Глава 46. Лорд.

***

- Нам нужен нормальный план, - устало пробормотал Гарри, откидываясь назад и невольно опираясь на Малфоя, который сидел на полу, беспорядочно перебирая заметки Гарри. Листы хрустели, пергамент сминался под тонкими пальцами и, пожалуй, никто, кроме него, совершенно не обращал внимания на бумажки.

- Чем тебе не нравится мой? - возмущался Том, скрестив руки на груди. Его голос был холоден, но в глазах плясало раздражение. - Барти говорит нам, когда Темный Лорд возвращается к жизни. Затем мы создаем инсценировку твоего похищения и вместе с ним аппарируем прямо к нему. Там, конечно, придется потерпеть, но как только у него будет твоя кровь, мы сбегаем.

- Великолепный план, если я правильно понял. Надежный, черт, как швейцарские часы, - выплюнул Поттер.

Малфой, который уже не первый раз слышал это выражение, на этот раз все же не выдержал и обернулся:

- О чем ты опять?

- Без понятия. Но сути это не меняет.  - Он провел рукой по лицу, словно пытаясь отогнать навалившуюся усталость. - В таком плане дыр больше, чем в маасдаме. А если не смогу сбежать, замученный до смерти? А если Барти будет под Непреложным, и он просто не сможет предупредить? Если кто-то помешает сбежать из замка? Это же наверняка будет при зрителях и с фанфарами.

- Поттер. - Том приподнял бровь, но его голос звучал неожиданно спокойно. - Мы не сможем предугадать вообще ничего заранее. Возможно, Темный Лорд, раз он в тебе так заинтересован, попробует и договориться, кто его знает?

Реддл плавно опустился на пол, скрестив ноги. Локти он поставил на колени, сцепив пальцы в замок. Выглядел он расслабленным, но Гарри знал - это иллюзия. В глазах Тома светилось напряжение, слишком сильное, чтобы быть игрой.

- Глупо было бы надеяться на это. Мне вообще вся эта затея не нравится, - нахмурился Драко. - С какой стороны ни посмотри, Гарри, ты в любом случае в смертельной опасности. Крестному ты уже об этом говорил?

- Нет, - протянул Поттер, опустив глаза. - Если он узнает - запрет. Мы это уже проходили.

Он чуть усмехнулся, но никакого веселья в его улыбке не было.

- Он будет переживать и не даст доставить меня прямо к Лорду. Будет искать другой вариант. Например, доставку моей крови без меня. Нет. - Гарри взлохматил волосы и выдохнул. - Мне нужно лично посмотреть на него.

- Я пойду с тобой в любом случае.

- Нет, Том, ты со мной не пойдешь - мы это уже обсуждали.

Гарри резко поднял на него взгляд исподлобья. В зеленых глазах бушевало раздражение.

- Тем более, ты теперь спокойно можешь отходить от меня и дневника на любое расстояние. Подумай сам, ты же можешь невольно выдать себя и все полетит к чертям.

- Я тоже должен посмотреть на самого себя, Поттер. Я должен увидеть собственными глазами, к чему все привело. А оттуда, где бы мы ни были, аппарируем вместе или по раздельности.

- Так, допустим. - Гарри опустил голову и сложил ладони, пытаясь сконцентрироваться. - Предположим, что меня ворует Крауч, приносит к Лорду и тот забирает кровь. Надеюсь, что не всю. А дальше что?

Тишина в комнате сделалась почти осязаемой. Лишь потрескивание пергамента в пальцах Малфоя да едва слышный шелест дыхания нарушали напряженную паузу.

- Убить сразу же мы его все же не сможем, будем смотреть на ситуацию реально...

Том поднялся со своего места, заметив, как содержимое зелья Гарри изменило цвет, переливаясь вязкими красно-золотыми оттенками. Он осторожно помешал его длинной стеклянной ложкой, наблюдая, как цвет стабилизируется.

- Не все крестражи все еще при мне - перехватить управление Темной Меткой сразу же не получится, а оставлять последователей и без повелителя, и без контроля - плохая идея. И еще…

Он отставил ложку и развернулся, впиваясь в Гарри тяжелым взглядом.

- Мир должен увидеть Темного Лорда в действии - это политически важно. Чтобы каждый понял, что ужас, вот он, прямо перед их глазами. А нападения - прямо на Косой Аллее. И вот когда мир поймет, что происходит что-то неладное, тогда мы и прикончим его.

- В этом есть разумное зерно… - пробормотал Гарри.

Малфой, сидящий рядом, выглядел так, словно вот-вот запаникует. Его дыхание стало тяжелее, губы побелели. То ли от осознания, что его семья окажется в подневольном состоянии, то ли оттого, что Поттер всерьез обсуждает смертельную дуэль с Темным Лордом.

- Но это поставит под угрозу всех тех, кто сейчас нам помогает. Снейпа, Барти, Люца.

- Поттер, не взваливай на себя лишнюю ответственность. - Том скривил губы. - Все эти люди прекрасно понимают, что из себя представляет неадекватный Темный Лорд, и все они давно готовы к его появлению. И не забывай, что каждый из них не безгрешен. Не удивлюсь, если все трое пытали магов и маглов в одной группе.

Малфой дернулся.

- Отец бы… - Драко замялся и замолчал ненадолго, поймав на себе скептичные взгляды. - Он никогда не говорил об этом…

- Я тоже не безгрешен, Драко, и тоже не кричу на каждом углу, что сжег заживо собственных родственников, - холодно отрезал Поттер. - Просто старайся думать о том, что твой отец делал все это, чтобы защитить свою семью. -  Голос его стал звучать все тише и тише, но оставался не менее твердым. - Что сейчас было бы с твоей семьей, если лет пятнадцать назад он бы отказался выполнять прямой приказ?

Драко сжал кулаки, но промолчал. Он не мог спорить с этим - реальность была слишком жестокой, а слова Поттера слишком логичны.

- Хорошо, допустим, - наконец сказал Малфой, поджав губы. - Мы позволяем всему этому развернуться, даем Темному Лорду показать себя. Но ты понимаешь, что он не будет просто размахивать палочкой на улице? Это будет резня.

- Понимаю, - кивнул Гарри. - Но если мы сделаем это правильно, то сможем минимизировать жертвы, пока Лорд собирает свою армию и готовится к официальному возвращению.

- Хм, минимизировать, - невесело усмехнулся Драко, скрестив руки на груди. - Его возвращение - практически объявление новой войны. Прольется кровь, Поттер, много чужой крови.

- Значит, нужно будет переключить его внимание на меня, пока он копит силы. Да, нападения свести к нулю - невозможно, но большую их часть, пока он будет искать меня по всему миру, вполне, - абсолютно серьезно продолжил Гарри. - Когда он узнал о пророчестве, то думать ни о чем не мог, кроме как об убийстве младенца. Тоже мне, нашелся Ирод.

- Действительно, как забавно, - ухмыльнулся Том.

- Вы о чем вообще? - возмутился Малфой, совершенно не понимая нити разговора.

- Я как-нибудь потом тебя познакомлю с магловской религией, Драко, - снисходительно ответил Поттер, похлопав блондина по спине. - Сейчас главное, наконец, решить, что в итоге мы собираемся делать. Том, ты точно уверен, что хочешь идти со мной?

Реддл твердо кивнул.

- Пусть будет так. Мы кого-нибудь извещаем об этом? - Реддл так же уверенно покачал головой. - Хорошо. Отдаем кровь и сбегаем до лучших времен?

- Это самый безопасный вариант.

- А куда мы, собственно говоря, от него сбегаем? - нахмурился Гарри. - К моему новому опекуну - нельзя, к Снейпу - опасно для самого Снейпа, в Хогвартс - тоже не лучший вариант, учитывая количество Светлых сил, сконцентрированных в одном месте.

- На Гриммо, Поттер, - спокойно ответил Том, будто этот ответ был самым простым из всех, прозвучавших за вечер. - До конца твоей учебы около месяца, экзамены ты уже сдал. Даже Мини сжалилась, когда узнала о твоей заявке на Мастера. Смысла возвращаться просто нет. И Альбусу будет немного не до твоего бегства, знаешь ли. Он первым узнает, что Темный Лорд вернулся.

- Да благословит нас Господь на это безрассудство, - закончил Поттер и, конечно, встретил очередной недоуменный взгляд Драко.

***

- Поттер, задержитесь.

Аврор дождался, когда последний студент скроется за широкой дверью и оставит его наедине с Гарри. Тот совершенно спокойно вернул свою сумку на место и уселся на край стола.

- Мистер Реддл здесь? - негромко спросил Крауч, пытаясь осмотреть помещение.

- Да, Барти, - ровно отвечал Поттер, понимая, к чему все идет.

В его сумке уже несколько дней были собраны все необходимые вещи на случай исчезновения, и даже Драко, который лично перерыл его сумку, добавил что-то от себя.

- Я так полагаю, поступил приказ?

- Да, Поттер. Тебя уже ждут в Малфой-меноре. Повелитель прибыл только утром и первым же делом потребовал привести тебя.

- Прежде, чем мы отправимся, я хотел бы кое о чем попросить, Барти. - «Грюм» подался немного вперед, чтобы лучше расслышать юношу. Где-то в углу треснула половица, будто от слабого порыва сквозняка. - Было бы славно, если бы и в следующем году ты преподавал здесь, в Хогвартсе. Можно было бы объяснить это попыткой шпионить за мной или за стариком.

- Поттер, на должность профессора Защиты, если ты не в курсе, наложено проклятье. Ни один человек не может проработать больше года. - Барти откинул часть волос, которые снова начали терять свою седину, и принялся стягивать с себя плащ, который на его худой фигуре едва не падал с плеч. - Я на это и рассчитывал.

- Я уже думал об этом, и на самом деле достаточно легко обойти такое проклятье, которое, не удивлюсь, наложено мной же, - заговорил Том, приподнимаясь со своего места. - Можешь задержаться на недельку-другую, сказать, что тебя поразило проклятьем или ты ушел в отпуск. Тот же Хэнкс в очередной раз подменит пустующее место преподавателя - в прошлый раз, когда уволился тот оборотень, ему ничего не мешало вернуться в школу.

Барти приподнял бровь, раздумывая.

- А настоящего Грюма куда девать? - с усмешкой спросил он, кивнув в сторону запертой каморки.

- О, Салазар, - протянул Том, раздраженно сдвигая брови. - Он что, доставляет тебе неудобства? Реши проблему, когда надобность в нем отпадет, а пока пусть себе сидит тихо.

- Намек понятен. - Барти еще раз хохотнул и накинул поверх широкой рубашки кожаный плащ со множеством ремешков. Плотная ткань зашуршала, цепи на поясе едва слышно звякнули. - Ладно, постараюсь в следующем году тоже тут быть, Поттер. Буду и дальше сеять в неокрепшие умы знания.

- Отлично, - Гарри приподнялся со своего места и завел руки за спину. - Молча уйдем или проведем дуэль в Большом зале?

- На этот счет указаний не было. Главное - чтобы сегодня ты был у его ног, - говорил Барти из-за дверей коморки, спешно собирая вещи вместе с настоящим аврором. -И «кто» тебя похитит - вопрос открытый.

- Красть меня под личиной Грюма - глупо и вызовет ряд вопросов. А ты мне еще нужен здесь, - протянул Поттер. - Так что не пей Оборотное, но постарайся, чтобы никто тебя особо не разглядел. Если все же кто-то сможет узнать в тебе того самого Пожирателя, что уже много лет мертв и еще больше лет назад посажен в неприступную тюрьму, то я постараюсь, чтобы письма опознавших не дошли до газеты. Но, честно говоря, я сомневаюсь, что кто-то первым же делом вспомнит именно о тебе.

- Пусть будет так. - усмехнулся Крауч. - А ты экзамены-то сдал?

- Да, с этим все в порядке, - отмахнулся Гарри.

Том, до этого лишь наблюдавший за их разговором, сложил руки на груди и чуть склонил голову набок. В полумраке комнаты его черты казались еще более заостренными, а взгляд - пронзительным. Гарри понял, что тот нервничает.

- Тогда предлагаю спарринг, в конце которого ты меня победишь. Лишний камень некомпетентности в огород директора не помешает. Героя воруют прямо из школы: что может быть хуже для человека, который отвечает за безопасность детей? Так что... постарайся никого не задеть, кроме меня.

- А если старик вмешается? - Крауч выглянул из-за стены, не отрываясь от своего занятия. - На его счет тоже указаний не было.

- Не явится - он сегодня снова в Министерстве. Опять начали поднимать вопрос о финансовых махинациях - гоблины лично приходят в суд с выписками, чтобы решить вопрос, который порочит и их имя тоже. - Гарри расстегнул несколько верхних пуговиц и растрепал волосы, придавая своему виду небрежность. - Вот он теперь и бегает, чтобы все забыли о пропавших деньгах бедного сироты.

- Бюрократия. Какая мерзость, - скривился мужчина, перебирая во внутренних карманах свои пожитки. - Но тем же лучше.

***

Большой зал Хогвартса жил своей обычной жизнью: гул голосов, звон столовых приборов, мелькание совиных крыльев под высоким заколдованным потолком, где сегодня свинцовые тучи обещали дождь. За слизеринским столом Поттер лениво ковырялся в картофельном пюре, старательно делая вид, что оно ему нравится. Рука же его лежала на запястье, а взгляд неустанно следил за несколькими дверьми, ведущими в Большой зал.

- Драко.

Голос Гарри был тихим, но твердым. Малфой поднял голову от пергамента, на котором еще несколько минут назад сосредоточенно выводил строчки эссе по зельям. Его светлые брови дернулись вверх, а серые глаза тут же начали бегать по лицу друга, считывая напряжение.

- Прямо сейчас уходи в спальню.

- Уже..?

Драко моргнул, словно сразу осознал, что именно услышал. Его пальцы сжались на пергаменте, оставляя тонкие вмятины, и лицо тут же стало бледнее обычного. Спустя уже несколько секунд он потерял все краски с лица и заозирался по сторонам, отчего получил укоризненный тычок в бок.

- Не паникуй, все в порядке, - мягко добавил Гарри. - Просто иди.

Но Малфой не двинулся. Напротив, он вцепился в его рукав, заставляя снова посмотреть на него.

- Я… Я понял. Но, Поттер, пообещай, что с тобой ничего не случится.

- Драко, уходи.

- Пообещай! - не унимался он, вцепившись в его плечо. - С места не сдвинусь, пока не скажешь, что с тобой все будет в порядке.

- Драко, я… - Гарри замялся и опустил глаза ниже, будто пытался что-то рассмотреть в деревянном столе. - Я обещаю.

Рука Малфоя медленно сползла по его плечу, и он еще некоторое время смотрел на друга, который не поднимал на него глаз. Прикусив нижнюю губу, он окинул взглядом помещение и поднялся со своего места, похлопав Гарри по плечу на прощание. Поттер прикрыл глаза, досчитав до десяти, чтобы не сорваться и не сказать того, что не стоило говорить. Когда он их открыл, Малфоя уже не было в зале.

Вспышка.

Громкий хлопок разорвал воздух, и в следующее мгновение что-то тяжелое ударило в пол в центре зала, взметнув в воздух столбы пыли и каменных осколков. Барти Крауч-младший, полностью сбросивший маскировку, вырвался из главных дверей с уже поднятой палочкой. Паника в Большом зале вспыхнула мгновенно, как огонь, попавший на сухую траву.

Ученики вскрикивали, столы скрипели, тяжело отодвигаясь назад, посуда с грохотом падала на пол, разлетаясь осколками. Кто-то в ужасе вскочил, кто-то пригнулся, надеясь спрятаться, а несколько первокурсников с Когтеврана просто застыли на месте, широко распахнув глаза.

- Ступефай! - крикнул он, неумолимо приближаясь твердой походкой прямо к Поттеру.

- Что происходит?! - раздался чей-то испуганный голос, перекрывая общий гул.

Северус подскочил со своего места и вынул палочку, атакуя. В дыму и пыли, не было понятно, кто так стремительно подходит в сторону слизеринского стола, не переставая бросать проклятия, которые Поттер с ловкостью отбивал.

Вспышки заклинаний освещали зал, отбрасывая на стены резкие, дрожащие тени. В воздухе пахло озоном. Над столами закружились сбитые с мест свечи, и несколько из них с шипением погасли, капая воском на пустые тарелки.

- Все в сторону! - кто-то из старших учеников попытался взять ситуацию под контроль, но было уже поздно.

Снейп быстрым движением очертил защитный контур позади себя, не позволяя ученикам подходить ближе и замечая, что остальные преподаватели спешно уводят студентов прочь от места боя. Резко развернувшись, он атаковал уже сам, уверенным шагом приближаясь в сторону Поттера, который вынул из рукава свою палочку.

Дым и пыль клубились в воздухе, и было невозможно разобрать, кто еще метался по залу, в панике пытаясь скрыться. Крауч двигался быстро, его проклятья рассекали пространство, отражаясь от случайных преград, с гулким треском вонзаясь в стены.

- Протего! - бросил Северус, выставляя перед собой защитный барьер. Вспышка алого света от проклятия Барти ударила в него с такой силой, что воздух вздрогнул, а тонкая трещина на каменном полу задымилась. Его глаза расширились на долю секунды, и в этот короткий миг его рука дрогнула. Проклятье, которое должно было поразить Крауча, ушло в сторону, оставляя на длинной деревянном столе трещину.

- Барти? Ты… - прошептал он, пытаясь разглядеть лицо. Но сомнение длилось лишь мгновение. Лицо Северуса тут же замкнулось в жесткую, холодную маску, и он снова атаковал. - Конфринго!

- Глациус! - добавлял Поттер, нейтрализуя летящее в Крауча проклятие и замечая, что профессор позади все же присоединился к дуэли.

Гарри мельком оглядел Большой зал, который минуту назад бурлил паникой. Теперь он был практически пуст. Ученики бежали в сторону выхода, а столы и стулья остались хаотично разбросаны. Разбитая посуда покрывала пол мерцающими осколками.

- Бомбарда! - в очередной раз рявкнул Крауч, замечая на лице когда-то хорошего друга смесь ненависти и презрения

- Протего Дуо, - отвечал Поттер.

- Депульсо, - бросил уже профессор, стараясь подойти как можно ближе. Грохот раскатился по залу, а от удара в стенах появились мелкие вмятины. Северус, недовольно сжав губы, бросил встречную атаку. - Инкарецеро! Ступефай Триа! Сектумсемпра!

Северус атаковал быстро, с точностью, которой славился, но Барти был готов.

- Протего Максима! - защищался он, стараясь не подпускать Снейпа слишком близко ни к Поттеру, ни к себе. - Инсендио!

- Депульсо, - добавил Поттер, верно приближаясь к Барти. - Ступефай! Протего!

«Какого черта он не использует весь свой арсенал?! - думал Северус, замечая, что Гарри использует только проклятия ученической программы. - Он что, надеется победить опытного Пожирателя оглушающим???»

Снейп сжал палочку сильнее. Взгляд его потемнел, а губы сжались в узкую линию. Если Поттер не собирается бороться по-настоящему, он сделает это сам. Он готов был бросить Непростительное.

Гарри, заметив готовящееся на конце палочки проклятие, резко вскинул свободную руку назад, безмолвно накладывая на профессора Петрификус Тоталус. Снейп, не успев даже выставить защиту от заклинания, которое неожиданно прилетело со стороны Поттера, упал навзничь, не в силах пошевелиться. Оцепенение накрыло, как захлопнувшаяся ловушка. Его тело свело судорогой, и он с глухим стуком рухнул на пол, неподвижный, с замершими от злости глазами.

Барти ловким движением руки бросил в несопротивляющегося Поттера последнее Инкарцеро, вынул из-за пазухи мантию-невидимку юноши, и уже через несколько секунд скрылся со своей ношей.

Северус, оставшийся парализованным на холодном камне, мог лишь смотреть, как исчезают в воздухе эти двое. Еще несколько секунд ему понадобилось чтобы понять: Поттер снова сыграл спектакль, на который теперь повелся он сам.

***

- Какого черта ты тянул до последнего? - возмущался Гарри, закинутый на плечо с такой легкостью, будто он был не тяжелее походного рюкзака. Том, который заранее дожидался их у ворот Малфой-менора, косо ухмыльнулся, замечая, что Гарри в надлежащем побитом состоянии. - Мерлин, он меня не простит.

- Уже скоро увидитесь, - тихо отвечал Крауч, подкидывая Поттера на плече еще раз. В его голосе не было ни капли веселья, когда он в очередной раз вспоминал лицо Северуса, который был готов его убить. На языке был привкус горечи, но он только сильнее нахмурил брови. - Как будем поддерживать связь?

- Можешь присылать патронуса. Я буду отправлять именные письма, - отвечал Гарри, корчась от боли, когда Крауч его поправлял. Магические путы пережимали ему руки и ноги и, кажется, они уже начали неметь. - Старайся связываться только в случае крайней необходимости. Если будет нужна встреча, я предупрежу.

Крауч угрюмо угукнул и остановился перед резными воротами, около которых уже поджидал Люц. Вены на его шее были напряжены, а губы сжаты в узкую полоску. Он не сказал ни слова и молча пропустил Барти вперед. Бегло оглянувшись, он запер барьер, но снял со своего поместья весь антиаппарационный купол.

- Не нервничай ты так, - услышал он около своего уха мягкий голос, который совершенно не был похож на тот, что он слышал минуту назад. Невольно сжав кулаки, он коротко кивнул и отвел глаза в сторону.

- Драко не пострадал? - едва слышно спросил Малфой.

Том взглянул на него с холодной невозмутимостью, не останавливаясь и не снижая скорости.

- Поттер сказал, что договорился с ним и увел из Большого зала заранее, - ровно отвечал Реддл, следуя за Малфоем. - Меня при их стычке не было.

Малфой-старший коротко кивнул и остановился перед парадными воротами. Сделав глубокий вдох, он на мгновение прикрыл глаза, собираясь с силами, и потянул за позолоченную ручку на себя, пропуская вперед гостей.

Минуя десяток коридоров, которые уже не казались такими светлыми и наполненными жизнью, они дошли до одного из залов, где Люциус, низко поклонившись и отставив трость в сторону, отошел ближе к дверям.

Барти небрежно бросил Поттера прямо на пол, отчего тот сжал зубы, почувствовав, что холодный мрамор в очередной раз разбил ему колени.

- Ну надо же… - протянул шипящий голос из-за развернутого высокого кресла.

Поттер постарался хоть немного рассмотреть фигуру Волан-де-Морта, но тот, кажется, совсем не торопился поворачиваться.

– Сам Гарри Поттер почтил нас своим присутствием...

Хриплый, ухмыляющийся голос ненадолго закашлялся. Казалось, что каждое слово Темному Лорду давалось с трудом. Гарри старался вслушиваться как можно внимательнее, но внезапная боль в шраме, который не беспокоил еще ни разу, заставила его сипло выдохнуть и повалиться на бок. Том, стоящий в стороне сильно нахмурился, не понимая, что происходит, но не сделал ни шагу в сторону Гарри.

Сквозь боль, которая сковывала все тело и заставляла дышать все чаще, Поттер заметил, что в зал зашел еще один человек в капюшоне. Он почтительно склонился перед креслом практически в пол и боязливо попятился к стене, боясь лишний раз поднимать глаза на повелителя. Замерев в такой преклоняющейся позе, он бросил взгляд на Гарри и состроил удовлетворенную гримасу.

- Как и было приказано, мой Лорд, - отозвался Барти, преклоняя колено и опуская голову. - Весь Хогвартс знает, что Ваш покорный слуга схватил мальчишку.

Гарри внутренне напрягся еще сильнее, но смог удержать себя в руках.

- Будут еще какие-то… пожелания, Повелитель?

- Ты свободен, Барти, - просипел голос. - Будь уверен, я щедро вознагражу тебя за славную службу.

Гарри приоткрыл рот, чтобы хоть как-то восстановить дыхание, но только сильнее начал задыхаться.

- Гарри Поттер... - снова обратился Волан-де-Морт. - Признаться, я ждал нашей встречи гораздо раньше.

- По… почему? - смог выдавить Гарри, стараясь не терять сознание. Каждая крупица информации стоила любой боли.

- Я рассчитывал, что за годы… твоей учебы ты только окрепнешь в своей ненависти… к маглам. - Голос снова прервался, делая передышку. - Ведь как красиво ты говорил, правда? «Магия подавляется»… Как это было точно подмечено с твоей стороны, Поттер.

«Квиррелл, - думал Поттер, пытаясь приподняться обратно. - Черт, неужели?..»

- Ты был очень умен для своего возраста, - продолжал Темный Лорд. - И я… надеюсь, что ты стал только умнее и присоединишься ко мне… добровольно.

Гарри молчал. В это время Пожиратели в масках открыли двери бывшего парадного зала и вкатили дымящийся котел, который время от времени издавал шипящие звуки, будто сам пытался заговорить.

«Плоть, кость, кровь, - думал Гарри, стараясь хотя бы на запах определить составляющие зелья. - План «А» в силе. Лишь бы Том не подавал никаких признаков присутствия».

- Не думаю, что мы с тобой… поладим, Лорд. Ты мне... отвратителен, - смог протянуть Поттер, предполагая, что если Волан-де-Морт сочтет его за друга, Ритуал может не сработать. - Я враг тебе, не… сомневайся.

- Идиот! Ты пожалеешь, что посмел сказать мне эти слова! - раздался холодный, шипящий голос, полный гнева, который еще минуту назад даже не чувствовался. Коротышка в плаще дернулся. - Хвост! Скорее! У меня нет больше времени ждать!

Питер, трясущимися руками скинул с себя капюшон и почти подполз к креслу. Он с трудом поднял с него сверток, будто в нем было что-то хрупкое, что требовало абсолютной осторожности, как если бы это был ребенок, которого он боялся уронить. Мелкие капли пота выступили на его лбу, и пальцы сжали ткань, чувствуя, как его сердце сбивается с ритма от одной только мысли, что может сделать что-то не так.

Жидкость в котле быстро начала нагреваться. Она закипела, не успев даже прогреться до нужной температуры, и из нее вырвались вспышки пунцового цвета, как искры, вспыхивающие на фоне ночного неба. Каждая вспышка была яркой, будто сама жидкость была на грани воспламенения. Питер, не отводя взгляда от котла, медленно поднес сверток. Затем, он осторожно опустил его в кипящую жидкость, будто это был самый ценный предмет, который он когда-либо держал в руках.

Малфой, стоящий прямо рядом с Реддлом в стороне, почувствовал, как к горлу подступает тошнота. Он старательно опускал глаза, но каждый раз его взгляд поднимался обратно, не в силах оторваться от мерзкого зрелища.

Тишина была нарушена дрожащим голосом Питера. Он с усилием поднял палочку - его рука дрожала так сильно, что едва могла ее удержать. Петтигрю закрыл глаза, чувствуя, как его собственный страх наполняет грудь, и тихо, почти шепотом произнес заклинание:

- Кость отца, отданная без согласия, возроди своего сына!

Барти услужливо поклонился и, откинув темную ткань, протянул на выпрямленных руках белую кость, на которой еще виднелись частицы земли и спешно отошел вновь в сторону, скрывая лицо, не в силах смотреть на этот процесс.

Сквозь подступающий ужас Петтигрю вытащил из-под плаща длинный серебряный кинжал, который на мгновение ослепил тусклым светом. Он дернул его и снова, с мучительным всхлипом в голосе, произнес:

- П-плоть… слуги… отданная д-добровольно… оживи… своего… хозяина!

В его голосе звучала истерика, а дрожащие руки сжали кинжал, как если бы это было последним шагом в его стремлении выполнить приказ.

Вытянул перед собой правую руку, ту, на которой нет пальца, он крепко сжал кинжал и замахнулся. Поттер не смел отвести взгляд, стараясь запомнить все до мельчайших деталей. Он старался даже меньше моргать, наблюдая за проходящей в котле реакцией и отмечая каждое изменение. Игнорируя усилившуюся боль, которую он старался заглушить холодным мрамором, прижавшись лбом к полу, он точно и ровно считал секунды между каждыми действиями Петтигрю.

Поднялся пронзительный вопль и кисть Питера упала прямо в булькающее зелье. Вскипевшая жидкость выплеснулась, оставляя лишь шипящие пятна на грязной мантии.

Хвост всхлипывал и скулил от боли. Гарри почувствовал, как его дыхание стало совсем тяжелым, когда Питер приблизился вплотную к нему, и его жаркое дыхание ощутилось на коже.

- К-кровь недруга… взятая насильно… воскреси… своего врага! - с трудом выговорил он, срывающимся голосом.

Гарри задержал дыхание, чувствуя, как Питер скользит ритуальным ножом по его вене на локте. Сведенная судорогой конечность совершенно не причиняла боль, в отличие от того, что он чувствовал в голове.

Острие ножа едва коснулось кожи, и в ту же секунду теплая кровь начала медленно струиться, пропитывая разорванную ткань мантии. Несмотря на жар и усталость, Гарри удерживал взгляд на действиях Петтигрю. Хвост, охваченный слабостью, вытащил из кармана стеклянный пузырек, держа его дрожащими руками. Наполнив его кровью Гарри, он сделал несколько шатких шагов назад, вернулся к котлу и, взмахнув рукой, плеснул кровь в кипящую жидкость.

В тот же момент котел взорвался вспышкой яркого белого света. Все вокруг мгновенно затмилось, а от сверкающих искр, летящих во все стороны, помещение будто погрузилось в непроглядную тьму. Все вокруг замерло, и Гарри почувствовал, как его тело все больше и больше теряет силы.

Покончив с приготовлением зелья, Хвост без сил упал на колени и тут же кулем повалился на пол. Лежа он извивался от боли, прижимая к себе кровавый обрубок руки, и тихо постанывал. Котел кипел, сверкающие искры летели во все стороны, но ничего не происходило…

Поттер считал секунды, сдерживая стон невыносимой боли. Он не мог позволить себе оторваться от происходящего, даже несмотря на мучения.

Прошло еще несколько мгновений, и вот из котла поднялся столб белого пара. Он становился все гуще, заполняя пространство. Но вскоре Гарри все же смог заметить: в этом густом паре начали проступать очертания. Это была высокая, худощавая фигура, такая хрупкая и иссушенная, что казалась почти бескровной.

- Мантию, - произнес уже более твердый голос, который доносился с самого верха, куда Поттер не мог повернуть головы. - Быстрее.

Хвост, скрючившись от боли, с трудом поднялся на ноги. Он едва удерживал равновесие, но, стиснув зубы, продолжал - он с усилием стянул с себя собственный черный плащ с капюшоном и одним движением накинул его на плечи своего хозяина. Костлявый скелет, который только что вышел из котла, удовлетворенно поправил мантию и сделал шаг босыми ногами. Его взгляд был ледяным и устремленным на Гарри.

«Отвратительно, - думал Том, не пытаясь сдерживать собственную брезгливость к змееподобному существу. - Это насколько мне нужно было потерять рассудок, чтобы решиться на это?»

Волан-де-Морт отвернулся от Поттера; его взгляд стал пустым и холодным, когда он принялся осматривать собственное тело, как если бы был совершенно незнаком с ним. Его длинные, бледные пальцы двигались по грудной клетке; каждое движение вызывало неприятное чувство, будто бы его новое тело было сделано из чего-то совсем безжизненного. Кисти его рук были белыми, как фарфор, с трещинами, тонкие, а красные глаза, зауженные до щелочек, напоминали глаза хищного зверя, и их огненный свет, горящий в темноте, с каждой секундой становился все более пронзительным. В нем не было ни малейшего намека на человечность.

Поттер подумал, что это совершенно не тот цвет глаз, который он привык видеть у Тома в моменты особой злости или поглощения очередного крестража. Его цвет был завораживающим, словно рассыпанные лепестки на белоснежном снегу. Он невольно засматривался на них, стараясь скрыть собственную заинтересованность. Теперь же пред ним были совершенно другие глаза. Только кровь, растекшаяся по земле.

Не обращая внимания на все вокруг, Волан-де-Морт резко сунул руку в карман мантии и вытащил волшебную палочку, которая, казалось, была частью его самого - не менее длинная и изогнутая, чем его собственное тело. Он погладил ее кончиками длинных узловатых пальцев, как если бы она была живым существом.

«Моя палочка! - скривился Реддл, едва удерживая себя на месте. - Какого черта?!»

- Милорд… - задыхаясь, простонал Питер, подползая на коленях ближе, - милорд… вы обещали… вы же обещали…

- Протяни руку, - произнес в ответ Темный Лорд, не опуская головы. Его голос был таким небрежным и холодным, что даже воздух вокруг сдавливался от напряжения.

Хвост, не в силах сдержать рыдания, протянул свой изуродованный обрубок, покрытый кровью. Но Волан-де-Морт засмеялся, и смех этот был пугающим и безумным, как если бы ему было забавно смотреть на страдания этого ничтожного человека.

- Другую руку, Хвост, - проскрипел он, не скрывая насмешки.

- Хозяин… пожалуйста… - умолял Хвост, в его голосе слышался страх, который становился все громче.

С каждым движением Волан-де-Морт нависал над Хвостом все больше, пока сам не дернул его левую руку вперед, с жестокостью задрав рукав. Гарри заметил, как татуировка Хвоста покрылась ожогом, каждое касание к которому, наверняка, приносило немалую боль. Внимательно присмотревшись, Поттер узнал в нем Темную Метку, которая не выглядела так завораживающе, как в небе над сожженным домом или на бледной руке Северуса. Она теперь горела на теле Хвоста, как будто сама тянулась к Волан-де-Морту, как к хозяину, напоминая о пожизненной верности.

«Ему тоже… Больно», - подумал Гарри, на миг позволяя себе прикрыть глаза.

Волан-де-Морт прижал длинный указательный палец к Метке, и в тот же момент Поттер почувствовал, как шрам на его лбу снова расползается от жгучей боли. Хвост сдавленно вскрикнул.

Волан-де-Морт убрал палец, когда убедился, что Метка стала угольно-черной.

Смех, который следовал за этим, был полон удовлетворения и невероятного холода. Лорд, словно наслаждаясь моментом, выпрямился и огляделся вокруг, как если бы хотел увидеть, кто из его приспешников первым явится в гости к Люциусу.

- Сколько же их соберется с силами и явится сюда, когда они почувствуют мой зов? - прошептал он. - И сколько будет тех глупцов, которые решат держаться подальше, думая, что они в безопасности? Я даю тебе последний шанс, Гарри Поттер, - великодушно протянул Волан-де-Морт, ставя свою уродливую босую ногу на горло юноше.

Он несколько помедлил, поворачивая того на спину, и склонил голову, будто пытался найти в лице Гарри что-то интересное.

Реддл вскипал от подступающей ярости. Когда он уже готов был сорваться, Малфой интуитивно коснулся его невидимого запястья, будто этот жест был случайным, а после с силой сжал, не поворачивая головы, и отвел себе за спину.

- Подумай хорошенько, что я смогу предложить тебе, неразумное дитя.

- И что же? - прохрипел Поттер, действительно заинтересованный этим вопросом. - Что я смогу получить такого, чего нет у меня сейчас?

- Как ты смеешь говорить со мной таким тоном!

Зрачки Волан-де-Морта сузились до щелочек, его глаза сверкнули, как угольки в огне, и в этом взгляде не было ничего живого. Это был взгляд искренней ненависти.

- Круцио! - прошипел он, и заклинание вырвалось из его палочки с такой силой, что казалось, даже стены задрожали.

Гарри почувствовал, как его тело словно ломается, его мышцы сжимаются, его нервы взрываются от страданий. Его сознание едва не потонуло в океане боли, которая поглощала его целиком, не давая ни секунды передышки. Его тело выгнулось в судорогах, как будто кто-то пытался разорвать его на части. Он почувствовал, как его внутренности скручиваются в ужасных муках, как каждый вдох был похож на последний.

Волан-де-Морт стоял неподвижно. Его лицо было совершенно бесстрастным, но глаза горели ярче, чем когда-либо, и в них можно было читать явное наслаждение. Он знал, что его сила - это не просто физическая мощь, это умение ломать людей до самого основания, заставлять их страдать, пока они сами не замолят о смерти.

Гарри сжал зубы, пытаясь не кричать, но это было невозможно. Его крики разносились по прекрасному залу Малфой-менора, а перед глазами темнело. Он не мог понять, сколько длился этот кошмар. Казалось, что весь мир поглощался этой агонией.

И когда Волан-де-Морт наконец убрал палочку, заклинание стихло. Гарри пытался отдышаться, но каждый вдох был словно нож, проникающий в его грудь. Он хотел что-то сказать, но не мог. В его голове царила только пустота и резкая боль.

- А что ты думаешь теперь, Поттер? - протянул с наслаждением Темный Лорд, замечая, что юноша держится из последних сил, чтобы не потерять сознание. - Не возникло острого желания протянуть мне свою левую руку?

Поттер молчал, стиснув зубы. Он буквально затылком ощущал, что Реддл позади него уже строит план, как перехватить у Люциуса палочку.

«Не смей сдвинуться с места, - думал он, прикрыв глаза. - Не смей».

- Круцио!

Поттера снова охватил адский поток боли, который заполнил каждую его клеточку. Это было невыносимо. Боль сжалась вокруг его тела, как будто его мышцы и кости сжигали раскаленным железом. Его рот открылся в беззвучном крике, но сил кричать уже не было. Все его органы, нервные окончания, кожа - все взорвалось в этом океане боли, в котором не было никакого спасения.

***

Альбус, вызванный и Снейпом, и Минервой одновременно прямо с очередного бестолкового заседания, мерил собственный кабинет шагами, пытаясь хоть на секунду привести мысли в порядок. Северус, который сидел в углу, на привычном месте, не отрывал взгляда от точки перед собой, стараясь проанализировать то, что произошло буквально полчаса назад.

Вот, буквально минуту назад уходит Драко, оборачиваясь в его сторону. И вот уже Большой зал тонет в безумном грохоте, который разбивает каменный пол. Вот он срывается с места, не замечая, что Поттер уже на ногах и сам отбивает летящие только в него проклятия, будто нападающий совершенно не замечал еще одного участника дуэли. А вот он чувствует, как его сердце сжалось от осознания, что за секунду приходится выбирать, кого атаковать: Барти, который его не раз вытаскивал с того света, или Поттера, который пил все, что он давал, не задавая вопросов и не изучая зелья.

«…Тебе не страшно?.. Если то, что ты сказал - верно, то это значит, что Темный Лорд если не прикончит тебя, то точно похитит, чтобы забрать твою кровь...» - вспомнились Северусу его собственные слова, которыми он лично предсказал только что минувшие события.

« - Страшно… Но стараюсь не бояться дважды. Мне в любом случае придется испытать это, когда он будет пытать меня, сэр. Вряд ли он вежливо попросит…»

Снейп постарался не показывать ужаса в своих глазах от выводов, к которым он пришел. Поттер решил сам отправиться к Лорду - совершил похищение на своих условиях.

«Почему не предупредил? - спрашивал себя Северус, задумчиво прижимая кулак к губам, - Ты сам знаешь ответ. Если бы он сказал, никакого похищения не состоялось бы».

Он даже коротко усмехнулся от этой мысли, прекрасно понимая, что, если бы он сказал свое твердое «нет», Поттер не стал бы перечить. Он никогда не спорил, если Северус достаточно ясно и четко обозначал свое решение.

Дамблдор, пристально глядя на Снейпа, на мгновение замер. Он чувствовал, как в нем закипает бессильная ярость.

- Покажи еще раз, - приказал он, но, не дожидаясь ответа, сам схватил руку Северуса и задрал рукав, на котором уже почернела Метка, будто бы если на белый лист бумаги разлили чернила. Альбус с силой выдохнул, вытер лоб, покрывшийся испариной, носовым платком и бросил руку Снейпа. - Как он…

Но прежде чем он мог закончить, воздух вокруг них как будто сжался, наполненный каким-то невидимым давлением. Замерший Северус схватился за подлокотник кресла, не в силах удержать равновесие. Второй рукой он опустил рукав и вцепился в горящее огнем предплечье. Он перевел холодный взгляд в сторону Альбуса, глаза которого были раскрыты в ужасе от понимания.

- Неужели так скоро? - спросил Дамблдор вслух, обращая свои слова скорее к самому себе, чем к Снейпу, но вопрос оставался без ответа. Голова была полна мыслей, но они все были словно обрывки, не складывающиеся в единую картину.

- Я должен идти, - ответил Снейп, сжав зубы. - Прямо сейчас.

Дамблдор закрыл глаза, его пальцы нервно сжали края стола, как будто это могло ему помочь сосредоточиться. Он кивнул Северусу, не в силах сказать ему хоть что-то еще, и скрылся в своих покоях, сверкнув лиловой мантией.

***

- Я чую вину, - произнес Темный Лорд. - Воздух насквозь провонял виной. И почему никто из вас так и не пришел на помощь своему хозяину, которому они клялись в вечной верности?

Никто не произнес ни слова. Никто не шевельнулся, если не считать Хвоста, который лежал на полу, всхлипывая и баюкая свой кровоточащий обрубок. Северус, скрытый за маской, которую надеялся больше никогда не брать в руки, не мог отвести взгляда от лежащего на полу окровавленного тела со связанными за спиной руками.

«Дыши, Поттер. Черт тебя подери, дыши».

Снейп заставил себя расслабить плечи, не позволяя даже скрытому за маской лицу отразить хоть тень волнения. Его пальцы вцепились в рукава мантии, пока он наблюдал, как Волан-де-Морт медленно опускает палочку, с любопытством разглядывая мальчишку.

Он старался заметить хоть малейшее движение Поттера, которое говорило бы о том, что он жив. Хоть малейший намек, что он в сознании и пережил последнее Круцио, которое он успел застать. И вот, когда грудь юноши наконец судорожно поднялась, Снейп почувствовал, как от облегчения он выдохнул и сам. Казалось, что он не дышал с того момента, как аппарировал в Малфой-менор.

Люциус стоял позади Волан-де-Морта, старательно делая вид, что не чувствует на себе пристальных взглядов. Он судорожно сжимал в руках трость, на которую опирался и едва заметно отводил глаза в сторону Поттера. Только Барти отсутствовал в зале – ему нужно было вернуться в Хогвартс под личиной Грюма. Лорд дал на это свое великодушное согласие, решив, что нахождение там Пожирателя – все же достаточно полезно и благоразумно.

- …И я знаю ответ. - Волан-де-Морт зашипел, как змея, скользящая по мокрому камню. - Вы поверили, что я уничтожен. Вы убедили себя, что меня больше нет. И что же? Вы вернулись в стан моих врагов, пресмыкались перед Министерством, клялись в своей невиновности, твердили, что не знали, не понимали, что были околдованы…

Он сделал медленный шаг вперед, и тени на его восставшем лице дрогнули в дрожащем пламени костра. В воздухе разливалось напряжение, густое и липкое, как яд.

- Но я спрашиваю себя: как они могли в это поверить? Те, кто видел мою силу, кто знали, что я защитил себя от смерти? Как? - Его голос поднялся, отзываясь эхом и разлетаясь по залу среди молчаливых фигур. - Может быть, они уверовали, что существует сила еще более могущественная, способная уничтожить даже меня? Может, они теперь присягают другому? Может… этому жалкому покровителю грязнокровок и простецов - Дамблдору?

«Один, три… семь… - считал Поттер, стараясь сконцентрироваться на людях в масках. - Не меньше десяти…»

Повелитель замолчал, позволяя своим словам повиснуть в воздухе, как предвестник казни.

- Я разочарован… - продолжил он, и в гнетущей тишине его свистящее дыхание прозвучало особенно зловеще, словно змеиный шепот в темноте. - Признаюсь, я глубоко разочарован…

Пламя под котлом внезапно затрещало, будто вспыхнув от его ярости, и в этот момент один из Пожирателей смерти, сдавленно захрипев, внезапно шагнул вперед и преклонил голову, тяжело дыша.

- Хозяин… - Его голос сорвался на отчаянный, полный паники шепот, а худощавое тело сотрясала мелкая, неуправляемая дрожь. - Хозяин, простите… Простите нас всех…

Но Волан-де-Морт лишь усмехнулся - коротко, холодно, с жестокой насмешкой, которая обожгла сильнее любого проклятия. Он медленно поднял палочку, позволяя этому жесту задержаться, растянуть ожидание, а затем, без малейшей тени колебания, негромко произнес:

- Круцио.

Воздух разорвал вопль. Дикий, нечеловеческий, полный такой боли, что даже Гарри, связанный и беспомощный, невольно дернулся, чувствуя, как спазм снова сжимает ему грудь. Тело повалилось на пол, выгнулось дугой, пальцы вцепились в собственную маску, словно ища спасения, которого не существовало.

- Встань, Эйвери, - произнес Темный Лорд ледяным голосом.

Мужчина слабо пошевелился, пытаясь приподняться, но его пальцы, дрожа, лишь бессильно скользили по гладкому мраморному полу.

- Встань, - повторил Волан-де-Морт с ленивым презрением, словно ему наскучило это зрелище. - Ты просил прощения?

Он наклонился ниже, позволяя своим глазам, алым и немигающим, впиться в ослабленного Пожирателя смерти. В пляшущем свете костра его взгляд казался невыносимым, словно сам воздух вокруг сгущался под его тяжестью.

- Я не прощаю. И я ничего… не забываю.

Он выпрямился, позволив этим словам впитаться в сознание всех, кто стоял перед ним так прочно, будто выжигал это лично в их памяти.

- Тринадцать лет… - его голос стал более задумчивым, но в нем звенело неотвратимое осуждение. - Тринадцать лет верности… и тогда, возможно, я вас прощу.

Его взгляд, ленивый, но исполненный глубокой, мрачной власти, скользнул к Хвосту - тому, кто все еще лежал на земле, ничтожный, всхлипывающий, потерянный в собственной жалости.

- А вот он уже оплатил часть своего долга, правда, Хвост? - Питер вздрогнул и прижался еще ниже к полу. Волан-де-Морт говорил почти ласково, но в этом тоне звучала хищная насмешка. - Но ты вернулся ко мне не из верности. Ты вернулся ведомый страхом. Испугался своих старых друзей. Испугался остаться один. Но все же я милостив. И я тот Повелитель, который умеет награждать за верную службу.

Хвост, забившийся в комок, жалобно, прерывисто заскулил:

- Да… хозяин… пожалуйста… милорд… умоляю…

Взмах палочки - и в воздухе появилась серебристая линия, яркая, как лунный свет, но слепящая, словно раскаленный металл. Она дрожала, переливалась, вытягивалась в тонкий, изящный силуэт человеческой кисти. Несколько секунд она парила в воздухе, а затем, подчиняясь невидимой воле, медленно опустилась и приросла к окровавленному запястью, слившись с кожей так, будто всегда была его частью.

Всхлипы резко оборвались.

Тяжело дыша, Хвост поднял голову, а в его глазах застыло неверие - он смотрел на свою новую руку, сверкающую в темноте подобно холодному, отшлифованному серебру. Осторожно, словно боясь, что это лишь иллюзия, он согнул и разогнул пальцы, почувствовав, как они двигаются, безупречно подчиняясь малейшему движению мысли.

Том сделал несколько неслышных шагов вдоль стены, не отрывая взгляда от своей копии.

- Милорд… - сдавленно прошептал Хвост, едва дыша от восторга. - Хозяин… она… она великолепна… Благодарю… Благодарю Вас…

Его голос дрожал, а глаза блестели от слез - то ли от боли, то ли от безмерного облегчения. Он подполз ближе, шаркая коленями, и с благоговением прижался губами к подолу мантии Волан-де-Морта. Темный Лорд, глядя на него сверху вниз, чуть склонил голову, словно наблюдая за насекомым, которое мог бы раздавить в любой момент.

- И пусть твоя верность останется нерушимой, Хвост… - говорил он мягко, но за этой мягкостью скрывался ледяной приказ.

- Конечно, милорд… - закивал Хвост, поспешно утирая грязным рукавом мокрое лицо. - Навсегда, милорд…

Он дрожащими пальцами снова коснулся своей новой серебряной руки, очарованно разглядывая, как она сверкает в свете огня. Затем поднялся, вжав голову в плечи, и поспешно вернулся на свое место в круге, опустив взгляд в пол.

Волан-де-Морт медленно обошел его и повернулся к Малфою, который так и не сдвинулся ни на шаг.

- Люциус, мой скользкий друг, - прошептал он, остановившись перед ним. - Ты не представляешь, как я рад, что ты оказался куда более верным, чем все эти мерзавцы. - Малфой слегка приподнял подбородок и судорожно сглотнул. - Без тебя, Люци, и без моего горячо любимого Барти, всего этого праздника не было бы. Скажи, ты рад?

- Безмерно, мой Лорд, - ответил Малфой, так и не подняв глаза. - Я рад служить Вам и только Вам, милорд - я никогда и не думал верить в Вашу смерть.

- Как трогательно, - протянул Волан-де-Морт, ледяным прикосновением своих длинных, тонких пальцев очерчивая контуры бледного лица Малфоя. Тот сжал челюсти и опустил веки, не смея даже вздрогнуть. - Но здесь кого-то не хватает, не правда ли? Например, моей дорогой Беллы…

Волан-де-Морт удовлетворенно хмыкнул и продолжил свой путь. Он остановился у пустого места в круге. Реддл замер.

- Она, как и другие, запертые в Азкабане, не дрогнула, не усомнилась в своей преданности. Они выбрали беспросветные стены этой тюрьмы, холод и беспамятство, но не измену…

Его пальцы сжались, костяшки побелели, когда он с прищуром глядел на пустое пространство, словно воочию видел своих отсутствующих слуг.

- Когда стены Азкабана рухнут, они будут вознаграждены… - Губы изогнулись в призрачной улыбке. - Они и мечтать не могли о награде, что их ждет.

Том, стоявший в стороне, холодно усмехнулся. Это был не восторг, не ликование, а насмешка, в которой сквозило понимание того, как легко Волан-де-Морт играет на преданности своих последователей, обещая им великие дары, когда сам готов пожертвовать ими в любую секунду.

- Дементоры… Великаны, вампиры, оборотни… - продолжил Волан-де-Морт с ленцой, словно перечисляя дорогих питомцев. - Они жаждут свободы… И я великодушно снова созову их всех, чтобы нести страх и ужас… И они присоединятся ко всем нам.

Он двинулся дальше, медленно, будто смакуя напряжение, заставляя своих слуг ежесекундно гадать, кто станет следующей мишенью его внимания. Некоторые Пожиратели смерти старались стать незаметными, словно растворяясь в тенях, опуская взгляды и удерживая дыхание, в то время как другие замирали, внутренне готовясь встретиться с его вниманием.

- Макнейр… - произнес он, сверля взглядом высокого мужчину. - Говорят, теперь ты верно служишь Министерству? Уничтожаешь опасных тварей?

Макнейр напрягся, его широкие плечи вздрогнули, но он тут же низко поклонился, сдавленно пробормотав:

- Да, милорд.

- Скоро у тебя появятся жертвы поинтереснее… - Волан-де-Морт склонил голову чуть набок, словно разглядывая не человека, а низшее существо, забавное, но малозначительное. - И Лорд Волан-де-Морт позаботится об этом.

Мужчина почтительно склонил голову, будто получил великую похвалу. Тем временем, Темный Лорд двинулся дальше, и его взгляд остановился на двоих высоких фигурах, неотличимых друг от друга в полутьме.

- Крэбб… Гойл… - его голос потяжелел, стал холодным, тяжелым, словно яд, капающий с кончика ножа. - В прошлый раз вы не блистали…

Двое громил опустили головы, но поспешно пробормотали:

- Да, хозяин…

- Конечно, хозяин…

- Я надеюсь, вы не подведете меня вновь.

Шаг. Еще шаг. Его взгляд медленно скользнул в темный угол, и, словно зверь, чуя запах крови, он замер, выискивая взглядом следующую жертву.

- И ты, Северус… - Его голос стал шелестящим, наигранно ласковым. - Как приятно видеть тебя здесь. Мой самый преданный слуга… Так ведь?

Том сделал еще несколько шагов, стараясь оставаться позади своей более взрослой версии. Его глаза метались от Поттера, который успел его заметить, к Темному Лорду.

- Разумеется, мой Лорд, - ответил низкий, негромкий голос. Рука, заведенная за спину, сжалась на левом запястье, где виднелся край палочки. Поттер снова закрыл глаза.

Тишина. Напряжение сгустилось, словно грозовое облако, готовое разразиться молниями в любой миг. Волан-де-Морт на мгновение замер, прислушиваясь к этому напряжению, затем отвернулся, делая неторопливый шаг в центр круга, будто ставя точку в этом безмолвном спектакле.

- Должен признать, друзья мои… - он теперь звучал почти мечтательно, - я совершил ошибку. Мое заклятие обернулось против меня. Оно было отражено… ничтожной женщиной. Грязнокровкой! - Его губы искривились в отвращении. - О-о… вы даже не представляете, какую боль я испытал. Я был вырван из тела… Я стал меньше, чем дух, меньше, чем призрак… но я все еще существовал.

Он медленно обвел взглядом стоящих перед ним людей, впиваясь в каждого своими немигающими глазами. Пожиратели смерти замерли. Никто не двигался.

- Я был уверен, что кто-то из вас меня найдет… что кто-то поможет мне… но я ждал напрасно. - Молчание стало почти осязаемым. По кругу пробежала дрожь. Кто-то сглотнул. - Вы… бросили меня.

Голос Волан-де-Морта был мягок, ласков, но именно эта ласковость и делала его невыносимым. Он улыбнулся - тонко, холодно, с обещанием боли. И тут тишину нарушил звук, которого не ожидал никто.

Смех.

Слабый, сдавленный, но, несомненно - смех.

Поттер, проникшийся этим представлением не смог сдержаться. Он был бледен, его лицо покрывала испарина, а дыхание сбивалось от боли, пульсирующей в каждой клеточке тела. Но даже в тот момент, едва держась в сознании, он улыбался.

Сквозь боль, которая пронзала все его тело, он едва слышно начал шептать так, чтобы только те, кто стоял к нему ближе всего, включая самого Темного Лорда, могли понять, что он говорит.

- Вот вы… - голос его был хриплым, но в нем слышалась насмешка, - вы все собрались передо мной… Дрожите… Боитесь…

Волан-де-Морт прищурился.

«Заткнись», - думал Северус, сжав за спиной руки.

- …Короли предали вас, и вы обратились к Богу… Но вы не молите, не падаете на колени, посыпая голову пеплом. Нет… - Он прерывисто выдохнул, усмехнулся. - Вы скулите: «Почему Бог оставил нас?»

Северус знал, что Волан-де-Морт не терпит насмешек. Особенно таких. Особенно в момент, когда он жаждет признания, когда он окружен теми, кто должен молиться на него, а не слушать издевательства. Поттер был на волосок от гибели. Снейп наблюдал, как Темный Лорд замер, впившись в мальчишку алыми глазами. Он сжал до побеления костяшек палочку в своем рукаве.

«Не произноси больше ни слова…»

Кто-то из Пожирателей нервно переместился с ноги на ногу. Макнейр опустил взгляд. Малфой напрягся, но не дернулся.

Гарри прикрыл глаза и шумно вдохнул. Боль в шраме пульсировала, забивая собой все вокруг.

- Сейчас.

Поттер даже не повернул головы. Он тихо прошипел, наблюдая, как глаза Темного Лорда расширяются от непонимания. Он встретился с этими глазами и в следующую секунду… исчез.