24.2

Полдень продолжался. Через окно в комнату СиДжея просачивались лучи света. Шторки хоть и были полупрозрачными, но они достаточно плотные, чтобы можно было смотреть сквозь них на солнце и видеть размытый белый круг с желтоватым обрамлением. Какая-то тихая идиллия возникла после дождя — очень спокойно, мирно, словно сидишь в уютном местечке под крышей. Не хватало только небольшого тёплого ветерка в волосах и приятного запаха листьев. Но последние уже давно отпали, а весенний ветреный порыв появится ещё нескоро. Тем не менее это не мешало наслаждаться красивым облачным небом через окно.

      Парни молчали несколько минут, залипая каждый в свою точку. Сид, всё ещё прислонившись боком к спинке нагретого солнцем дивана, наблюдал за тем, как Сал аккуратно пытался заправить прядь синих волос за ухо. Часть из них выпадала, из-за чего Фишер начинал вздыхать, и в такие моменты блондин уже переключался на вздымающуюся грудь гитариста, невольно задерживая дыхание. СиДжею давно надоело держать собственную голову на весу; он просто положил её на спинку дивана, а сам томным взглядом рассматривал парня напротив, запоминая какие-то детали для себя.

      Сал, тем временем, теребил пальцами свои колени, щупая шрамы через ткань джинс. Он всем нутром чувствовал прожигающий взгляд Сида, но пока ничего не решался делать, лишь периодически посматривал в окно, когда проезжала машина или внезапно капала с крыши вода. Надоедливая завивающаяся прядь снова выскочила, сразу же залезая в рот, поэтому Фишер языком пытался вытащить и сплюнуть её. Выходило крайне неудачно — пришлось снова поправлять пальцами и слушать очередные тихие вздохи СиДжея с левой стороны дивана.

      Последний решил нарушить возникшую тишину.

      — Сал… — голос вокалиста снова звучал мягче и выше, чем обычно. Фишер медленно повернул голову, смотря в глаза блондину, но тот почти сразу отвёл их в сторону и улыбнулся уголками рта, продолжая: — Я сегодня поеду подписывать контракт. Через пару часов.

      Синие глаза на долю секунды вернулись на гитариста, но тут же снова стали смотреть куда-то в свою точку. Фишер зачем-то подмечал для себя подобное поведение, хоть и прекрасно понимал, из-за чего возникло смущение у друга.

      — Ага, я в курсе, — тихо ответил Сал. — Ты мне звонил вчера.

      СиДжей прильнул спиной к дивану, усаживаясь поудобнее. Его ноги по-девчачьи косолапили, оставаясь на полу. Фишер мысленно умилился с этого, попутно вспоминая позу Сида в торговой тележке.

      — Поедешь… со мной? — вокалист всё же глянул вопросительно на Сала.

      — Конечно, я ж для этого и пришёл, — улыбнулся синеволосый парень.

      В голове снова щёлкнул триггер. «Чёрт, на самом деле я совсем забыл про это! — чертыхнулся Фишер про себя, но на лице это никак не отобразилось. — Если бы помнил, то не приехал на байке. Вот же хрень, и куда теперь пихать мотоцикл?»

      Всё же часть мысленной ругани прорвалась сквозь недовольно поджатые губы. СиДжей даже усмехнулся.

      — Забыл, да? — выдал с улыбкой блондин, немного наклоняя голову набок и щурясь. — Байк можешь в гараже оставить.

      — С какого хрена ты стал таким телепатом? — пробурчал Сал, понимая, что спалился.

      — Ты что-то несвязное бормотал про гараж, — ответил Сид, после чего потянулся и резко выдохнул. — Эх, забей, короче! Ты и забывчивость — это уже синонимы.

      Фишер лишь бровь поднял, фыркая.

      — Окей, — сказал он через паузу. — Пара часов, говоришь. А далеко это?

      — Да не особо — рядом со звукозаписью, где мы уже были, — вокалист опёрся ладонью о диван, немного елозя, после чего попытался пересесть на стул, придерживая его второй рукой, но тот начал отъезжать. — Ох, бля!

      Мимо. Сал аж вскочил, когда Сид грохнулся на пол.

      — Чувак! — Фишер хотел помочь, но блондин только смеяться начал. Гитарист улыбнулся, садясь рядом с ним на ковёр и подгибая под себя ноги. — Блять, ну сказал бы мне, чтобы я подержал эту хрень!

      Синеволосый парень вообще всё сам прекрасно видел, но почему-то решил посмотреть на попытки друга пересесть на очевидно отъезжающее кресло. Потом, конечно, чертыхнулся про себя, но быстро очухался. Всё же Сид был достаточно самостоятельным, и Сал это прекрасно знал.

      — Да ладно, ха-ха! Думаешь, первый раз падаю, что ли? — смех СиДжея почти стих. Он снял руку со стула и покрутил кистью. — Вот же, кажется, немного растянул, — вторая рука обхватила ноющее запястье, потирая его. — Что-то не везёт мне в последнее время с этими посадками…

      Фишер прищурился.

      — Да, кстати, — он хотел было дотронуться пальцами до щеки Сида, но остановил руку на полпути. — Это тоже из-за падения?

      Взгляд синих глаз переметнулся на зависшую в воздухе ладонь парня напротив. Блондин посмотрел на руку Сала и немного печально выдохнул, улыбнувшись. Он сам дотронулся пальцами до собственной щеки, где осталась ссадина.

      — Ага, — тихо произнёс парень, — неудачно свалился с кровати, — вокалист поднял взгляд на Фишера. — Да не парься ты так! Я ж не первый раз падаю…

      Гитарист всё же опустил руку.

      — Да, я помню, — усмехнулся он. — Каждый раз тебя поднимал, когда ты слишком сильно кренил коляску назад. Вот и нахера ты так делал?

      — Весело же! — СиДжей выпрямил спину. Он отодвинул стул подальше, после чего прислонился к кровати. — Ты ещё каждый раз так забавно пугался, ха-ха!

      Парень рассмеялся. Запястье всё ещё немного ныло, поэтому блондин потирал его рукой, положив руки на раскиданные ноги, которые были сомкнуты в коленях. Забавная поза. Сид даже для себя это мысленно подметил.

      Фишер только проворчал:

      — Я переживал за тебя, вообще-то… — и тут же заткнулся, опуская взгляд и сдавленно выдыхая.

      У Сида глаза распахнулись, а потом он резко отвернул голову, как-то по-дурацки улыбаясь и часто моргая. «Переживал? — в голове у блондина всё смешалось в нелепую кашу из волнения, радости и того самого давящего чувства, что заставляло неметь пальцы, сушить горло и судорожно вздыхать. — Это приятно слышать, я даже не знаю, что и ответить…»

      Фишер наблюдал за мельтешащими синими глазами. У гитариста всё ломалось внутри от одного вопроса, который так хотелось задать ещё с самого начала догадок о влюблённости друга. «Чёрт, ну вот нафига ты так делаешь? Я чувствую себя охуеть как неловко! — мысленно проговорил себе Сал. — Уже вовсю палишься, а всё равно молчишь! Наглая морда».

      Фишер шумно выдохнул носом, состроив недовольное лицо. СиДжей заметил это, мотнул головой, пытаясь перестать вести себя так странно.

      — Спасибо… — только и смог ответить он на фразу Сала, тут же смущённо почёсывая затылок. Очень трудно сдерживать улыбку.

      Между парнями снова возникло молчание. СиДжей залип на шторки позади Фишера, смотря на проглядывающее с потолка солнце, а боковым зрением в размытом фокусе пытался наблюдать за любым движением синеволосой макушки и старался не двигать глазами. Только моргал, когда понимал, что случайно фокусировал взгляд.

      — Слушай, — гитарист положил одно колено на пол, а вторую ногу поставил так, чтобы можно было рукой опереться.

      — А? — Сид всё ещё смотрел сквозь парня.

      — У меня вопрос есть один…

      Сал ненадолго завис. «Блять, как бы не спалиться так, что я в курсе того, что с тобой происходит?» — тут же дополнил свою мысль Фишер.

      СиДжей хлопнул глазами и всё же посмотрел теперь на гитариста.

      — Валяй, — ответил блондин, улыбнувшись.

      Сал почесал голову, взъерошивая немного волосы. Он уже сотню раз, кажется, перекрутил различные варианты вопроса у себя в мыслях, да только ни один не подходил под ситуацию.

      — У тебя была когда-нибудь девушка? — Фишеру явно надоело думать, раз он ляпнул с ходу подобное. От собственной тупости аж глаз дёрнулся, но парень пока решил прикусить язык, чтобы не сморозить что-либо ещё.

      — Оу, ну… — СиДжей опустил голову, пытаясь что-то вспомнить, — не то чтобы девушка, но какая-то симпатия была между нами, — он тут же издал смешок. — Боже, это было в десять лет! — парень исподлобья поднял взгляд, метая его от одного глаза Сала к другому. Пока никакой конкретной эмоции, кроме лёгкого удивления, вокалист прочитать не смог. — А зачем спросил?

      — Да, хотел совет получить…

      «Чёрт, блять, Фишер, закрой рот! Хватит нести ахинею! — у Сала лицо по-дебильному скривилось от собственных мыслей. — Бля, ну почему именно с тобой так сложно! Был бы это кто-то другой, то давно спросил бы в лоб!»

      Все внутренние метания Фишера тут же отобразились у него на лице, и, естественно, Сид прекрасно всё это видел. Правда, не понял, к чему они были.

      — Тебе кто-то нравится? — без особых раздумий спросил СиДжей. Его голова чуть склонилась вбок.

      Сал замялся. Тупик. Слишком сложно идти обходными путями в таком вопросе, пытаясь не кольнуть. Фишер, обычно, говорил все свои сомнения с ходу и прямо, но эта ситуация явно требовала тяжёлых умственных усилий. И Сал застрял в собственных мыслях, уже жалея о том, что начал этот диалог:

      — Ну, как бы…

      «Молчи».

      — Я пока ещё думаю, но…

      «Господи, остановись, придурок».

      — Наверное.

      Дурацкое выражение и кривая ухмылка тут же отобразились на лице гитариста. Он даже сел как-то странно, по-турецки, немного пряча голову в плечи, а руками придерживал ноги. Последняя стадия тупости достигнута. Парень сломался от собственных же принципов и амбиций.

      «И премия «Долбоёб Года» достаётся — пам-парам! — Салу Фишеру, как самому хуёвому другу в мире! А теперь иди нахуй, пожалуйста, как же ты меня бесишь иногда своими выходками», — он молча тупил, ругаясь мысленно на себя и глядя на СиДжея.

      Это впервые случилось в его жизни, когда Сал действительно жалел о собственном поступке. И Фишер не смог совладать со своим желанием вытряхнуть из человека всё, узнать любую слабость или недостаток, чтобы тут же этим воспользоваться.

      Голова опустилась. Взгляд Сала метнулся на деревянный пол, разглядывая трещины и стыки.

      Парень точно не хотел совершать подобные поступки с близкими ему людьми. Точно не с СиДжеем. Но дурацкая манипулятивность вырывалась наружу, когда хоть один из органов чувств Фишера зацеплялся за тонкие нити, с помощью которых можно было водить человека, управлять им, как вздумается.

      Сал прекрасно понимал, за какую хрупкую ниточку сейчас тянул. Насколько сильную боль можно было принести, если на ней появятся надрывы. Чужие чувства. Фишер ещё со школы любил потянуть, манипулировать, заставляя человека падать в пропасть, а затем взлетать на вершину облака при любой правильной фразе со стороны Сала. И сколько нитей было разорвано в клочья, когда парню надоедало уже видеть эти дурацкие томные девичьи глаза. Хотя, нет, не только девичьи. Некоторым парням тоже досталось. Правда, после разрывов, Фишер получал тут же удар под дых, выслушивая не самые лестные отзывы о себе.

      Ублюдок. Сволочь. Сраный кобель. Предатель. Пидор. Список оскорблений мог продолжаться до бесконечности.

      Но сейчас ситуация совершенно другая. Сид — это не тот человек, от которого Сал хотел бы услышать подобные фразы. Фишер даже представить себе не мог, что будет, если такое случится. И надеялся, что этого никогда не произойдёт. Никогда.

      Сал тревожно поднял взгляд, наблюдая за блондином. Но уже через несколько секунд его нервозность упала, переходя больше в удивление.

      СиДжей не особо изменился в лице, так и продолжив залипать на гитариста.

      — Оу, прости, чел, — выдохнул вокалист, потирая затылок. — Я в таких делах не эксперт.

      Улыбка. Добрая, искренняя. У Фишера аж дыхание спёрло от изумления.

      «Он. Не разозлился», — тут же проанализировал мозг в голове.

      СиДжей действительно не злился. Даже не расстроился. А из-за чего ему злиться или расстраиваться — парень уже давно, с момента осознания собственной влюблённости, понял, что никакой ответной реакции от Сала не будет. И это одна из основных причин его молчания. Уж лучше блондин будет тихо млеть в своих снах или под взглядом Фишера, чем пытаться что-то делать.

      Поэтому и улыбка. Парень был просто рад тому, что у него сейчас есть. Друзья, музыкальная группа — всё это наполняло душу тем самым теплом, ощущением, что он что-то делает для близких ему людей, приносит какую-то пользу. Ложкой дёгтя оставались только собственные физические недостатки, которые стали всё чаще западать в голову Сида. Подсознательно ещё вертелись надоедливые слова Джонсона. СиДжей стал замечать каждый непреодолимый порог или препятствие, которое парень мог бы перешагнуть. Мог бы, но не умел.

      Сал встал с пола, после чего наклонился вперёд и протянул руки.

      — Ты же не будешь вечность на полу сидеть, — произнёс он. Улыбка невольно появилась на лице, когда СиДжей всё же принял его помощь.

      — Ладно, Сал, валяй! — усмехнулся блондин. Ну не мог он отказать Фишеру, когда тот так улыбался. — Только не сильно жми, а то после прошлого поднятия спина ныла почти полдня!

      — Постараюсь. Тебя на диван или на стул? — Сал спросил это уже попутно, когда парень присел на корточки перед Сидом и крепко обхватил руками за спиной.

      — Давай уж обратно на диван, — СиДжей выдохнул около уха Фишера, замечая, как шевельнулись несколько синих волос. — Хотя… Я бы и сам мог… — парень крепко вцепился в джинсовку гитариста. — Сал! Ты слишком высоко меня поднял!

      — Но ты такой лёгкий!

      Фишер довольно улыбнулся, зажмуриваясь. Всё напрочь вылетело из башки. И зачем только думал. Опять заигрался, забыв о возможных последствиях.

      — Мне неловко… — кое-как прокряхтел вокалист, продолжая держаться за Сала. Хоть он и не ощущал нижней частью тела абсолютно ничего, но нутром понимал, что его ноги сейчас полусогнутые, а на полу лишь стопы волочились.

      А чёртов «помощник» теперь ещё так жарко дышал в ухо, и блондин чувствовал вибрирующие нотки его голоса, пока тот тихо и достаточно низко посмеивался. Ещё и к груди прижимал. Долбаный садист. СиДжею казалось, что у него сейчас рёбра сломаются то ли от собственного учащённого пульса, то ли из-за того, что Сал проигнорировал его просьбу. Уже который раз. А вокалист опять повёлся. Вот и висел теперь по собственной глупости. Но если б это был один из предыдущих случаев, то парень заорал бы в ухо обнаглевшему гитаристу. Сейчас же и слова не мог произнести, только голову отвернул, ухом прислонившись к подрагивающему от смеха плечу Сала.

      «Я чувствую себя таким беспомощным, и зачем вообще согласился! — Сид мысленно выл, чувствуя тёплые сильные руки за своей спиной. — Господи, пересади меня уже на этот чёртов диван!»

      Благо, Фишер тоже обладал минимальным уровнем телепатии, так как практически сразу очухался; видимо, вспомнил недавние мысли. Ощущения мерзкие. Зато он наконец-то посадил своего друга обратно на диван.

      «Вот же блять!» — Сал себя по лбу стукнул, да так громко, что блондин аж вздрогнул, всё ещё остывая после недавних объятий.

      — Чувак… эх… я в порядке! — Сид пытался улыбаться по-дружески, но в итоге выходила какая-то смесь кривой ухмылки с игривым взглядом сквозь полуприкрытые глаза. Фишер не знал, как реагировать на подобное — он вообще впервые увидел такую эмоцию у вокалиста, да ещё и по отношению к нему. А уж после невольного облизывания уголка губ Сал окончательно понял, насколько всё плохо.

      «Охуеть, ты меня сейчас глазами выебешь, чува-а-ак!»

      Благо, такое созерцание со стороны СиДжея продолжалось лишь несколько секунд. Тот быстро опомнился, резко краснея и закрывая лицо руками. Теперь настала очередь Фишера мысленно выть. «Каждый ёбаный день с тобой превращается в какую-то хуйню! Ещё и такую неловкую, что пиздец!» — Сал быстро развернулся, шагнув в сторону окна. Он покрутил ручку, а через секунду уже подул прохладный ветер с улицы. Шторки волнообразно зашевелились, задевая и щекоча лицо.

      Фишер снова противоречил сам себе. Его поступки совершенно не сочетались с мыслями, и именно поэтому парня охватило чувство дикого стыда. И самое тупое — он даже извиниться не мог за свои действия, потому что пришлось бы объяснять, за что, а это то, чего Сал точно не собирался делать. Не мог же он рассказать блондину, что давно знал про его жаркие вздохи на Фишера, а «милашка Салли просто немного поиздевался — подумаешь!». Аж тошно от самого себя.

      — Фу-у-ух, — раздался голос СиДжея за спиной, — прямо то, что нужно!

       В комнате стало гораздо прохладнее. Шум с улицы, от шевелящихся шторок и каких-то бумажек, что лежали на радио, разбавили возникший напряг. Сал медленно вдохнул свежий воздух, прикрывая глаза. Стало чуть лучше. СиДжей наслаждался потоками воздуха, сидя на диване. Его волосы слегка шевелились.

       Фишер больше не хотел садиться рядом, да и вообще как-то трогать парня. Уж хватит на сегодня.

       — Кстати, а Дэв и Роб — они в курсе? — Сал решил сменить тему, продолжая стоять около окна.

       — Да, я им сегодня сообщил утром, — ответил блондин. Позу он не изменил, так и сидел с закрытыми глазами, пока дул ветер из окна.

       — Понятно, — Фишер снова замолчал.

       Несколько минут оба друга ничего не говорили.

       — Прикрой, пожалуйста, а то я уже замерзаю, — СиДжей показал рукой на окно. Сал кивнул, выполняя его просьбу.

       — Моя гитара в гараже, так ведь? — спросил внезапно парень у вокалиста, не оборачиваясь.

       — Ага.

       — Я… хочу забрать её сегодня, — Фишер сунул руки в карманы. — Дома скука смертная, а в голове после сна столько мелодий, которые хотелось бы поиграть.

       СиДжей посмотрел на него.

       — Конечно, — улыбнулся он. — Твоя же вещь.

       — Да.

       Как-то дебильно Фишер себя чувствовал сейчас. Он, конечно, понимал, что просто возвращал свою электрогитару, потому что дома парню ну реально нечего делать. Сраться с Джонсоном постоянно в его планы не входило, к тому же после последнего разговора Сал вряд ли вообще подойдёт к нему. Считал его огромным тараканом, который занимал соседнюю комнату. Живёт — и хуй с ним; Фишера сейчас парило то, что происходило теперь между ним и его лучшим другом, который сидел на диване и снова залипал на Сала. Гитарист даже вздохнуть не мог без внимания со стороны блондина — всё время какая-то смущённая, неправильная для дружественных отношений реакция. Иногда Фишеру казалось, что Сид всё же знал о его догадках по поводу чувств вокалиста, но тут же понимал, что это не так, потому что каждый раз, когда Сал снова оборачивался в сторону СиДжея, тот сразу делал такой обыденный вид, словно всё нормально. Точнее, пытался его делать.

       Первый провал случился как раз в гараже. Сал ещё немного сомневался тогда, когда друг так странно отреагировал на вполне обычное встрёпывание светлых прядей. Но взгляд и покрасневшее лицо, которое блондин тут же старался спрятать за волосами — всё это сразу бросилось в глаза Фишеру. Видел он уже подобное в свою сторону. Только вот от лучшего друга явно такого не ожидал. Поэтому не стал особо задумываться над этим, хоть напряжение и возникло. Салу это не нужно было тогда.

       «А сейчас нужно ли?» — задал себе мысленно вопрос парень. И ведь действительно — ну узнал он, догадался, и что с того? Сал же не виноват, что СиДжей влюбился в него. Спустя почти шесть лет чисто дружеского общения. «Что же такого произошло, что так всё вышло?» — мгновенно возник следующий вопрос у Фишера. И снова дурацкие терзания. Если бы блондин имел смелость признаться сам, то гитарист тут же задал ему все те вопросы, что роились у него в голове. Конечно, можно сразу напрямую вытащить душу, спросив в лоб про симпатию. «А если скажет, что нет? Это же ведь будет неправда. Чёрт, как сложно», — Сал тихо цокнул языком.

       А если ответит «да»? О-о-о, вот чего парень ненавидел больше всего, так это сраные неопределённости. Чёртов выбор, исход которого нельзя изменить. И именно это заставляло держать язык за зубами настолько долго, насколько хватит силы воли.

       СиДжей тихо сидел, наблюдая за хмурящимся лицом Сала, пока сам гитарист всё ещё стоял около уже закрытого окна.

       — Бро, ты как? — поинтересовался вокалист, чуть склоняясь вперёд на диване.

       Фишер бросил в ответ многозначительный взгляд.

       — Нормально, — еле-еле улыбнулся он. — Я схожу в гараж?

       — Конечно! Он открыт, — произнёс СиДжей.

       Сал развернулся и быстро вышел из комнаты, ничего не ответив. Слишком много путанных мыслей в голове. Ещё никогда Фишер так не парился над такой «фигнёй», как чьи-то чувства.

       — Чёрт, ну вот зачем, — себе под нос шёпотом бормотал парень, когда уже зашёл в гараж. — Нахуя?

       Непонятно откуда взявшаяся злость накрыла Сала, пока тот стоял с гитарой в чехле, держа инструмент за гриф. Хотелось всё бросить, все эти метания, подойти и устроить чёртов разнос. Фишер ненавидел секреты, которые уже были раскрыты, но не имели подтверждения. Это как утверждать, что вода мокрая на ощупь, но только показывать её визуально в стакане, запрещая прикасаться. Казалось бы, факт очевиден, но без проверки все теории рушились моментально, оставляя дурацкий неприятный осадок на душе.

       Сал ощущал себя дико тупым в этой ситуации. Его бесила собственная неразбериха, творящаяся в голове. Фишер прикрыл глаза, медленно и глубоко вдыхая и так же выдыхая.

       — Спокойно, блять. Всё под контролем. Думай просто о чём-то другом, — произнёс парень сам себе.

       Кстати, неплохой совет оказался. Фишер вспомнил, что в диалогах об общих увлечениях, вроде той же музыки, дебильных ситуаций из жизни и смешных моментов, фильмов и прочего, СиДжей вёл себя так же, как и раньше. Это только во время молчания возникали вот такие неловкие моменты, как недавний. У Сала аж на душе отлегло. «А почему я не могу вести себя, как обычно? — тут же задумался парень. — Зачем мне какие-то определённые выебоны? Я уверен, что хуже ему от этого точно не будет». Парень аж обомлел от простоты этой гениальной мысли.

       — Всё же в первую очередь я должен быть хорошим другом, верно? — улыбнулся он сам себе, соглашаясь со своей идеей.

       Сал вернулся в комнату с гитарой.

       — Чувак! — уже с порога начал он. — Чёрт, вот я гитару сейчас взял и вспомнил кое-что!

       — А? — СиДжей подвинулся, так как Фишер грохнулся на диван. — Что именно?

       — Во-первых, Харрисон из Битлз умер.

       У блондина глаза округлились. Сал окинул взглядом друга — теперь он узнавал прежнего офигевающего от новостей СиДжея.

       — Охуеть! — Сид рукой опёрся о диван. — А ведь мне нравились те долбанутые треки на индийский лад, Ну, помнишь, ты рассказывал как-то?

       — Этническая попса — конечно помню, — усмехнулся Фишер, доставая электрогитару из чехла.

       — А второе тогда что? — вокалист сел расслабленно на диване, продолжая смотреть на Сала.

       Тот пока провёл пальцами по струнам, настраивая гитару.

       — Хочу сделать кавер на Селин Дион…

       СиДжей тут же за голову схватился.

       — Не-ет! Пожалей мои уши — я до сих пор не могу отойти с того, как ты пел «What Is Love» в машине Дэвида! — блондин рассмеялся, а Сал насупился.

       — А петь ты будешь, засранец! — Фишер дотянулся рукой до светлой головы, растрёпывая волосы.

       СиДжей довольно зажмурился, посмеиваясь.

       — Я? С фига ли? Мне не особо нравятся её песни, — парень приоткрыл один глаз, вжимая голову в плечи.

       — Да я не прошу тебя дословно! Помнишь нашу старую дебильную игру, где мы слова заменяли на какую-нибудь хрень? — Сал поднялся с дивана, откладывая электрогитару. Парень отошёл за небольшим старым комбиком, который он давно оставил у Сида, да так и забыл про него, купив новый себе домой. Благо, усилитель лежал на видном месте. Ещё Фишер заметил, что на нём не было пыли. «Пробовал играть на моей электрогитаре?» — усмехнулся парень мысленно, беря предмет в руку и перетаскивая ближе к розетке, ставя на пол.

       Блондин проследил взглядом за парнем, откидываясь на спинку дивана.

       — Извини, я решил попробовать, — произнёс он немного смущённо.

       — Да-а-а, похрен вообще, — тут же ответил Сал, усаживаясь на противоположный конец дивана, чтобы не задевать грифом электрогитары друга. — Я тоже брал твой микрофон без спроса.

       СиДжей снова рассмеялся. Фишер довольно улыбнулся — наконец-то никаких лишних движений и эмоций. Снова та самая дружеская атмосфера. И за окном даже, кажется, стало светлее — тучи практически сошли на нет после проливного дождя, что был всю ночь.

       Гитарист подключил провод к усилителю и проверил силу перегруза, наигрывая несколько аккордов. Сид же достал ручку и блокнот, которые всегда валялись около дивана возле стены. На всякий случай — вдруг мысль придёт, а парень не мог вот так с ходу пересесть за стол. Хотя бы черновые варианты у него всегда были записаны в этой книжке. Он облизнул палец, переворачивая страницу, после чего начал вспоминать текст.

       — Ну, я настроил, — выдохнул Фишер, обернувшись вполоборота к Сиду.

       — Хорошо, Сал, — СиДжей забавно прикусил язык, ухмыляясь. — А сейчас я поменяю слово «сердце» на «жопа»…

***

       Парни провели час с лишним, перепевая всякие попсовые песни на новый лад. Сал постоянно сбивался на электрогитаре, потому что ухохатывался, да и СиДжей тоже не мог нормально петь без лишних комментариев и частых смешков. Примерно за двадцать минут до того, как ребята пойдут подписывать контракт, Фишер ещё успел сгонять в магазин, чтобы купить что-то поесть. У блондина постоянно живот урчал. Теперь Сал даже не жалел, что прихватил с собой байк — оказалось гораздо быстрее, но к музыкальному менеджеру вместе с другом он пойдёт без мотоцикла.

       На обратном пути из магазина гитаристу встретился Роберт, который уже подходил к дому СиДжея, докуривая по дороге сигарету. Сал притормозил возле входа, отдавая пакет с продуктами вокалисту, выглянувшему через входную дверь. Сид тоже заметил парня со скрытым под шапкой ирокезом.

       — Эй, Роб! — тут же выкрикнул блондин, махнув рукой из-за двери. — Ты всё же пришёл! Я рад!

       Бас-гитарист только взгляд поднял, но какой-то приветственный жест в ответ показал. СиДжей скрылся в проходе, так как на улице холодно. Сал подождал Роберта, после чего зашёл последним и закрыл за собой дверь.

       — Та-ак, кажется, Дэвида сегодня не будет, — жуя булку с начинкой, проговорил блондин. Он отъехал к стенке, чтобы не мешать двум парням разуваться. Взгляд СиДжея переметнулся на Роберта. — Привет!

       — А, привет, — улыбнулся парень в ответ.

       Сид чуть не подавился, благо, бутылка с соком была под рукой. Роберт теперь ещё больше заулыбался с реакции.

       — Ого, иногда ты выглядишь сверхдружелюбно, чувак, — усмехнулся Сал, поправляя волосы.

       — Бля, — вокалист сделал новый глоток, — чувак! Кхем, ты тут вообще такое пропустил! — он рассмеялся, заметив, как Роб начал немного мяться. — Мы тут фильмы смотрели с Керри — так наш Робби так угорал, я в ахуе до сих пор, ха-ха-ха!

       — Зато меня не споили потом двумя банками пива, — бас-гитарист поправил красные волосы на голове, давно переставшие быть ирокезом после плотной шапки.

       Фишер окидывал взглядом парней, не понимая, что происходит.

       — Весело вам было! — немного насупился он, скрещивая руки на груди. — Зато я с этим придурком тусовался! Теперь тот мудак занимает соседнюю комнату.

       Роберт бегло осмотрел гитариста, но ничего не произнёс, так и продолжив стоять около стены.

       — Да, Сал, не повезло тебе! — СиДжей довольно жмурился. — Но когда-нибудь ты обязательно должен услышать его ржач! Серьёзно — ахуй тебе обеспечен!

       — В следующий раз я затащу вас всех к себе — вот там с моим батей поугораешь! — тут же парировал Сал.

       Вокалист теперь начал смеяться, сгибаясь с бутылкой сока в руке.

       — Чёрт, я вспоминаю, как один раз он взял сотовый вместо тебя — я тогда ещё сказал, какой у тебя офигенно низкий голос! — СиДжей положил упаковку на пол и поднял взгляд, продолжая вздрагивать плечами от смеха. — А он начал меня расспрашивать, не наркоман ли я, а-ха-ха! Я тогда ещё узнал, что записан у тебя в телефоне как «Вечно ржущий долбоёб»!

       Фишер со стыда положил руку себе на лицо, сам невольно посмеиваясь.

       — Бля, пап… Как ты мог, — прыснул парень. — Кстати, я теперь официально переименовал тебя в Орущего За Углом. Так что если мой отец снова случайно возьмёт сотовый, пока смотрит свой дурацкий футбол — вопросов станет ещё больше!

       Сал схватился за голову, воображая себе возможный диалог. СиДжей же смеялся с реакции Фишера на его собственные мысли.

       Настала очередь Роберта недоумевать. Он не особо понимал, что за истории рассказывали парни друг другу, но улыбался уголками рта.

       — Так, в этот раз прогуляемся часик, если вы не против, ребят, — блондин смахивал слезу с глаза, продолжая посмеиваться. — Я не особо хочу заставлять вас тащить меня в автобусы, да и сам давно не вылезал на улицу…

       — Ага, недавно с Гибсон срался, — тут же перебил его Фишер, потягиваясь.

       СиДжей глаза закатил, издав саркастический смешок.

       — Это была чрезвычайная ситуация, Салли, — гитарист дёрнулся на девчачьей старой кличке, а Сид продолжил: — Надо было спасать твою задницу от этой старухи!

       Фишер виновато опустил голову.

       — Чёрт, ты прав. Спасибо, мой герой, — усмехнулся он. Парень знал, что довольно часто выражался подобными фразами по отношению к СиДжею, поэтому в этот раз, как Фишер и хотел, не стал вкладывать какие-то скрытые помыслы. Чисто дружеская интонация. Как и раньше. А уж как Сид на это отреагирует — его дело.

       Блондин, конечно же, неминуемо вспыхнул, отворачивая голову. Роберт попутно перекидывал взгляды с Сала на СиДжея, что-то анализируя у себя в голове. На его лице это никак не отображалось, но до чего-то парень всё-таки додумался.

       — Ох, ладно, — вокалист смущённо улыбался, смотря на стену, — давайте через пятнадцать минут двинем, окей?

       — Без проблем, чел, — Сал прошёл мимо по коридору, поднимая руку, чтобы потрепать зардевшегося СиДжея, но тут же одёрнул её. Это уже было лишним. — Я в туалет сгоняю.

       — Хорошо, — выдохнул Сид, оборачиваясь и наблюдая уже спину Фишера.

       Сал скрылся за дверью. СиДжей со вздохом откинулся на спинку своей коляски, до которой успел доползти, пока гитарист уезжал за продуктами. Парень начал тупить куда-то в пол перед собой, снова мечтая про себя и пальцами поглаживая подлокотники инвалидного кресла. Полуприкрытые глаза, улыбка и лёгкие придыхания с последующим томным взглядом вперёд. Снова глубокий судорожный вдох, секундное замирание и дальнейшее опускание взгляда и головы на выдохе — Роберт всё это видел, пока СиДжей находился в профиле перед ним. Потом Сид резко дёрнулся, кашлянув в ладонь, и его взгляд обратился к бас-гитаристу.

       — Неплохая погода на улице, — блондин кивнул на окно в коридоре. — Грязновато, правда!

       На его лице снова довольная улыбка. А Роберт даже бровью не повёл, только неясно хмыкнул, кинув быстрый взгляд на улицу через окошко, сквозь которое светило солнце, оставляя яркие желтоватые прямоугольники на деревянном полу. Сами парни находились где-то в метре от просветов.

       — Да, дождя точно уже не будет, по крайней мере, — произнёс Роб, пихая руки в карманы куртки.

       — Надеюсь, но я на ноги всё равно одеяло положу, чтобы не замёрзли, — блондин усмехнулся, потирая затылок. — Хотя, всё равно я ничего не…

       Роберт вернул взгляд на Сида, прищуривая один глаз.

       — Давно поёшь, кстати? — спросил он, явно перебивая фразу вокалиста.

       СиДжей немного удивился даже, но не придал особого значения. Лишь снова почесал затылок, вспоминая.

       — Чуть больше пяти лет, вроде как, хах, — ответил парень. — Не помню уже толком.

       Роберт присел на корточки, положив вытянутые руки на согнутые колени. Его спина всё ещё оставалась прислонённой к стене в коридоре. Сид больше не задирал голову наверх — шее стало гораздо легче. Он даже потёр её.

       — Прикольно, — выдохнул Роберт, чуть наклонив голову. — А какой диапазон вокала?

       СиДжей только моргнул удивлённо.

       — Ох, чувак, я вот не особо в этом разбираюсь — пою и всё, — кажется, парень немного стыдился от собственного незнания. Но вопрос Роба заставил его задуматься над этим. — Странно, что ты интересуешься.

       Бас-гитарист только усмехнулся.

       — Не вижу в этом ничего странного — простое любопытство. Просто у тебя голос звучит настолько хорошо, что почти не требует какой-то постобработки, — выговорил Роберт. — Знаешь, как готовая студийная запись.

       У СиДжея глаза округлились, а сам он немного ссутулился в кресле, смущённо улыбаясь.

       — Думаешь? — улыбчиво произнёс блондин. — Хах, Сал меня часто хвалил за моё пение. Это одна из причин, почему я вообще начал этим заниматься.

       Роберт помолчал какое-то время.

       — Круто. Мотивация от лучшего друга — это действительно здорово, — выдал в итоге он. — Я уже говорил это Дэвиду, но повторюсь — далеко пойдёшь, чел. Музыка — это круто.

       Вокалист счастливо улыбнулся.

       — И не говори! Порой кажется, что только она и спасает от всех бед в жизни…

       Послышался звук щелчка. Фишер вышел из ванной, прикрывая за собой дверь. Он негромко зевнул, после чего посмотрел в сторону ребят. Блондин сидел в своём кресле, повернув голову в сторону, и довольно кивал. Роберт говорил ему что-то по поводу теста на определение вокального диапазона. Сал тихо подошёл к парням. Внимание СиДжея тут же переключилось на него.

       — Привет!

       Фишер только бровь поднял, усмехнувшись.

       — Ага, давно не виделись, — кинул он. Взгляд перешёл на Роберта, который сидел на корточках, прислонившись спиной к стене. — О чём болтаете?

       — Говорю ему, как найти тесситуру* и определить диапазон голоса, в котором он может петь, — Роб кивнул в сторону СиДжея.

       — А? — Сал встал около стены рядом с блондином. — А чё такое тесситура? — он скрестил руки на груди и посмотрел вниз на вокалиста. Тот только плечами пожал.

       — Чувак, я тут сам новые знания получаю, — парень усмехнулся, зачёсывая прядь светлых волос назад и зажмуриваясь на один глаз. — Оказывается, у всего есть даже свои названия!

       Роберт оглядел мельком двоих друзей, после чего выпрямился.

       — Можно на студии узнать подробнее — там и распоёшься заодно, — произнёс бас-гитарист.

       Сид повернул к нему голову, улыбаясь:

       — Было бы круто! Спасибо!

       У Роберта, кажется, глаза стали шире. Да, он удивился. Фишер глянул на выражение его лица, после чего усмехнулся.

       — Чел, это нормально — он тебе спасибо даже за спасибо может сказать, ха-ха! — рука Сала всё же взъерошила блондинистые волосы. СиДжей опять вжал голову в плечи, краснея и чувствуя тёплые пальцы на своей макушке.

       — О, понятно, — Роберт взглянул на Сала. — Возьму на заметку.

       — Да хватит вам уже! — вокалист по-детски насупился, скрещивая руки на груди.

       С его стороны послышалось недовольное сопение, от которого оба гитариста только глаза закатили. Фишер опустил руку и присел рядом с инвалидным креслом.

       — У-ти какой обидчивый! — Сал ткнул пальцем в плечо СиДжея, говоря наиграно-слащавым голоском. — Поехали, конфетку купим!

       Сид только сильнее ссутулился, ещё больше строя недовольное лицо.

       — Ты мне ещё с прошлого раза не купил, кстати, — фыркнул парень.

       — Оу, блин, — Фишер задумался, прикладывая палец ко рту. — Чёрт, я забыл.

       СиДжей усмехнулся, расслабляясь.

       — Ты в своём репертуаре! — произнёс он. И теперь его рука трепала синие пряди волос.

       Фишер даже офигел от внезапности этого действия. «Ох, это довольно приятно», — Сал мило состроил глазки блондину, из-за чего тот аж икнул, тут же поднимая руку. Роберт только тихо вздохнул, уже наблюдая улицу через окно в коридоре.

       — Т…так, я пойду, переоденусь, ик! Ой, — у СиДжея голова кругом шла уже от Фишера. — Скоро буду!

       Сал только хохотнул вслед уезжающему в свою комнату парню, после чего выпрямился.

       Всё время, пока блондин копался в своей комнате, Фишер и Роберт проторчали в коридоре, неспешно одеваясь. Парни не особо что-то говорили друг другу, разве только Сал спросил про несколько определений терминов. Потом каждый из двоих залипал в свою точку. Роберт встал у правого окна возле входной двери в коридоре, а Сал читал пришедшее смс с маяком, где нужно было встретиться, чтобы поговорить о следующем заезде. «Уже завтра надо быть на месте. Хорошо, — Фишер отправил ответ, чтобы остальные гонщики поняли, кто ещё будет. — Интересно, этот мудила тоже там будет? Как-то не особо хочется одновременно выходить, — Сал перешагнул с ноги на ногу. — Хотя, да похуй».

       СиДжей выехал одетым уже через десять минут. На его ногах действительно было клетчатое одеяло. Парни ещё немного подождали его, пока тот обуется, после чего все трое покинули дом.

       Ясная погода. Хоть кругом и лужи, но свежий воздух хорошо вентилировал лёгкие. Фишеру это нравилось — он вдыхал полной грудью, кайфуя.

       — Сал, держи ключи от гаража — завези туда мотоцикл, — СиДжей протянул связку другу. Тот быстро схватил её, после чего успешно отвёз байк внутрь.

       — Спасибо, бро, — произнёс спустя пару минут Фишер, отдавая ключи обратно.

       Трое ребят из группы двинулись в сторону музыкальной студии. Сид кое-как старался объезжать лужи, потому что пачкать колёса ему абсолютно не хотелось — руки стали бы грязными. Ладони немного ныли после недавних игривых покатушек по коридору собственного дома с резким торможением, а ещё запястье побаливало, поэтому блондин иногда шипел, если задевал больным местом холодную ось.

       Сал пристроился позади коляски, хватая её за ручки.

       — Давай я, — произнёс парень, тут же слегка дёрнув кресло вперёд, намекая на то, чтобы СиДжей отпустил колёса.

       — Ох, спасибо, чел! — Сид сунул руки под одеяло, так как они замёрзли из-за холодного железа. Перчатки парень не надевал принципиально — те могли загрязниться от вездесущих луж.

       Роберт шёл чуть впереди, огромными шагами перескакивая через мутную воду.

       — Если я правильно помню, то нам направо, — парень медленно остановился, ожидая, пока остальные ребята доберутся до него. — Прямо вдоль тех квартирных домов.

       Он показал рукой в сторону.

       — Да, я знаю, но нам нужно немного в обход… — СиДжей опустил голову. — Там огромная лестница, если идти напрямую. Ну, вы поняли.

       — Обожаю гулять! — тут же довольно воскликнул Фишер, везя коляску с блондином к перекрёстку. — Поедем подлиннее!

       — Спасибо, Сал! — на лице блондина снова появилась улыбка. Согревшиеся пальцы сжали ткань брюк под одеялом.

       Роберт только затылок почесал, но решил промолчать. Теперь парень шёл позади, поглядывая на двух друзей.

       Спустя где-то полчаса все трое добрались до студии. Здание со стороны выглядело совершенно не примечательным — тёмно-серое с офисными окошками и стояло между остальными жилыми многоквартирными домами, которые по цветовой палитре даже больше выделялись. Лишь небольшая табличка около входа с названием независимого лейбла намекала на то, что парни были там, где нужно. СиДжей нервно сглотнул, увидев небольшую лестницу у входной двери издалека.

       Осталось только перейти последнюю дорогу. На шоссе гудели водители, ожидая, пока зажжётся их сигнал на светофоре, чтобы тут же дёрнуть с места. Дворники в специальной одежде молча неподалёку собирали мусор, который раскидали какие-то хулиганы. Люди мельтешили, переходя из одного угла перекрёстка на другой. Народу казалось не так много, но всё равно достаточно, чтобы Сид успел столкнуться с каким-то матерящимся и быстро идущим мужиком, который споткнулся о коляску.

       — За ногами следи, придурок! — кинул недовольно крупный бородатый мужчина, обернувшись на пару секунд. Но он быстрым шагом пошёл дальше, договаривая: — Развелось тут ебланов безногих.

       Сал мгновенно зашипел, шумно вдыхая носом, но СиДжей схватил его за руку позади себя, услышав, как тот собирался что-то ответить.

       — Чувак, не нужно, — обеспокоенно произнёс парень в коляске. — Поверь мне, такие придурки мне на каждом шагу встречаются. Я уже даже не слушаю, что они там за хуйню несут.

       — Хуйню — это слабо сказано, — Фишер скрипнул зубами, сильно сжимая ручки коляски, которую парень повёз дальше.

       Делал он теперь это не очень осторожно. Инвалидное кресло постоянно задевало какие-то трещины, из-за чего неприятно вибрировало и издавало металлические звуки, но СиДжей молчал.

       Роберт решил вмешаться.

       — Чел, остынь, — он подождал, пока Фишер довезёт Сида до тротуара, после чего остановил его, хватая за запястье. — Если обращать внимание на каждого ебаната, можно сойти с ума. Думай о тех, кто тебе дорог.

       Он отпустил руку Сала. Гитарист лишь недоумённо поморгал голубыми глазами, открыв рот, после чего повернул голову в сторону СиДжея. Тот понуро сидел, молча тупив себе на колени. Сал только тяжело вздохнул, печально поднимая брови. «Боже, какой я долбоёб», — он осторожно положил руку на плечо вокалиста, из-за чего тот немного вздрогнул.

       — Извини…

       СиДжей приоткрыл рот, шумно вдыхая воздух, а потом повернул голову в сторону Фишера.

       — Сал… — блондин недоумённо моргал — нечасто он видел своего друга таким… раскаивающимся. Сид поводил взглядом по глазам Сала, пока тот смотрел на него. Через несколько секунд СиДжей мило улыбнулся, отвечая: — Хорошо.

       У Фишера тут же лицо расслабилось, после чего Сал сам невольно поднял уголки рта.

       — Ах, спасибо, — его пальцы чуть сильнее сжались на плече блондина, но он практически сразу ослабил хватку и опустил руку.

       У Сида снова пульс участился.

       — Ладно уж… поехали, а то никогда так не доедем, — только и смог выговорить он.

       Роберт, пока парни беседовали, отходил на какое-то время.

       — Там есть пандус. Его не видно — он с другой стороны, — парень сказал это, подходя к ребятам.

       СиДжей выглядел так, будто сейчас разрыдается от счастья. Парень начал тереть лицо, чтобы скрыть лишние эмоции. Сал и Роберт молча переглянулись. Последний кивнул, после чего Фишер схватил за ручки коляску СиДжея, аккуратно везя её вперёд.

       — А на обратном пути куплю тебе конфету, — произнёс улыбчиво гитарист.

       Сид лишь плечами вздрагивал, шмыгая носом и продолжая вытирать само собой льющиеся слёзы.

       Внутри здания парней встретила какая-то девушка, разодетая в довольно рваную по стилю кофту и джинсы. Она щёлкнула зубами, после чего изо рта надулась жвачка и лопнула ей на лицо. Её глаза тут же недоумённо уставились на троих парней, в особенности, на колясочника.

      СиДжей осматривал помещение: оно оказалось не таким, каким представлял себе вокалист. Парень думал, что внутри всё будет прямо сверхофициально, но нет. Сид даже выдохнул, когда увидел кучу разных музыкальных плакатов, расклеенных по стенам там, где были, скорее всего, какие-то пятна. Очень много различных инструментов стояло прямо около входа.

       — Майкл! Убери этот сраный хлам! Ты его обещал три дня назад увезти отсюда — почему оно ещё здесь? — мужчина в форме без злобы кричал на какого-то дохленького бородатого чувачка, который, кажется, что-то жевал и посмеивался на выпады в свою сторону.

       — Ништяк, чел. Завтра, — паренёк хлопнул в ладоши, после чего показал палец вверх, — отвечаю — всё будет. Зуб даю!

       — У тебя уже почти зубов не осталось, чтобы мне что-то отдавать, — мужчина, который ругался на парня, только устало положил руку на лицо. — Так, ладно. Если завтра это, — он указал рукой на кучу валяющихся сломанных барабанов, — будет здесь, то я просто найму тех дворников с улицы, которые вытащат это, лады?

       Майкл плюнул воздухом. У паренька был довольно мерзкий голос.

       — Лады, чувак. Я ж базарю — всё ништяк! — тощий парень прошёл мимо троих вошедших, даже не обратив на них внимания. Он открыл дверь и выкрикнул своим немного стариковским голосом: — Сандерсон, всё ништяк!

       — Свали уже, придурок! — усмехнулся мужчина.

       Его взгляд переметнулся на парней, которые всё это время с удивлением наблюдали сцену. Только Роберт спокойным оставался.

       — Здрасьте, — СиДжей глуповато пошевелил пальцами, когда Сандерсон подходил к ребятам и взглянул на него сверху вниз. Блондин ещё никогда не чувствовал себя таким жалким в плане роста, хоть он и был выше многих своих знакомых.

       — Так, это ты, да? — лицо крупного мужчины расслабилось. Потом его взгляд переметнулся на остальных парней. — С командой поддержки пришёл, пха-ха! Парень, я не кусаюсь!

       Блондин только моргнул на смешки менеджера, который отошёл на пару шагов назад.

       — Так, ждите, я сейчас принесу контракты, — произнёс Сандерсон, но тут же хлопнул себя по лбу. — Ой-ё, они же наверху — совсем из башки вылетело, — он обернулся на ту самую жующую девушку. — Сьюзан!

       Та только снова лопнула жвачку, поднимая бровь.

       — На, сгоняй ко мне в кабинет — принеси два, нет, три экземпляра, — мужчина передал подошедшей девушке ключи. — Только мигом! Я буду в комнате.

       Сьюзан лишь глаза закатила, молча взяв связку, после чего ушла наверх по лестнице. Мужчина снова обернулся к ребятам.

       — Пф, моя приёмная дочь, — он махнул троим, чтобы те шли за ним по коридору. — Всё никак не могу заставить её нормально работать. Ой-ё, да что ж это я! — мужчина резко остановился, оборачиваясь. — Парень, я ж тебя видел в апартаментах! То-то думаю, лицо знакомое!

       У СиДжея глаза раскрылись.

       — А вы, случаем, не муж Сэнди Сандерсон? — тут же спросил блондин.

       — Да-а, вот только съехали от Терренса пару лет назад! — Герман усмехнулся. — Жена сразу в себя пришла, откормила меня вон, — мужчина почесал живот. — А то постоянно в каком-то трансе ходила. Странное местечко! Я редко там бывал, но тебя видел пару раз.

       Сид улыбнулся. Сал и Роберт лишь молча смотрели на двоих людей — они явно не в курсе того, что те были знакомы. Ребята сдвинулись с места, так как Герман пошёл дальше.

       — И давно вы управляете лейблом? — продолжил расспрашивать СиДжей. — Вообще, я даже толком не знал, чем занимались мои соседи… Мир тесен.

       — Парень, и не говори! — ответил Сандерсон. — Сам в шоке увидеть тебя здесь! В хорошем смысле, конечно — поёшь круто! — мужчина оглянулся на остальных парней, всё ещё шагая вперёд. — И гитаристы шпарят отлично! Давно таких талантов не слышал, а то вот этот придурочный со своим банджо и травкой… у-у-ух… Ну, ладно.

       Все четверо зашли в какую-то тёмную комнату, которая находилась в конце коридора. Герман включил свет, и теперь стало понятно, что это аудитория со звукоизоляцией для записи. Множество отдельных кабинок с застеклением, за которыми можно петь или играть на той же гитаре, да и вообще любом музыкальном инструменте. И никаких тебе посторонних шумов.

       — Охереть! — выдал СиДжей.

       Сандерсон хохотнул, усаживаясь на стул возле кучи техники, включая компьютеры.

       — Интересно, кто додумался из вас группу собирать? — спросил Герман, ставя согнутые локти на колени и подпирая голову сложенными в замок руками.

       Сид промолчал.

       — Да это вот этот красавчик, — через несколько секунд встрепенулся Фишер, понимая, что друг не особый фанат хвастаться. — Почти шесть лет собирал всех!

       Сал встряхнул блондинистые волосы. СиДжей тут же опустил голову, смущаясь.

       Роберт сел рядом на стул.

       — Ого, как долго, — удивился Сандерсон. — Обычно набирают за несколько месяцев.

       — У нас были попытки, но некоторые ребята конфликтовали и уходили, — Сид не особо хотел рассказывать детали провалов, ведь все неудачные попытки в той или иной степени касались и самого вокалиста. Один из бывших бас-гитаристов сказал ему однажды: «Чувак, извини, но ты слишком немобильный. Мне такое не нужно».

       Все члены группы хотели драйва и веселухи, а получали только унылое гаражное пение. И лишь Сал был всегда рядом, пока СиДжей пытался сохранить остальных участников хотя бы на месяц. Но, увы.

       Неприятных отзывов в свой адрес от бывших «друзей» вокалист тоже наслушался немало. Поэтому у него уже выработался какой-то иммунитет к подобным оскорблениям. Но подсознательно всё равно что-то щёлкало неприятное, когда СиДжею напоминали о его физических недостатках.

       — Я-ясненько, — Сандерсон выдохнул, — что ж, они многое упустили.

       Сьюзан, наконец, пришла. Она быстро отдала три бумажки и ручку Герману, после чего быстро свалила в коридор, так и не сказав ни слова. Сандерсон только тяжело вздохнул.

       — Короче, читай, — мужчина протянул листок Сиду, — и это тоже вам, чтобы вы там подумали, бла-бла-бла, — Герман цокнул, прокручивая ладонь. — Хоть мы и независимый лейбл, но всё же кое-какие правила у нас тоже есть.

       Все трое парней сгруппировались, читая контракт. Сал забавно шептал себе под нос какие-то слова, чем немного перебивал остальных, но они молчали. Лишь потом, когда Фишер закончил, продолжили читать.

       Никаких особых сложностей СиДжей не нашёл. Уж делать минимум три трека за полгода — это практически ничего. У группы столько песен уже, что можно просто сразу наделать несколько альбомов, предварительно записав треки на профессиональной студии. По поводу обработки некоторых композиций — Сида это немного смутило, но прочитав ниже он понял, что трек не будет подвержен полному мастерингу. Скорее, грамотному сведению. И лейбл может не сообщать об этом, делая на своё усмотрение. В принципе, ребят такое устроило.

       Да ещё и бабло теперь отваливать будут, если хорошо зайдёт. У СиДжея аж глаза засветились — наконец-то он не будет заставлять ребят работать «за просто так». Хотя, судя по реакциям Роберта и Сала, те даже не особо читали эту графу. Вокалист вспомнил Дэвида. Он не знал, что барабанщик думал по этому поводу, но тот недавно успокоил Сида тем, что согласился на любые условия.

       — Лишь бы с вами в гараже тусить, чувачеллы! — со смешком тогда произнёс он.

       СиДжей улыбнулся, вспоминая это. «Неужели всё получается? А-а-а, как же я счастлив!» — он был готов завизжать, но есть ещё одно условие, которое тут же бросилось в глаза.

       Концерты. Поездки и прочее. Куда-то выезжать Сид не особо любил. Не то чтобы совсем, а именно далеко-далеко. И отказы не принимаются, если приглашают группу на концерт. Только по веским причинам.

       «Сцена… Господи, а вдруг такое когда-нибудь случится? А я…» — мысли блондина были прерваны чьей-то рукой, опустившейся на плечо.

       Сал внимательно оглядывал СиДжея.

       — Чувак, всё нормально, — улыбнулся он. — Я всегда рядом!

       Вокалист почувствовал, как пальцы Фишера сжались чуть сильнее. Как ни странно, но это успокоило блондина.

       Сандерсон что-то там копошился у себя в бумажках, пока остальные внимательно читали пункты контракта.

       — Хорошо, мы согласны, — выдал спустя несколько минут СиДжей.

       — Отлично! — Герман развернулся, протягивая ручку. — Внизу подпись твоя, название группы, дата, согласие и расшифровка.

       — У меня только один вопрос, — Сид нервно сглотнул. Сандерсон промолчал в ожидании. Блондин продолжил: — А это ничего, что я… Ну… Тут написано про концерты, а я инвалид, поэтому мне будет не так просто в плане передвижения.

       Выдох. Вокалисту удалось задать этот неловкий вопрос.

       — Па-а-арень, если б меня интересовали попсовые девочки для телевизора, то я бы даже не позвонил, — Сандерсон улыбнулся. — По поводу своих физических особенностей совершенно не парься — есть у нас ребята и похлеще! Мы работаем с ними, так что за сцену вообще не переживай, если дойдёт до такого! — Герман потянулся. — Короче, мне нужны таланты. Петь умеешь — круто! Остальное меня совершенно не волнует. Даже этот Майкл с банджо умеет такие пируэты выдавать — я поэтому его и не выкидываю, хоть он и дурит часто!

       Сал резко обернулся на Сида после слов Сандерсона. Блондин готов был аж взлететь вместе со своей коляской от счастья, но только голову опустил, оставляя подпись на бумаге дрожащими пальцами.

       — Офигеть… офигеть… офигеть… — бормотал вокалист себе под нос, после чего протянул бумажку Сандерсону. Тот оставил свою подпись на ней.

       — Вот, вторая уже подписана мной, можешь дома для себя черкануть, если хочешь, только не потеряй, — Герман улыбнулся. — Пха, ещё никогда не видел, чтобы кто-то прямо до слёз радовался подписям на какой-то лейбл. Аж приятно! Как же ты будешь реагировать тогда, если на концерт реальный попадёшь? А уж если фанаты письмами начнут закидывать!

       Сандерсон не стал дальше что-то говорить, только развернулся, что-то печатая на компьютере. Блондин тихо всхлипывал, улыбаясь. Он даже уже не пытался скрыть лицо, только сидел с опущенной головой. Роберт молча смотрел куда-то на Германа, прокручивая у себя в голове несколько вопросов по поводу записей собственных треков.

       — Ребят, — менеджер повернулся обратно. — В принципе, на этом всё! Можете идти куда-нибудь там, я не знаю, но треки ваши жду в ближайшее время, как обещали!

       — Хорошо, — ответил Сал, вставая и хватая ручки коляски. — Спасибо вам!

       — До встречи! — ответил Сандерсон.

       Фишер развернулся вместе с СиДжеем. Роберт пока остался сидеть на месте.

       — Идите, у меня тут несколько вопросов вне группы, — ответил он тут же на недоумённый взгляд гитариста.

       Сал пожал плечами и ушёл.

***

       Парни молчали всю дорогу, пока шли до дома СиДжея. Фишер всё это время вёз его, ибо тот только и делал, что вытирал слёзы.

       — Лицо опухнет, — проговорил Сал, когда они переходили очередной перекрёсток. — Потом смешную кличку придумаю, можно?

       Сид издал смешок.

       — Да хоть двести — я сейчас вообще в ахуе со всего, что происходит! Я просто не знаю, как так вышло! — парень вскинул руки от удивления. — Сраные два месяца! Всего лишь!

       — Как вышло, хах, — Фишер объехал коляской небольшую яму на тротуаре. — Ты молодец. Не опустил руки — вот и вышло.

       Впереди огромная лужа на всю дорогу. От неё ещё прямо в глаза отражалось солнце. Сал недовольно цокнул, аккуратно опуская кресло на шоссе и осматриваясь в поисках машин. После чего быстро пробежал, затем остановился возле сухой части дороги и вернулся обратно на тротуар.

       — Если бы не твоя поддержка, то такого никогда не произошло бы, Сал, — продолжил СиДжей, поправляя одеяло на своих ногах. — Я серьёзно, я…я. Я…

       — Ты, ты, всё ты, — Фишер потрепал светлые волосы друга. — Моя душа тоже безмолвно ликует.

       СиДжей снова рассмеялся.

       — Давненько от тебя подобных красноречий не было, — улыбчиво произнёс парень. — Надо будет не забыть записать.

       Сал свернул в сторону входа в дом на небольшую дорожку. На окнах отражалось ясное голубое небо. СиДжей даже засмотрелся.

       — Я вижу в этих стёклах цвет твоих глаз, — произнёс блондин, но тут же закашлялся. — Кхем, в смысле, у тебя же они голубые, вот! Я просто сравниваю, не подумай там ничего!

       Фишер только усмехнулся, но вслух ничего не произнёс. «Уже всё подумал, Сид. Поздно метаться», — мысленно сказал гитарист сам себе.

       Парни зашли внутрь и оказались в коридоре. Блондин закрыл входную дверь. Сал стоял на месте, но не разувался пока что.

       СиДжей немного покатался в коляске вперёд и назад, задумавшись.

       — Ты ведь уйдёшь прямо сейчас? — спросил он как можно более невозмутимо.

       — А? Ну, могу остаться на какое-то время…

       — Да! — тут же вырвалось изо рта вокалиста. Но Сид даже голову опускать не стал. — Пожалуйста, побудь со мной немного, если не сильно занят!

       Хоть сердцебиение и участилось до такой степени, что пульсировало аж в висок, а лицо выдавало всё своё «умоляю, останься» в смущающих красках на щеках и ушах, СиДжей так и продолжил смотреть на Сала. Прямо в глаза.

       «Сейчас помру со стыда, боже, какой я сентиментальный!» — чего только не вертелось в башке блондина.

       Сал лишь удивлённо перекидывал взгляд по всему лицу вокалиста. «Ого, как открыто… Я в ступоре», — подумал он.

       — Хорошо, — произнёс гитарист, начиная снимать верхнюю одежду. — Сегодня я весь твой!

       На последней фразе Фишера СиДжей всё же опустил голову, снова начиная икать.

       — Прости… ик! — он теперь с самого себя смеялся. — Я просто весь на эмоциях от этого контракта, вот и веду себя ебануто… Не подумай ничего такого…

       Сал подошёл к другу и аккуратно прогладил его светлые волосы, пальцами медленно ведя дорожки от лба к затылку. Блондин аж выдохнул от удовольствия, прикрывая глаза.

       — Всё нормально, чел, — Фишер продолжил гладить СиДжея. — Каждый заслуживает счастья, а ты — тем более. Поэтому до вечера я побуду с тобой.

       У вокалиста промелькнула странная мысль в голове. Кажется, теперь он начал что-то подозревать.