27.Дерин Полу-Темный

По дороге ехали два обоза и около пятнадцати человек, на телегах, между тюков с тканями и зерном, и на лошадях. Эйвименес с Элезаром на своих вороных ехали в конце процессии в качестве независимых попутчиков, в кучке других таких же путешественников.

Кто разговаривал вполголоса, кто ехал молча. Хозяин обозов, молодой, слегка рассеянный купец, яростно жестикулируя, объяснял своему слуге, почему они едут торговать именно в тот город, а не в иной. Слуга смущенно что то отвечал, втянув голову в плечи.

До ближайшего населенного пункта еще два дневных перехода, а эта дорога пользовалась отнюдь не доброй славой. По ночам зажигали костры и ставили нескольких часовых.

У всех настроение было очень настороженное, только Эйвименес был более чем доволен сложившейся обстановкой. Элезар толком не понимал причин хорошего настроения отца, который объяснял это тем, что он ищет того, кого остальные надеются не встретить.

— А сколько у нас шансов его встретить? - спросил Элезар.

— Девять против одного.

— И когда нам ждать с ним встречи?

— Нынче же к вечеру, не позднее. Да, и Дерин будет не один.

Но время шло, сгорал над деревьями бледный закат, тени выползали из чащи, тянули бестелесные пальцы к каравану, а о загадочном Дерине ни слуху, ни духу. Эйвименес потихоньку хмурился, пристально вглядывался в сумеречный лес.

Наконец, когда палатки были поставлены, а костры разведены, лицо Всадника просветлело.

— Как только я досчитаю до сорока, Дерин явится как миленький, - нагнувшись к Элезару, сказал он. - Ты только не пугайся и не пытайся защититься. Хуже будет.

Полминуты оба тихо стояли у одного из окраинных деревьев, а потом Эйвименес стал шепотом стал считать от десяти до нуля. Едва он произнес последнюю цифру, лес будто бы взорвался. Люди в темной серой одежде и с платками на лицах, ломая кусты и подлесок, выскочили на поляну, ловко орудуя арканами и другим веревочным оружием. Лес наполнился криками и победным гиканьем разбойников. Взятые врасплох путники, попавшие в большие крепкие сетки, падали, как подкошенные, пленных уволакивали в стороны и привязывали к деревьям.

Эйвименес спокойно стоял, прислонившись к дереву, в раздумье успев пропустить момент, когда веревки опутали его, Элезара и дерево. 

— Сейчас подождем немного, Дерина я пока видел только мельком, он, видимо, еще занят, - снова зашептал Эйвименес, поудобнее устраивая руки между шершавым стволом и грубой веревкой.

Через десять минут после нападения воцарился некий порядок. Разбойники, а их было человек тридцать, расселись вокруг костров, жадно уплетая добытую провизию, а те, что уже поели, сновали между пленными, проверяя путы. Среди этих снующих Элезар разглядел одного, самого высокого, в отличие от остальных всего облаченного полностью в черное, неторопливо ходящего между костров. Он что то говорил трапезничающим, а они в ответ громко хохотали.

Вдруг сверху на дальний конец поляны опустилась огромная крылатая тень. Человек в черном, похоже самый главный из разбойников, а значит, Дерин, со всех ног помчался к тени. Еще минут пятнадцать Элезар его не видел.

Но вскоре высокая черная фигура мелькнула у ближайшего костра.

— Дерин! Дерин!!! - во все горло заорал Эйвименес.

Фигура развернулась, зыркнула в их сторону, выхватила из костра пылающую головешку.

Дерин подошел к дереву, осветил факелом лица пленников.

— О, Арна! Эв, дружище, ты ли это?

Не дожидаясь ответа, он срезал кинжалом путы, снял капюшон и продолжил:

— Эв, какими ветрами тебя сюда занесло?

— Северными, брат, северными. А здесь мы из за тебя.

На вид разбойнику не было и тридцати лет. Лицо Дерина в неверном свете факела казалось больного серого цвета, его обрамляла копна густых, завившихся в большие кольца, иссиня черных волос; в глубоко запавших темных глазах бродили веселые искорки. 

— Это твой отпры... прости, сын? Элезар? Я — Дерин. Будем знакомы, - он пожал Элезару занемевшую руку.

Взгляд Дерина вновь обратился Эйвименесу, скользнул по перевязанному плечу и безвольно повисшей руке.

— С твоими родственниками поругался, - ответил на его взгляд Всадник.

— Ты с родством моим поосторожней. Я ведь тоже могу Сильвестра твоим братом назвать...

— Дерин, - прервал его Эйвименес. — У меня есть к тебе одно взаимовыгодное предложение.

— Ну, - Дерин увел их к единственному свободному костру. — Что за предложение? Похитить что нибудь? Или может кого то устранить? - он многозначительно провел большим пальцем поперек шеи.

— Похитить. Кого то. Одну юную милую девицу, - Эйвименес удовлетворенно хмыкнул, глядя на разочарованное лицо Дерина.

— Раньше твои предложения были поинтереснее... Я с женщинами не люблю возится...

— Да ладно, - Эв удивленно поднял брови. — А как же она?

Элезар проследил за взглядом отца и чуть не подскочил: совсем недалеко на земле сидела та самая крылатая тень. Больше всего она походила на гигантскую летучую мышь с передними лапами под крыльями и более длинными сильными ногами. Из пасти короткой уродливой морды монстра торчали желтые хищные треугольники зубов и кинжалы клыков.

— Моя лапочка - это другое дело. Я без нее никак. 

— А все таки о деле. Есть одна проблемка: девица эта – дракониха, а летать на большие расстояния она еще не в силах. Да и уместиться на твоей... кхм... лапочке вряд ли сможет.

Дерин задумался.

— Откуда ее надо похитить?

— Километрах в сорока отсюда в сторону Империи движутся два всадника. Один на сером, другой на вороном коне. Остерегайся того, что на сером, он может пристрелить тебя или твою лапочку... С ними еще гончая по кличке Дервин... я ни на что не намекаю!.. Анайсерн, скорее всего согласится ехать с тобой, если покажешь кольцо, - Эйвименес снял перстень с печатью Кэанейифов и протянул Дерину.  — Да, это тебе тоже понадобится... - он ловко нажал пальцами, и из шакана ему на ладонь выкатился небольшой сапфир.

— Хорошо. Тогда, как в прошлый раз... - разбойник вскочил, подбежал к своей монстрихе и из ее ошейника вытащил камень. Рубин Дерина был такого же размера, формы и гравировки, что и сапфир Эйвименеса.

Всадник сделал неуловимое движение пальцами, и рубин с легким щелчком зафиксировался между лезвий шакана.

-- А как насчет платы? 

-- А что тебе надо? - вопросом на вопрос ответил Эв.

-- Ключи от зеркал, - самодовольно ответил Дерин.

Всадник с сожалением извлек небольшую связку ключей и бросил другу. Тот поймал на лету и, пряча улыбку, пристегнул к поясу. 

Вдруг  раздался истошный крик. Разбойники повскакивали с мест, схватились за рукояти коротких мечей. Посередке поляны приземлилась большая серая птица и важно зашагала к костру Эйвименеса. Разбойники облегченно вздохнули и расселись обратно на пригретые места.

— Слушай, Эв, - сказал Дерин после недолгого молчания. — Отпусти со мной Призрака...

Эйвименес отрицательно покачал головой. Птица подошла к костру, уселась напротив Эйвименеса, Дерина и Элезара, мол, сам по себе, стала невидимой.

— А если я перед тобой на колени встану? Да хоть петухом прокукарекаю! - в голосе разбойника снова послышались веселые нотки.

Эйвименес взглянул на невидимого Призрака, мысленно сказал ему что то, Призрак мысленно ответил.

— Хорошо, - наконец сказал Всадник, подмигнув Элезару. - Только ты покукарекай...

— Да чтоб тебя... - вскочил Дерин, но глаза его по озорному блестели. 

Он сбросил плащ на землю, с разбегу запрыгнул на телегу, пронзительно засвистел, привлекая к себе внимание. На поляне воцарилась мертвая тишина, взоры разбойников и пленных обратились на Дерина. Тот движением головы отбросил челку со лба, потоптался на месте, преисполненный чувства собственного достоинства, подражая петуху, и с таким же достоинством закукарекал так, что любая курица мгновенно влюбились бы в него.

Все хохотали до слез и боли в животах, а некоторые ржали так, что стреноженные кони приняли это за оскорбление.

Дерин, также задыхавшийся от смеха, в изнеможении опустился рядом с Эйвименесом.

— Ну, ты прямо мастер... Призрак, ты же составишь ему компанию? Он заслужил...