Глава 12

Ночь опустилась плотно и мягко, как теплое одеяло. Над озером раскинулось звездное небо: темное, глубокое, почти бархатное. Вода казалась черным зеркалом, в котором дрожали отражения деревьев и редких огоньков зданий. Легкий ветерок доносил запахи листвы, откуда-то тянуло костром и прохладной свежестью.

Я уткнувшись подбородком в колени, обняв себя руками. От воды шел ровный, почти медитативный шум. Рядом сидел Марко, и я могла поклясться, что от него исходило то самое тепло, как в тот вечер у костра. Оно не касалось кожи напрямую, но грело будто изнутри. 

— Не бойся, никто не видел, как я пробралась сюда, — прошептала я, не отрывая взгляда от глади озера. — У вас не будет со мной проблем. Ничего не поломала и даже не напилась.

Раздался короткий смешок, почти невесомый.

— Если бы у нас были такие номинации на конкурсе, — Марко кивнул с усмешкой, — ты бы без труда победила сразу во всех.

Собеседник бросил в воду камешек, и по глади разошлись идеальные круги. Я тоже улыбнулась.

— Да, жаль, что таких нет. — Я сделала паузу, подбирая слова. — Может быть, поначалу я и выглядела глупой или наивной, но это не так. Просто ты оказался свидетелем моих самых неконтролируемых всплесков. Обычно я совсем не такая. Меня раньше вообще сложно было заметить.

Мои слова прозвучали удивительно спокойно. Рядом с ним не хотелось казаться лучше или сильнее , а только честнее. Марко был единственным, кто видел меня разной — растерянной, злой, пьяной, и почти плачущей. И почему-то от этого становилось легче — будто он уже знал все мои слабости.

— Я так и не думал, — спокойно отозвался парень, поворачивая голову.

Я взглянула на него. Свет от далеких фонарей мягко очерчивал его профиль: темные, слегка вьющиеся волосы спадали на лоб, глаза были внимательные, глубокие, с тем самым выражением, которое заставляет сердце замереть — не от влюбленности даже, а от ощущения, что тебя по-настоящему видят.

Тепло внутри вдруг окрепло, расплылось по груди, по пальцам, по спине, и я чуть сбилась с мысли.

— Что именно? Что меня сложно заметить? — уточнила я, растерянно.

— Нет, то, что ты глупая. — Марко усмехнулся. — Смешная, когда напилась. Грубоватая — один раз, но ты вовсе не глупая.

Марко наклонил голову, и челка легла ему на глаза. Я вдруг подумала, что никогда раньше не замечала, какие у него мягкие черты лица.

— Прости. — Я отвела взгляд на темную воду. — Просто рядом с Сесиль все кажется бессмысленным. Она — природная харизма. Мне до нее не дотянуться. Мы совсем разные, но я даже уже не хочу соревноваться. Я просто хочу выйти на сцену и не стушеваться. Доказать себе, что могу. Победить не других, а себя.

Марко кивнул и посмотрел прямо на меня:

— Это отличная мотивация, Эшли. Так держать.

Он произнес мое имя и в его голосе впервые прозвучала удивительно нежная интонация. Я улыбнулась, не сдержавшись, и быстро отвела взгляд. Щеки вспыхнули, но мне стало по-настоящему приятно.

Какое-то теплое чувство зашевелилось внутри, но вслед за ним пришла колючая мысль. Сегодня я обрушила на Сесиль все, что копилось годами. Глупые обиды, упреки, я хотела уколоть ее как можно больнее. Я плохая сестра, раз желаю Сесиль боли. 

Я немного поникла, вспоминая все, что сказала родителям и сестре. Марко это заметил, он посмотрел на меня внимательно, и с легкой тревогой.

— Нормально спорить или ругаться, даже с самыми близкими, — спокойно произнес собеседник — У меня есть два брата, и, поверь, выражения мы не подбирали. Все это нужно просто перерости. Личные обиды, разногласия со временем они тускнеют. Вы с Сесиль тоже это поймете.

— Хотелось бы... — я слабо улыбнулась. — Я уеду в колледж, и не хочется, чтобы мы входили во взрослую жизнь с тяжелым сердцем. С ощущением, что сказали друг другу лишнего.

— Поверь, все наладится. Сейчас мы с братьями отлично ладим. 

Парень рассмеялся, и я тоже, уже немного теплее. Я посмотрела на него и в этот момент между нами что-то произошло. Я даже не сразу поняла, как так получилось, но расстояние между нами словно растворилось. Мы сидели рядом друг с другом.

Свет луны отражался в его глазах. Марко посмотрел на меня: не торопливо, не наигранно, а словно изучая. Он дышал медленно и ровно, и я чувствовала это дыхание на своих губах.

Все внутри будто застыло. Воздух стал плотнее. Я заметила, как его взгляд опустился на мои губы, потом снова поднялся к глазам. Я тоже не сводила с него глаз. Казалось, если я двинусь хоть на сантиметр — мы поцелуемся. Мое сердце застучало сильнее. Марко наклонился чуть ближе, очень осторожно, будто боялся спугнуть...

Но в последний момент я резко опустила взгляд и пробормотала:

— Кстати, у нас с Бланкой сегодня прошла очень продуктивная репетиция...

Глупо. Неловко. Но это был единственный способ справиться с ураганом чувств, что обрушился на меня за эти секунды. Я была не готова к подобному. 

Марко замер на миг, а потом мягко откинулся назад и кивнул:

— Правда? Это круто. Видишь, я же говорил, у тебя все получится.

Я благодарно улыбнулась, все еще ощущая остаточное тепло его взгляда, и пыталась дышать ровнее. Где-то рядом по воде пробежала рябь, словно мир тоже задержал дыхание — и выдохнул вместе с нами.

Ну вот и все. Момент упущен и, наверное, слава богу. Марко и я? Это же просто нелепо. Нереально. Должно быть, на него так повлияла эта лунная ночь. Или... Или мне просто показалось, что он хотел меня поцеловать. Да. Конечно. Показалось. Моя буйная фантазия может нарисовать целый фильм за секунду. А уж в темноте вообще легко придумать что угодно. Луна отражается в воде, тени пляшут на поверхности, и вдруг воображение решает сыграть спектакль с романтической сценой. Забавно.

— А как вы отрепетировали? — хрипло спросила я.

— Отлично, — ответила он, обычным тоном. — Почти готовы к конкурсу.Бланка решила отнести наши костюмы на базу. Ей не понравился крой, так что она хочет, чтобы подруга все перешила.

Я чуть не подпрыгнула от неожиданности, когда услышала его голос. Мыслями все еще была в своем выдуманном сценарии.

— Классно. А что будете танцевать? — я посмотрела на него с искренним интересом. — Я, конечно, в стилях не особо разбираюсь, но все равно интересно.

— Бальные. Латино, вальс... и так далее, — он говорил спокойно, глядя в сторону озера. — А еще я со своей группой буду выступать в другом конкурсе. Музыкальном.

— И как вы все это успеваете? — я засмеялась и выдохнула так, словно пробежала марафон. — Я с трудом справляюсь с одной задачей, а у вас тут график как у голливудской звезды.

Марко тоже тихо усмехнулся. Вокруг нас снова воцарилась тишина — уютная, не давящая. Где-то вдалеке заквакали лягушки, вода у берега чуть плеснула, как будто подслушивала наш разговор.

Мы еще немного посидели молча. Ночь окончательно вступила в свои права — небо затянуло густым бархатом, усыпанным звездами, и только луна отражалась в неподвижной глади озера. Где-то в лесу стрекотали сверчки, слышались ночные шорохи, от которых мурашки пробегали по коже — не от страха, а скорее от осознания, как все живое затаилось в ожидании утра.

Я подтянула колени ближе к груди и глубоко вдохнула свежий воздух. Было тихо и спокойно, но внутри будто разливался легкий холод — тот, что приходит, когда понимаешь: пора прощаться.

— Мне пора, — сказала я, все еще глядя в воду.

Марко кивнул, не удивившись.

— Я провожу, если хочешь.

— Спасибо, не нужно. Я дойду, — я выдавила улыбку и поднялась на ноги, отряхнув одежду от мелких сосновых иголок.

— Ладно. Береги себя, Эшли, — мягко сказал он, и я почти почувствовала, как в его голосе звучит то самое тепло, которое только что согревало плечо.

— И ты, — прошептала я, не поворачиваясь.

Я пошла по тропинке, петляющей между деревьями, чувствуя под ногами шорох опавших листьев и сосновых иголок. В темноте все казалось чуть волшебным, будто я вышла из сна. Сердце билось спокойно, но где-то глубоко внутри осталось легкое эхо недосказанности.

Я пыталась не думать, но мысли прямые, как сорняки: чем сильнее вырываешь, тем быстрее растут.

Что это было между нами? Он ведь действительно наклонился ближе... или мне просто показалось? Может, лунный свет все исказил, заставил видеть то, чего не было. Или я просто захотела этого настолько сильно, что вообразила.

Мы не поцеловались, и наверное, это к лучшему. Ведь Марко и я — это, скорее всего, из разряда невозможного. Он — солнечный, уверенный и талантливый, а я... просто пытаюсь понять, кто я есть.

Но все равно воспоминание о его взгляде, о том, как тепло было рядом, останется со мной, по крайней мере, на эту ночь.

Я дошла до дома и остановилась на пороге, глубоко вдохнув ночной воздух. Пора было возвращаться. И, возможно, начинать с чего-то нового, с самой себя.