Глава восемнадцатая.

Тихое шипение змеи потонуло в размеренной речи учителя. Очередной скучный урок, который не принесёт мне никакой пользы. И зачем только сюда хожу? Ведь нет смысла, всё равно не собираюсь жить в этом мире! Вот разорву договор и тут же отсюда! А с телепортацией для меня не будет границ. Смогу увидеть весь мир и даже не один!

Витая в мечтах о том, где я раньше побываю: на Гавайях или сперва стоит заглянуть в Лондон, я почти забыла о том, что нахожусь на уроке. Но сделать этого не дали. В одно мгновение шаги прекратились, и строгий голос прямо за спиной произнёс:

– Лесная, я надеюсь, вы внимательно слушаете меня, а не думаете о том, как бы поскорей окончился урок?

А по кличкам называть учеников – не педагогично! Это в моём мире она является фамилией, но не здесь... Кстати, о том, чтобы урок скорее кончился – не думала, но спасибо за идею...

– Конечно, я внимательно слушаю вас...

Что же я могу ещё делать? Что вообще можно делать, кроме того, чтобы слушать давно избитый рассказ об идеальном человеке или... Что он вообще рассказывал? Нет, ну это точно было не очередное правило этого языка, которое, между прочим, он должен рассказать! Или я не права, Гриф?

– Сколько раз вам повторять: идеальная осанка, – он выпрямил мою спину, – голова поднята, – поднял подбородок, следующее я уже сама предвидела, так что молниеносно подняла руки с колен, – а руки лежат на парте? Об этом должны знать все, вы – не исключение. Осанка, выправка и манеры – главное, на чем держится высшее общество...

Ля-ля-ля, тысячу раз слышу! Прошёл слушок, что его скоро переведут в столицу, и он там станет каким-то главным, вот и понесло его на аристократические штучки, а мы страдай! И ведь знает же, что НАМ высшее общество и не светит! Спрашивается, зачем же мучиться? Жили ж спокойно... Хотя это было б интересно – богатая жизнь... Балы, званые вечера, танцы...

– Но вам, невеждам, всё равно не понять, каково это жить светской жизнью...

Вот! Сам говорит! Чего, спрашивается, к нам пристал? А нет, похоже, приставать сейчас он будет только ко мне...

– А людей, которые пропускают Божественное причащение, ждёт жестокая кара, я надеюсь, вы знаете об этом, Регина?

Я кивнула. Сколько раз мне об этом говорили? Не сосчитать...

– Тогда почему вы пропустили его на этой неделе?

Почему пропустила? Проспала. Но кому-то об этом знать, совершенно не стоит.

– Что вы! Как я могла так поступить? Это же немыслимо!

– Тем не менее, – строго произнёс Гриф, – я вас там не видел.

– Ну, то, что вы меня там не видели – не значит, что я там не была. Иногда одного маленького человека так трудно разглядеть в толпе... Ведь никто и никогда не пропустит ТАКОЕ событие! Всё население собралось в святом храме, а как вы знаете, высоким ростом я не отличаюсь и...

– Достаточно, – наимрачнейшим голосом перебил он меня. – Продолжим урок.

И он начал отдаляться от моей парты, уходя в противоположный конец класса.

Прекрасно. Скорей бы ты уехал, Гриф. Скатертью дорожка... Но, судя по слухам, это случится не раньше, чем через год... или три? Страдать ещё долго...

Странный, едва уловимый звук, похожий на шум выходящего через маленькую дырочку воздуха из шарика, прервал размышление. Снова шипение! Неужели тут действительно змея? Вполне возможно. После моей выходки большой шанс, что какую-то змейку могли и пропустить... А потом она впала в зимнюю спячку, ну а сейчас – проснулась. И ищет чем бы ей поживиться? Чего она из гнезда вылезла? А если её увидят? Без раздумий убьют. Да и она во время своей кончины просто так сидеть не будет, наверняка укусит кого-нибудь... Вот бы это был Гриф!

Стоп. Что за мысли? А проблему со змеёй надо решать... Я начала оглядываться. Свернувшись маленьким клубочком, змея сидела под стенкой, пока никем не замеченная. Пока. Начнётся перемена, гул детей, топот, смех, кто-то обязательно пройдёт мимо и тогда... Она и так злится – вокруг слишком людно. Укусит ведь... Шла бы в свою норку – вон, там какая-то щель. Но если это случится не сегодня – в другой день уж точно. Надо что-то делать.

Позвать её? Услышит? Крикнуть – не вариант. А шёпот? Что-то подсказало – приказ.

– Иди ко мне, – смотря прямо на змею, сказала я.

Непонятное чувство вмиг охватило, а потом змея встрепенулась. Повертев головой из стороны в сторону, она наконец-то увидела, кого искала, и грязно-коричневой лентой устремилась ко мне. Лишь бы никто не заметил! Хотя в этом и плюс последней парты – народу меньше. Так что преград для змейки особых не было, и вот она рядом со мной...

– Залазь, – сказала я, снова испытав то же чувство.

Стараясь, чтобы строгий учитель не увидел, я опустила руку. Моментально забравшись на неё, скользкое, но сильное тело обвилось в два оборота, повиснув браслетом. Отлично.

Медленно, стараясь не сильно трясти рукой, я подняла змейку на колени, но та слазить не собиралась. Ну и ладно. Слегка погладив её по маленькой головке, отчего та зажмурилась от удовольствия, я сказала:

– А ты милая. Будешь сидеть тихо, и я скоро заберу тебя из этого ужасного места...

– Ты мне? – удивлённо спросила соседка по парте – Марина.

Я мотнула головой:

– Сама с собой разговариваю...

Пусть лучше чокнутой считают, но змейку им не выдам! Только после всего, что было – если я сумасшедшая – то они тоже. Кто знал, что Марина тоже ведьма? Я могла бы догадаться... Не зря же она вечно шарф носит – крест-то на шее у неё есть... А у меня нет. Хотя это правила этого мира, а так как я здесь не родилась – то креста у меня быть не должно. В моём мире признаком ведьмы считаются ярко зелёные глаза, а вот это у меня есть! Ну и ещё считается, что ведьмы с всякими гадами возятся... Гады – это ведь змеи? И, кажется, лягушки... Что ж, по этим параметрам я тоже подхожу. Не зря же уже вторую змею от этих спасаю...

Кстати, о змейке, лучше её вообще от посторонних глаз спрятать. Накинуть что ли невидимость? Но тогда и я её не увижу...

Но мысль скакала вперёд. А у меня вредный характер? Вроде нет... Кто знает? Считается же так, не зря же вредных тётушек ведьмами зовут...

– Сколько вам раз повторять, что руки должны лежать на столе?! Что у тебя там?

– Пусто... – сказала я, ложа, действительно, пустые руки на парту, стараясь разместить их так, чтобы и змее было удобно и не выглядело слишком подозрительно...

Гриф. Когда только успел снова появиться здесь? Хотя да, его территория.

– И чтобы я больше подобного не видел!

Ладно, договорились, ты этого не увидишь... Точно так же, как и змею на моей руке... Какая же она классная! Сильная и гибкая! Хотела бы, и я быть змеёй... Он всё ещё тут?

М-да, остановился рядом и стоит. Всё-таки зря я привлекала излишнее внимание. Скоро звонок? Вроде бы да... Минут через десять... Эх!

– А сейчас записываем...

Записываем? И где моя ручка? Ах, да, здесь же их ещё не изобрели... Тогда чем же тут пишут? Ужас полный! Лера, что с памятью? Сейчас мы начали писать этими ужасными перьями, которые постоянно необходимо обмакивать в чернила! Осталось найти перо, которое точно лежало на столе пять минут назад... Оно упало.

Значит так, тихонько сползаю, пытаясь достать кончиками пальцев упавшее пёрышко. Главное, чтобы он не заметил. Вроде не смотрит... Рука шарит по полу в поисках нужной вещи. Черт! Где же оно? Глаза невольно опустились вниз... Ага! Вот! Пальцы ухватились за кончик. Осталось лишь незаметно...

Звук рассекаемого воздуха. Я не успела ничего сообразить, как что-то тонкое, но ужасно колючее опустилось на руку, лежащую на столе. Одновременно с этим кожу пронзили две иголки, причиняя невероятную боль:

– А-а-ай! – закричала я слишком громко для удара обычным прутом.

Мгновенно внимание класса приковано ко мне.

– А я предупреждал! Будете знать, как заниматься ерундой на моих урока!

Глаза застлала белая пелена. Неужели слёзы? Я взглянула прямо на учителя. Так. Нет! Срочно упокойся! Если сейчас его волосы загорятся, на носу выскочит гриб или хлыст сам начнёт колотить его по спине, то ни у кого не останется и сомнения, что ведьма, срывающая наказания из раза в раз, я! А это в тысячу раз хуже, чем укус змеи, хоть и такой болючий! Сжав зубы и сморгнув слезы, я произнесла:

– Мне всё ясно.

Но он, не дожидаясь ответа, пошёл дальше, диктуя остальным ученикам. А я писать не могла!

– Марин, сколько до конца? – превозмогая боль, спросила я.

– Ну... минут пять, – задумавшись, ответила подруга. – А ты чего так закричала? Это же не настолько...

– Меня змея укусила!

– Какая змея?! – немного в шоке, спросила девчонка.

– На руке, которая! – не вдаваясь в подробности, бросила.

Как же болит! Я сбросила невидимость, и подруга увидела виновницу происходящего.

– Откуда?! Где ты её нашла?! Она ядовитая?!!

Че-ерт! А она ядовитая?!! Змея, честно скажу, сейчас выглядела как-то не очень... Будто перебрала со спиртным. Раскачивается из стороны в сторону, голова то и дело норовит стукнуться о стол, а взгляд помутнел. Я тут же забыла о своей боли и прониклась жалостью к змее.

– Эй, – шёпотом обратилась я к змейке, – ты ядовитая?

Та немного подвисла, а потом яростно закивала головой. Подстава.

Марина побелела, а потом спросила:

– И что теперь делать?

Я пожала плечами. Не знаю. Я ничего не знаю!

***

– Регин, ты куда?

Только прозвенел звонок, как я подскочила с места, схватила вещи и вылетела на улицу... С координацией начались проблемы, поэтому минутой до я чуть не врезалась в дверной косяк, ну а сейчас чуть не влетела в стену... Хотела опереться на руку, но укус тут же напомнил о себе. Отдёрнуть руку и буквально лечь на стену... Куда я?

– К тому, кто поможет... По крайней мере, надеюсь на это...

– Ты знаешь человека, который умеет лечить змеиные укусы? Он живёт здесь? Тебя проводить? – завалила меня вопросами синеволосая подруга, а только что присоединившиеся друзья, недоуменно спросили:

– Змеиные укусы? Зачем? И что с Региной? Неужели так сильно ударил?

– Её змея укусила, – за меня пояснила подруга.

– Откуда? – поражённо спросили остальные.

Я всё же решила прояснить ситуацию:

– Этот безумец со всей силы долбанул по руке, а там спокойно сидела змея. Я бы на её месте тоже кого-нибудь укусила...

– Лесная, кто вообще держит змей на руке? – шипя от злости, спросил Демон, – А если бы она оказалась ядовитой?

– А она и есть ядовитая... Ну, так она сказала...

Все посмотрели на меня как на сумасшедшую.

– Ну и где она? – после недолгого молчания спросил Демон. – Я надеюсь, ты разобралась с ней как следует?

– Она здесь... на руке, – сказала и сбросила невидимость, которую поддерживать больше не было сил.

– Лесная, ТЫ НОРМАЛЬНАЯ?!! – просто заорал Демон. – ТЕБЯ ЗМЕЯ УКУСИЛА, А ТЫ!!!

– Тише! – зашипели все на разбушевавшегося друга. – Что делать будешь?

– Сейчас телепортируюсь и... Только мне надо найти... Где же оно?

– Что тебе нужно?

– Руку найти не могу, а там браслеты... Куда же она делась?

Мои друзья вымученно переглянулись, наблюдая жалкие попытки найти нужную мне вещь в сумке. Кто-то тихо выругался, кто-то отошёл в сторону и, кажется, начал читать молитву... А потом Марина резко схватила искомую конечность и поставила прямо перед глазами:

– Это ищешь?

Я кивнула.

– Только мне одна нужна, а не три...

А потом до меня дошло, какую пургу я несу. Тоже не сдержав несколько словечек, я сказала:

– Придумайте причину, почему я сейчас исчезну с уроков, а то лишние наказания мне не нужны...

Сфокусировав зрение на нужном маячке, я сосредоточилась, чтобы схватить именного его, а не мираж или, что ещё хуже, какой-то другой, а потом попасть неизвестно куда... Рука дёрнулась, коснулась подвески. Мгновение, активация, перенос... Где я? Там, где надо или нет? Но через секунду в глазах потемнело, а ноги отказались держать. В попытке сохранить равновесие, я схватилась за стол позади и чуть не утащила содержимое с собой на пол. Всё же устояла... М-да, ТАК плохо с координацией у меня ещё не было!

– Лера? Ты чего сегодня так рано? – ошарашено спросил тёмный силуэт впереди.

Знакомый голос... Чей же он? А, вспомнила! Кощей! Что он тут делает? Или правильнее спросить, что делаю здесь я? Хотя вроде бы именно сюда и стремилась...

– Что случилось? – вдруг строго спросил силуэт.

И чего это он так холодно? Вроде бы ничего не случилось... Или случилось? Зачем-то же телепортнулась сюда... Я вдруг рассмеялась:

– Вспомнила! Меня змея тут укусила...

– Змея?!

– Да... Но вроде всё в порядке...

– Если это называется «всё в порядке», то, что же будет «всё плохо»?

Через секунду он оказался рядом:

– Ты объяснишь, что произошло?

Произошло? А что-то произошло? И почему всё вокруг как в тумане?

– Ясно.

Весь сегодняшний день промелькнул перед глазами, восстанавливая в памяти возникшие пробелы. Тут же зрение прояснилось и до меня начало доходить, что происходит. Ужас полный! Такое ощущение, что ещё несколько минут и я забуду кто такая!

– Вполне возможно... Эй, ты куда!

Я едва второй раз за день не потеряла сознание, снова темнота в глазах, а ещё этот противный писк в ушах, будто кто-то направил микрофон на колонку... Сильные руки не дали встретится с не очень приветливым полом, а потом сама не знаю как, я оказалась на диване.

– Эта змея? – спросил он, подняв мою руку, хотя и не нуждался в ответе.

Почти без усилий освободив запястье из власти хладнокровной, он направился к многочисленным столам – мини-лаборатория была оборудована даже тут.

– И эту шатает... Зато теперь понятно, что бывает с теми, кто идёт против своих королев...

– Королев? – тут же оживилась я, – Только не говори, что ты про меня, потому что тогда... ты будешь третьим, кто мне это говорит...

– А ты вообще молчи, – немного резко сказал Кощей, – то говорить не может, а теперь силы появились? Рано пока тебе об этом знать...

Рано... А вот это он говорит вторым... А кто же был первым? Снова провал! Захотелось застонать, настолько всё это надоело!

– Адольф, – над плечом колдуна тут же возник призрак, а он на это даже глазом не повёл, – принеси мне книгу из библиотеки – отсек А, ряд четырнадцатый, третья полка снизу, должна быть там. В зелёной кожаной обложке.

Призрак исчез, а Кощей продолжал работать дальше. Взяв какой-то пузырёк с достаточно широким горлом, и, подхватив в другую руку змею, попытался собрать яд с её клыков, но змея зашипела.

– Не вздумай кусаться... – обращаясь к змее, сказал он, – Знаю, неприятно, но раньше думать надо было, а сейчас это единственный способ...

Но змея не обращала внимания на его слова... После того как она едва не укусила и его, Кощей не выдержал:

– Лер, да скажи ты ей! Я не могу сделать противоядие, пока не получу сам яд!

– Сказать? – удивилась я. – Но с чего ей меня слушать.

– Ну, ты же у нас великая заклинательница змей, – язвительно подметил он. – Раз я сказал, что послушает, значит так и есть. Главное сделать так же, как тогда, когда ты просила её приблизиться к тебе.

Как тогда? Точно. Тогда я сказала как-то по-другому. Вложила что ли силу? Но что мне ей сказать? Слова пришли сами:

– Успокойся. Замри. Не шевелись.

Вроде бы ничего особенного, но голова заболела с удвоенной силой. Я закрыла глаза, больше, что творилось в мире, меня не волновало. Осталось лишь боль по телу... Но особенно болело место, где два маленьких зуба прокололи кожу...

Судя по звуку, мои слова подействовали – шипения больше не слышалось, и вскоре лёгкий звон колб и склянок наполнил комнату. Что-то громоздкое с шумом стукнулось о стол, а затем послушался звук закипающей воды. Любопытство победило, и, хоть с трудом, я открыла глаза.

Кощей стоял над прозрачным сосудом, в котором вовсю кипела вода... Вода ли? Нет, не вода, просто тоже прозрачная... Капля чего-то белого и вязкого упала в бурлящую жидкость, и та мгновенно окрасилась в грязно-зелёный цвет... Цвет болотной тины...

– Значит, зелёный... – задумчиво произнёс колдун и тут же раскрыл рядом лежащую просто невероятных размеров книгу. Похоже, именно ту, за которой он и послал призрака. – Оттенком светлее, оттенком темнее... Этого цвета нет. Что ж, поздравляю, Лера. Мало на свете гадов, так новых создаёшь?

Новых? В каком смысле?

– В самом прямом. Ты создала новый вид змей, у которых абсолютно свой вид яда. И да, противоядия от него тоже нет. Придётся делать...

Я похолодела. Что значит новых? В каком смысле со своим ядом? Я... Я не могла! Это... невозможно!

Но похоже на меня уже мало обращали внимание.

– Хорошо хоть в черный не окрасился, хотя до него немного оттенков... Придётся поспешить...

И схватив пузырёк, в котором ещё оставалось немного змеиного яда, бросил:

– Не вздумай вставать с дивана. Здесь нет подходящего оборудования, так что я скоро вернусь...

Вставать? Серьёзно? Мне рукой пошевелить трудно, а он про вставать... Но Кощей уже ушёл, а я осталась одна. Хотя нет, змейка тоже тут... сидит в банке и слегка покачивает головой. Неужели ей тоже плохо? Но почему? Укусила-то она меня, а свой яд для них безвреден...

Жалко её всё-таки. Из-за меня так влипла. Стоило дождаться перемены и просто первой её взять, а потом отпустить... Куда? В лес по любому ещё два часа бы не попала... Так как же надо было поступить правильно?

Правильно. Какое смешное слово! Всё равно, что ни делай – результат тот же – кому-то от этого будет плохо. Ни тебе – так твоему другу, ни твоему другу – так врагу, ни врагу – так совершенно постороннему человеку, которого ты даже не знаешь. Потому что так устроен мир. И иначе не будет. Тогда какое же правильно выбрать? Правильно для большинства? Так же лучше... Пока ты не задумываешься о тех, кто остался один.

Глаза начали слипаться. Интересно, если я сейчас засну, то проснусь ли? Конечно, проснусь! С чего такие мысли?.. Хотя стоит ли проснуться? Или укус был знак – остановись. Тебе незачем жить... Бред полный! Это ты мыслишь сейчас так, потому что тебе плохо, а потом всё наладится. Обязательно. Потому что всё это пройдёт: и боль, и печаль, и страх, и, даже, эти галлюцинации... Ведь не может же быть такая гигантская змея на свете? Слишком большая для того, чтобы быть правдой! Слишком сильная, завораживающая и слишком... смешная! Ну не могут змеи носить короны! Так?

Моя «галлюцинация» стояла, или даже можно сказать, извивалась в проходе в комнату. Оперившись о своё толстое тело, она возвышалась над полом и сейчас по росту даже превосходила человека, ну а хвост, собравшийся в кольца рядом, заставлял в страхе сглотнуть ком в горле. Её размеры действительно поражали и.... пугали. Интересно, откуда она здесь? Хотя да, это же галлюцинации, просто бред... Ему нет объяснения.

Даже издалека я заметила, как сверкнули глаза змея, когда он увидел меня. И от этого взгляда стало совершенно не по себе...

– А мне не говорили-с, что здесь будет кто-то ещё, – пугающе прошипел змей, а через секунду, стрелой пронёсшись по полу, навис прямо надо мной.

– Что ж, здравствуй, с-самоубийца. До с-сих пор жива?

И он, мгновенно обогнул диван, очутившись с другой стороны, отчего голова едва не пошла кругом.

– Но это ненадолго, – неожиданно произнёс змей, а через секунду очутился рядом с ещё не пришедшей в себя змейкой.

– Хорошо-с постаралась, с-сестрёнка. Тебя ведь тоже создали-с, я прав? Пахнет лесом. Сильный яд. Вначале жертва-с начинает забывать простейшие-с вещи, затем пропадает зрение, а вместе с адской болью жертва становится совершенно беспомощной... Жаль долго действует. Целый час! Долгая и мучительная смерть. Не то, что мой яд – укус и всё. Но твой тоже хорош-с. Кто ж тебя создал? Никто из моих хозяев-с не в силах... И отчего тебя мутит, сес-стрёнка?

Змейка что-то прошипела, но я ничего не услышала. А вот змей, похоже, всё прекрасно понял.

– Неужели она? – мощное тело метнулось ко мне. Скользкая пасть склонилась над лицом. Быстрый раздвоенный язычок скользнул по коже настолько быстро, что я даже не успела заметить. Лишь влажный след остался на щеке. – Действительно-с, Лесная...

Змей снова дёрнулся. Янтарные глаза с узкой щёлкой прямо впились в мои.

– И как я раньше тебя не заметил-с? А я ведь помню, как непочтительно ты со мной разговаривала...

Снова змея метнулась и оказалась напротив змейки... А хвост тем временем всё двигался и двигался, собираясь рядом с диваном в огромные кольца. В этот момент я даже порадовалась тому, что сил не осталось даже на разговоры – я бы точно не сдержалась и закричала как бешеная.

– Сестрёнка-с, тебя разве не учили, кого кусать можно, а кого нет? Случайно вышло-с? Ну-ну-с...

Змей снова склонился надо мной:

– А это даже забавно-с... Создатель умрёт от зубов своего создания... Что ж, мне мороки меньше – сказали сделать всё без свидетелей... А так и зубы марать не нужно-с. Встретитесь в ином мире, а вот я, боюсь, туда вообще никогда не попаду-с. Здорово, не правда ли?

Я сглотнула, а змей между тем снова поменял положение:

– А ведь я могу помочь тебе, девочка... И более того – обязан-с... Но стоит мне вспомнить, а память у меня хорошая, твои-с слова – как сердце кровью обливается. Что за непочтительный тон? А обзывания? Ты слишком-с много о себе возомнила!

Змей заполз на диван и своим весом чуть не придавил меня. Голова змея перевернула руку и уткнулась прямо в то место, куда был совершён укус.

– Да-а, – зажмурившись от удовольствия и словно втягивая запах, прошипел змей, – Я чувствую это. Всего один укус и смерть идёт за тобой... Но ещё один укус, на этот раз мой, и она отступится, освобождая дорогу жизни. Ты ведь хочешь жить?

Голова змея опять зависла надо мной и впилась взглядом:

– Не отвечай, я знаю-с ответ. Жить хочет всё, начиная от маленького таракана, заканчивая человеком-с. Не важно-с маг он или нет... Готов жить даже самый отчаянный самоубийца, хоть он и не понимает этого. Пока не понимает. Так что? Помочь тебе-с?

Я боялась пошевелиться. Что надо этому безумному глюку от меня? Чего желает добиться? Или это последние отголоски сознания пытаются таким образом привести меня в чувства?

А змея снова заскользила, обвиваясь вокруг головы, вызывая неописуемый страх:

– Боишься-с? – зашептал змей на ухо, – Вот, видишь, теперь ты знаешь-с, как нужно со мной обращаться. И что для этого понадобилось-с? Всего-то побывать на грани жизни и смерти. Неужели так много?

Голова змеи вдруг оказалась напротив другого уха:

– Много. Слишком много. И я бы мог тебя спасти... Но не буду. Всего-то маленькая девочка погибла от укуса змеи – с кем не бывает? К тому же, кто будет знать, что сам Царь Змей побывал здесь? Никто. Никто не останется в живых. Ты умрёшь от яда, сестрёнка-с погибнет вместе с тобой. А я? А меня здесь и не было...

И змей начал сползать с дивана, шипя:

– К тому же, меня совсем не для этого послали-с... И плевать мне на то-с, кто ты такая – уважительно говорить со мной должен-с каждый... Ты лишь помеха, которая сама себя устранила, причём так замечательно-с! И никому я ничем не обязан-с. Просто проползал мимо... Отвлекла ты меня-с. Мне не говорили-с, что тут будут ещё люди... Особенно Лесные... Да и вряд ли ты вообще слышишь меня, яд должен быть на последней стадии.

Кольца всё ещё струились, охватывая всю комнату. И тело змеи всё ещё скользило по моей голове, по телу... Как же противно! Это не та маленькая змейка, которая легко уместилась на руке в виде браслета. Это змея! Невыносимая, противная, мерзкая, гадкая!

– Червяк-переросток, – едва не выплюнула я, но произнесла это еле слышно.

Тем не менее, змей услышал.

Тело вмиг напряглось, а потом заскользила с невероятной скоростью, царапая чешуёй кожу. Зубы сжались, чтобы не показывать, насколько это неприятно!

– Повтори-с, что ты сказала?! – Возвышаясь невероятной громадиной, злобно прошипел змей.

Если б он мог – давно убил бы... Хотя я и так, если верить его словам, мертва... Так почему бы не поиграть с судьбой?

– Червяк-переросток, так ведь я назвала тебя при первой встрече? Теперь вспоминаю... Странно даже, что я забыла о тебе, не так ли?

Глаза змея полыхнули огнём. Сверкнули и самоцветы в его короне. Сверкнула и чешуя... В этот момент он был ужасен и так невероятно красив! Яркий свет вмиг озарил комнату, а потом потух. Змей снова стал змеем. Стал тем, кем и является. А что лучше всего умеют змеи, если верить сказкам? Правильно, говорить гадости.

Голова змея вновь нависла над лицом и сказала:

– А я-то всё думал, почему же о тебе никто не знает, девчонка! Что ж, неудивительно, что хозяйка отказалась тебя признавать... Ты думаешь, что она о тебе просто не знала? Не-е-ет-с, она знала о тебе, всё это время знала-с. И тогда, на балу, она была поражена-с, кто же вообще пустил – не буду повторять некрасивые слова – такую на бал. А потом просто откупилась. Ты же получила подарок на день рожденья? Да, вот он, носишь его? Ну-ну... простая дешёвка. Колечек и получше в тысячи раз в сокровищнице моей госпожи полно, а она даже мучиться не стала – поручила слуге купить любое в ближайшем магазине... Так почему же она не признала тебя? А смысл? С такой уродиной никто возиться не станет... А тем более у неё никаких манер даже на грани смерти. Что ж, если ты умрёшь, я уверен, никто горевать не будет. Ведь все отвернулись от тебя, не так ли? И одноклассники, и друзья, и семья... Никому ты не нужна, не так ли, Лесная? Да ты даже эту фамилию носить не...

– Убирайся! – вдруг выкрикнула я. – Убирайся немедленно!

Глаза змея расширились от удивления, но он и в правду исчез... Чёртов глюк! Рука сама потянулась вытереть только появившиеся слезы. Даже умереть нормально не дал – довёл до слёз! Ну нет, теперь я только из-за тебя и буду жить, чтобы доказать, что ты не прав! Он ведь не прав?

Я едва не заревела в голос, понимая, что почти все оказались правдой. Особой красотой меня при рождении не наградили, но не настолько же, чтобы называть уродиной!.. Или настолько? С одноклассниками у меня не сложилось ещё с самого начала, а сейчас это невероятно обострилось. Друзья... были ли они у меня? А семья? Они ведь могли всё исправить! Они должны были всё исправить! Я ведь права?

– Чёртов глюк! – рыдая в голос, почти выкрикнула я.

Боль. Я почти не замечала её. Физическая боль часто отходит на второй план, когда её превышает душевная. И этот его поцелуй! Место, где коснулся змей своим языком, до сих пор горит... Я попыталась стереть это ощущение, размазывая слезы – не вышло. До сих пор ощущаю все его прикосновения!

Ощущаю? Сердце ушло в пятки. Так это был не глюк? Ещё хуже! И я зарыдала с удвоенной силой.

– Лера? Да что ж это такое! – воскликнул уже давно знакомый голос, который, (когда только?) стал почти родным.

Кощей! Надо сказать!

Я подняла заплаканные глаза и, пытаясь успокоится, что просто ужасно получалось, сказала:

– Змея... здесь была змея, а потом... пропала...

– Неужели меня так долго не было? – стараясь, чтобы я не услышала, сказал он. – Похоже всё совсем плохо...

– Нет! – воскликнула я, понимая, что он считает всё это бредом. – Она и вправду была здесь! Большая!

– Хорошо, – успокаивающе, сказал он, и зачем-то даже провёл ладонью по моей голове, – А сейчас выпей это и станет легче. Правда!

Я кивнула и приняла предложенный стакан, трясущимися руками. Чего только меня этот змей так довёл? Потому что бил по больному!

Тёплая рука поддержала сосуд, который так и норовил выскользнуть из рук. Правая рука, на которой так же, как и у меня находилась маленькая звёздочка – знак подписанного договора... И сейчас она сияла ярко-красным?!

– У тебя тоже?! – почти ошарашено спросила я.

Он лишь качнул головой:

– Пей, пока не поздно.

Почти в полном шоке я сделала сначала один глоток, а потом и не заметила, как осушила весь стакан.

– Хорошо, – сказал он, легко забрав стакан, а также слегка толкая меня так, чтобы я легла, – а теперь постарайся уснуть, дай лекарству подействовать...

Уснуть? А так вообще можно? Провалиться в забытье, оставив всё ужасное здесь... А если не проснусь?

– Не уходи! – вдруг воскликнула я, видя, что он собирается встать.

Серые глаза, обычно смотревшие холодно, вдруг потеплели, а губы растянулись хоть и в печальной, но улыбке...

– Не уйду.

И я отчего-то поверила. А потом глаза закрылись, и я провалилась в сон.

***

Перевернуться на один бок, повыше натянуть одеяло... где же подушка? Упала? Я сонно открыла глаза, пытаясь найти искомый предмет. Открыла, немного зависла, а потом подскочила – сон как рукой сняло. Что я тут делаю?

Воспоминания накрыли волной: скучный урок, змея, то, как она меня укусила... Затем телепортация к Кощею, странный змей, а что было потом... Щеки обожгло огнём. Чёрт! Как я могла сказать такое?!

А он ведь ушёл... – вдруг с грустью подумалось мне...

– Проснулась? – послышался вкрадчивый голос.

С души, словно камень свалился – не ушёл. Тут.

Я кивнула.

Что же тогда вообще было? Это чувство... страха, одиночества, безнадёжности... Свалить на яд? Можно, но что-то мне подсказывает – он тут ни при чём...

– У тебя есть вода? – немного стесняясь, спросила я, но пить хотелось до ужаса.

– На тумбочке посмотри.

Действительно – полный кувшин воды, а также стакан лежали рядом. Можно было и догадаться. Не раздумывая, я наполнила стакан, и почти залпом его осушила. Второй закончился уже немного медленнее, но тоже слишком быстро. Третий стакан был полон лишь на половину, и сразу выпивать содержимое я не собиралась – лишь держать в руках, остужая жаром пылающие ладони, жаль, что к щекам не приложить...

– Всё нормально?

Нормально? Было бы, если бы я не вела себя как полная дура... Хотя сейчас уже ничего не изменить... Эх, если б я могла управлять временем...

– Порядок...

Хотя, бывало, и получше... Хорошо, хоть жива осталась! Но как вспомню произошедшее – в дрожь бросает... Кстати об этом. Может это был просто страшный сон?

Я взглянула на руку. Нет, не сон – две маленькие дырочки – следы укуса ещё зажить не успели... Помочь им?

Как же это делается? Пальцы легли на ранку. Почувствовать саму себя бывает труднее, чем другого человека, но сейчас это получилось. Так, хорошо, не теряем контакт и представляем, как укус сам по себе затягивается... Главное начинать с глубины и только потом восстанавливать кожу... Вроде всё. Я взглянула на результат – на память осталось два небольших синяка, которые пройдут в ближайшие дни... Интересно, а шрам будет?

– Уже неплохо, – сказал Кощей до этого внимательно наблюдавший за моими действиями.

– Можно и лучше, – задумавшись, ответила я, – только для этого нужна практика, а на такую я не согласна...

– А раньше только так и учились. Да и в университетах магии до сих пор такое практикуется...

– Правда? – удивившись, спросила я.

– Ну, по крайней мере, когда я учился, так всё и было. Вряд ли с тех пор всё сильно изменилось...

– Ну и как же давно это было? – пряча ухмылку, спросила я.

– Каких-то сто пятьдесят– двести лет назад... – не чуя подвоха, ответил он.

Я засмеялась.

– М-да... – задумчиво проговорил Кощей, – действительно много...

А потом повисла тишина. Слышен даже стук часов, которые находились в коридоре. Надо было что-то сказать. И я сказала то, что посчитала нужным:

– Прости за то, что было... Сама не понимаю, что на меня нашло?.. Насколько надо быть глупой, чтобы просто лишиться страха напрочь...

– Бывает, – спокойно ответил он. – Просто никогда не нужно забывать об осторожности и всё.

Бывает? Серьёзно? И почему он так ко всему спокойно относится?

– Потому что, что было – не изменишь, а ты, как я вижу, выучила урок... Лучше скажи, что будешь со змеёй делать?

А что мне делать?

Я пожала плечами.

– Даже не знаю... Я когда творила то заклятье вообще думала, что получатся просто ужи... Они же, как бы, не ядовитые...

– Не всегда всё выходит именно так, как планируешь, поэтому всегда нужно проверять. Вот ты не убедилась в том, являются ли твои создания безопасными, и произошло это.

– Чтоб я ещё знала, как эти ужи выглядят... – себе под нос пробормотала я, но он услышал.

– Эх, Лесная, когда до тебя дойдёт, что магия – не шутки?

– Ну, если не сейчас, – уже улыбаясь, ответила я, – то, скорее всего, скоро.

– Скорей бы... Тогда пошли разбираться с твоим созданием? Вмешиваться в структуру других миров недопустимо ни законами совета, ни законами самих миров, так что спускать на самотёк нельзя. Просто выпустить змею не выйдет. Идеи есть?

Я усмехнулась:

– Есть парочка...