Глава 8. Рождество

Праздничное убранство Большого зала было великолепным. На ветвях двенадцати традиционных елок, украшенных золотыми и серебряными шарами, искрясь, лежал снег. Специальные чары, наложенные Флитвиком, не позволяли пушистому снежному покрову растаять, и теперь он загадочно поблескивал в отблесках пламени сотен парящих в воздухе свечей. На стенах и под потолком висели, переливаясь разными цветами, волшебные гирлянды. Ученики, обрадованные наступлением каникул, весело переговариваясь, сидели за праздничными столами. Снейп без удовольствия поглощал свой ужин, бросая хмурые взгляды на студентов. Зато Хокс прямо таки светился от счастья. Он весело шутил, смеялся, но взгляд его снова и снова возвращался в зал, точнее к гриффиндорскому столу. Северус с трудом сдерживал раздражение, всегда накатывавшее на него в присутствии этого человека. Внезапно Хокс вскочил, даже не доев кусок вишневого пирога, который он только что положил себе в тарелку и, сославшись на усталость, выскользнул из зала через дверь позади преподавательского стола. Мастер Зелий удивленно взглянул ему вслед, подумав, что ему самому тоже уже пора идти, бросил ленивый взгляд в зал и вздрогнул. Гермионы за гриффиндорским столом не было. Он повернул голову и увидел, что девушка выходит из зала. Поттер и вся ее компания продолжали сидеть за столом, весело болтая. Внутри у Северуса все похолодело. Аппетит пропал окончательно. Не говоря ни слова, он встал из-за стола и стремительно вышел. Первым его порывом было бежать в гриффиндорскую башню, чтобы убедиться, что с Гермионой все в порядке. Затем он подумал, что это будет выглядеть крайне глупо и нелепо. Зельевар постоял несколько минут в холле, размышляя, что предпринять, а затем быстрыми шагами направился в кабинет Хокса. Его черная мантия зловеще развевалась, а выражение лица не предвещало ничего доброго.

*** Гермиона, не торопясь, поднималась по лестнице. Ей наскучило сидеть с друзьями за праздничным столом и захотелось побыть наедине со своими мыслями. Завтра утром они должны были уехать из Хогвартса. Гарри пригласил ее провести рождественские каникулы у него дома на площади Гриммо. Эти каникулы обещали стать самыми веселыми за все время их учебы. Гарри пригласил всех старых друзей - Невилла, Луну, Рона, Джорджа, ну и конечно Гермиону и Джинни. И все же гриффиндорке было немного грустно оставлять Хогвартс, ведь это означало, что все эти дни она не сможет видеть Северуса. Теперь, когда ей казалось, что он тоже... Впрочем, нет, об этом лучше не думать. - Мисс Грейнджер, - мелодичный голос вывел ее из задумчивости. Волшебница вздрогнула и, обернувшись, увидела Хокса, поднимавшегося следом за ней по ступенькам. - Вы сегодня просто обворожительны, - он уже стоял на соседней ступеньке и улыбался своей очаровательной улыбкой, - Как можно проводить такой замечательный вечер в одиночестве, Гермиона? - мужчина ласково промурлыкал ее имя и, взяв ее руку, прикоснулся к ней губами. - Профессор Хокс, - сухо произнесла Гермиона, высвобождая свою руку, - Прошу меня извинить, но я очень устала и хотела бы отдохнуть. - Ну, разумеется, - он по-прежнему доброжелательно улыбался, словно и не заметил недовольства в ее голосе, - Вы позволите мне проводить вас? - и, не дожидаясь ответа, продолжил, - Мне хотелось бы угостить вас, сегодня ведь Рождество, - он извлек откуда-то из складок мантии красную сверкающую коробку в форме сердца и протянул ей. - Спасибо, профессор, - Гермиона оторопела от неожиданности. Тут же стало тревожно на душе, она вспомнила предупреждение Снейпа о приворотном зелье. Она испытующе посмотрела в глаза Хокса, но тот продолжал мило улыбаться, ничуть не смущаясь. - Пожалуйста, возьмите, - сладко пропел он, - Это самые лучшие конфеты, я заказал их специально для вас. От этой слащавой речи у Гермионы по коже пробежал неприятный холодок. Она решила взять конфеты, чтобы не вызывать у Хокса подозрений, а потом просто выкинуть их. Но едва коробка оказалась у нее в руках, преподаватель магловедения тут же нетерпеливо заявил: - Попробуйте прямо сейчас, очень вкусно. - Благодарю вас, сейчас не хочется, попозже, - осторожно отозвалась она. - Ну что ж, - со вздохом произнес Хокс, - как пожелает прекрасная фея. Девушка слишком поздно заметила палочку в его руке. Она не успела ничего сказать или сделать. - Imperio, - произнес он твердым голосом, - Ешь. Гермиона послушно открыла коробку, взяла одну конфету, за ней другую, третью. - Достаточно, - ухмыльнулся Хокс, забирая у нее коробку, - Finite Incantatem. Через мгновение на лице гриффиндорки появилось глуповато-счастливое выражение, она уставилась на него обожающим взглядом и пролепетала: - Тибериус, милый, ты просто прекрасен, - она прижалась к нему, обвив руками шею. - Не сомневаюсь, - самодовольно улыбнулся он в ответ - Но не здесь, пойдем, - он взял девушку за руку и поспешил в свой кабинет.

*** Снейп добрался до пятого этажа, остановился около двери кабинета Хокса и прислушался. Внутри было тихо. "Что я ему скажу? Постучать?". Раздумывал он не более секунды. Растущая внутри тревога решила все за него. Зельевар вынул палочку и, взмахнув ей, взломал запирающие заклинания. Он вошел настолько бесшумно, что они даже не заметили его. Их мантии валялись на полу прямо у дверей. Гермиона в расстегнутой блузке сидела рядом с Хоксом на диване в углу кабинета. Мужчина целовал ее, а его руки жадно скользили по ее телу. Северус ощутил невероятный приступ гнева и боли. Словно в сердце вонзили кинжал и с бесчеловечной жестокостью проворачивают его там. Но нет, он не позволит никому увидеть КАК ему больно. Он запрячет свою боль под привычной маской сарказма и презрения. - Интересный способ снимать усталость, профессор Хокс, - ледяным тоном произнес Мастер Зелий. - Какого черта? - злобно прорычал Хокс, протягивая руку за палочкой. Снейп не дал ему ни единого шанса, молниеносное движение рукой и Хокс повалился без движения, скованный Petrificus Totalus. Гермиона испустила яростный вопль и бросилась к зельевару словно разъяренная тигрица. Это было неудивительно, приворотное зелье заставляло ее бездумно защищать объект своей страсти. Пришлось обездвижить и ее. Северус заметил на столе красную коробочку в форме сердца. Подошел к ней, открыл и понюхал, сомнений больше не осталось. - Я же предупреждал тебя, девчонка, - с горечью прошептал он. Он вышел, запер за собой дверь и поспешил в подземелья. Ярость клокотала в нем, желание уничтожить Хокса стало всепоглощающим. Быстро отыскав в своих запасах веритасерум и антидот для амортенции, он почти бегом рванулся обратно. Зная, что его подопечные так быстро не очнутся, профессор все-таки заскочил в Большой зал, где еще вовсю продолжалось празднование. Северус, сдерживая волнение, подошел к МакГонагалл и прошептал ей несколько слов так, чтобы никто не услышал. Лицо МакГонагалл стало озабоченным, она с тревогой посмотрела на Снейпа, тот едва заметно кивнул и вышел из зала. Быстрее молнии он взлетел на пятый этаж и вновь оказался перед дверью кабинета Хокса. Выровняв дыхание, он вошел. Там все было без изменений, два бесчувственных тела находились в том же положении, в котором он их оставил. Нужно было спешить и привести Гермиону в чувство до прихода МакГонагалл. Сняв с нее заклятие, зельевар усадил девушку на диван. Гриффиндорка посмотрела на него мутным ничего не понимающим взглядом: - Профессор Снейп? А где Тибериус? - на лице появилась идиотская улыбка. Снейп чертыхнулся про себя и заставил ее выпить антидот. Через несколько мгновений она пришла в себя, посмотрела в мрачное лицо Северуса, затем увидела лежавшего на полу Хокса и только тут заметила свой собственный растрепанный вид. Она в ужасе вскрикнула и торопливо принялась застегивать блузку. Снейп с презрением отвернулся, шагнул к двери, поднял ее мантию и швырнул ее Гермионе. Девушка поежилась под холодным взглядом его глаз. Как объяснить ему эту ситуацию, что он теперь о ней подумает? Гермиона была в ужасе. В этот момент дверь распахнулась и в комнату вбежала запыхавшаяся, раскрасневшаяся профессор МакГонагалл. Гермиона только глухо застонала и закрыла лицо руками, готовясь провалиться сквозь землю. - Северус, что здесь происходит? - строго спросила МакГонагалл, - Вы сказали, что... - в этот момент она заметила лежавшего без движения Хокса, - Что с ним? - Дело в следующем, Минерва, - заговорил Снейп очень тихим голосом, - Этот господин, лежащий на полу, задумал совратить студентку и воспользовался для этой цели приворотным зельем, - он кивнул в сторону красной коробочки. - Я не знаю, как ему удалось заставить всегда столь рассудительную мисс Грейнджер съесть эти конфеты, тем более что я предупреждал ее о возможности подобной попытки, - он метнул тяжелый взгляд на Гермиону, съежившуюся на диване. - Что вы такое говорите? - в ужасе прошептала МакГонагалл, - Преподаватель Хогвартса? - Но думаю, сейчас, - невозмутимо продолжал Мастер Зелий, - мы узнаем, каким образом он это осуществил. С этими словами он решительно шагнул к распростертому на полу Хоксу, навел на него палочку и снял заклятие. Затем наклонился, рывком поднял плохо соображающего Хокса и швырнул его на ближайший стул. Преподаватель магловедения переводил испуганный взгляд с Северуса на МакГонагалл, лицо которой дрожало от ярости. Снейп извлек пузырек с веритасерумом и, схватив побледневшего героя за горло, влил все содержимое ему в рот. - Теперь рассказывай, - бросил он, - Как ты затащил девчонку к себе? Хокс взглянул на наставленные на него две палочки и торопливо и сбивчиво заговорил. - Она меня не желала замечать, избегала все время... но я не мог... я достал амортенцию и положил ее в эти конфеты. Но конфеты она тоже есть отказалась. Я взбесился и тогда, - тут глаза его сверкнули, - Imperius спас положение. Она съела целых три и набросилась на меня словно кошка. Горячая девчонка, - он облизнул губы, - строит из себя недотрогу, а сама... - Довольно! - резко прервала поток излияний МакГонагалл, - Северус, что вы делаете? - крикнула она, - Держите себя в руках. Лицо зельевара исказилось от ненависти, он размахнулся и наотмашь ударил Хокса по ухмыляющейся физиономии. Тот снова скатился на пол. Северус поднял его и усадил обратно. Глаз незадачливого профессора начал заплывать. - Мистер Хокс, - презрительно заговорила МакГонагалл, - вашему поступку нет оправдания. Применить Imperius к ученику, да еще с такой низкой целью! - голос ее почти срывался на крик, - Вам место - в Азкабане. Вы незамедлительно напишете подробное объяснение сегодняшнего инцидента и тотчас покинете Хогвартс. Я передам это дело в Министерство, пусть они разбираются с вами. Она взмахнула палочкой, и на стол перед Хоксом опустился лист пергамента, перо и пузырек с чернилами. Он подумал было отказаться, но одного взгляда в черные холодные глаза Снейпа было достаточно, чтобы отбросить эту мысль. Он покорно взял перо и начал писать. - И будьте так любезны, - сухо заметила МакГонагалл, - имя студентки не должно фигурировать в вашем рассказе. Вам ясно? Хокс кивнул. - Северус, проводите, пожалуйста, мисс Грейнджер в мой кабинет, ей тут больше нечего делать, и возвращайтесь сюда. Гермиона встала с дивана и, не поднимая глаз, вышла из кабинета следом за Снейпом. Он шел своей размашистой походкой, ярость по-прежнему бурлила в жилах, заглушая голос рассудка. Гриффиндорка, всхлипывая, еле поспевала за ним. Пылающая ревность сжигала зельевара изнутри. Отчетливо понимая, что девушка была под Imperio и не могла контролировать ситуацию, Северус злился на нее уже только за то, что она, пренебрегая его предупреждением, покинула Большой зал в одиночестве и угодила в лапы Хокса. Вопреки всем доводам разума, это обстоятельство заставляло его подозревать, что она сама желала такого развития событий. Они уже поднялись на восьмой этаж и приближались к кабинету директора, когда Гермиона, наконец, собралась с духом и заговорила: - Профессор, - взмолилась она, - Профессор, пожалуйста, выслушайте. Он остановился так резко, что она едва не налетела на него. Снейп развернулся к ней, лицо его дышало злобой, глаза походили на две льдины. - Что. Вам. Угодно. Мисс. Грейнджер? - прошипел он. - Я... профессор... прошу вас... не думайте... простите меня... я никогда... мне никогда не нравился Хокс... Мне ужасно стыдно... то что вы... видели... простите, - она закрыла лицо руками, не находя слов, чтобы выразить свои чувства. - Мисс Грейнджер, - услышала она ледяной голос, в котором сквозило бесконечное презрение, - Не нужно оправдываться. Меня не волнуют ваши личные отношения с кем бы то ни было. Хокс или кто другой это ваше право, - на губах его появилась усмешка, - Сожалею, что вынужден был прервать ваши... м-м-м... страстные объятия, должно быть, я лишил вас чего-то чрезвычайно приятного. Волшебница отшатнулась от него. Глаза ее сверкнули, и она выкрикнула звенящим голосом: - Вы! Вы самый жестокий, безжалостный, бездушный человек на свете! Вы никого не пускаете в свое сердце, потому что у вас вместо сердца кусок льда! Лицо Снейпа оставалось совершенно спокойным, пока он наблюдал эту бурю. Гермиона размахнулась и закатила ему оглушительную пощечину, выплескивая всю свою обиду и боль. На мгновение оба застыли, не сразу поняв, что произошло. Затем девушка резко повернулась и бросилась бежать прочь по коридору. Зельевар опомнился и, дрожа от ярости, в несколько огромных прыжков настиг ее. Он схватил ее за локоть и рывком развернул к себе. - Мисс Грейнджер, - зашипел он, нависая над ней черной тучей, но внезапно осекся, увидев ее глаза, полные слез и боли. В них не было злости или страха. Только боль. Снейп вздрогнул, увидев эти глаза. "Что ты с ней делаешь, идиот несчастный?" - буркнул внутренний голос. Северусу показалось, что все это уже было. В мозгу отчетливо всплыла картинка - Лили стоит в халатике на входе в башню Гриффиндора, а он умоляет ее о прощении. Тогда он потерял женщину, которую любил больше жизни, неужели сейчас повторится то же самое? - Мисс Грейнджер, - мягко произнес он, - Гермиона,- почти выдохнул ее имя, - простите меня. Я сказал гадость, которой вы совершенно не заслуживаете. Она молчала, а он с замиранием сердца ждал ее ответа. Не отдавая себе отчета в том, что делает, зельевар поднял руку и погладил ее по голове. И вдруг она прильнула к нему, обхватив руками, и, задрожав всем телом, шумно зарыдала. Поток горячих слез хлынул ему на грудь. - Прости меня, пожалуйста, прости, - как заклинание шептал он, гладя ее по голове, перебирая каштановые волосы обеими руками, - Гермиона, девочка моя. Она подняла заплаканное лицо и, посмотрев ему прямо в глаза, прошептала: - Северус... Услышать свое имя из ее уст оказалось до дрожи приятно. Он склонился к ее лицу, нашел губами ее губы, нежно прикоснулся к ним, ощутив солоноватый привкус. Гриффиндорка вздрогнула и подалась вперед, жаждущие поцелуя губы приоткрылись. Северус осторожно переместил правую руку на затылок Гермионы, прижимая девушку к себе. Он прильнул к ее губам, обжигая ее своим горячим дыханием. Его язык аккуратно, но настойчиво раздвинул губы Гермионы и скользнул внутрь. Руки волшебницы обвили его шею, она еще плотнее прижалась к нему, отвечая на поцелуй. Гермиону обдало жаркой волной, она почувствовала, как пол уходит из-под ног. Никогда она не испытывала ничего подобного, никто и никогда ее так не целовал. Внезапно Северус отстранился. Поймав ее удивленный взгляд, он зарылся лицом в ее волосы и зашептал ей в ухо прерывающимся голосом: - Нас могут увидеть... К тому же... меня ждет МакГонагалл... надо разобраться с этим мерзавцем. Пойдем... провожу тебя... в ее кабинет. С трудом оторвавшись от нее, он взял девушку за руку и торопливо зашагал к кабинету директора. Северус отрывисто бросил горгулье у входа: - Рождественские хлопушки, - и легонько подтолкнул Гермиону к открывшемуся проходу. - Северус, - прошептала она умоляюще. - Жди нас здесь, мы скоро придем. Все будет хорошо, не бойся, - он улыбнулся и, резко повернувшись, торопливо зашагал по направлению к кабинету Хокса. Гермиона вздохнула и стала медленно подниматься по ступенькам винтовой лестницы.