Ложь во спасение

Тишина в особняке Майклсонов становилась все более гнетущей. Энни сидела на краю кровати в гостевой спальне, глядя на беспомощно разбросанные повсюду предметы ведьмовского ритуала. Прошло два дня с момента, когда Клаус решил инсценировать смерть Хоуп, чтобы спрятать её от Эстер.

Стук в дверь вывел её из задумчивости.

– Энни, – голос Кола звучал устало, – нам нужно обсудить детали.

Она открыла дверь, пропуская его в комнату. За ним следовала Хейли, глаза которой были красными от слез - не фальшивых, а настоящих. Даже зная, что её дочь в безопасности, материнское сердце разрывалось от необходимости притворяться, что она потеряла своего ребенка.

– Клаус устроил пресс-конференцию сегодня днем, – произнес Кол, закрывая за собой дверь. – Официальная версия: внезапное осложнение после болезни. Нам нужны убедительные детали, иначе Эстер заподозрит неладное.

Энни глубоко вздохнула.

– Я могу описать признаки редкой формы магической лихорадки. В Новом Орлеане были случаи в прошлом веке, и симптомы очень похожи на то, что могло бы произойти, если бы Хоуп действительно пострадала от проклятия.

Хейли вздрогнула, но кивнула.

– Есть ли какие-то особые ведьмовские традиции для таких случаев? – спросила она. – Что-то, что Эстер ожидала бы увидеть?

Энни на мгновение задумалась.

– Да. Я опишу необходимые ритуалы, будто мы их провели. Но со всеми ошибками, которые могли бы объяснить, почему они "не сработали". Эстер должна поверить, что мы были в отчаянии и действовали неправильно.

– Идеально, – кивнул Кол. – Это объяснит и отсутствие тела. Скажем, что согласно древним традициям, её пришлось кремировать немедленно, чтобы "освободить дух".

Хейли внезапно разрыдалась, прижимая руки к лицу. Энни подошла к ней, обнимая за плечи.

– Она в безопасности, – тихо прошептала она. – Ребекка позаботитьсяо ней. Никто не найдет её.

– Знаю, – выдохнула Хейли, пытаясь успокоиться. – Просто мысль о том, что я не могу быть рядом с ней... это убивает меня.

***

Публичные похороны были устроены со всей помпезностью, которую можно было ожидать от семьи Майклсонов. Клаус стоял, каменно глядя перед собой, его лицо было маской чистой агонии – и Энни понимала, что эта боль не была полностью притворной. Элайджа, как всегда безупречный в своем черном костюме, держался рядом с братом, словно опасаясь, что тот может сорваться в любой момент.

Вечером после церемонии Энни нашла Хейли сидящей в одиночестве в комнате Хоуп. Она перебирала крошечные одежки своей дочери, её пальцы дрожали.

– Я принесла тебе это, – тихо произнесла Энни, протягивая небольшой мешочек из белой ткани. – Открой, когда будешь одна.

Хейли взяла мешочек и заглянула внутрь. Там был маленький магический шар, внутри которого пульсировала мягким светом крошечная точка.

– Что это? – прошептала она.

– Связующее заклинание. Такая же точка света сейчас находится рядом с Хоуп. Пока свет пульсирует, знай – она в безопасности и здорова. Если цвет изменится на голубой – значит, она счастлива. Если на красный – она напугана или плачет.

Слезы потекли по щекам Хейли, но это были уже другие слезы – слезы благодарности.

– Спасибо, – прошептала она, крепко сжимая мешочек. – Ты даже не представляешь, что это значит для меня.

– Представляю, – мягко ответила Энни. – Я обещаю тебе, мы сделаем все возможное, чтобы вернуть её к тебе как можно скорее.

***

В последующие дни Кол проводил все больше времени с Энни в библиотеке особняка. Они склонялись над древними гримуарами, исписанными страницами и странными символами.

– Этот заговор я выучил в Испании в 1703 году, – говорил Кол, показывая ей страницу с замысловатыми рунами. – Местная ведьма чуть не сожгла меня заживо, пока я не убедил её, что могу усилить её магию.

Энни с интересом изучала страницы.

– И ты действительно помог ей?

Кол усмехнулся.

– Разумеется. Я всегда держу свое слово... хотя бы в таких вопросах. Я всегда уважал ведьм и их силу.

– Поэтому ты так много знаешь о магии?

– За тысячу лет можно многому научиться, – кивнул он. – Я был единственным из братьев, кто действительно интересовался магией после нашего превращения. Клаус был слишком занят своими гибридами, Элайджа - поддержанием благородного фасада, а Финн... – он помрачнел. – Финн всегда ненавидел то, кем мы стали.

Энни перевернула страницу, разглядывая рисунок древнего защитного амулета.

– Расскажи мне больше об этих защитных заклинаниях. Думаю, они могут пригодиться против Эстер.

Кол придвинулся ближе, их плечи соприкоснулись.

– Это древняя магия, почти забытая сейчас. Видишь эти символы? Они представляют собой не просто защиту – они используют силу нападающего против него самого.

В этот момент Энни вздрогнула, резко выпрямляясь. По её спине пробежал холодок, а в ушах зазвенел едва различимый вой - звук, который никто, кроме неё, не мог услышать.

– Что такое? – мгновенно напрягся Кол.

– Опасность, – прошептала она, её глаза широко раскрылись. - Я чувствую... смерть.

Кол схватил её за плечи.

– Чью смерть? Кто в опасности?

– Не знаю точно, – голос Энни дрожал. – Но это связано с Майклом. Я чувствую его присутствие... и ярость. Он близко.

Кол выругался.

– Нужно предупредить остальных. Если мой отец и вправду здесь, значит, Эстер привела его. Их планы ускоряются.

Но не успели они подняться, как в особняке раздался громкий шум разбивающегося стекла.

***

Когда Энни и Кол выбежали из библиотеки, в гостиной уже разворачивался хаос. Финн стоял в центре комнаты, его руки были подняты, губы шептали заклинание. Вокруг него пульсировал круг магического огня.

Клаус и Элайджа, казалось, пытались атаковать его, но какая-то невидимая сила удерживала их на месте. Они не могли двигаться, застыв в неестественных позах.

– Магическая ловушка, – прошипел Кол, замирая в дверном проеме и удерживая Энни позади себя. – Не входи в комнату.

Финн медленно повернулся к ним, его глаза светились неестественным светом.

– А, мой младший брат, – произнес он с холодной улыбкой. – Присоединяйтесь к нашему семейному воссоединению.

– Что ты делаешь, Финн? – спросил Кол, не двигаясь с места.

– То, что должно было быть сделано давно, – ответил тот. – Мать дала мне силу, чтобы привести вас к ней. Живыми или мертвыми – решать вам.

Клаус пытался говорить, но казалось, что его горло было сжато невидимой рукой. Элайджа смотрел на Кола, его глаза передавали молчаливое сообщение.

Энни сосредоточилась, пытаясь почувствовать природу заклинания. Она закрыла глаза, прислушиваясь к потокам энергии в комнате.

– Это связывающее заклинание с элементами парализующей магии, – прошептала она Колу.

Кол едва заметно кивнул, затем сделал шаг вперед, отвлекая внимание Финна на себя.

– Всегда был маминым любимчиком, не так ли, Финн? – насмешливо произнес он. – Тысячу лет провел в гробу, и все равно прибежал выполнять её поручения, как послушный песик.

Лицо Финна исказилось от гнева.

– Ты ничего не понимаешь. Мать дает нам шанс все исправить – стать теми, кем мы должны были быть.

– Смертными и слабыми? – рассмеялся Кол. – Нет, спасибо. Мне нравится быть бессмертным.

Пока Кол отвлекал Финна, Энни закрыла глаза, сосредоточившись. Её дыхание участилось – в груди поднималась странная вибрация. Не слова, не магия – её сила жила в крике, в чистом звучании древнего голоса банши.

Финн внезапно ощутил сдвиг в магическом поле и резко обернулся.

– Прекрати! – крикнул он, направляя руку в её сторону.

Волна боли ударила Энни, сбив её с ног. Она упала на колени, но вместо того, чтобы закричать от боли – она закричала сквозь неё. Звук, исходящий из её груди, был нечеловеческим: низкий, многоголосый, пронизывающий само пространство.

Магия Финна дрогнула.

Кол бросился вперёд, атакуя. Финн оттолкнул его, но на это ушло драгоценное мгновение. Крик Энни усилился, воздух задрожал – магический круг вокруг Финна начал мерцать и рассыпаться.

Клаус и Элайджа почувствовали, как ослабевает хватка магии. Они начали двигаться.

– Нет! – прорычал Финн, усиливая своё заклинание.

Но было поздно. Энни поднялась на ноги, её глаза светились, голос – уже не её, а голос банши – звучал повелительно и древне.

– Твоя магия против тебя, сын Эстер, – произнесла она. – Ты использовал силу своей матери, но забыл: есть сила древнее её.

Кол, видя, что происходит, начал вслух повторять слова из гримуара – он использовал заклинание отражения, перенаправляя силу Финна против него самого.

Финн закричал от боли, его собственная магия обрушилась на него. Круг исчез. Клаус с Элайджей были свободны.

Клаус не медлил ни секунды. Он бросился вперед со сверхъестественной скоростью и схватил Финна за горло, прижимая к стене.

– Где она? – прорычал он. – Где Эстер?

Финн только усмехнулся, несмотря на боль.

– Она ближе, чем вы думаете. И она уже знает, что маленький трюк с "похоронами" был всего лишь представлением.

– Сердце Энни замерло. Неужели их план раскрыт?

– О чем ты говоришь? – процедил Элайджа, подходя ближе.

– Мать не глупа, –  выдавил Финн, несмотря на хватку Клауса. – Она знает, что ребенок жив. И она найдет её.

Клаус усилил хватку, его глаза пожелтели от ярости.

Я убью тебя прямо сейчас.

– Нет, – внезапно сказал Кол, подходя ближе. – Не убивай его. Он нам нужен.

Клаус повернулся к брату с недоверием.

– Нужен? Этот предатель?

– Он – наша связь с Эстер, – пояснил Кол. – Через него мы можем выйти на неё.

Энни подошла ближе, все еще чувствуя отголоски своей силы.

– Кол прав. Если мы убьем его, Эстер просто найдет другой сосуд. Но мы можем использовать его против неё.

Клаус нехотя отпустил Финна, который упал на колени, хватая ртом воздух.

– У вас... нет шансов, – прохрипел он. – Мать подготовилась к этому моменту веками. Она не остановится, пока не получит то, что хочет.

– И что же она хочет? – спросил Элайджа, застегивая запонки на рубашке, словно ничего не произошло.

– Спасти вас, – ответил Финн с искренним убеждением в голосе. – Дать вам шанс на нормальную жизнь. Искупление.

Кол рассмеялся, но в его смехе не было веселья.

– Нормальная жизнь? После тысячи лет? Что мы будем делать – работать в офисе? Платить налоги? Стареть и болеть?

– Да, – кивнул Финн. – Жить, как люди. Умереть, как люди. И, возможно, найти мир, который все мы утратили.

Энни почувствовала странную искренность в его словах. Финн действительно верил в то, что говорил.

***

План сформировался быстро. Они решили встретиться с Эстер, но на своих условиях. Энни и Кол работали всю ночь, создавая магические защитные амулеты для каждого из Майклсонов.

– Это должно нейтрализовать большую часть её магии, – объяснил Кол, передавая небольшие кожаные мешочки братьям. – Носите их на себе постоянно.

Энни чувствовала нарастающую тревогу. Её способности предупреждали о приближающейся опасности, но было что-то еще – что-то, чего она не могла точно определить.

***

Встреча была назначена на старом кладбище Нового Орлеана – нейтральной территории для ведьм и вампиров. Энни чувствовала силу этого места, энергию поколений ведьм, похороненных здесь.

Они привели с собой Финна, чьи руки были связаны особыми цепями, пропитанными заклинаниями против магии.

Эстер пришла одна, но от неё исходила аура такой силы, что казалось, будто за её спиной стоит целая армия ведьм.

– Мать, давно не виделись, – холодно произнес Клаус, сжимая кулаки.

– Мои дети, – ответила Эстер с мягкой улыбкой, которая не достигала её глаз. – Как я рада видеть вас всех вместе.

– Не могу сказать, что это взаимно, – отрезал Клаус, скрестив руки на груди.

Эстер окинула их взглядом, в котором странным образом сочетались материнская нежность и холодный расчет.

– Неужели мать не может желать встречи со своими детьми? – спросила она тихо. – Даже после всего, что между нами было.

Энни почувствовала, как напряжение нарастает с каждой секундой. В воздухе витала угроза, и Эстер прекрасно это понимала.

– Мы пришли не обсуждать семейную историю, – вмешался Элайджа. – Мы пришли положить конец твоим попыткам уничтожить нас.

Эстер покачала головой, её взгляд был почти печальным.

– Я не хочу уничтожить вас, мои дети. Я хочу спасти вас. Дать вам то, что было у вас отнято – нормальную человеческую жизнь.

– Какое благородство, – саркастически заметил Кол. - А как насчет Хоуп? Ты тоже хотела "спасти" её?

Лицо Эстер омрачилось.

– Дитя было аномалией. Абоминацией. Природа не предусматривала возможности для вампиров иметь потомство.

– Она была моей дочерью! – прорычал Клаус, его глаза сверкнули золотом.

– И она мертва, – холодно отрезала Эстер. – Так что теперь нет препятствий для того, чтобы вы приняли мой дар.

Энни сделала шаг вперед.

– Твой "дар" – это проклятие. Ты не хочешь спасти их – ты хочешь контролировать их, как всегда контролировала.

Эстер улыбнулась, но её глаза остались холодными.

– Мои дети, – обратилась она к Майклсонам, игнорируя Энни. – Подумайте. Что дало вам бессмертие, кроме боли и одиночества? Вы бежите от своей природы, от своей человечности. Я могу вернуть вам то, что было утрачено.

– Ничего не было утрачено, – ответил Кол, делая шаг вперед. – Мы стали сильнее. Мудрее. Мы прожили тысячу лет и видели, как рождались и умирали империи. Мы – часть истории этого мира.

– И будущего, – добавил Клаус. – Ты не отнимешь у нас это.

Эстер вздохнула, словно разочарованная непослушными детьми.

– Я надеялась, что вы придете к этому решению сами. Но если нет...

Она подняла руки, и воздух вокруг них начал сгущаться. Энни почувствовала мощный всплеск магии и инстинктивно активировала защитные амулеты, которые они с Колом подготовили.

Вокруг Майклсонов вспыхнул голубоватый барьер, отражая первую волну магии Эстер. Она сделала шаг вперед, её руки тоже начали двигаться в сложных жестах заклинания.

Энни сосредоточилась, позволяя своей силе банши проявиться полностью. Её крик разнесся по кладбищу, нарушая магические потоки Эстер.

Кол воспользовался моментом и бросился вперед, активируя древнее заклинание, которое они нашли в гримуаре. Символы, вырезанные на его ладонях, засветились, когда он коснулся земли.

По земле пробежали трещины, образуя сложный узор вокруг Эстер. Она попыталась отступить, но было поздно – магическая ловушка захлопнулась, удерживая её на месте.

Эстер пыталась пробить магическую ловушку, её лицо исказилось от гнева. Мощная волна энергии вырвалась из её рук, отбросив Кола назад. Элайджа и Клаус бросились к ней с двух сторон, но даже в ловушке она смогла создать барьер, отразивший их атаку.

– Вы не понимаете, против чего выступаете, – прошипела Эстер сквозь зубы. – Я даю вам шанс умереть людьми, а не монстрами.

– Мы предпочитаем быть монстрами, – ухмыльнулся Клаус, поднимаясь на ноги. – По крайней мере, мы честны в этом.

Энни подошла к Колу, помогая ему подняться. Они обменялись взглядами, и он кивнул – настало время для последней части плана.

Вместе они начали читать древнее заклинание, которое нашли в самых старых записях гримуаров. Это была магия нейтрализации – не убивающая, но временно лишающая ведьму её силы.

Эстер почувствовала, что происходит, и попыталась противодействовать, но ловушка, в которой она находилась, ограничивала её возможности.

– Нет! – закричала она. – Вы не понимаете! Я делаю это для вас!

– Мы никогда не просили об этом, – ответил Элайджа, наблюдая, как магия Энни и Кола окружает Эстер.

Финн, все еще связанный, но наблюдавший за происходящим, внезапно дернулся вперед.

– Мать! – крикнул он. – Используй меня!

Эстер повернулась к нему, и на мгновение между ними установилась странная связь. Финн закрыл глаза, его тело напряглось, и часть его энергии потекла к Эстер, усиливая её.

Но Кол предвидел это. Последняя часть их заклинания была направлена именно на разрыв этой связи. Энни чувствовала, как её сила помогает обнаружить и разорвать невидимые нити, связывающие мать и сына.

С последним усилием они завершили заклинание. Яркая вспышка света озарила кладбище, а затем наступила тишина.

Эстер стояла неподвижно, её глаза были широко раскрыты от шока. Она попыталась призвать свою магию, но ничего не произошло.

– Что... что вы сделали? – прошептала она.

– Временно нейтрализовали твою магию, – ответил Кол, тяжело дыша от усталости. – Ты проведешь некоторое время, живя как обычный человек. Как ты и хотела для нас.

Эстер пошатнулась, схватившись за сердце, но в её глазах всё ещё горел огонь решимости.

– Это не конец, – прошептала она. – Я вернусь. И в следующий раз у меня будут союзники, которых вы не ожидаете.

– Твоя сила нейтрализована, – сказал Клаус, подходя ближе. – Ты проведёшь некоторое время в нашем фамильном подвале, размышляя о своих ошибках.

– Подумайте о моём предложении, – произнесла Эстер, когда Элайджа и Клаус взяли её под руки. – Я лишь хочу дать вам то, что у всех людей есть от рождения – шанс на нормальную жизнь и естественную смерть.

– Мы уже сделали свой выбор, мать, – ответил Кол, подходя ближе. – И это не тот выбор, который ты хотела для нас.

Энни наблюдала, как Майклсоны уводят свою мать, обезоруженную, но не сломленную. Она чувствовала, что это лишь первый раунд долгой и опасной игры. Эстер была нейтрализована, но ненадолго. А где-то там, в тени, ждал своего часа Майкл, и, возможно, другие враги, о которых они пока не знали.

Кол коснулся её плеча, привлекая внимание.

– Ты в порядке? – спросил он с заботой в голосе.

– Да, – кивнула Энни, хотя чувствовала себя полностью истощённой. – Но это ещё не конец, верно?

– Нет, – согласился Кол, глядя вслед своей матери. – Это только начало. Но что бы ни случилось дальше, мы будем готовы.

Энни посмотрела на небо, где первые лучи рассвета разгоняли ночную тьму. Новый день наступал для Нового Орлеана и для семьи Майклсонов. День, полный новых опасностей и, возможно, новых союзов. Но сейчас они одержали победу, пусть и временную. И этого было достаточно – хотя бы на сегодня.