Часть 19. В окружении тьмы

— Пришла мне в голову одна идея... — поделился СянЦзян, остановившись возле двери в свою комнату, повернувшись к Декарабиану, что следовал за ним.

— Что же ты придумал? — Поинтересовался молодой господин, складывая руки на груди.

— Сегодня уже поздно... — СянЦзян потянулся, тихо выдохнув. Он коснулся ладонью своей шеи, потерев ее. — Давай мы встретимся завтра во внутреннем саду.

— Без проблем, — темный заклинатель кивнул головой в подтверждении своих слов и поклонился, улыбаясь. — Тогда до завтра.

СянЦзян кивнул ему, а после зашел в свою комнату, закрыв дверь. Даос прислонился к ней спиной, тихо выдохнув.

Пасмурное небо нависло над горой Бэй Фэнг, словно тяжелая завеса, поглощая все краски восходящего солнца. Туман окутал склоны влажной дымкой, заставляя вершины деревьев тонуть в серой пелене. Именно в такое утро глицинии, обычно пышно цветущие и радующие жителей храма яркими оттенами, казались особенно трогательными. Их длинные, свисающие кисти, напоминали застывшие водопады лилового и пурпурного цвета. Капли дождя, зацепившись за лепестки, утяжеляли соцветия, заставляя те клониться к земле. Аромат цветков, обычно дурманящий и сладкий, в пасмурное утро становился приглушенным, меланхоличным. Он смешивался с запахом сырой земли и влажной коры деревьев, создавая умиротворенную атмосферу. СянЦзян вдохнул утренний воздух полной грудью, стоя на деревянном крыльце, что вело во внутренний двор. Сегодня было очень тихо. Почти никого не было слышно. Неужели все ученики решили коллективно провести день в постели?

— Долго ждешь? — Декарабиан улыбнулся, выглянув из-за чужого плеча, от чего СянЦзян мелко вздрогнул. Старейшина храма обернулся к нему, выдохнув.

— Обязательно так эффекто появляться? — саркастично поинтересовался заклинатель, закатывая пурпурно-алые глаза, на что путешественник лишь засмеялся, спрыгивая с крыльца на влажную траву. Он осмотрел большое дерево глицинии, что расположилось в центре сада, стоя спиной к Линьсу.

— Что ты придумал? — поинтересовался Декарабиан, убирая за уши темные пряди. Его алая лента так и осталась у СянЦзяна. Старший даос прошел мимо Декарабиана, приближаясь к лиловому древу. Статуя богини фэй Лянь расположилась чуть поодаль. А ведь именно здесь жрица Сюи Линь попросила его о помощи. Как будто это было совсем недавно, а уже столько времени прошло. СянЦзян выдохнул, усаживаясь на мокрую траву. Он перевел взгляд пурпурных глаз на гостя, ожидая, пока тот присоединится. Декарабиан подошел к нему, присаживаясь напротив. На мнгновение между ними повисла тишина. СянЦзян выдохнул.

— Мы можем попробовать парную медитацию... На тебе еще остались следы темной материи после той стычки, — рассудил старейшина, — с помощью этого мы можем понять что из себя представляет этот дух. Согласен?

— Конечно, — Декарабиан улыбнулся ему, чуть склонив голову в сторону, — если для тебя это важно.

— Спасибо... — даос выдохнул, протянув свои ладони молодому заклинателю. СянЦзян дождался, пока чужие теплые руки обхватят его собственные и прикрыл глаза. Декарабиан последовал его примеру. Заклинателей окутывали холодные порывы ветра, пока за волосы цеплялись капли, упавшие с цветков глицинии.

Вокруг собралось большое количество тумана. СянЦзян раскрыл пурпурно-алые глаза, вглядываясь в Декарабиана, что сидел напротив. Декарабиан, ощутив взгляд, посмотрел на Сянцзяна из-под полуприкрытых век. Вокруг все было в серых оттенках, и только глаза заклинателя... источали насыщенный янтарный цвет. Тëмный, словно мед. СянЦзян приподнял бровь, но ничего не сказал, осмотревшись.

— Почти ничего не видно, столько тумана... — Декарабиан поднялся на ноги, смахивая челку с глаз. Линьсу поднялся следом, задумчиво поджав губы. — Это и есть медитация? Любопытно... — молодой господин улыбнулся, оборачиваясь к старейшине.

— Меньше слов, — СянЦзян приблизился к нему, собрал в ладонях светлую ци, смотря, как она медленно окутывает заклинателя. Декарабиан прикрыл янтарные глаза, сосредоточившись, и белоснежные потоки, окружившие его тело, стали стремительно темнеть, пропитываясь негативной энергетикой. СянЦзян нервно выдохнул и отступил на шаг, наблюдая за темными порывами ци. Декарабиан вытянул ладонь, ощущая, как от него отделяется часть сил, обращаясь в того самого духа, что встретился им под горой. Он медленно обрастал темной энергией, напитываясь силами. Молодой господин продолжал стоять неподвижно, нахмурив темные брови. Ощущение было не из приятных. СянЦзян внимательно наблюдал за этим. Вначале вырисовывался обычный человеческий силуэт, а позже, сверху, он стал обрастать все новыми и новыми слоями тягучей тьмы, убивая любое присутствие жизни. Демон лишь мычал, испытывая невероятное мучение. Казалось, он был заложником своего существования.

— У нас что-то получилось? — спросил Декарабиан, не раскрывая янтарных глаз. СянЦзян выдохнул.

— Тяжело сказать, он лишь мычит... — старейшина храма сложил руки на груди. Молодой господин все же обратил свой взгляд к духу, вытягивая вторую ладонь, из-за чего темный силуэт захлестнули потоки ледяного ветра. Мнгновение спустя тьма на существе стала расползаться и сквозь нее можно было отчетливо рассмотреть два пурпурно-алых глаза, что щурились от боли. Линьсу выдохнул, опустив ладони. Он сделал шаг вперед, пытаясь вглядеться чуть лучше. Эти глаза, они... В точности, как у него У его отца были такие глаза. Быть такого не может! Это сделала богиня Фэй Лянь?! Но она же убила его отца... Убила ли? Маленький СянЦзян помнил лишь то, как чужое тело в агонии былось на каменной дороге. Если это сделала богиня Фэй Лянь, знала ли... шифу об этом? Нет. Точно нет! Поступила бы она так с ним? Это все бред. СянЦзян почти не помнил своего отца, они провели вместе так мало времени, но если это он, сколько же мучался мужчина в данном облике? Для чего он был заточен под горой? Он питал те самые серебряные колокольчики? А только ли их? На чужом теле, состоящем из тьмы, виднелись страшные прорези, из которых нескончаемо сочилась кровь. Сколько же этот дух пережил? Кто подарит ему покой?

Полубог двинулся вперед, осторожно приближаясь к духу. Тьма, что окутывала замученное существо, начала медленно расстекаться в разные стороны, направляясь к самосовершенствующему. Когда первые порывы темной энергии столкнулись за спиной Цзяна, образовав кольцо, заклинатель сморщился, ощущая, как стало тяжелее дышать. Он продолжал двигаться дальше, наблюдая за тем, как тьма извивается, словно змея, стараясь подобраться еще ближе. Дух же не шевелился, лишь изнывал от боли и мычал.

— СянЦзян! Куда ты пошел?! — воскликнул Декарабиан, стоя неподвижно, все еще регулируя поток темных сил, исходящий от его ладоней. — Что бы ты там не задумал - это плохо закончится! Отойди! СянЦзян!

Его слова остались без ответа. Линьсу сделал еще шаг, желая сократить оставшееся расстояние, но в глазах резко потемнело. Нет! Он должен докопаться до правды, он должен узнать. Эти глаза... Кому они принадлежат? Может ли его отец действительно быть жив? Но зачем богине Фэй Лянь издеваться над ним подобным образом, разве заслужил кто-нибудь такие страдания?! Заклинатель положил ладонь на грудь, с трудом сделав новый вдох. Легкие обожгло огнем. Вокруг была лишь тьма. Казалось, отрицательная энергетика целиком окутала его. Еще несколько шагов, ну же...

— СянЦзян!

Линьсу ощутил, как крепкая рука ухватилась за его воротник, резко потянув на себя. Декарабиан с трудом вытащил СянЦзяна из этого водоворота, оттолкнув его подальше. Молодой господин зашипел, наблюдая, как темная ци парализует его тело. Контроль над духом был потерян, он стал выть лишь громче, образуя вокруг себя маленьких демонов, которые носились в разные стороны, собираясь атаковать. Декарабиан тяжело выдохнул, резко вытянув ладонь и, схватившись за темную материю, почувствовал, как та въедается в его тело. Больно! Как больно!

— Декарабиан! Отойди, что ты делаешь?! — СянЦзян поспешил подняться на ноги, наблюдая за тем, как их план трескался по швам. Все вышло из под контроля, — Декарабиан, он в агонии! Мы должны его освободить!

— Освободить?! — вскрикнул молодой господин, с трудом вставая с колен, двумя руками удерживая темные порывы. Отрицательная энергия въелась в его кожу, расползаясь по телу мелкими черными трещинами. Выглядело жутко. СянЦзян поджал губы, ощущая, как это больно.

Декарабиан сделал шаг вперед, вглядываясь в пурпруные глаза духа, которые выражали лишь желание избавиться от страданий. Моргнув несколько раз, заклинатель нервно выдохнул, наблюдая, как очи напротив наполняются кровью. Он зажмурился, прижав ладони к груди. На мнгновение все стихло. Молодой господин закричал от боли. СянЦзян сорвался вперед, но путь ему преградил вихрь из темной энергии, сбивая с ног. Отрицательная ци окутала тело Декарабиана, полностью поглощая духа. Молодой господин упал на траву.

Когда ураган медленно рассеялся, СянЦзян сорвался с места, приблизившись к Декарабину. Он сел на колени возле тела мечника.

— Декарабиан, как ты? — СянЦзян обхватил чужие щеки ладонями, смотря в янтарные глаза.

— Больно... — хрипло ответил темный заклинатель, заторможенно выдохнув. Туман стал медленно исчезать. — Что это было? У нас получилось?

— У тебя получилось, Декарабиан... Я больше не ощущаю его присутствия, — даос выдохнул, помогая своему партнеру сесть, внимательно осматривая светлую кожу. Трещины исчезли, как будто их никогда и не было, — мне показалось, что... Глаза этого духа, они в точности, как у моего отца... Но я думал богиня Фэй Лянь покорала его за нарушенную клятву.

— Хочешь сказать, твоя богиня причастна к этому? — устало спросил молодой господин, стараясь привести дыхание в норму. Ладони горели огнем. Было все еще больно.

— Я не знаю, все запутано... Возможно, мне стоит поговорить с шифу... — СянЦзян помедлил, поджав бледные губы, — Ты... Извини меня , я нарушил наш план. — Линьсу приложил ладонь к голове. Мысли кружились в небольшой черепной коробке, не позволяя собрать их в кучу. — Неужели все это время никакого запрета не было? Я мог спуститься с горы и столько всего повидать...

— Знаешь, все зависит лишь от тебя, — неожиданно заключил Декарабиан. Он коснулся дрожащей ладонью своей грудной клетки, закашлявшись. Полубог аккуратно обнял обессиленную фигуру, поглаживая по смольным волосам. Темный заклинатель прикрыл янтарные глаза.

СянЦзян поднял голову, рассматривая статую богини горы Бэй Фэнг, что величественно возвысилась над их головами, стараясь не согнуться под гнетом времени. Держалась она стойко. И как заклинатели оказались так близко к ней? Полубог опустил голову, с его губ сорвался очередной усталый вздох.

— Знаешь, эта статуя... Именно возле нее богиня Фэй Лянь тогда убила моего отца. Я часто думаю об этом. Может быть, это стечение обстоятельтв, а может быть действительно я виноват... Я тогда был ребенком, отец следил за мной. Мы хорошо жили на горе и богиня Фэй Лянь не одаривала местных своими частыми визитами, но потом я заигрался... Налетел на чертову статую, уперся в холодный камень стертыми ладонями и перед моим взором появилась она. Я призвал ее, понимаешь? Если бы не я, может быть, она бы не заметила его? Может, мой отец все еще был бы жив? Хотя он был обычным человеком, что это я... До такого срока он бы не дожил, — Линьсу раздраженно фыркнул, стараясь перевести дыхание, чтобы совсем не расклеиться, — но мог прожить счастливую жизнь... У него было бы все время мира, я отобрал у него право выбора.

Декарабиан аккуратно коснулся белоснежных волос, заправил светлую прядь за ухо и открыл пурпурный взгляд, что излучал лишь одно разочарование.

— Ты был ребенком, — уверенно сказал мечник, выпрямившись. В груди все еще было невероятно больно, из-за чего сложно было вымолвить хоть слово, — Тут нет твоей вины. Так просто случилось. Судьба забирает что-то, но также и дарует, понимаешь?

Между заклинателями повисла тишина, разбавляемая лишь шумом ветряных потоков, что игрались с гроздьями глицинии.

— Спасибо тебе... я рад, что он больше не мучается... Даже если мы никогда не узнаем правду.

— Правда раскрывается упорным. — Декарабиан приобнял его одной рукой, уткнувшись носом в чужое плечо. Заклинатель действительно вымотался.

Иллюзия медленно рассеялась, медитация подошла к концу. Декарабиан раскрыл изумрудные очи, сидя напротив старшего даоса, хрипло выдохнув, — Боль я ощущаю и сейчас... Полное погружение.

СянЦзян тишь грустно улыбнулся, поднимаясь на ноги. Он протянул ладонь мечнику, помогая ему встать.

— Я провожу тебя в покои. Дождь собирается, да и после такого тебе не помешает отдохнуть...

Декарабиан взялся за протянутую ладонь, поднимаясь следом.

Капли беспорядочно стучали по стеклу. В полумраке комнаты было почти ничего не разглядеть. СянЦзян ворочался на кровати, вцепившись ладонями в мягкую подушку. Ему снился очередной кошмар. Полубог пробормотал себе под нос что-то неразборчивое, отвернув голову в противоположную сторону. Сначала ему было холодно, теперь душно. Одеяло почти целиком свалилось с мягкого матраса, коснувшись пола.

Здесь было холодно и мокро. Дождевые капли летели со всех сторон, попадая в пурпурные глаза. СянЦзян закрылся руками, сделав шаг вперед. Казалось, его ноги вязли в грязи. Заклинатель хмурился, пытаясь пробиться сквозь жестокую стихию, но все попытки были тщетны.

— СянЦзян!

Откуда-то спереди раздался крик, разрезая воздух. Даос с трудом приподнял голову, пытаясь рассмотреть нечто, зовущее его. Оклик повторился вновь. Линьсу двинулся вперед, прорываясь сквозь туман. Пурпурно-алый взор наткнулся на человека, охваченного темными порывами. Он протягивал руки и взывал. Молил. СянЦзян рванулся вперед, желая схватить мученника за протянутую ладонь, но не успел. Мужчина свалился замертво, вызвав грязные брызги, что полетели в разные стороны. СянЦзян замер, закрывшись руками. Он не успел... Старейшина во все глаза наблюдал за медленно остывающим телом. В груди похолодело. СянЦзян резко опустил голову, отступив не шаг, наблюдая за тем, как ледяные потоки угарана подхватывали его одежду, заставляя ту разлетаться в разные стороны, желая сбить даоса с ног.

— СянЦзян... — раздался новый зов в небе, вызывая легкую дрожь, что внезапно окатила чужие плечи.

Даос с трудом поднял голову, стараясь различить чужой голос. Он был совсем тихий, такой незнакомый... Слышал ли полубог его ранее? Ветер вновь стал наступать, из-за чего Цзян оступился, падая вниз. Он уперся ладонями в землю, согнувшись, чтобы смертоносные потоки не унесли его. Земля под ним стала разваливаться прямо на глазах. СянЦзян нахмурил свои темные брови, сглотнув. Когда опора полностью пропала, он провалился во тьму. Вокруг была абсолютная темнота, ему было не за что зацепиться. А-Цзян зажмурился, в следующее мгновение ощутив, как ныряет в ледяную воду и та смыкается над его головой. Вокруг был мрак. Ни проблеска света, ни намека на спасение. Лишь давящая пустота, словно в чреве огромного чудовища. Пытаясь сделать вдох, СянЦзян ощутил, что не может пошевелиться. Все тело как будто онемело. Даос пытался дернуть рукой, но все было бесполезно. По телу растекалась вязкая боль, а ледяной напор лишь подталкивал его все ниже и ниже. Удушье. С каждым мгновением оно становилось все сильнее, все невыносимее. Тело судорожно дергалось, пытаясь вырваться из водяной ловушки, но силы покидали его, уступая место отчаянию. Холод, одиночество, тьма – они слились в единое целое, поглощая личность, лишая воли. Осталось лишь ощущение бесконечного падения в бездну, где нет ничего. Лишь вода, холодная и безжалостная, навсегда заключившая в свои объятия.

Раскрыв пурпурные глаза, старейшина ощутил, что лежит на чем-то белоснежном. Таком легком и воздушном... Что же это? СянЦзян поморщился. С его губ сорвался хриплый выдох. Полубог прикрыл лицо ладонью, когда в лицо ударили яркие солнечные лучи. Солнце...?

— СянЦзян... — вновь донесся до его ушей чужой голос. Даос проснулся.