Глава сорок восьмая

Голос у неё в голове закричал. Это ужасное «не-е-е-е-е-е-е-е-т!» порезало всё внутри. Откуда и зачем это взялось было непонятно, и пугало до ужаса. На несколько секунд повисло молчание, но затем Северус увел её и Драко. Они ничего не понимали, на лицах так и было написано. Что вообще произошло?

Но обсуждать это времени не было. Надо было уходить, а по дороге Беллатриса побаловалась, разрушая Большой зал. Анаис может и придала бы этому хоть какое-то значение, если бы была там, а не летала в облаках. Глаза стеклянные. Блуждающий взгляд. Ничего не выражающее лицо. Крепко сжимающая палочку рука. Её новый набор.

Дойдя до хижины Хагрида будто бы в каком-то трансе, её остановил отец.

— Что это было? — тихо спросила она одним лишь взглядом.

— Это всё чмт, Анаис, — он снова положил руки на её плечи.

— Что…? — не поняла она.

Черепно-мозговая травма. После года восстановления и остальных четырех лет не было никаких последствий. Никакого голоса в голове. Ничего. Почему же тогда сейчас?

— Снейп! — крикнул кто-то. — Он верил тебе!

Это был Поттер. Он подходил к ним всё ближе и ближе. Безумная Лестрейндж подожгла хижину, а Северус отправил Драко подальше отсюда.

— Инкарцеро! — воскликнул он. — Сражайтесь, вы — трусы! Сражайтесь!

Волшебница молча стояла, вглядываясь в его лицо. Она не хотела убивать Дамблдора. Это не она направила на него палочку, нет, не она. Чертова травма.

В Поттера полетело заклинание от Беллатрисы. Он отлетел, а она убежала. Все тоже убежали, остались только они втроем. Северус переглянулся с дочерью и они уже уходили, но гриффиндорец не сдался.

— Сектум Семпра! — воскликнул он.

Снейп отбил заклинание и подошёл ближе. Гарри снова валялся и изгибался от боли. Замотав головой, Анаис уставилась на горящую хижину Хагрида. Надо успокоиться. Унять ненужные мысли и идти дальше. Ничего уже не вернуть. Осталось только выиграть эту войну или погибнуть. Кстати, знаете, сейчас уже никто не сомневался, что Анаис с отцом предатели. Да, они были в Ордене, им доверял Дамблдор, но к чему это привело?

Когда все Пожиратели пришли к поместью Малфоев, их ждал «приятный» сюрприз. Тёмный Лорд вызволил из Азкабана своих приспешников, среди которых был Люциус. И да, теперь поместье Малфоев является их «штаб-квартирой». Унизительно, но ничего против воли Лорда Волан-де-Морта не поделать. Теперь здесь было неуютно, холодно и слишком мрачно.

Беллатриса доложила всё Лорду и он был приятно удивлён. Теперь он мог доверять Снейпам, это точно. Но семья Малфоев его разочаровала ещё сильнее.

— Ты пытался, Драко, — грустно прошелестел он у него над ухом.

Все уже сидели за большим столом и это было большое собрание. Первое, но не очень-то и информативное. Анаис и Северус сидели напротив Малфоев, но ближе к Тёмному волшебнику, который сидел во главе стола. Он был рад, что Дамблдора убили и теперь никто не помешает ему в его планах. Осталось только добыть Бузинную палочку…

— Все свободны, — противно улыбнулся Волан-де-Морт в конце «конференции».

Прошу заметить, что волшебница с отцом держались отлично. По их лицам ничего не понять. Они непроницаемые. Полностью.

Все начали расходиться и делали это молча. Но выйдя из поместья, Анаис виновато поджала губы. Сейчас, по её мнению, было не время уходить. Разве ей не нужно быть с Драко? А отец? Что отец? Северус взрослый мужчина, он переживёт. Или нет…

— Пап, я вернусь позже, — сказала она ему.

Он, помедлив пару секунд, задумчиво кивнул. Девушка сразу же развернулась и пошла обратно в дом. Найти комнату Малфоя младшего не составило огромного труда. Сколько раз она там уже была?

Остановившись перед дверью, она поняла, что на них чары. Звуконепроницаемые и запирающие. Он точно не в духе.

Она не сильно постучалась, но ей никто не открыл, затем, она медленно выдохнула. Обойти его заклинания не составило большого труда. Приоткрыв дверь, слизеринка увидела бардак, так ему не присущий. Всюду валялись осколки разбитых вдребезги ваз, чернил, книг. Но нахмурилась она только увидев кровь. Её было немного и она вела в его личную ванную комнату.

— Драко?

Он стоял напротив зеркала, со злостью вглядываясь в отражение. По щекам текли слёзы. Волшебница оглядела его в поисках ран. Ничего, кроме разбитых кулаков. Да и зеркало было не таким уж и целым.

— Уходи, — буркнул он.

Не послушав его, она подошла ближе и взяла его ладони в свои. Чего ради он лупил то стенку, то зеркало… Драко не хотел, чтобы она видела его таким, поэтому выдернул руки и промыл их под струёй холодной воды. Вытер, игнорируя боль и направился к выходу. И всё в полнейшей тишине. Стиснув зубы, вытерпел её резкое касание по одной из кистей, и услышал тихое «прости». Он вышел оттуда и закрыл дверь, оставив волшебницу в одиночестве. Ещё раз медленно вздохнув, она оглядела комнату и достала палочку. Быстро вернув прежний вид зеркалу и убрав следы от крови с пола, а также с раковины, она вышла.

Он сидел на кровати и смотрел куда-то. Его взгляд сменился с полного злобы на себя и на весь мир к обречённому. Его семья окончательно померкла по сравнению с другими, особенно со Снейпами.

Не говоря ни слова, Анаис привела в порядок эту комнату тоже, когда как Малфой и ухом не повёл. Только потом она села рядом.

— Ты бы не смог жить с этим, Драко, — тихо сказала она.

Он промолчал. Это была правда. Его бы сломал тот факт, что он убил кого-то. Да, сейчас всем тяжело, но разве он такого заслуживал?

— Я их подвёл, — прошептал тот.

— Нет, всё нормально. Главное, что ты жив.

Она заключила его в объятия, и да — стереотипы говорят, что должно быть наоборот. Это он «должен» обнимать её и шептать, что всё будет хорошо, но… серьёзно?

Когда он стал спокоен окончательно, а это случилось спустя минут десять-пятнадцать, волшебница встала и сказала:

— Нам пора.

Он не понял, да и соображал туго, если честно. Она подняла руку и волшебник дотронулся до неё, встав с места. Они трансгрессировали к её дому и его брови взлетели вверх. Он никогда не был тут.

— Добро пожаловать, — хмыкнула волшебница, запуская его внутрь.

Уже давно стояла ночь, но горел свет. Как хорошо, что Хвост теперь тут не живёт.Она показала ему рукой дорогу в её комнату и заглянула к отцу, который сидел в кресле и читал газету.

— Пап, Драко останется у нас, хорошо?

Он нахмурился, согнув газету так, чтобы увидеть её, но его дочь уже закрыла дверь, сказав негромкое «спасибо». Она захватила аптечку и пошла к себе.Малфой с интересом изучал её комнату.

— Иди сюда, — скомандовала она, садясь на кровать.

Он сел и волшебница обработала ему раны. Всё снова было без разговоров, иногда слизеринка или стоп. Разве она уже слизеринка? Разве она сможет вернуться в школу? Кто там новый директор? Макгонагалл?Ну да, её побьют, если она туда явится…

Быстро подведём итоги 6 курса.Теперь в школу ей не вернуться. Теперь она не слизеринка. Теперь она просто совершила нападение на директора школы Хогвартс вместе со своим парнем и её отец убил его.Конец итогов.

— Тебе надо отдохнуть, — сказала она, забравшись на кровать с ногами.

— Такое же уже было, — вдруг заговорил он о другом.

Анаис не поняла о чем он, изогнув бровь.

— Ты говорила о чём-то с полной уверенностью в словах, но этого никогда не было или же было, но совсем по-другому, — ответил тот, но увидев как она нахмурилась, добавил: — Это происходило очень редко, но в те моменты всё было не так, как в этот.

— Так почему ты их связываешь? — усмехнулась она. На самом деле ей было не до смеха.

— Я не знаю… — его этот вопрос ввёл в тупик.

Драко и не думал, что это может быть не связано.

— Не забивай этим голову, — сказала волшебница, пододвигаясь ближе.

Не хотелось разговаривать об этом. Её мозг и ход мыслей в нём — это нечто непонятное даже ей. А та травма… помните её богарта? Настолько страшно снова вернуться в больницу?

Малфой покачал головой, но немного улыбнулся. Он понял, что думают они одинаково. Никто из них не хотел говорить о себе и о том, что сегодня произошло.

— Затыкаешь мне рот? — усмехнулся он.

Она закатила глаза. Зачем всегда нужно вот так вот делать? Энни издевательски уставилась ему в глаза, зависнув в паре сантиметров от его лица. Тогда уже он закатил глаза и поцеловал её. Через пару секунд Драко уже оказался лежащим на спине. Никакого уважения к Северусу, сидящему в соседней комнате! Надеюсь, он ничего не слышит. Хотя, ничего такого тут и не происходит. Да и что может происходить поздней ночью в комнате у совершеннолетней девушки, в которой, к тому же, находится и её «близкий друг»?

Уймите свои мыслишки. Они просто целовались. Им не хватало тепла в такой момент?

— Лучше бы я всё-таки скинула тебя с той башни в озеро, — усмехнулась она в ответ на его колкую шутку.

Драко вспомнил как она угрожала ему этим на втором задании Турнира Трёх Волшебников. Тогда все дурачились, сколько им было? Четырнадцать? Пятнадцать?Он улыбнулся, смотря на неё снизу вверх. Он удобно устроился у неё на ногах и тогда возненавидел создателя расчески. Зачем он её создал, если волшебница могла снова и снова запускать пятерню в его волосы вместо этой несчастной? Ей это приносило спокойствие.

Как же сложно представить их мирно лежащими на кровати, вспоминающих прошлые года в Хогвартсе, куда они больше не вернутся. Из её комнаты доносился смех, такой приятный, такой чистый.Они говорили о профессорах, об однокурсниках, о том всём, что к этому дню стало таким другим. Слишком фальшивыми голосами пародировали неловкие ситуации и делали всё, чтобы не думать о другом.

— Ты хочешь спать, — заключила волшебница после минутной тишины, в которой она вглядывалась в его глаза.

Драко помотал головой. Уснуть — значит проиграть. Не дослушать о всех её выходках перед преподавателями, о которых он не знал. Снова не получить в свой адрес шуточное оскорбление. Снова не заглянуть в её красивые изумрудные глаза. Почему им уделено так мало внимания? Они же так прекрасны. Отдают всей её загадочностью. Хочется смотреть в них бесконечно.

Если он уснёт, то не сможет продолжить этот волшебный момент. Он проснётся и отправится домой, где на него налетят родители. «Где же ты пропадал? Мы волновались…»

— Если я усну, то можешь запустить в меня Авадой, — ответил всё же он.

Анаис улыбнулась. Заманчивое предложение. Хотя, уместная ли шутка?

— Хорошо, — сказала она и тут же подумала, что «может подлить ему усыпляющее зелье?».

Затем, они в который раз встретились взглядами. Снова слишком долго смотрели друг другу в глаза, думая о своём, что у неё пропала улыбка. Оба вроде подумали о чем-то серьёзном — сегодня? завтра?

Волшебница положила ему на щеку ладонь.

— Не забудь, о чём обещал, — прошептала она.

Слишком сильно она привязалась к тому, что он всегда был рядом в этот непростой год. Да, в не менее непростой они были порознь, но то были подростковые глупости. Они быстро повзрослели. Поколение при Тёмном Лорде так быстро взрослеет…Анаис не хотелось, чтобы если или когда, он узнает, что она была не фанаткой Волан-де-Морта, он ушёл. В это мало верилось, но значит ли что-то данное им обещание?

Драко кивнул, сел и обнял её. Теперь всё как надо? Спустя какое-то время они уже лежали. Он смотрел куда-то в сторону, а волшебница слушала его сердцебиение, лёжа на его груди.

— Как думаешь, Блейз когда-нибудь будет с Паркинсон? — вдруг спросила она.

— Не глупи, — усмехнулся тот.

— Ну, ты думал когда-нибудь до четвертого курса, что мы можем встречаться? — Анаис подняла голову и теперь смотрела на него.

Малфой задумался. Какой вообще была его жизнь до того, как он осознал, что влюбился в неё?

— С самого начала третьего курса только и мечтал об этом, — усмехнулся он.

Чистая правда вообще-то. Она не поверила.

— Кстати о третьем курсе, как там Теодор, интересно?

Малфой закатил глаза.

— На следующем собрании спросишь у его родителей, — ответил он.

— Конечно, — усмехнулась она.

Волшебница снова потянулась к нему за поцелуем. Пока есть возможность. Впереди самые плохие времена, им будет не до этого.

Продолжение следует...