Падение Оримара.

Джон приказал тауренам пока что оставаться внутри ущелья, чтобы не привлекать внимания, а сам, вновь заручившись поддержкой Калима и пяти воинов, отправился вперёд на разведку. Пробравшись между песчаных дюн, они оказались в двух стах метрах от стен города, возвышающихся высоко вверх и полностью неприступных. Сатиры также пристроили к ним шесть деревянных башен, на которых находилось несколько часовых. Ворота представляла собой огромная стальная решётка, открывающаяся изнутри лебёдкой. Жители также не поленились расставить вдоль всего основания стены острые копья, чтобы к ней никто не мог подойти.

-И каким образом ты собираешься проникнуть внутрь? - вдруг спросил один из тауренов, прожигая Купера недоверительным взглядом.

Джон ничего не ответил и лишь внимательнее присмотрелся. Снаружи, около правой стены, располагался небольшой лесок. Похоже там был очередной оазис, из которого сатиры брали воду для города. Джон тутже подобрался поближе к этому месту. Как он и думал, в стене оказался небольшой проход, открывавшийся для кодоев, привозящих бочки с водой. Своеобразный чёрный ход в город был очень узким и его можно было легко не заметить.

- А вот и наша лазейка в город. - наконец ответил Джон. -Отправляйтесь обратно в ущелье и скажите всем, чтобы готовились к бою. Выступайте на самом закате, а мы с Калимом откроем вам ворота в город.

- А что если не откроете? - неодобрительно спросил другой таурен, а за тем и сам ответил. - Нас просто расстреляют у стен города...

- Нет ничего невозможного, мой друг. - с улыбкой ответил Купер. - Вы уже доверились мне несколько дней назад, так доверьтесь и теперь. Если мы будем действовать вместе, то сатиры и не заметят, как проиграют. Я сделаю всё, чтобы открыть эти врата.

Таурены не стали медлить и тут же отправились обратно к ущелью, а Джон и Калим медленно поползли к оазису. Там, пробравшись сквозь многочисленные кусты, они спрятались за двумя большими валунами, которые когда-то скатились с гор. Ждать пришлось довольно долго - около трёх часов. Сатиры всё никак не появлялись и Джон уже начал бояться, что им не удастся проникнуть в город. Так прошёл ещё час и вот всё-таки ворота отворились и оттуда показались три огромных кодоя. Как обычно они тащили на себе большие бочки и их сопровождали шесть воинов, ведя перед собой в цепях измученного таурена. Как только животные добрались до озера, таурена отвязали и приказали ему набирать воду. Сатиры отошли в сторону и начали о чём-то общаться, временами смеясь, как кони. В это время Джон и Калим подобрались как можно ближе к пленнику. Купер, немного присмотревшись, узнал в нём старого друга Рэна. Он был почти мёртвый и ели стоял на ногах. 

Радостные чувства разожглись внутри Купера. Они переполнили всё его тело и сердце начало стучать быстрее. Он был готов бежать к таурену, чтобы спасти его из рук сатир, но Джона остановил Калим. Он охладил пыл своего друга.

- Мы ещё успеем спасти Рэна. - сказал он полушёпотом. - Пока что нам нельзя привлекать внимание. Но таурен может помочь нам проникнуть за стены города. Это наш шанс.

Джон с неохотой согласился.

Пару раз два друга попытался окликнуть таурена, но он никак не отзывался. Тогда Калим взял с земли камень и запустил его прямо в морду Рэна. Таурен пришёл в ярость, насторожился и, приглядевшись, наконец увидел двух старых знакомых. Он по чуть-чуть подошёл к ним, так чтобы сатиры ничего не заподозрили.

- Что вы здесь делаете? - спросил он повеселевшим голосом. В глазах начали проглядывать искорки надежды.

- Нет времени объяснять. - ответил Купер. - Нам срочно нужно попасть в город.

Рэн оглянулся, чтобы удостовериться, что сатиры его не видят.

- Да, времени нет как обычно. Сейчас я принесу сюда бочки и вы залезете в них. Придётся немного залить вас водой, чтобы сатиры ничего не заподозрили. Кодоев на другой стороне разгружаю тоже я, так что бояться нечего.

Рэн начал уже отходить, но вдруг обернулся и растроганно произнёс:

- Я рад вас видеть.

То что делали с тауреном за последние дни было просто ужасным. Ежедневные избиения плетью оставляли страшные шрамы на теле. Но Рэн продолжал повторять: "Шрамы лишь строят наш трон." Непосильная работа, которую их заставляли делать, сказывалась на здоровье. Рэн сгорбился и начал храмать. Но теперь он не замечал этой боли и думал лишь о друзьях и о мести.

Спустя несколько минут Джон и Калим уже сидели в бочках наполовину залитых водой. Когда Рэн закончил свои дела, его снова заковали в цепи и повели вместе с кодоями в город. Там было довольно шумно. Сатиры развлекались, натравливая на пленённых тауренов, превратившихся в зверей ролланов.

Рэна направили в один из больших амбаров, чтобы разгрузить животных. На счастье таурена, внутри никого не оказалось. Стража осталась снаружи, чтобы хоть немного увидеть кровавое зрелище. Рэн быстро снял бочки и открыл их. Джон и Калим, все мокрые, вылезли наружу и тутже спрятались за кучей пальмовых листьев, приготовленных для кодоев.

- А теперь рассказывайте, что вам здесь надо. - не прекращая работы, спросил Рэн.

- Мы привели сюда всех оставшихся тауренов. - быстро отвечал Джон. - Они ждут заката в ущелье недалеко отсюда. И до этого времени нам надо открыть врата, иначе все погибнут, даже не попав в город.

- Похоже Фэнрил в вас не ошибся. Он знал, что вы сможете воодушивить тауренов и привести сюда на бой, но врата вам самим не открыть, слишком тяжелы.

- Что ты предлагаешь? - спросил Калим.

- Наверху, внутри горы, где раньше были кельи монахов сейчас находятся наши камеры. Там около пятидесяти пленников. Наш единственный шанс - это поднять бунт. Скорее всего мы все погибнем, но сможем открыть врата и войны проникнут в Оримар.

- И как нам по-твоему туда попасть?

- У самой горы, недалеко отсюда находится оружейная. За ней в стене есть довольно большая трещина. Если влезть поглубже, то будет узкий лаз наверх. Сатиры сбрасывают с него дерьмо пленников, но другого прохода нет. Может, если вам повезёт, то вы даже не провоняете и не испачкаетесь.

Джон и Калим усмехнулись, но в этот момент дверь открылась и в амбар вошли два охранника. Удостоверевшись, что таурен завершил работу, они в момент заковали его в наручники и быстро увели. Купер, немного подождав, подошёл к выходу и посмотрел в узкую щель. В пяти метрах от двери стояло ещё трое сатир, поэтому выйти через неё было невозможно. Теперь амбар стал для них ловушкой.

- Вот чёрт, как же нам выбраться? - спросил вслух сам себя Джон.

- Наш выход вот там, только надо добраться. - вдруг ответил Калим и указал на потолок. Там было шесть широких люков, но долезть до них было проблематично. Амбар был довольно высоким, да и лестницы нигде поблизости не валялось.

Тогда Джон, ничего не говоря, подошёл к одному из кодоев и вывел его из стоила прямо под люк. Потом, попросив Калима подержать животное, аккуратно залез на него и, подпрыгнув, зацепился за край люка и спустя пару мгновений вылез на крышу. За ним, не медля, последовал Калим и через минуту выбрался из амбара, а ещё через одну спустился вместе с Джоном на землю.

Краем глаза они успели увидеть кровавое зрелище на площади и это вызвало сначала отвращение, а за тем и гнев. Сатиры заставили некогда друзей убивать друг друга. Ролланы, не понимая того, разрывали на куски тауренов, которые перед смертью слышали лишь отвратительный хохот сатир. Джон понимал, что жестокость пораждает жестокость. Но сатиры переступили грань.

Пробежав между жилых палаток и обойдя оружейную, они наконец добрались до расщелины в скале. Воняло оттуда фекалиями и аммиаком, но до заката оставалось не больше получаса, поэтому медлить было нельзя. Первый полез Джон. Он ухватился за небольшой выступ и медленно покарабкался наверх. Калим был за ним. Через несколько минут стал виден большой проход в гору. Джон добрался до туда и аккуратно выглянул из-за края. Впереди стоял один охранник, затачивая своё оружие. Купер тихо вскарабкался в проход и, взяв с земли большой камень, ударил им сатира по голове. Тот упал, и Джон вместе с Калимом скинул его вниз в расщелину. Потом, отыскав ключи от камер, они быстро начали открывать их. Вся остальная охрана в это время находилась на выходе и не успела остановить двух друзей. Таурены вместе с ролланами один за другим выбежали наружу. Поражённые сатиры, которые перед закатом уже готовились разойтись по своим палаткам, начали с ужасом хватать своё оружие.

Рэн незамедлительно кинулся к воротам, а вместе с ним Джон и Калим. Уклоняясь от стрел лучников и отбиваясь от сатир, таурен наконец достиг большого вращающегося рычага, отпирающего решётку. С огромным трудом, сделав два оборота, он вдруг почувствовал внезапную боль и слабость в ногах. Посмотрев вниз он увидел длинное копьё, которое пробило его живот практически насквозь. Рэн пал на колени и к нему подошёл огромный сатир облачённый в красные доспехи. Это был один из высших рыцарей Оримара и один из лучших воинов - страж короля. Он поднял свой меч высоко над головой таурена и готов был отрубить её, как вдруг в небесах раздался знакомый крик фарий. Одна из них схватила сатира за голову и оторвала её без всяких колебаний. Рэн, встав из последних сил, провернул рычаг ещё два раза и замертво упал на землю, но ворота были полностью открыты.

Джон и Калим, отстав от Рэна не видели его смерти и были обрадованы появлению фарий.

- Через пару минут здесь будут остальные таурены и Оримару не выстоять. - сказал Купер.

Но вдруг из-за его спины зозвучал протяжный горн. Горное эхо разнесло звук на многие километры и возле ворот, из-под земли, с грозным рёвом вылезли два грога. Они накинулись на приближающихся тауренов, а сатиры, расправившись с беглецами кинулись на стены к своим орудиям.

- Вы все погибните, а Оримар будет стоять и сатиры будут править. - вдруг отвечал грозный голос Джону и Калиму откуда-то из темноты.

- Кто ты такой? - спросил Купер.

- Я - король этих земель. После этого заявления из тени одной из палаток появился огромный сатир, ещё больше того, который напал на Рэна. Он держал в руках два топора, а глаза сияли от злобы. К концу длинного хвоста был пришит загнутый нож и на нём не было доспехов как на других сатирах.

Джон и Калим, достали свои мечи и приготовились к бою. Сатир, не медля кинулся на них, и первым же ударом отбросил Калима на несколько метров в сторону. Джон защищался как мог и ему удалось выбить из рук один из топоров, но его постигла та же участь. Силы этому сатиру было не занимать. Король подошёл к нему и взял с земли меч Купера.

- Самое ужасное - это умереть от своего же оружия. - произнёс он и готов был пронзить Джона, но тот из последних сил схватился за лезвие. Из ладоней потекла кровь и начала капать прямо на лицо, а сатир давил всё сильнее. Кончик меча уже упирался в горло, но в этот момент подбежал Калим и снёс голову королю сатир.

В это время за стенами города продолжалась битва с грогами, под постоянным обстрелом из орудий. Ими занялись фарии, но сатиры с башен не подпускали их к пушкам. К тауренам, которыми командовал воин по имени Стард, присоединилось несколько отрядов ролланов. Они кидались на грогов, но их панцирь был непробиваемым.

- Как нам быть? - спросил Старда один из тауренов.

-Они идут на наш звук, поэтому надо увести их. Прикажи войнам кричать и греметь оружием. Пускай двигаются в сторону оазиса. Затащим их в озеро и подожжём лес вокруг. Такого им точно не пережить, а ролланы в это время ворвутся в город и перегрызут глотки сатирам на стенах.

Через пару минут ролланы прекратили свои атаки, а таурены крича, что есть сил двинулись к оазису. Как и задумывалось гроги отправились за ними. Калим, замотав руки Джона повязками, чтобы не текла кровь, добрался с ним до ворот, но они были уже закрыты, а рядом с рычагом лежало тело Рэна.

Несколько минут потребовалось двум друзьям, чтобы принять потерю ещё одного друга. Джон попробовал переключиться и кинул взгляд на ворота.

- Чёрт! Они их вновь заперли! - закричал Купер и бросился к рычагу, но он не смог сдвинуть его с места.

- Успокойся, Джон. - отвечал Калим. - Самим нам их не открыть, но вот кодоям это под силу.

Купер взглянул на своего друга пылающими глазами и бросился к амбару. Калим рванул за ним. Пробегая между палаток, они наткнулись на нескольких сатир.

- Беги! Ты не можешь держать оружие в руках, а я справлюсь с ними. - закричал Калим Куперу и, вновь обнажив меч, приготовился к бою. Джон неодобрительно взглянул на него, но всё равно рванул в первый поворот. Пробежав ещё три сотни метров, он наконец достиг амбара. Забежав во внутрь, Купер схватил верёвку и забравшись на первого же кодоя, приударив его ногой по брюху, помчался к вратам, сшибая всё на своём пути. Добравшись до рычага, он обязал его верёвкой и вновь пришпорил кодоя. Ворота начали медленно открываться и, увидев это, ролланы со всей силы бросились в город. Забравшись на стены, они в момент расправились со стрелками, а фарии посбрасывали пушки вниз. Таурены, заведя грогов в озеро, утопили их и сожгли лес. Затем они прошли в город через вторые ворота, которые открыл им Калим, расправившейся с сатирами. Оримар был осаждён со всех сторон и через пол часа бойни, сатиры, наконец, сложили своё оружие.

Таурены носились по всему городу выкрикивая слово победа, временами обнимая ролланов и даже целуя фарий. Хоть в этой битве и погибло множество воинов и друзей, все выжившие понимали, что их жертва была не напрасной и что от ныне в этих землях воцарится мир на долгие долгие годы.

Ролланы вновь получили все свои территории к западу от Оримара. Фарии больше не были ограниченны своим ущельем, проход через которое вновь был открыт, а также они получили большую часть территорий перед ущельем. Оримар был отдан тауренам, но ворота теперь были открыты для всех. Кстати, над ними на пике подвесили голову короля сатир и Рыцарей Оримара, некоторые из которых всё же смогли сбежать из города. Джон отдал свой титул вождя храброму Старду, который решил не возвращаться в старые земли, а обосноваться здесь. Создателя смертоносных орудий так и не нашли. В одной из келий в горе, обнаружили лишь чертежи с подписями на языке федерации. Теперь можно было лишь предполагать, кто это был и куда пропал.  Наверное, сатиры, уходя с гор, взяли в плен одного из рабочих, а он в обмен на жизнь показал им, как победить тауренов.

К концу ночи фарии и ролланы покинули Оримар, чтобы возвестить всем о победе и начать вновь отстраивать свои деревни. Джон обработав раны, поднялся на стену и сел на самом краю, любуясь далёкими и незнакомыми звёздами. Через пару минут к нему присоединился Калим.

- Жаль, что до этого момента не смог дожить Фэнрил или Рэн. - начал вдруг Купер.- Мы обязаны были его спасти.

- Да, они были хорошими друзьями и войнами, но без тебя бы, Джон, этой победы не было и спасти всех просто невозможно. Похоже сама судьба распорядилась, чтобы ты оказался здесь. Ни на какой из других тысячи планет и именно в нужное время. Фэнрил говорил, что тебя послали сами боги.

- Не знаю, как я сюда попал, но наврятли с этим связаны боги... С востока вновь надвигается буря и в прошлый раз я ещё думал, что нахожусь на Земле. - усмехнувшись сказал Купер и встал на ноги. Он хотел было идти вниз, но вдруг в небе в километрах трёх от Оримара раздался взрыв. Из-за облаков появился небольшой корабль и он стремительно падал на землю, оставляя за собой полосу дыма. Джон, немешкая, сбежал со стены и, забравшись на кодоя, понёсся за кораблём. Калим пытался что-то прокричать исчезающему Куперу, но тот уже был далеко и ничего не слышал.

Через несколько минут он добрался до рухнувшего судна. Оно вот-вот должно было взорваться, но Купер бесстрашно влез во внутрь через пробоину в корпусе. Возле неё лежал человек лет тридцати и какой-то здоровяк с немного красноватой кожей. Джон вытащил обоих наружу и вернулся обратно. Пробравшись сквозь обломки он добрался до кабины, в которой без сознания лежала светловолосая девушка. Похоже она была пилотом и до последнего пыталась спасти корабль, но ей это не удалось. Спустя ещё пару минут Джон вытащил и её, а потом вместе с двумя другими поднял на кодоя. Затем сам забравшись на него понёсся подальше от корабля. В этот момент буря накрыла судно и оно громко взорвалось, разлетевшись на маленькие части.