24.1

с мыслями                                              Как только Фишер молча ушёл к себе, оставив бинты и прочие лечебные вещи на комоде, Ларри сам развернулся и дошёл до кровати, прихрамывая и кусая губы, которые уже имели гладкие и слегка кровавые на вкус полосы там, где чаще всего сдиралась кожа. Тело рухнуло на постель, одеяло по инерции взмыло вверх, чуть не свалившись на пол, но Джонсон быстро подхватил его и тут же накрылся с головой.

      «Блять, как же хуёво! — парень честно пытался не реветь, затыкая рот ладонью. — И так каждый чёртов раз, когда я пытаюсь что-то кому-то объяснить, у меня нихуя не выходит! Как же сложно!»

      Спина изогнулась на кровати; Ларри поджал ноги, судорожно выдыхая в край одеяла и вслушиваясь в громко стучащий по стеклу дождь.

      Всхлип. Ещё один. Потоки слёз сами лились из глаз, хоть Джонсон и совершенно не хотел этого. Его бесил сам факт того, что он мог разреветься по любой хуйне. Настроение менялось за секунды, выворачивая душу. Казалось бы — недавно веселился, общаясь с Тоддом. Да, немного разыгрывал его, но всё же Ларри понимал, что Моррисон — это тот человек, который читал Джонсона, как открытую книгу.

      Сал оказался слишком сложным для общения. И дело даже не во вспыльчивости патлатого гонщика, который бесил Фишера своими тупыми замашками на гонках. Что-то другое мешало самому Пожарнику начать нормальный разговор с Джонсоном.

      В голове у Ларри промелькнуло давнее желание, если не мечта. Когда-то, буквально пару лет назад, парень хотел покататься с Пожаром по трассе. Просто так. Возможно, с азартом на старте, чтобы появился тот самый адреналин, но без чувства вечного соперничества. Как старые друзья, которые не виделись несколько лет, а потом спокойно травили байки в местном пабе, хлопая друг друга по плечам и удивляясь случайной встрече. Джонсон сам не понимал, зачем ему так сильно хотелось сдружиться с Фишером. Фанатская мечта — иметь друга-кумира? Скорее всего, но это лишь на первый взгляд. Что-то знакомое тянуло Ларри к Салу, будто они раньше где-то уже сталкивались. И, опять же, шрам на лице Фишера не давал покоя, хотя Сал ясно дал понять, что он появился по довольно обыденной причине.

      Или наврал.

      Все эти мысли, крутящиеся в голове Джонсона, только сильнее и сильнее наворачивались, а Ларри больше накручивал себя. Парню стало просто невыносимо это терпеть. Он схватил сотовый, который лежал на подоконнике у окна, и начал набирать номер Эшли.

      Долгие гудки. Девушка ответила лишь через минуту.

      — Боже, хиппи! Я же на паре, — она тихо шикнула в трубку. — Между прочим, ты бы и сам мог явиться!

      Джонсон только проревел в телефон, шмыгая носом.

      — Ох, боже, что с тобой? — тон Кэмпбелл переменился на обеспокоенный. — Ты в аварию попал? Что случилось?

      Тишина, судорожные вздохи.

      — Ларри, не молчи! — в динамике отчётливо стал слышен стук каблуков по полу. Эшли, видимо, уже шла куда-то по коридору. — Скажи, где ты, я приду! Или вызову медицинскую помощь!

      — Не надо, — немного успокоившись, прохрипел Джонсон, — ты же знаешь, что у меня иногда бывают подобные срывы.

      Девушка помолчала какое-то время, облегчённо выдыхая. Звук шагов прекратился.

      — Я могу уйти с пар, и мы можем прогуляться где-нибудь, — произнесла она чуть тише.

      Парень присел в постели, вытирая лицо.

      — Да не, зачем, — усмехнулся он. — Слушай, какая там следующая пара идёт? А то я даже забегу, наверное.

      — Полиграфия, — уже веселее произнесла Кэмпбелл. — Сплошное занудство. Преподаватель снова будет рассказывать о том, как правильно заливать краску в картридж.

      Джонсон встал с кровати, хромая до небольшого шкафа, где лежали его вещи.

      — Так, вроде бы у меня нет долгов по этому предмету, — сказал Ларри, копаясь одной рукой в одежде и доставая чистые носки. Голос звучал бодрее, несмотря на то, что парень продолжал шмыгать носом. — Ладно, приду через полчаса, заодно проветрюсь.

      Он присел обратно на кровать, положив сотовый на плечо и придерживая его головой. Взяв с языка немного слюны, Ларри быстро провёл мокрым пальцем по ранке на ноге, размазывая оставшуюся на коже кровь. «Идеально, блять, промыл, ну да похуй», — Джонсон тут же нацепил чистый носок на больную стопу. А затем принялся за штаны. Футболку парень решил оставить ту, в которой спал — не воняет, и ладно.

      — Я могу занять тебе место на заднем ряду, где повыше, — проговорила Эшли.

      — Да, было бы неплохо, — ответил парень подрагивающим голосом.

      Кое-как он дошёл до коридора, явно хромая на правую ногу. «Чёрт, вроде такая мелкая херовина, а больно, пиздец», — крутилось в голове.

      — Слышь, хиппи, — раздался девичий голос в трубке.

      — А? — теперь тон Джонсона звучал немного ворчливо.

      — Бодрячком! — Эшли тихо, но звонко засмеялась. Ларри улыбнулся, прижавшись плечом к стене в коридоре. Кэмпбелл продолжила: — Что бы там не произошло — супергероиня Эш всегда тебя развеселит!

      К девичьему смеху через динамик теперь ещё прибавилось хриплое, искреннее хохотание Джонсона.

      — Спасибо, Эшли. Ты и правда супер! — улыбнулся Ларри в трубку и завершил вызов.

      Настроение у парня заметно повысилось. Появилась грустная, но всё же улыбка на лице. Джонсон почесал подбородок, который за ночь успел обрасти небольшой щетиной. Единственное, что теперь волновало Ларри — ноющая правая стопа. Он недовольно фыркнул, пытаясь обуть ногу в ботинок. С кряхтением ему удалось это сделать в течение некоторого времени, после чего парень выпрямился и кинул взгляд на дверь в комнату Сала.

      Какие-то особые мысли в голову совершенно не приходили, лишь очередные оскорбления, а вперемешку — слова с извинениями. Ларри, пока надевал куртку и искал чёрный зонт, не мог толком прийти к однозначному решению задачи, что вертелась и надоедала в мозгу: как теперь относиться к Фишеру. В груди неприятно сдавило от осознания того факта, что Сал, возможно, никогда нормально не заговорит после выходки гонщика. Но вместе с тем Джонсон почувствовал некое облегчение, когда гитарист всё же высказал ему своё прямое отношение, сразу ответив на два вопроса: про провокацию со стороны Сала и про его заинтересованность, которая, к сожалению, пропала по вине Ларри. Именно последний факт заставлял страдать гонщика больше всего. Но пока он не мог найти слов для объяснения своего поведения.

      Да и, как уже понял Джонсон сам для себя, Фишер имел какие-то свои ограничения, которые для длинноволосого парня пока не ясны.

      «Но ты всё равно мудак, потому что из-за тебя нога болит, блять», — подумал напоследок Ларри, после чего резко захлопнул входную дверь.

      Запах дождя ударил в нос. Ветра почти не было, отчего под ливнем стоять гораздо приятнее. Джонсон не сразу раскрыл зонт, подставляя лицо под капли. Ларри всегда нравился именно такой дождь, когда почти завершалась гроза, и льющейся воды становилось меньше; грома уже давно не слышно, а потоки не такие интенсивные, как было несколько минут назад. И это совершенно не та непонятная смесь со снегом, который ослеплял напрочь, заставляя леденеть всё тело.

      «Прохладно, так успокаивает», — сразу подумал парень. Через минуту он всё же раскрыл зонт; в университет приходить в мокрой одежде — такая себе идея, особенно когда учишься на дизайнерском факультете, где нужно иметь дело с кучей бумаг, а они, как известно, воду не переносят.

      Хлюпая по лужам, которых за ночь образовалось порядком, и обходя уже чуть ли не целые озёра, Джонсон пошёл на пару. Он прихрамывал на ногу, но старался не обращать внимания на пронизывающую при каждом шаге боль. Ощупав карманы куртки холодными и мокрыми из-за дождя пальцами, Ларри нашёл мелочь. «Отлично, смогу что-нибудь пожрать на паре», — улыбнулся он сам себе, тут же зажмуриваясь от случайно попавшей на бровь капли воды, так как парень слишком сильно наклонил зонт.

      Всё же зима давала о себе знать: Джонсон немного продрог, совершенно позабыв о свойстве воды испаряться, забирая с собой тепло. Но в этот раз не всё так критично — парень быстро забежал в первый попавшийся по пути магазин, чтобы немного просушить куртку, а заодно и прикупить что-нибудь съестного.

      Он проходил где-то минут пять между прилавками, забирая единственную пачку чипсов со вкусом бекона. «Прекрасно, нихуя нет, — недовольно подумал Ларри, тут же захватив рукой банку с газировкой. — В принципе, и так сойдёт».

      Быстро пробив товар на кассе, Джонсон выбежал на улицу, предварительно раскрыв зонт, и быстрым, насколько ему позволяла больная нога, шагом пошёл в сторону университета.

      И лишь на пороге перед зданием парень вспомнил:

      — Бля, а я ж нихуя не взял с собой! В рюкзаке — пусто, блять! Один пенал и тетрадь для всех предметов, — он хлопнул себя свободной ладонью по лбу и зашёл внутрь.

      Как раз была перемена. Куча студентов шлялись по фойе и громко галдели в небольших группах. Большая часть из учащихся — девушки, которые тут же с улыбками и хитрыми взглядами оборачивались в сторону Джонсона, пока тот вертел головой в поисках Кэмпбелл. «Чёрт, наверняка она уже на месте, а я нихера не помню, в каком кабинете у нас пара!» — Ларри скрипнул зубами, проходя мимо охранника. Куртку в шкафчике парень оставлять не стал — пришлось бы проталкиваться через толпу девчонок.

      Джонсон, не глядя, достал сотовый из кармана и быстро набрал номер Эш.

      — Да? У нас в двести девятнадцатом, если что, хиппи! — тут же выдала она.

      — Откуда ты… — Ларри глаза закатил, — впрочем, забей, спасибо. Я уже рядом!

      — Ага! Жду! — Кэмпбелл завершила звонок.

      В коридорах университета столпились студенты, не давая нормально пройти. Целая группа каких-то парней преграждала путь, пока из кабинета неподалёку не вышел преподаватель, начиная ругаться на них. Джонсон уже давно отвык от подобного обыденного, казалось, мельтешения — на трассе всё происходило совершенно иначе. Никакой вежливости, обходных путей и прочего — прямо в лоб. С локтя, с ноги — не суть важно. Чаще, конечно, обходилось и простыми перепалками, но и они имели дружественно-язвительный характер.

      Ларри свернул направо и остановился возле пустой стены прямо перед лестничным пролётом, чтобы передохнуть. Стопа сильно чесалась, но уже не так рьяно, как раньше, что не могло не радовать Джонсона.

      «Двести девятнадцатый, блять, ещё переть на второй этаж и до конца коридора, — ныл парень про себя, стряхивая мокрый зонт от лишней воды. — Жрать хочу, пиздец!»

      — О, давно тебя не видела в нашем универе, — послышался знакомый голос. — Или ты чисто для галочки пришёл?

      Ларри обернулся, сталкиваясь взглядом с сероволосой девушкой.

      — Мэйпл, привет, фух, — выдохнул он, успокаиваясь. — Да, решил заглянуть — вдруг появилось что-то новое.

      Студентка сощурила глаза.

      — Понятно, — быстро кинула она, отворачиваясь. — Могу подождать, если хочешь.

      Джонсон мотнул головой по сторонам.

      — Не нужно, — тут же быстро сказал парень в ответ, поправляя лямку рюкзака.

      Мэйпл лишь плечами пожала:

      — Как хочешь, — и тут же скрылась в лестничном пролёте.

      Ларри облегчённо выдохнул — разговаривать с подругой Эшли равнозначно добровольной посадке задницей на мину. Одно неверное слово — и подкол девушки заставит улететь в небеса на собственной тяге. Однажды Джонсон уже столкнулся с этим, пытаясь переманить Кэмпбелл к себе хотя бы на одну пару. Результатом стало рассматривание собственного носа в зеркале в течение оставшегося дня, потому что Мэйпл тонко пошутила над Ларри на довольно болезненную для него тему.

      Девушка, конечно, извинилась потом. По-своему — просто сказала «забей, ты нормальный пацан». И ушла.

      И самое интересное — Джонсон даже не злился на неё. Вышло так, что под влиянием не очень приятного диалога, парень сам себя и накрутил. Поэтому подружка Эш ни в чём не виновата, просто «Ларри, дурашка, опять из-за вранья нос растёт!».

      Тряхнув головой, отгоняя лишние воспоминания, Джонсон всё же почесал нос, но резко одёрнул руку. «Так, успокойся, — парень проскочил на лестницу и начал подниматься, пытаясь не столкнуться с потоком студентов, которые шли сверху. — Чёрт, как же давно не был в универе — аж трясёт!»

      Второй этаж. Кабинеты, идущие почти сплошняком. Болтающие преподаватели, которые подтрунивали заведующего кафедры за долбанутое расписание занятий. Возмущающаяся девушка-студентка, уронившая кипу бумаг на пол.

      Стоп. Это же Эшли.

      Джонсон тут же присел рядом с ней на корточки, помогая собирать упавшие листы.

      — Бли-и-и-ин, я наступила на титульник! — Эш подняла недовольно голову, стряхивая руки, в которых были бумаги, и ноя в потолок. — Но хотя бы не на лицевую часть! Может, препод не заметит! — её взгляд очутился на Ларри. — Привет! — она тут же легко шлёпнула его по рукам, когда парень пытался что-то сортировать. — Не-не-не, всё напутаешь! Я сама!

      Джонсон встал и недовольно заворчал.

      — Вот и помогай потом, блин, — произнёс он, прислонившись к стене и поставив больную стопу на носок.

      — Прости! Я просто эту хрень делала всю ночь! — Кэмпбелл не поднимала головы, собирая оставшуюся пару листов. Девушка выдохнула и выпрямилась, отряхивая свой коричневый пиджак и оглядываясь на Ларри. — Пойдём?

      — Ага, — коротко ответил Джонсон, отталкиваясь от стены.

      Длинный светлый коридор с небольшим фойе в центре, где тусовалась толпа галдящих студентов. Кто-то обсуждал анатомическое строение человека, другие — пытались найти золотое сечение на каком-то убогом рисунке одного из однокурсников, который явно был недоволен непрошенной критикой, пытаясь вырвать бумажку обратно, но рост не позволял; рядом стоящие лишь смеялись, когда тот забавно прыгал, словно кот за приманкой.

      В деканат, как всегда, стояла очередь из взрослых, молодых людей и девушек, держащих куртки в руках. Все игнорировали запрет на верхнюю одежду внутри здания. Работающим людям нет дела до внутреннего распорядка университета — им лишь бы поскорее получить ответы на свои вопросы и уйти по делам.

      На стенах в коридоре развешаны цитаты художников, писателей, а также копии каких-то картин, портретов и тому подобного. На отдельной доске, что шла следующей после расписания, висели фотографии лучших студентов. Кто-то из работников университета выносил из кабинета огромный горшок с кустом, пытаясь не уронить его на кого-нибудь. Джонсон усмехнулся — давно он не видел подобного зрелища.

      Наконец-то нужный кабинет. Эшли медленно открыла дверь и зашла первой. Ларри последовал за ней.

      — О-о-о-о!!! — раздался вопль нескольких девчонок, как только Джонсон объявился внутри. — Смотрите, кто вернулся!

      Парень нехотя улыбнулся, закатывая глаза. Он не стал ни с кем здороваться, проходя вверх следом за Эш. Несколько девочек провожали его взглядом и шептались друг с дружкой.

      — Девки, это праздник, отвечаю! — сказала одна из однокурсниц с длинной розовой косичкой, жестикулируя так, будто у девушки была рюмка в руке. — Хельга вернулась!

      Студентки, сидящие около неё, тут же захихикали, вновь кидая взгляды в сторону парня.

      Джонсон уселся как можно дальше от болтающих одногруппниц, подперев голову рукой. Кэмпбелл присоединилась, садясь рядом слева, и с небольшим грохотом положила ту самую кипу бумаг на парту. Недолго думая, девушка достала из сумочки ручку и тетрадь.

      — Тебе нужно? — спросила она, оборачиваясь на Ларри. — А то есть запасные.

      — Не, у меня есть, вроде, — Джонсон отрицательно помотал головой. — Капец, как давно меня тут не было…

      — Да вроде был месяц назад, на одной паре, правда, — усмехнулась Эшли.

      Она окинула взглядом студенток, которые теперь специально пересаживались повыше. Ларри лишь скептически посмотрел на них, но длинные пряди решил вытащить из-за ушей. Уж лучше пусть свисают так, чем потом на них оказывались непонятные заколки и дурацкие банты.

      В кабинет зашла Мэйпл. Окинув всех пофигистичным взглядом, она тут же забралась наверх, перешагивая по две ступеньки, и уселась за парту пониже между Джонсоном с Эшли и остальными студентками, таким образом, разделяя их. Другие девушки, кроме Кэмпбелл, тут же недовольно заворчали, но подсаживаться к Мэйпл не стали. Она, тем временем, повернула голову к ребятам позади.

      — Не хочу слышать это дурацкое щебетание, ладно? — произнесла сероволосая студентка.

      Эш только благодарно кивнула ей в ответ, а Джонсон положил голову на парту, прикрываясь руками. Парень совсем забыл, что ночью не сумел толком поспать, а университет, в особенности пара по полиграфии, имел свойство дико усыплять, даже если ты бодрый и под банкой энергетика. Но дома Ларри не смог остаться. Причин объяснять не нужно.

      Прозвенел громкий противный звонок, заставляя уже почти уснувшего Джонсона вздрогнуть и вырвать сознание из полудрёма. Он проморгал пару раз, обернувшись в сторону доски. Преподаватель только-только зашёл в кабинет и начал уже что-то говорить прямо с порога, но парень слушал его вполуха, снова проваливаясь в сон. Эшли поставила открытый учебник перед ним, чтобы частично скрыть от посторонних глаз.

      — Хе-хе, спокойной ночи, хиппи, — прошептала она со смешком и принялась что-то конспектировать в тетради.

      Пара для Ларри пролетела довольно спокойно. Плюсом ещё было то, что она оказалась сдвоенной со второй, поэтому почти все три часа парень дрых, лишь иногда мыча под нос, когда однокурсницы подходили к нему и пытались что-то спросить. Эшли, как настоящий телохранитель, тут же отгоняла надоедливых девчонок подальше от спящего Джонсона. Мэйпл, кстати, иногда ей помогала, бросая колкие замечания в адрес нескольких студенток. В общем, одну перемену подруги смогли отбить.

      А нудная болтовня преподавателя снова усыпляла напрочь. Хорошо, что мужчина оказался понимающим, и не стал донимать спящего студента на заднем ряду.

      Но хорошее рано или поздно заканчивалось.

      — Эй, хиппи! — голос Эш звенел почти над ухом. Девушка легонько тормошила Джонсона за плечо. — Ларри, вставай! У нас следующая пара через пять минут!

      — М-м-м… — парень кое-как отлепил один глаз, пытаясь посмотреть вперёд сквозь пелену. — Бля, как же хочу спать.

      Он с трудом повернул голову в сторону Эшли, громко зевнул и ладонями начал потирать лицо, пытаясь проснуться. Кэмпбелл лишь усмехнулась, встав с места. Девушка складывала вещи в свою сумочку.

      — Вот же хрень, — раздался голос Мэйпл с нижней парты. — Придётся домой идти.

      Эш удивлённо посмотрела на подругу.

      — Что-то случилось, Мэйпл? — спросила она тут же. Сероволосая девушка обернулась в её сторону.

      — Ребёнок дома болеет. Муж совершенно не может за ней следить, говорит «устал», — Мэйпл тяжело выдохнула, закатывая глаза. — Ладно, не хочу особо много болтать, пойду, пожалуй.

      Кэмпбелл пару раз хлопнула глазами, пока подруга вылезала из-за парты, а потом несильным криком остановила её, заметив большую папку в руке.

      — Стой! — Эшли быстро протиснулась через Джонсона, чуть придавливая его животом к парте. — Прости, эх, Ларри!

      — Гх… — только и ответил ей парень, но быстро расслабился, когда девушка перестала на него давить, выходя на ступеньку к подруге.

      Мэйпл лишь наблюдала за этим зрелищем со стороны, мысленно анализируя что-то и кидая взгляд на свободный проход между лавочкой на заднем ряду и стеной, где можно было пролезть беспрепятственно и гораздо быстрее. Естественно, Эшли решила пойти, как всегда, напролом.

      — Слушай! — выдохнула Кэмпбелл, подбегая к подруге. — Одолжи папку с листами и карандаши! У Ларри просто ничего нет с собой!

      Сероволосая студентка скептически оглядела свои вещи.

      — Новые купишь, — выговорила она, протягивая руки. Эшли благодарно кивнула, забирая папку и сумку с карандашами, после чего попрощалась с Мэйпл, которая спокойным шагом спустилась по ступенькам и вышла из кабинета.

      Шатенка вернулась к своему сонному другу. Тот ещё устало залипал на громадную доску впереди. «Никогда не понимал, зачем их делать такими высокими? — думал парень, зевая. — Всё равно никто не дотянется до верха без лестницы. Как же это тупо…»

      — Ларри! — девушка положила на стол папку Мэйпл с листами внутри. — Сейчас опоздаем, пошли!

      — А? — Джонсон обернулся, но всё же встал с места, тут же шикая на больную стопу. Он совсем забыл о ней, пока спал. Эш тут же одёрнула его, усаживая на место, и взволнованно посмотрела на парня.

      — Эй! Ты чего? — девушка чуть встряхнула его за плечи, пока тот кривил лицо, привыкая к боли и наступая на носок. — Что болит?

      — Блять, — прошипел Ларри сквозь зубы, — я дома на кнопку наступил. Совсем забыл, пока спал, вот же пиздец!

      Эшли прищурилась, поджимая губы, а затем схватила папку с листами.

      — Тогда пойдём помедленнее, — произнесла она, болезненно глядя на кряхтящего Джонсона, встававшего с лавочки. Кэмпбелл продолжила: — Но я добегу до преподавателя, чтобы предупредить, что ты немного задержишься, окей?

      — Ага, — Ларри почесал висок и поправил спавшую чёлку. Сон всё никак не отпускал его, поэтому перед глазами немного плыло, но студент очухивался довольно быстро. — О, кстати, — внезапно вспомнил он, — у нас всё там же пара по рисунку?

      — Да-да, на первом этаже! — Эшли тут же развернулась, сбегая вниз по ступенькам, и крикнула, не оборачиваясь: — Жду тебя, Джонсон!

      Парень даже толком ничего ей ответить не смог, так как девушка быстро скрылась за дверью. Только рот успел закрыть после очередного зевка. «Ну и ладно», — подумал студент, потягиваясь в уже пустом кабинете.

      Захватив свой рюкзак, где лежала недавно купленная еда, он вскрыл банку газировки, ибо ужасно хотелось пить.

      «Нихера не выспался, — Джонсон оторвался от напитка, выдыхая. — А мудак Фишер толком поспать не даст». Взгляд перекинулся на угол соседнего стола, залипнув на нём. «Что же мне теперь делать? Хуй забить? — новый глоток оставшейся газировки, после чего Ларри сжал пустую банку в руке. — Терпеть, пока я не закончу университет, а это будет только в следующем году, блять».

      Парень закинул рюкзак за лямку на одно плечо и медленно начал спускаться вниз. Тут же прозвенел звонок на следующую пару, но Джонсона это не покоробило даже. Он спокойно вышел из открытого кабинета, в который тут же начали валить студенты, стоявшие до этого в коридоре, но Ларри увернулся от внезапного потока, даже почти не наступая на больную стопу. Выкинув в мусорку пустую банку, Джонсон спустился на первый этаж и дошёл за несколько минут до нужной аудитории.

      «Блять, мне ещё два рисунка делать, когда я успею? — выдохнул он, открывая дверь. Эшли тут же махнула ему рукой, чтобы тот шёл к ней. Рядом как раз свободное место. Ларри положил рюкзак на пол и уселся на табуретку, вытягивая больную ногу вперёд. — Ну хотя бы один есть. Эх, надо гулять почаще, когда эта херня перестанет болеть». Студент окинул взглядом стопу, двигая ей в стороны. Кэмпбелл оглядывалась на Джонсона, стоя за своим мольбертом.

      Преподавателя в кабинете не было. Впрочем, как обычно. Наверняка ушёл болтать с учителем по живописи, сидя за столом в соседней аудитории с очередной чашкой чая. Поэтому Ларри мог расслабиться. Но всё же времени парень терять не хотел попусту — свободный мольберт тут же оказался перед ним.

      — Эш, — тихо обратился он к подруге, чтобы не мешать остальным, да и внимания не привлекать, — дай лист, пожалуйста.

      Девушка отложила карандаш с ластиком и начала копаться в папке Мэйпл.

      — Могу помочь закрепить, — улыбнулась Эшли, протягивая лист с кнопками. — А то ты не очень дружишь с этими острыми штуками!

      Джонсон сделал кислую улыбку.

      — Я не беспомощный, у меня всего лишь нога болит — это хуйня, — проворчал он, закрепляя бумагу на мольберте. — А ты береги свои пальчики, — подмигнул парень девушке на последней фразе.

      Кэмпбелл лишь глаза закатила, возвращаясь к своему рисунку.

      Однокурсницы снова начали шептаться и хихикать. Постепенно гул нарастал, поэтому некоторые девушки уже открыто голосили и смеялись с каких-то своих непонятных шуток.

      — Патаки, давно тебя не было! — обратилась одна из студенток к Джонсону. — Где пропадал? Мы тут все переживали!

      Ларри сосредоточился на рисунке. Ему сейчас не сильно хотелось болтать с девушками, хотя раньше он никогда не был против. Просто парень ещё дико сонный, да и утро вышло отвратительным, и до сих пор ссора с Салом не выходила из головы. Поэтому Джонсон довольно часто кривил лицо и скрипел зубами, немного стыдясь того, что Фишер всё же опять довёл парня до слёз. «Пиздец, ну и нахуй я потом ещё Эш позвонил, пока ревел, — Ларри мельком кинул взгляд на девушку, но тут же вернул его обратно. — Стыдно, блять!»

      Парень специально наступил на больную стопу, чтобы выбросить дурацкие воспоминания из головы. Легче не стало, но теперь были одни лишь мысли о ноге. А ещё дебильные идеи, связанные с ампутацией и прочей расчленёнкой.

      «Вот же я ебанулся в край, — карандашный штрих получился очень кривым. Джонсон недовольно цокнул, тут же начиная стирать его. — Дома уберу эти сраные кнопки».

      В голове снова появлялись тупые идеи.

      «Или, может, на кровать Салу рассыпать? — у Ларри на лице расплылась ехидная ухмылка. — Интересно посмотреть, как он бы корчился от боли».

      И резко перед глазами возник образ Фишера с искалеченными ногами. Джонсон даже руку с карандашом опустил — у парня слишком хорошее воображение. «Чёрт, да ты же каждый раз калечишься на трассе — какой пиздец у тебя творится с коленками, чувак!» — в общем, мысли Ларри, как и его настроение, снова резко перескакивали с одной на другую, не принося никакого покоя.

***

      После ужасно долгой пары по рисунку, на которой Джонсон старался держаться подальше от всех своих одногруппниц, он и Эшли вышли из университета. Дождь закончился; небо всё ещё пасмурное, зато без сильного ветра. Солнце проглядывало местами, создавая необычное освещение.

      Люди мельтешили, спеша на законный обед, и пробок на перекрёстке не было. Зато всё шоссе мокрое, как и тротуар, а с козырьков магазинов и крыш домов капала вода, иногда попадая на прохожих.

      Ларри ненадолго залип на голубые прожилки в облаках. Следил глазами, как менялась их форма во время движения масс воздуха, как исчезал один просвет и появлялся другой. И как солнце освещало край облака, создавая ощущение того, что наверху можно ходить пешком и не проваливаться сквозь тучи.

      — Опять в облаках витаешь, хиппи? — толкнула легонько в плечо Джонсона Кэмпбелл. — Надо отнести вещи Мэйпл!

      Ларри недовольно пробурчал, услышав кличку.

      — Ещё раз назовёшь меня хиппи… — он наигранно угрожающе поднял руки, скрючивая пальцы, — и я тебя подниму!

      Эшли лишь язык в ответ показала, за что получила небольшую дозу щекотки от Джонсона, звонко смеясь на всю улицу и пытаясь вырваться из цепкой хватки. Ларри отпустил девушку через минуту, позволяя ей отдышаться от хохота.

      — Так тебе и надо, — с ухмылкой выдал парень, опёршись на здоровую ногу. — Ты вещи мне дай, я и сам могу…

      Кэмпбелл тут же одёрнула огромную папку и сумку с карандашами от тянущихся рук одногруппника.

      — Нет! — тут же серьёзно, но с улыбкой произнесла она. — Я сама! А мы ещё ко мне потом забежим, — взгляд зелёных глаз опустился на больную стопу Джонсона, который всё время ставил её на носок. — Надо глянуть, что у тебя там!

      Ларри закатил глаза, медленно наклоняясь назад, а потом резко подался вперёд и отнял папку и сумку у Эшли. Та аж очухаться не успела, но недовольно руки скрестила, ворча:

      — Ой, ну как хочешь, хиппи! Раз ты такой сильный, то неси сам! — естественно, что девушка ни разу не разозлилась на Джонсона, тут же улыбнувшись. — Ла-а-адно, фиг с тобой — пойдём!

      Друзья добрались до остановки, а в течение получаса уже оказались у дома Кэмпбелл, предварительно вернув Мэйпл её вещи. Подруга Эшли жила практически по соседству, поэтому долго ребята не провозились.

      Зайдя в квартиру, Джонсон тут же принюхался к незнакомому запаху.

      — Тут кто-то курил? — парень мигом покосился на девушку, которая ключом открывала собственную комнату. — Эш?

      — А? — шатенка обернулась. — А-а-а! Да, тут пара девчонок снимают комнату по соседству. Надо же мне на что-то жить! — Эшли ухмыльнулась. — Не хочу снова в этот дурацкий ресторан, пуф! Поэтому сдаю комнату напротив.

      — Ого, — Ларри повернул голову в сторону закрытой двери. — А их сейчас нет дома, я так понимаю.

      Парень дошёл до дивана в зале, уселся на него и вытянул больную ногу, расслабляясь.

      — Они обычно приходят домой под вечер, — сказала Эш. — Та-а-ак, что-то я заболталась, — девушка задумчиво скосила глаза, прикладывая палец ко рту, — я подойду сейчас, посиди тут.

      — Ладно, — кинул быстро Джонсон, махнув рукой.

      Несмотря на запах сигарет, в квартире Эшли было достаточно уютно. Всё чисто, правда, гирлянды, которые были развешаны почти под потолком, немного приводили общий вид в хаос. Но Ларри здесь нравилось. Нет лишнего шума или какой-то суеты, пока Мэйпл не приводила Соду, конечно. Краем уха Джонсон слышал копошение девушки в её комнате, но решил лишних вопросов не задавать. Пальцы сжали край дивана, а голова парня тяжело опустилась вниз.

      «Блин, наверняка же сейчас спросит, какого хера я ревел, — снова вспомнил сегодняшнее утро Ларри. — Не могу ж я ей сказать, что из-за Сала. Это звучит так тупо!»

      Опять настроение ни к чёрту. Джонсон недовольно сдул чёлку со лба, смотря куда-то вперёд на входную дверь. Но домысливать нехорошее Ларри не дала Эшли, которая уже вышла из своей комнаты с небольшой аптечкой в руках. Девушка тут же присела на диван рядом с Ларри.

      — Давай ногу свою! — проговорила она, вскрывая банку с какой-то жидкостью.

      — Это ты зря, — усмехнулся Джонсон. — Сейчас вонять будет!

      Парень был уже разутым, поэтому осталось снять только белый носок, на котором всё же осталось маленькое пятно крови. Он без особых церемоний закинул ногу на колени Эшли и развалился на диване, сцепив руки в замок за головой. Кэмпбелл лишь глаза закатила.

      — И так всегда — ты где-то дерёшься, а мне потом тебя пластырями обклеивать, — девушка смочила ватку спиртом и провела по ранке. Ларри немного шикнул, но потом просто прикрыл глаза, стискивая зубы. Эш повернула голову, продолжая: — И ещё где-то умудрился получить огромный синяк на щеке! Кто тебя так?

      Джонсон пробурчал что-то, не открывая глаз.

      — На трассе один уёбок зарядил. Не суть важно, — выдал он. Парень приоткрыл один глаз, замечая, как Эшли взволнованно смотрит на него.

      Девушка закрутила бутыль и отложила её вместе с ватой на небольшой столик перед диваном.

      — Колись, хиппи, что произошло? — серьёзно посмотрела она на Ларри.

      Тот только отвёл взгляд в сторону.

      — Ничего особенного, — выдал парень. — Посрался кое с кем, вот и всё.

      — Неужели с Салом? — Эш хлопнула глазами, внимательно изучая эмоцию на лице Джонсона. Тот недовольно цокнул, шумно выдыхая. Кэмпбелл нахмурилась и произнесла чуть тише: — Угадала, значит, — она помолчала несколько секунд. — А в чём причина?

      Ларри подтянулся повыше, так как лежать стало не очень удобно.

      — Да-а-а, пацанская херня, — выплюнул Джонсон, рукой зачёсывая чёлку назад. Его взгляд метнулся на Эшли, останавливаясь на её глазах, которые серьёзно смотрели на парня. — Чёрт, да не парься ты!

      — Ну, ладно, — немного удивлённо произнесла девушка, продолжая всматриваться в лицо друга.

      Ларри понял, что она не отлипнет. Отступать некуда.

      — Ла-адно, кх, минуту, — усевшись поудобнее, чтобы не задевать ногами девушку, Джонсон сцепил руки в замок и засмотрелся на узоры на зелёном диване. — В общем, мы всегда не особо ладили, мягко говоря…

      Парень кратко пересказал Эшли историю соперничества между Пожаром За Поворотом и Патлатым Говнарём на трассе, не сильно вдаваясь в детали по поводу начисления баллов и как вообще происходила система распределения на худших и лучших рейсеров. Кэмпбелл, как ни странно, слушала Ларри очень внимательно, ни разу не перебивая. А если возникали вопросы, то она поднимала руку. Как в школе. Джонсон посмеивался с подобных жестов со стороны Эш, но это каким-то образом разряжало обстановку.

      Естественно, что про удар Сала парень рассказывать не стал.

      — Хи-хи, это так странно, — девушка улыбчиво сощурила глаза, смотря на Ларри, который к концу рассказа уже тупил взгляд в пол, — мне казалось, что вы довольно хорошо общаетесь.

      — Да уж, — парень издал саркастичный смешок, положив голову на руку. — Бывали моменты, конечно, но потом всё летело по пизде…

      Кэмпбелл отвернулась, рассматривая развешенные гирлянды на потолке. Девушка задумалась о чём-то на некоторое время. Джонсон лишь метал взгляды от неё до какой-нибудь мебели, находившейся в комнате. А затем устало прилёг на бок, положив голову на жёсткую диванную подушку тёмно-зелёного цвета. Ноги пришлось подогнуть, но Эшли ещё в процессе диалога отодвинулась на противоположный край, давая возможность лечь относительно нормально.

      — Подари ему что-нибудь, — внезапно раздался голос девушки, которая всё ещё продолжала залипать в потолок. На её лице была небольшая улыбка.

      — А? С фига ли? — парень устало повернул голову, не поднимая её, после чего зевнул. — Я ему ничего не должен.

      Кэмпбелл всё же развернулась немного к другу.

      — Да ты не понял! — она махнула рукой, закатывая глаза, но продолжая улыбаться. — Сам же сказал мне, что ты фанатеешь от него!

      Джонсон зарделся, тут же отворачиваясь.

      — Нихрена! Это было давно! — парень резко выдохнул, но тут же успокоился, надувая губы. — Ну, может, после последнего заезда он снова показался мне немного крутым, да…

      Ларри согнул указательный и большой пальцы, оставляя между ними миллиметровое расстояние. А потом показал этот жест Эшли.

      — Вот настолько! — тут же выпалил он. — Но не больше!

      Девушка рассмеялась в ладонь.

      — Ой, дурак ты, хиппи! — тут же высказалась она. — Мне-то зачем говорить об этом. Ему скажи!

      У Джонсона на лице отобразилось максимальное недоумение.

      — В смысле? Типа, подойду, и такой — оп, ты крутой! — Ларри чуть приподнялся и хлопнул руками на последних словах. У парня аж бровь дёрнулась от представления подобного диалога. — Так что ли?

      — Ну, да, — Эшли наивно моргнула несколько раз, упирая руки в колени и пожимая плечами. — А что такого?

      — Это девочки могут целоваться по-дружески, Эш. С пацанами такое не прокатит, — Джонсон снова опрокинул голову на подушку, устало зевая.

      Кэмпбелл закатила глаза.

      — А ты и не целуйся, блин, — усмехнулась она. А потом задумалась. — Хотя, с твоим характером, не думаю, что тебе будет противно от этого…

      Она хихикнула на последней фразе, а потом в неё полетела подушка.

      — Угомонись, женщина! — Джонсон окончательно пересел на другую сторону дивана и согнул ноги в коленях, недовольно выглядывая. — Откуда ты вообще знаешь про это? Я же тебе никогда напрямую не говорил!

      Эшли деловито поправила волосы, прикрывая глаза.

      — Ты слишком часто залипаешь на парней, Ларри — прямо пожираешь их глазами, — девушка подмигнула другу. — Да и ты сам мне намекал много раз!

      Почему-то Джонсону стало стыдно. Он окончательно упрятал голову в коленях.

      — Ой, бля-я-ять, теперь каждый второй будет думать, что я гей, да? — ныл куда-то парень себе под нос. — Чёрт, ещё и Моррисон из головы не выходит совсем…

      А теперь Эшли действительно удивилась. Даже рот приоткрыла.

      — Тодд? — тут же спросила она. — Боже, ты серьёзно?

      Ларри осторожно выглянул и посмотрел на девушку. Та сразу всё поняла по печальным глазам и вновь покрасневшему лицу Джонсона.

      «Ох, бедняга», — подумала Кэмпбелл, по-доброму улыбнувшись и слегка наклонив голову.

      — Да, я серьёзно, — парень опустил ноги, так как сидеть стало не очень удобно, учитывая ещё болевшую стопу. Взгляд вновь цеплялся за узоры на светло-зелёном диване. — Даже сказал ему об этом…

      — Оу, — выдохнула девушка, — но у него же парень…

      — Я знаю! — Джонсон аж выпал чуть вперёд, но тут же отклонился, недовольно цокая. — Знаю, блин. Он сразу отшил меня. Я тогда всё в шутку обернул, правда, но, знаешь, — послышался тихий скрип зубов, — его рыжая башка снится мне почти каждую чёртову ночь!

      Возникло недолгое молчание.

      — Давно с ним не общалась, кстати, — Эшли облокотилась на спинку дивана.

      — Ага, — Ларри тоже откинулся назад. И тяжело вздохнул.

      — Скучаешь? — Кэмпбелл залипла на розоватые обои на стенах в зале.

      — Это прикол какой-то, Эш? — недовольно проворчал Джонсон. — Я же тебе только что сказал, что он мне нравится! — его голова медленно опустилась. Парень подогнул больную ногу под себя, чтобы стопа не касалась пола.

      — Ах, извини, — без сарказма выдала Кэмпбелл, взволнованно прижимая руку к груди.

      — Ничего… — тихо произнёс Джонсон.

      Девушка не стала грузить лишний раз друга, понимая, что тот сам всё выговорит, но чуть позже. Запах сигарет почти ушёл из квартиры.

      — Да, скучаю, — спустя какое-то время выговорил Ларри. Эшли кинула на него быстрый взгляд, но ничего не произнесла больше, оставляя парня со своими мыслями на какое-то время.

***

      Трэвис продолжал лежать в больнице. Парень мог уже даже немного ходить при помощи костылей, поэтому сейчас он кое-как прохаживался по коридору, стараясь не сильно трогать больную руку. Пальцы работали, чтобы поднимать костыль, а предплечье ещё было в гипсе, но Фелпс чувствовал, что там почти всё зажило. Хоть и тупая боль возникала при попытке поднять что-то тяжелее самого костыля.

      Дойдя до огромного окна с низким подоконником в конце коридора, парень уселся на него, устало выдохнув. Рядом болтала какая-то бабка по телефону, недовольно озираясь сквозь очки на пришедшего. Фелпс ответил ей максимально презрительным взглядом, на что пожилая женщина фыркнула, проболтав что-то в телефон, взяла свою сумку и ушла дальше по коридору. Трэвис облегчённо опустил голову и оглянулся.

      За окном светило солнце, проглядывая сквозь тучи. Вся улица сырая. Парень наблюдал за проезжающими по шоссе машинами, которые не брезговали обливать водой случайных прохожих.

      — Хоть какое-то развлечение, — хохотнул тихо Трэвис. Потом он достал из кармана штанов сотовый и в очередной раз глянул на экран.

      Сообщений нет.

      «Конечно, блять, — парень пихнул мобильный обратно, звонко щёлкая зубами, — ты же такой занятой, просто пиздец».

      Отец заглядывал в больницу к сыну только пару раз. Больше не приходил, но иногда звонил и присылал смс, но с каждым днём всё реже и реже. За последнюю неделю вообще только одно сообщение пришло, и снова оно касалось финансов.

      «Деньги, деньги — как же заебало! — раздался глухой стук костыля о больничный кафель на полу. Трэвис уставился перед собой, цепляя взглядом мельтешащих медсестёр и врачей. — Меня тут только эти два клоуна развлекают, а от тебя вообще нормального внимания нет».

      Фелпс почесал выросшую щетину. Несмотря на то, что он довольно долго уже лежал в больнице, парень всё же кое-как умудрялся следить за собой, правда это стоило немалых усилий. Поэтому его лицо сейчас не покрывали дурацкие усы, от которых Трэвис предпочитал избавляться практически сразу, и густая борода.

      Телефон пиликнул. Парень тут же выхватил его из кармана и посмотрел на экран. Разочарование.

      «Опять этот пидор мне пишет, — фыркнул про себя больной. Смс пришло от Моррисона. Он спрашивал про следующий заезд. У Фелпса лишь бровь поднялась. — А другие не в курсе, что ли? — парень опустил руку с телефоном и недовольно выдохнул в потолок, после чего вернулся к сообщению. — Даже я, блять, лёжа в этом больничном аду, узнаю всё быстрее…»

      Пальцы на здоровой ладони набрали ответное смс:

      «Блять, следующий будет за городом через неделю. Не на окружной, если чё».

      Отправлено.

      Трэвис выдохнул, недовольно надувая губы и поднимая брови. «Вообще, если погода по пизде не пойдёт, то можно даже попробовать глянуть, — взгляд вновь поднялся на бегающих врачей. — Если эти суки меня выпустят, конечно».

      Сотовый снова замигал. Фелпс даже головой не шевельнул, опуская глаза обратно на экран.

      «Что-то далеко в этот раз. А сколько народу будет?»

      Парень уже чувствовал, что память его телефона будет забита подобными расспросами. Поэтому, недолго думая, ответил:

      «Перезвони. Мне влом писать».

      Трэвис мог и сам набрать, конечно, телефон Моррисона, но внутренняя гордость просто не позволяла опуститься до уровня какого-то рыжего очкарика. А экран сотового уже начал мигать. «Ебать, реально звонит», — усмехнулся Фелпс, нажимая на кнопку принятия вызова.

      Естественно, первым парень говорить не стал.

      — Алло? — раздался голос Тодда в трубке. — Трэв, ты слышишь?

      — Ага, — монотонно произнёс Фелпс, оглядываясь в сторону окна. Парень хоть и не особо любил общение, но всё же рад какому-то контакту с внешним миром. Поэтому с Моррисоном старался вести себя достаточно вежливо.

      — Ладно, я рад, — выдохнул Тодд. — Повторю вопрос: сколько человек будет на трассе?

      Трэвис задумался на несколько секунд.

      — Насколько я знаю — дохуя в этот раз, — он усмехнулся, когда услышал недовольный вой Моррисона.

      — Чёрт, почему тебя каждый раз надо уламывать, чтобы ты ответил на прямой вопрос? — проворчал рыжий парень.

      — Ничего не делается просто так в этой жизни… — Трэвис сдержал оскорбление в сторону Тодда за зубами. — А по поводу количества участников. Хм, — Фелпс сощурил глаза, вглядываясь в чью-то драку за окном, — я не соврал. Правда дохуя будет — где-то двадцать человек на один заезд. И ещё пересечёнка.

      — Эндуро? — Тодд задумался на пару секунд. — Байкам пиздец.

      У Трэвиса глаза округлились.

      — Нихуя, ты материшься! — он произнёс эту фразу слишком громко, так как несколько врачей недовольно шикнули на больного. Но Фелпс лишь глаза закатил. А затем продолжил говорить в трубку: — Не, не совсем. Там какая-то своя параша, как мне кинули. А если погода будет в полной жопе — просто заезд на скорость по трассе, правда, там всё равно надо ехать по пересечёнке какие-то метры, — Трэвис усмехнулся. — Но ты прав, пха-ха! Байкам реально пиздец.

      — Надо будет предупредить этих двоих, чтобы не сильно гнали… — ответил Моррисон спустя какое-то время.

      — Это ты про Патлатого и Пожарника? — Фелпс щёлкнул зубами. — Забей. Они когда-нибудь довыёбываются, после чего сами прекратят свои бесполезные понты. Два долбоёба. А так хоть веселуха будет какая-то!

      Снова недовольный выдох Тодда. Но со смешком.

      — Кстати, — Трэвис сам не знал, зачем хотел спросить это, — что там по поводу твоей мотосекты?

      Пауза. Фелпс снова оглянулся в сторону окна, вслушиваясь в стук клавиш через динамик. А на улице скука; прохожие бегали, как обычно, по своим делам, катался общественный транспорт — ничего интересного.

      — В общем, — наконец-то подал голос Моррисон, — пока хрень какая-то. Ты в курсе про недавнюю аварию на перекрёстке у одной популярной кафешки?

      Трэвис саркастично закатил глаза, поджимая губы.

      — Коне-е-ечно, блять, я же новостной канал — в курсе всех событий, — едко выдал парень. — Откуда?

      — Ну ты обычно всегда узнаёшь всё первым, — Тодд хмыкнул на том конце трубки. — Ну, ладно, — он промолчал несколько секунд, после чего ответил: — На трассе вывернуло гонщика — наткнулся на заборные штыри во время езды. Огонь был, а ещё рубануло почти все фонари до перекрёстков из-за того, что один из столбов обвалился, порвав провода.

      — Ого, — Фелпс не особо был шокирован, но история у него вызвала интерес, — это ж на какой скорости надо гнать, чтобы фонарный столб свалился.

      — Не, там он уже изначально висел на проводах, — тут же ответил на его вопрос Тодд. — А этот мотоциклист просто добил его, так сказать. И сам добился…

      Трэвис усмехнулся. Он сел поудобнее на подоконнике и ближе к краю, так как чувствовал сильный жар от батареи.

      — Понятно, — сказал парень, подхватывая почти упавший костыль на лету. — Только таких придурков убивается дохуя. Этот чем отличился?

      Моррисон промолчал какое-то время.

      — Я забегу после работы сегодня — расскажу, — коротко выдал он.

      Фелпс недовольно буркнул что-то под нос.

      — Как хочешь, — пофигистичной интонацией выдал парень.

      На самом деле, Трэвису действительно было просто до чёртиков интересно, что происходило сейчас вокруг, пока он лежал в больнице. А каждый приход Тодда сопровождался какими-то занимательными историями из внешнего мира, и хоть Фелпс мог сам достать нужную информацию, подключив кое-каких людей — он не делал так, ибо понимал, что это были методы отца. Поэтому парень действовал самостоятельно, насколько позволяли ему знакомства без обязательств вроде того же Моррисона.

      Да и почти халявная еда со сладостями всегда повышала настроение. А монотонную болтовню Тодда можно и потерпеть, пока грызёшь что-то во рту.

      — Тогда зайду после пяти, если там время посещений, конечно, не кончится, — проговорил рыжий парень в трубку.

      — Ага. Бывай, — Фелпс завершил вызов.

      «Интересно, что такого случилось, что даже этот ботан взбаламутился?» — Трэвис немного потупил в потолок, после чего схватил костыли и медленным шагом поплёлся обратно в палату.

***

      Эшли пританцовывала под тихую музыку в своей комнате. Джонсон дрых в зале на диване. Было не очень удобно, но парень совершенно не хотел обременять свою подругу, которая и так ему сильно помогла, да и спать разрешила. Ларри, правда, всё равно толком уже не мог заснуть — всё время мешали какие-то мысли в голове. Он добрый час проворочался на диване с закрытыми глазами, в итоге, забил на это и сел, громко зевая.

      А ещё ему ужасно хотелось есть.

      Кэмпбелл выбежала из своей комнаты. Она почему-то была одетой, словно собиралась куда-то идти.

      — О, привет! — проговорила девушка. — Думала, тихонько сгоняю в торговый центр, но ты не спишь.

      Эшли копошилась в карманах осенних курток, забавно щурясь и прикусывая язык. А потом победно завизжала, достав сотню долларов.

      — Бинго! — девушка помахала купюрой перед собой. — Хиппи, пошли со мной!

      Джонсон недовольно буркнул, почесав затылок и сонно зевнув. Но с дивана всё же встал, тут же потягиваясь.

      — Пойду, если прекратишь меня так называть, — ответил парень. И тут же уставил руки в бока. — С какого хера я хиппи? Ты меня раньше так называла из-за волос, которые я отрастил чуть ли не до колен, но сейчас их уже нет!

      Кэмпбелл со смешком закатила глаза, аккуратно проходя мимо стула, стоявшего возле вешалки. Она подошла к комоду, захватывая с него свою сумочку, и прошла в коридор, где начала обуваться в длинные до колена сапоги кислотно-фиолетового цвета.

      — Если придумаешь себе новую кличку, буду ей называть, — усмехнулась Эшли, подняв взгляд на Джонсона. — А пока мне просто весело! Привычка!

      — Дурацкая привычка, пф, — проворчал парень и подошёл к Эш, прихрамывая, но уже слабее. — А если хочешь новую, то называй меня самым умным крутым альфачом!

      Кэмпбелл выпрямилась, задумываясь на несколько секунд и недоумённо хлопая глазами.

      — Аббревиатурка, конечно, классная, — она тут же засмеялась, когда Ларри понял, что ляпнул какую-то хрень, мгновенно вспыхивая со стыда. — Видел бы ты своё лицо, а-ха-ха!!!

      Джонсон резко скрестил руки и шумно выдохнул.

      — Отстань, женщина, я не в себе! — выпалил он сразу, после чего с силой стал запихивать руки в рукава куртки. — Забудь об этом! — Ларри ткнул Эшли пальцем в нос, а та лишь довольно зажмурилась, улыбаясь и хихикая. Джонсон всё же сам усмехнулся, опуская руку. — Лучше снова хиппи.

      — Хорошо! — проговорила Кэмпбелл.

      Ребята вышли на улицу. Эш не стала мучить парня долгими пешими прогулками, хотя они ей очень нравились. Вместо этого друзья сели в автобус, чтобы Ларри не наступал лишний раз на ногу.

      Приехав к месту назначения, Джонсон сразу цокнул, поджимая губы. Тот самый громадный торговый центр, единственный на весь Нокфелл. «И почему именно сюда?» — подумал парень.

      Его желудок заурчал, когда Ларри учуял запах бургера из пакета одного проходящего мимо мужичка. Кэмпбелл шла впереди, звонко стуча каблуками по асфальту.

      — Я всё слышала, хиппи! — она немного повернула голову в сторону друга. — Тоже дико есть хочу — пошли куда-нибудь в кафешку!

      Джонсон кивнул, тут же шарясь по карманам. Облом.

      — Вот же бля! — вырвалось у него, когда парень нашёл только дурацкий четвертак.

      Эшли чуть замедлилась, чтобы идти сбоку от Ларри.

      — Забей! — весело произнесла девушка, немного притопывая по лужам. — Я плачу!

      — Я потом верну всё…

      — Не-не-не, забей! — снова повторила Эшли, поднимая голову в сторону Джонсона и весело улыбаясь. — Я же обещала повысить тебе настроение!

      Она тут же встала в какую-то нелепую позу, вытягивая руку с кулаком вверх и удивлённо хлопая глазами. Ларри хотел что-то сказать, но в порыве лишь рот открыл, издав немой вопрос и поднимая бровь. Кэмпбелл засмеялась.

      — Ты пересмотрела слишком много аниме, — проговорил парень, когда девушка снова пошла вперёд.

      — Я просто люблю впадать в детство — взрослая жизнь такая скучная, — Эшли скрестила руки за затылком, по-дурацки подмигивая.

      Джонсон лишь глаза закатил.

      — Дурашка ты, — только и сказал он.

      Друзья зашли внутрь. В огромном фойе торгового центра по идеально гладкому кафелю гуляла толпа людей. Много гула. Играла танцевальная музыка.

      — О, это же одна из моих любимых песен! — Кэмпбелл пробежала чуть вперёд, начиная странно пританцовывать. Несколько проходящих мимо парней стали коситься с присвистом на девушку, но подошедший Джонсон тут же отвадил взгляды неудачливых пикаперов.

      » — She's a maniac, maniac on the floor…»* — звучал припев из динамиков.

      Ларри смотрел на то, как танцует Эшли. «Снова этот твой дебильный танец-паровоз», — усмехнулся парень про себя. Кэмпбелл действительно танцевала так, будто изображая поезд.

      Девушка чуть нагнулась вперёд, двигая коленями по сторонам в ритм, а руками, согнутыми в локтях, делала небольшие круговые движения. Потом Эш встряхнула голову, довольно улыбаясь, и развернулась спиной. Ларри ненадолго засмотрелся, слегка зевая.

      » — And she's dancing like she's never danced before…»**

      Песня продолжала играть прямо в уши, которые уже начинали словно игнорировать происходящий вокруг шум людей.

      Дурацкая белая пелена возникла перед глазами Джонсона, размазывая окружение. Остался лишь какой-то танцующий нечёткий силуэт. Ларри потёр переносицу, зажмуриваясь, после чего снова взглянул перед собой.

      Синие пряди волос иногда взмывали в воздух, а складки на знакомой красно-чёрной футболке двигались в противоположном направлении от движения. Ноги в тёмно-серых джинсах переступали по идеально белому кафелю, который по светлоте сливался с окружением.

      «Чего…» — Ларри обомлел от собственного воображения, щурясь. Перед ним сейчас танцевал Сал. Не так, как Эшли, конечно, а более эстетично и раскованно. У Джонсона глаза на лоб полезли.

      Фишер двигался плавно, задирая руки вверх и покачивая бёдрами под ритм. Его глаза были закрыты, но на лице осталась улыбка. Голова резко поднялась вверх, снова заставляя вьющиеся волосы двигаться, после чего парень покружился в два шага. В последнюю секунду нахальный взгляд голубых глаз очутился прямо на Ларри, смотря словно в душу.

      — Эй, приём! — голос Эшли резко вывел Джонсона из транса. — Офигеть, ты уснул стоя!

      Ларри лишь недоумённо моргал перед собой, всё ещё вспоминая только что увиденное.

      — А? — его взгляд опустился на девушку. Кэмпбелл усмехнулась, проводя ладонью перед носом парня.

      — Ау, хиппи! Пошли куда-нибудь сядем! — Эш схватила Джонсона за руку и повела в кафешку. — Ты словно в ступор впал! Даже не моргнул ни разу!

      — Я, наверное, не выспался просто, — Ларри положил ладонь на лицо, устало потирая глаза. — И жрать хочу ещё.

      — Поня-я-ятно, — протянула девушка.

      Джонсон уселся за столик, кладя голову на руки и сонно зевая. Он сказал Эшли примерный заказ, после чего Кэмпбелл пошла стоять в очереди. А Ларри, тем временем, устало залип на столешницу, продолжая потирать лоб. «Столько событий навалилось в последнее время, — выдохнул парень, пытаясь игнорировать шум людей вокруг. — Уже стоя засыпаю. Ещё и снится всякая хуйня…»

      Пальцы захрустели, так как Джонсон начал их оттягивать зачем-то. Снова в голове чёрти что.

      «А может и правда забить? Или всё же попробовать?» — подумал Ларри перед тем, как его мысли снова заняла очередная картинка, которую он хотел позднее зарисовать.