли крови вытекали из разреза. Помимо жжения в ладони, и тепла, распространяющемуся по телу, я обнаружила какие-то красные нити, поднимающиеся по руке. Они были похожи на вены, а может, и были ими, являя мне весь ужасающий масштаб кровеносной системы. Красные ниточки стремительно поднимались вверх, пробираясь прямо к шее и вниз по груди. Из-за платья я не могла видеть, куда они направлялись, но чувствовала их жар, обжигающим потоком, струившимся под кожей. Тряхнув рукой, мне чудом удалось вырваться из крепкой хватки, отчего языки пламени сумели коснуться Эйрана. Но посмотрев на советника, я поняла, что он не видел ни пламени, ни тонких линий, которые уже добрались до моей шеи. Он лишь напряженно смотрел на меня, будто я могла испортить этот знаменательный момент, своим внезапно изменившимся поведением.

В зале было тихо, и, казалось, собравшиеся тоже не видели ничего странного. Неужели это видела только я? Вновь опустив взгляд на ладонь, я в очередной раз убедилась, что пламя не было игрой воображения, оно действительно горело прямо на моей ладони, извиваясь языками, словно танцуя какой-то замысловатый танец. Жар, который овладел моим телом в первые секунды, стих, уступая место приятному обволакивающему теплу. Он больше не приносил боли, даже, наоборот, казалось, я никогда еще не чувствовала такого прилива сил. Каждая клеточка моего тела, будто получила заряд невероятной энергии, который я не могла сравнить ни с чем испытанным ранее. Это было подобно сотне тысяч оргазмов, испытанных одновременно, и я прикрыла глаза, позволяя себе полностью растворится в этом потрясающем ощущении, отчаянно надеясь, что оно не исчезнет в ближайшее время.

Больше

Раздалось в голове, и я сразу же узнала этот голос. Это был тот же голос, который разбудил меня тогда в ванне, и теперь у меня не было сомнений в том, что принадлежал он не кому иному, как хранительнице великой силы...И она просила больше крови.

Желание исполнить ее просьбу было таким сильным, что я закусила губу, стараясь напомнить себе о том, где я нахожусь и что именно происходит вокруг. Поэтому, собрав всю волю в кулак, я сжала руку и отвела ее в сторону, отказываясь идти у нее на поводу. Но, стоило мне сделать это, как огонь исчез, ровно как и нити, украшающие мое тело. Единственное, что осталось неизменным — необычайный прилив сил и тепло, поселившееся где-то в груди. Эйран уже не смотрел на меня с подозрением, даже, наоборот, впервые на его лице показалась благодарность. В зале раздались первые хлопки и вскоре уже все под громкий аккомпанемент кричали и радовались свершившемуся событию.

- Королева Аселина, — заключил Эйран, из-за моей спины, словно приговор. И вопреки, крику отчаяния, рвущегося изнутри, я улыбнулась, принимая свою судьбу и, очевидно, конец. 

Музыканты вновь заиграли торжественную мелодию, и я, под скандирование моего нового имени села на жесткий трон, на удивление оказавшимся теплым. Эйран что-то говорил собравшимся, а я наблюдала, как слуги, поднеся золотой поднос прямо к моему лицу, надели корону мне на голову, кряхтя от боли, разъедающей их руки. Дариус не соврал, говоря, что только членам королевского рода позволено было касаться ее, и окровавленные искалеченные руки подданных были наглядным подтверждением этому. Чувствуя, как по щеке стекает кровь одного из слуг, я не могла не отметить, что эта тварь была очень избирательна в своем питании, и такое угощение явно не пришлось ей по вкусу. Но кто тогда сможет ответить мне на вопрос, когда она проголодается вновь и какое количество крови сможет усмирить ее аппетит?