Обновление 22.08.

Ноэлия

Никак не соображу, чем мне предложение Алмы не нравится, да и перед Дарсалем неловко. Надо будет узнать, что его в книге привлекло, так загадочно смотрел, рукой водил, а из пальцев словно тот же белый огонь сочился... Может, он и записку вполне прочитал?

Хочу по привычке взять тележку, но Страж бросает на меня такой взгляд — вовремя вспоминаю, кто я. Тут же материализовывается служащий, принимает хлопоты по доставке на себя.

Из магазина первым выходит Дарсаль, толпа как-то сбивчиво расступается, жмется по сторонам, смотрит с любопытством. Заставляю себя улыбнуться, помахать рукой. Я же ведь для них символ счастливицы, нельзя людей веры лишать.

За нами с Алмой Зар, тот, который обычный, за ним служащий с тележкой, самый последний Марис — такое ощущение, будто всех на прицеле держит. Впрочем, довольно приятное чувство, зная, что это меня охраняют.

До вечера развлекаемся, заходим везде, куда всегда мечтали, накупаю Алме вещей, да и себе тоже, может, и не слишком подходящих императрице, зато по вкусу.

Странное ощущение, в машине уже так привычно, словно я всегда на ней летала, какая все-таки жалость, что они в Айо не работают! Заглядываю в магазин инопланетных товаров — он настолько дорогой, что даже подойти страшно, все не по нам. Раньше было.

Покупаю Алме небольшой экран в комнату, а себе — маленького летающего робота, и еще коробку элементов питания соответствующих. Его как-то программировать можно на разные домашние работы. Да, знаю, что в Айо наверняка сломается, но хоть тут любопытство утолю!

В гравикаре прямо руки чешутся, так и хочется достать коробку из багажника, открыть... Да и поздно уже, темнеет, подвозим Алму к пансиону — с трудом заставляю себя взглянуть на родные, уже чужие стены. Не думать об этом! Слишком больно.

Эх, сейчас еще Валтию перетерпеть, и займусь тем, чем хочется! Подбадриваю себя.

Покупки заносит кто-то из слуг — как ни странно, довольно быстро. Неужели не проверяли? Может, потому, что Стражи с нами?

Не успеваю переодеться и прихорошиться, как вдруг появляется Дарсаль.

— Вас повелитель ждет, моя госпожа, — сообщает.

— Что-нибудь случилось? — настораживаюсь, неужели сейчас будет морали читать или покупки отбирать?!

— Хочет с вами поужинать.

Вообще, мы в кафе заходили, я даже охрану пыталась покормить — но они остались непоколебимы, при исполнении нельзя. Не думала, что жених позовет, предупредил бы. Впрочем, ему не по статусу, наверное. Захотел — позвал. Вздыхаю.

Тут как тут служанки, меня в порядок привести — прическа, макияж, платье. Кошусь тоскливо на коробку с роботом. И у мадам Джанс терпеть не могла всех этих туалетов, неужели теперь придется к каждому выходу из комнаты по часу готовиться?! Надеюсь, купленные сегодня брюки у меня не отберут. И надеюсь, Иллариандр не станет запрещать их носить...

Дарсаль ведет на первый этаж, но не в обеденную комнату — в другую, я здесь еще не успела побывать. Открывает дверь, захожу, оборачиваюсь — но он за мной не идет, закрывает почему-то. Как-то не по себе, и у Дарсаля взгляд такой... ох, научиться бы в нем разбираться, пробирает до пяток, а почему — понять не могу!

Наконец, смотрю, куда пришла. Дух захватывает! У двери свет горит, а там, дальше — камин, свечи, столик на террасе. Жених выходит навстречу, ох уж эти ямочки...

— Я скучал, — руку подает. — Что глядишь так настороженно?

— Не ожидала просто... — вкладываю свою ладонь, улыбаюсь. — Думала, сейчас с Валтией будем заниматься.

— Значит, получился сюрприз! — радуется. — Валтия не убежит. Она говорит, ты способная ученица. Если хочешь расслабиться — расслабляйся.

Так он это произносит, пальцами по кисти проводит, почему-то все тело отзывается.

Ведет меня за столик. Полный Раум серебрит ароматный ночной воздух, далекие звезды привычно манят туда, в бесконечность, где сотни иных миров и цивилизаций, почему-то закрытых для нас из-за этой непонятной аномалии, от которой вся техника сходит с ума. Листья с легким шелестом поглаживают скользящий мимо теплый ветерок.

Ступени с террасы спускаются в сад, присматриваюсь, хочу определить, много ли там охраны, но как обычно никого не вижу. Даже Ивена, хотя возле двери его не было.

— Ну как день прошел? — на тарелках все уже разложено, так аппетитно выглядит, с удовольствием приступаю к трапезе.

— Разве тебе не доложили? — смеюсь. Иллариандр едва заметно морщится:

— Хочу от тебя услышать.

— Весело, — улыбаюсь. — Ты не будешь против... если я Алму на какой-нибудь прием приглашу?

— Если ты за нее уверена, — пожимает плечами. Как-то это звучит... не очень приятно. Но не хочется заострять внимание.

— Надеюсь, Валтия поможет, — отвечаю. Император кивает одобрительно, смотрит таким прожигающим взглядом — прямо глотать тяжело становится. Придвигает бокал с вином.

— А у тебя как? — спрашиваю.

— Плодотворно.

— Я могу помогать... если нужно.

— Ноэлия, политика вовсе не женское дело. Тебе нужно думать о себе, о ребенке. Это самое главное.

— Ну а потом? Ребенок ведь вырастет. А мне всегда было интересно... все новое.

— Потом — конечно, любовь моя, — улыбается жених. Вдыхаю полной грудью. Кажется, начинаю верить, что мне повезло.

Иллариандр почти не ест, все руку поглаживает, да так, что мне и самой не хочется никакой еды. Смотрит горящими глазами, вопросы задает — но я уже и не соображаю почти. Столько смятения, сама себя не понимаю.

— Тебя Дарсаль устраивает? — спрашивает внезапно, чуть слышно, едва не вздрагиваю. Задумываюсь на мгновение, может, это шанс отпустить его, дать свободу? Только ведь на его место другого поставят. Всех Стражей не распущу. Стараюсь нервно не хихикнуть. Да и если скажу, что нет, неизвестно, чем это ему грозит. Вдруг вовсе не свободой...

— Конечно, — отвечаю.

— Ты не уверена? — снова тот острый взгляд, что напугал меня еще во время первого полета в гравикаре.

— Просто удивилась. Он говорил, до дома в любом случае будет меня охранять, а потом, если захочу, смогу попросить замену.

— А ты захочешь?

— Не знаю. Вряд ли. Он... надежный.

— Дарсаль надежный, — соглашается с таким выражением, не знаю, что и думать. Ты же другого для будущей жены не выделил бы, правда?

— А что? — спрашиваю на всякий случай.

— Хочу быть уверен, что вы поладили.

— Поладили, — отвечаю, решаю сразу прояснить еще один вопрос. — Мне, конечно, неприятно было, что он записку отобрал... но я понимаю, это его обязанность.

— Конечно, — снова соглашается.

— Я бы и сама тебе показала, — веду оголенными плечами, снова мороз по коже.

— Показала бы? — кажется, приятное удивление. Нет, конечно. Черт, эти Стражи хоть не заметят, что обманываю?! Стараюсь сама верить в собственные слова.

— Ну мы же теперь... семья? — говорю. — Я-то всяко не знаю, как ей помочь, но может быть, ты что-нибудь подсказал бы?

— Ноэлия, — снова пронизывающий стальной взгляд. — Слепые Стражи никогда не воруют женщин. Я хочу, чтобы ты это знала. Никогда!

— Я и не верю, что это они! Но возможно... они могли бы помочь? Может, кому-нибудь это имя что-нибудь скажет?

— Какое имя?

— Эээ... не помню. То, что в записке.

— Сама подумай, Ноэлия, сколько лет назад приезжал предыдущий император! Мне уже двадцать шесть. Как они тут помогут? Ты эту женщину раньше видела? — качаю головой. — Может, она умалишенная какая. Не бери в голову. Я своим службам передам проверить, но сомневаюсь, что мы что-нибудь выясним.

Киваю, соглашаюсь. Действительно, наверное, он прав. Да и что я могу сделать-то?

Решаю перевести тему, почему-то так и тянет по всем скользким вопросам пройтись, границы дозволенного прощупать. Обстановка располагающая. Романтичная...

— Я хотела спросить... может... ты не собираешься повидаться с родственниками?

— С какими родственниками? — хмурится.

— Ну ведь твоя мама была отсюда?

— Ах ты об этом, — снова холодный, пронзающий взгляд. — Забудь, даже не помышляй. Тем более, что она и вовсе не из столицы, ее приметили по дороге, потом привезли.

— Но почему? — не отступаю, рискуя навлечь гнев эрлара. Но тот снова лишь мило улыбается:

— Традиция, Ноэлия. И потом, я надеюсь, они не знают, что ее уже нет в живых. Пускай думают, будто у нее все хорошо.

— Но как... разве никто не знает?

— Это не афишируется и надеюсь, специально никто не донесет. Она им изредка писала письма, так что пусть остаются в счастливом неведении. Понимаешь?

Киваю, понимаю.

— А от чего она умерла? — снова рискую.

— Болезнь, — вздыхает. — Даже лекарь Мирий не смог исцелить.

— Лекарь? — что-то меня это все пугает. — Может, лекарств закупить? — слетает с губ. Ох, кажется, я сегодня нарвусь, от этих императорских взглядов меня то в горячку, то в дрожь швыряет.

— Ты что же, думаешь, у нас совсем ничего нет? Ноэлия! Поставки лекарств неплохо организованы, но только для тех, кто не может себе позволить настоящего лекаря. Уж если он не вылечит — ваша химия и подавно не справится.

— Я же еще не знаю ничего, — бормочу. — А он сейчас здесь?

— Нет, он слишком стар для путешествий. Дома обязательно познакомитесь. Хорошо? — Иллариандр наклоняется, отводит прядь волос с моего лица. Дыхание, наполненное мятой с ноткой терпкой древесной коры... парфюмы, похоже, и запах-то, запах! Мысли путаются, так и вдыхала бы...

Боюсь повернуться, смотрю в парк, не знаю, что делать, жених все поглаживает руку, приближается, почти ощущаю губы на своей щеке. Дразнит, смущает, манит...

Вдруг вижу — меж деревьев мелькает женский силуэт, почти прозрачный, странный, светлый. Вскрикиваю от неожиданности:

— Что это?

Иллариандр смотрит туда же, но уже ничего не заметно, словно все растворилось от порыва ветра или неосторожного движения. Или то мне просто примерещилось?!

— Что? — по-моему, снова кривится. Ну я же не специально!

— Мне показалось... даже не знаю, нечто... — ну как вот ему объяснить? Не скажу же, что призрака увидела, а то еще в психушку раньше времени сдаст.

— Ноэлия, — по-моему, подавляет вздох. — Там везде охрана, Слепые никого... и ничего не пропустят, уверяю тебя.

Киваю, конечно, Слепые не пропустят. Почему же у меня до сих пор холодок по телу?