Глава 33. Особняк Реддлов.

***

- Надеюсь, Ваш таинственный советник понимает, что излишнее вмешательство может испортить зелье, - произнес Снейп ледяным тоном, бросая мимолетный взгляд в ту сторону, где, по его мнению, находился Том.

- Мой таинственный советник понимает процесс лучше, чем половина Ваших коллег, сэр, - ответил Гарри ровно, перетирая в пыль обсидиан. - Он бы мог вполне помогать и Вам, сэр, а не стоять в стороне.

- Обойдусь без третьих рук, Поттер, - отозвался Снейп, возвращаясь к зелью. Гарри не стал спорить и продолжил работу. Он был единственным, кто сидел в помещении, потому что Северус запретил ему долго стоять без трости. - Я так полагаю, Вы, Том, студент Хогвартса?

- «О, профессор, Вы не поверите, насколько это сложный вопрос». - Реддл подошел к противоположной стороне стола и принялся рассматривать разложенные ингредиенты. - «Даже если бы я хотел, то не смог бы ответить. Гарри, скажи, что у него один лепесток из другого соцветия - это ослабит зелье».

- И да, и нет, сэр. - Северус поднял глаза на студента. - Это редкий вид вопроса, на который мы оба не знаем конкретного ответа. А еще Том сказал, что у Вас какой-то лепесток из другого соцветия - это ослабит зелье.

Северус сжал половник и потушил огонь под котлом. Спустя несколько шагов, он уже стоял рядом с Томом и вглядывался в поверхность стола.

- Нет, это допустимая погрешность при таком количестве лепестков маргариток. - Снейп, едва заметно, самодовольно усмехнулся и выпрямился. - Не так уж Ваш Том хорошо понимает процесс.

Реддл молча развернулся к профессору спиной и протянул руку к саквояжу Поттера, который Гарри принес собой, чтобы юноша мог занять себя литературой. Под скептическим взглядом Снейпа, он пролистал до определенного момента книги, которая, кажется, уже давно не выпускалась, и положил ее перед зельеваром, прижав прозрачной рукой сверху.

| «…Зелье Памяти Глубин известно своим| свойством пробуждать скрытые и забытые| воспоминания. Одним из ключевых компонентов| являются лепестки Bellis perennis, собранные с| одного соцветия, что, согласно рецептуре,| обеспечивает стабильность эффекта. В данном| исследовании рассматривается влияние| добавления одного лепестка из другого соцветия| на свойства зелья и степень| ослабления его действия.|| - Методы исследования:| Были проведены сравнительные тестирования| на группе испытуемых (N=10), принимавших| стандартное зелье и зелье с одним «чужеродным»| лепестком. Оценивалась глубина извлекаемых| воспоминаний, их точность, а также| субъективные и физиологические реакции.|| - Результаты:| > Снижение интенсивности эффекта| > В 80% случаев испытуемые,| принявшие измененное| зелье, отмечали менее четкие воспоминания,| затрудненную фокусировку на деталях.| > Время появления первых воспоминаний| увеличилось в среднем с 10 до 17 минут.| > Повышенная спутанность сознания| > 50% испытуемых испытывали кратковременные| фрагментарные видения вместо целостных эпизодов.| > В 30% случаев наблюдалось наложение реальных| воспоминаний с воображаемыми образами.| > Нестабильность зелья|| Выводы:| Добавление хотя бы одного лепестка маргаритки| из другого соцветия заметно снижает| эффективность зелья, увеличивает время| активации и провоцирует побочные эффекты.| Для достижения наилучшего результата| рекомендуется тщательно следить за| однородностью используемого сырья…»

Снейп молча вчитывался в предложенную статью из неизвестного ему сборника, пока Реддл с удовольствием наблюдал, как скептицизм в глазах профессора сменяется злостью то ли на Тома, то ли на самого себя.

- Это устаревшее издание, оно может быть неактуально.

- «Я варил его, а Вы, судя по всему - нет. Мне лучше знать».

- Сэр, Том говорит, что варил это зелье в отличие от Вас, поэтому знает лучше. Он забрал это издание из Тайной комнаты.

Снейп раздраженно выдохнул, но не стал сразу возражать. Его пальцы чуть сжались на краю страницы, а взгляд хищно скользил по строчкам. Он не любил, когда его ставили в неудобное положение, а еще больше не любил признавать, что кто-то мог знать больше него в его же сфере.

- Значит, Том варил это зелье? - Голос его звучал ровно, но в нем угадывалась опасная напряженность. - Тогда, возможно, Том хотел бы поделиться и другими ценными наблюдениями, раз уж он настолько уверен в своей правоте?

- «О, разумеется, профессор», - протянул Реддл, скрестив руки на груди и улыбнувшись. - «Но если бы вы слушали внимательно, то заметили бы, что я уже делюсь».

- Том говорит, что уже делится, - спокойно передал Гарри, откладывая инструменты в сторону и вытирая руки полотенцем.

Снейп с силой закрыл книгу, словно ставя точку в споре.

- Если ваш… друг, - последнее слово он произнес с явным пренебрежением, - действительно знает больше, чем я, то пусть объяснит мне, почему устаревший метод приготовления сработает лучше традиционного.

Реддл чуть склонил голову, будто размышляя, стоит ли тратить время на объяснения.

- «Потому что в процессе экстракции активных компонентов из маргаритки магическая структура соцветий должна быть идентичной. Лепестки из разных соцветий, даже если они собраны с одного куста, несут различную концентрацию природной энергии. Вариации минимальны, но при этом они приводят к снижению эффективности конечного продукта».

- Том говорит, что при экстракции активных веществ важно, чтобы вся магическая структура оставалась целостной. Если использовать лепестки из разных соцветий, даже с одного куста, это влияет на концентрацию и стабильность зелья.

- «А еще…» - Том театрально откинулся назад, позволяя глазам лениво скользить по лицу зельевара, - «если добавить пару капель настойки драконьего корня перед финальным этапом, можно нивелировать эту проблему».

Гарри едва заметно усмехнулся, чувствуя скрытое удовольствие Тома.

- Том говорит, что можно исправить это, добавив настойку драконьего корня перед финальным этапом.

Снейп несколько секунд молчал, явно обдумывая услышанное. Затем, резко развернувшись, он направился к полке, выхватил нужный флакон и без лишних слов капнул в зелье необходимое количество, внимательно следя за реакцией. В котле что-то мягко зашипело, а затем зелье обрело насыщенный глубокий цвет, который соответствовал идеальному результату.

Снейп нахмурился. Реддл довольно усмехнулся.

- «Не благодарите, профессор».

- Том говорит: не благодарите. - Гарри постарался скрыть усмешку.

- Не дождется.

Он сузил глаза и вытащил из внутреннего кармана маленькую колбу, которую теперь регулярно носил с собой. Том сразу же узнал, знакомый порошок, который делал его немного различимым. Снейп закрыл крышкой котел, прикрыл защитным куполом весь зельеварческий стол, подошел поближе к Тому и распылил прямо перед его лицом часть серебристого порошка. Том усмехнулся, Снейп никак это не прокомментировал.

- Кто учил Вас? - спросил он, снимая защитный купол и очищая поверхность стола от постороннего порошка на всякий случай.

- «Вряд ли этот человек еще жив. По крайней мере, я на это надеюсь». - Реддл оперся на стену и сложил руки на груди. - «Но может, Вам, профессор, это о чем-нибудь и скажет. Слизнорт, Гораций».

- Том надеется, что этого человека нет в живых. Некий Гораций Слизнорт.

Снейп резко поднял глаза и слегка наклонил голову.

- Слизнорт. - Снейп процедил имя сквозь зубы, и в глазах его мелькнуло нечто близкое к презрению. Он сложил руки на груди, вглядываясь в полупрозрачную фигуру Тома, а затем перевел взгляд на Гарри. - И он Вас чему-то научил?

- «Разумеется, нет. Судя по всему, как и Вас. Но, должен признать, что я был его самым любимым учеником». - Он прикрыл глаза, погружаясь в воспоминания. - «Он знал теорию, но никогда не пытался выйти за ее рамки. Все, чему он учил, он знал по книгам, а не из опыта. А все чего хотел - выгоды от таких, как я в будущем».

Гарри пересказал смысл фразы, чуть сгладив язвительность. Снейп скривил губы в усмешке.

- Какое совпадение. - Северус немного ухмыльнулся, полностью успокоившись после инцидента с несчастными маргаритками. - Судя по всему, Вы учились какое-то время до или после меня, Том. Почему тогда Вы не можете ответить, студент ли Вы Хогвартса?

- Потому что это сложный вопрос, сэр, - повторил Поттер, отвечая за Реддла. - Том он… как будто… в суперпозиции… - Реддл позволил себе легкий смешок, который прикрыл рукой. - Он одновременно и студент, и не студент. Одновременно и в прошлом, и в настоящем. Черт, возможно даже и в будущем. Правда, сэр, лучше не углубляться. - Гарри скривился. - В любом случае, это временно.

Северус даже поднял брови от подобного высказывания и медленно перевел взгляд на Тома, ожидая его реакции. Тот лишь развел руками, не удостоив даже язвительным комментарием.

После разговора они проработали еще несколько часов подряд. Северус едва ли сказал за это время больше десятка слов, сосредоточенно проверяя ингредиенты, вымеряя их до мельчайших крупиц. Даже Том не вмешивался в процесс, с интересом наблюдая за тем, как зельевар методично подбирает компоненты. Время от времени он молча пожимал плечами, когда Гарри бросал на него вопросительные взгляды, но, похоже, он и сам не был уверен в результате.

Воздух в комнате постепенно наполнялся сложными, терпкими ароматами. Сначала пахло чем-то сладковатым, затем запах приобрел травянистые нотки, и, наконец, в нем проступила легкая горечь - признак того, что зелье приближается к готовности.

Северус добавил последнюю каплю, и поверхность жидкости в котле приобрела матовый оттенок, сверкая в тусклом освещении лаборатории. Он внимательно посмотрел на зелье, затем на Гарри и коротко сказал:

- Пейте.

Гарри, не колеблясь, взял протянутый флакон, даже не взглянув на его содержимое. Вкус оказался сложным: сначала резкий, с легкой кислинкой, затем обжигающе теплый, даже немного сладкий, но к концу в горле остался только неприятный металлический привкус. Он нахмурился, но ничего не сказал, лишь поставил пустой флакон на стол.

Прошло десять минут. Затем еще пятнадцать.

Северус хмурился все сильнее, наблюдая за Поттером, но тот оставался неизменным: ни малейшего намека на головокружение, никакой боли, никакой вспышки воспоминаний. Спустя полчаса Гарри тихо выдохнул и покачал головой.

- Нет, сэр. Никакого эффекта.

Северус провел по лицу ладонью и оперся на стол.

- Думаю, дело даже не в маргаритках и их лепестках - зелье вообще на меня не действует: ни положительно, ни ложно. - Гарри поднял взгляд и покачал головой. - Я не помню, что было до того июня, сэр.

________________________________________Примечание:Теория Автора, которая, как он считает, имеет право на существование:

Том Реддл - это парадокс для материального мира. Он:- Является и не является живым человеком.- И студент, и не студент: он очнулся в состоянии пятикурсника, учившегося в Хогвартсе, но в то же время он больше не принадлежит тому времени и не может вернуться к своей прежней жизни как обычный ученик.- И в прошлом, и в настоящем, и в будущем:1. Он является воспоминанием шестнадцатилетнего Тома Реддла, созданным в дневнике. Он буквально кусочек прошлого - его разум, опыт и восприятие реальности остались привязанными к тому моменту.2. Он взаимодействует с окружающим миром в настоящем, обладает сознанием и способностью влиять на события.3. С точки зрения самого Тома и биологии, его одно из возможных будущих уже наступило в лице взрослого Волан-де-Морта, который идентичен ему генетически. (но это очень спорный момент)Таким образом, с точки зрения квантовой физики, он - зажатая частица между реальностями. Том существует в суперпозиции, пока не произойдет событие, которое окончательно определит его судьбу.________________________________________

***

Гарри сосредоточенно перебирал вещи в старом саквояже, который все же забрал у Снейпа, тщательно отбирая только самое необходимое. В его руках мелькали пузырьки с зельями, перевязанные шпагатом свитки, небольшой нож с потемневшей от времени рукоятью. На всякий случай. Он проверял содержимое снаряжения так, словно ожидал, что малейшая ошибка в выборе может стоить ему жизни. Все должно быть продумано до мелочей - впереди их ждал очередной крестраж, а значит, и возможная опасность.

За окном давно сгущались сумерки, окрашивая небо в густые фиолетово-алые оттенки. Август подходил к концу и воздух в помещении был тяжелым от летней жары. Гарри перевел взгляд на Тома, который сидел на краю стола, скрестив руки на груди. Тот выглядел спокойным, но в его взгляде читалось напряжение и скрытая нетерпеливость.

- «Ты уверен, что все взял?» - тихо спросил Том, наблюдая, как Гарри в очередной раз проверяет содержимое мешочка с порошком, от которого Том становится видимым. - «Надо рассматривать вариант, что мы можем не вернуться сюда сегодня».

- Насколько это возможно, - ответил Гарри, защелкивая саквояж и кидая ремень через плечо. - И мы все равно должны вернуться - Снейп мне не простит, если за день до начала учебы я просто исчезну, не сказав ни слова. Он и так достаточно терпим к происходящему - не стоит наглеть.

Они не спешили - все было тщательно рассчитано. Северус был в другой части дома, и, если повезет, они уйдут, прежде чем он почувствует хоть что-то. Нужно было успеть до этого момента.

- «Скажи, что были на семейном ужине», - раздраженно отмахнулся Том. - «В конце концов, он же не твоя нянька, чтобы контролировать каждый твой шаг».

- Я надеюсь, что он хотя бы даст возможность оправдаться. - Гарри тяжело вздохнул и приоткрыл дверь комнаты. - Не люблю выбирать между правильным и необходимым.

***

Они приземлились на сырой траве, покрытой дождевыми каплями. Земля под ногами была мягкой, чуть вязкой - видимо, недавно прошел дождь. Воздух был пропитан запахом влажной земли, гниющих листьев и застоявшейся сырости, а ветер, гуляющий между ветвями скрюченных деревьев, приносил с собой слабый аромат болотной тины. Старый заброшенный особняк Реддлов возвышался перед ними мрачной громадой, а его окна были похожи на пустые глазницы черепа. Древние каменные стены, покрытые пятнами плесени, словно впитывали окружающий мрак, а крыша, обрушившаяся в нескольких местах, зияла дырами, сквозь которые едва пробивался свет одиноких тусклых звезд.

Том медленно осмотрел развалины, после чего его губы скривились в презрительной усмешке.

- «Вот оно, наследство», - ядовито выплюнул он, слегка запрокинув голову, словно насмехаясь над самим собой. - «Достойное потомка Салазара».

Том сделал пару шагов в сторону, взгляд его скользнул по ряду выцветших надгробий, стоящих вдоль края вымощенной камнем тропы, ведущей к особняку. Камни были покрыты мхом и трещинами, многие надписи стерлись от времени, но те, что остались, были еще читаемы.

- «Том Реддл. 1905-1943…» - пробормотал он, медленно наклоняясь к потрескавшемуся камню. Пальцы скользнули по влажному граниту, стирая капли дождевой воды. - «Томас Реддл, 1880-1943. Мэри Реддл, 1883-1943…»

Том выпрямился, и на его лице появилась холодная улыбка.

- «Я здесь был, Поттер. Прямо после того, как создал дневник».

Его голос был почти расслабленным, но в этом спокойствии чувствовалось что-то неестественное. Гарри не сводил с него глаз, ощущая странную тяжесть в груди.

- Заброшенный особняк, кладбище в двух шагах… Весьма гостеприимное место. - заметил Поттер, оторвавшись от рассматривания кладбищенских камней.

Он незаметно посмотрел на Тома. Тот стоял напряженный, плечи слегка приподняты, пальцы крепко сжаты в кулаки. Он смотрел на дом с холодным презрением, но в глазах проскальзывало что-то иное - нечто похожее на злорадство. Он ничего не ответил, но Гарри видел, как он едва скривил губы, прежде чем вновь двинуться вперед.

- Нам сюда, - негромко сказал Гарри, пропуская вперед себя Тома, за покосившиеся кованые ворота.

- «Это место отвратительно», - негромко пробормотал Том, проведя пальцами по шершавой стене дома.

- Что ж, тогда не будем тратить время, - ровно ответил Гарри и толкнул скрипящую влажную после дождя входную дверь.

Запах стоял удушливый: пыль, пропитанная сыростью, смешивалась с застарелым гниением, прелостью старых досок и чем-то еще зловещим, напоминающим о долгих годах запустения. Влага стекала по стенам тонкими нитями, капли срывались с потрескавшегося потолка, разбиваясь о каменный пол, на котором еще угадывались следы старого ковра. В одном месте он был почти истлевшим, будто от пожара в другом - покрытым чем-то, что напоминало темные разводы, возможно, кровь, застывшую и почерневшую от времени.

Особняк Реддлов не был просто домом - он напоминал склеп. Он впитывал в себя любой звук, делая шаги глухими, приглушенными, словно стены жадно пожирали каждую вибрацию. Даже дыхание казалось здесь слишком громким, слишком неправильным. Гарри поймал себя на том, что дышит тише, будто опасаясь потревожить что-то древнее, забытое и совершенно мертвое.

Проходя мимо полуобвалившегося дверного проема, он заметил, что старая краска облупилась кусками, обнажив черное, растрескавшееся дерево. На стенах еще сохранились остатки когда-то богатых обоев, выцветших и разорванных, местами покрытых плесенью. На одной из стен висела картина в массивной позолоченной раме, но изображение на ней давно потускнело, скрыв лица людей, когда-то запечатленных художником. Теперь там можно было различить только смутные тени, и от этого картина казалась еще более жуткой.

Гарри перевел взгляд на лестницу, ведущую на второй этаж. Деревянные ступени были спрятаны в темноте, и свет его палочки не мог осветить их полностью. Казалось, что тьма на верхнем этаже куда гуще и плотнее, как будто она копилась там десятилетиями.

Том замер. Он медленно обвел взглядом комнату, задерживая его на потемневших от времени деревянных панелях и разбросанной мебели. Его губы скривились в ледяной улыбке.

- «Крестраж должен быть здесь, Поттер. Я бы не упустил такой подходящей возможности».

- Чисто технически, это не ты убил их Том, - ровно ответил Гарри, перешагивая через что-то мерзкое, напоминающее жирную мертвую крысу. - Ты не успел этого сделать.

- «Чистейшая правда», - оскалился Том и шагнул вглубь гостиной, внимательно осматривая ее. - «Но если бы я мог, я бы поднял этих ублюдков из мертвых и снова убил их. Я практически вижу, как прошла наша долгожданная встреча», - задумчиво продолжил Реддл, сдвигая тяжелый, покрытый плесенью диван. - «Я тогда хотел всего лишь спросить, почему никто из них не забрал меня из приюта. Почему мой чертов отец-магл не пришел за мной? И, судя по всему, их ответы мне не понравились…»

Они поднялись по скрипучей лестнице, осторожно ступая по прогнившим доскам. Древесина стен впитывала свет от палочки Поттера, оставляя углы комнат погруженными во тьму. Темные коридоры второго этажа казались бесконечными, но Том уверенно вел их вперед, словно точно знал, куда идти.

- «Вот здесь. Я чувствую», - наконец сказал он, останавливаясь перед одной из спален.

Гарри направил туда палочку. Дверь была слегка приоткрыта, и внутри виднелась старая мебель, накрытая серыми, потрепанными от времени простынями. Он шагнул внутрь, проведя пальцами по потрескавшимся обоям.

Том медленно повернулся в сторону, где когда-то стоял старый книжный шкаф. Теперь от него остался лишь тонкий слой пыли на полу и несколько вбитых в стену гвоздей.

- «Там». - Он подошел поближе и провел пальцем по нацарапанной на стене змее. - «Охранные чары слабые, но... любопытные.  Скорее всего, они среагируют на грубое вмешательство. Если просто сломать стену, последствия будут... непредсказуемыми. Кровная магия».

Реддл склонил голову набок, задумчиво разглядывая стену. Затем он медленно протянул руку и с нажимом прижал ладонь к поверхности. Почти сразу же воздух в комнате сгустился, а от стены разошлась дрожь. На какую-то секунду казалось, что она сама начала дышать.

Затем резкий толчок - словно что-то внутри сопротивлялось - и стена вдруг сморщилась, будто впитывая тепло его руки. Краска начала осыпаться, проявляя под собой старый деревянный каркас. Медленно, с неприятным треском, доски раздвинулись в стороны, обнажая небольшой каменный проем.

Внутри, среди обломков старого кирпича, лежало кольцо.

Золотое, с черным камнем в оправе, оно выглядело бы до пугающего простым, если не распространяло на всю комнату вибрации темнейшей магии.

- Оно.

- «Оно».

Том медленно наклонился, и пальцы его замерли в миллиметре от гладкой поверхности кольца. Магия, таившаяся в нем, пульсировала, как живое сердце, испуская глухие волны энергии, которые отдавались болью в висках. Воздух в комнате сгустился, сделался тягучим, как смола.

- «Оно», - повторил он, но теперь в его голосе звучало почти голодное удовлетворение.

Реддл подцепил реликвию подушечками пальцев, стараясь не касаться камня, но даже этого оказалось достаточно. Вибрации мгновенно пробежали по его ладони, обжигая кожу, словно ритуальный нож рассек ее, оставляя невидимые надрезы. Том резко втянул воздух, но не отдернул руку.

Гарри внимательно следил за ним, чувствуя, как сердце бешено стучит в его груди. Он уже знал, что должно произойти дальше.

Том поднял кольцо к глазам, рассматривая его с холодным, сосредоточенным интересом. Когда драгоценность, наконец, коснулась его губ, весь дом взорвался вспышкой магии.

Комната содрогнулась, стены покрылись трещинами, словно проклятие, запечатанное в камне спустя годы вырвалось наружу. Сквозняк ворвался внутрь, сбивая пыль с мебели, погасив огонь Люмоса и завывая в пустых оконных проемах.

Темная субстанция, спрятанная внутри камня, стекала по его губам. Она не была похожа ни на жидкость, ни на дым, а на нечто среднее, живое, обволакивающее, скользкое и наполняющее его изнутри.

Реддл зажмурился. Лицо его исказилось в гримасе напряжения, боли или, возможно, удовольствия.

Поттер чувствовал абсолютно то же самое, будто бы именно он был тем, кто выпивал до дна темнейшую магию в ее самом первозданном виде. Он чувствовал, как от неожиданного, чужого восторга слегка подрагивают его пальцы, как горло сдавливает от нахлынувшего чувства удовлетворения и как слабеют его ноги, будто он хотел сползти прямо на пол.

Это было гораздо сильнее того, что он испытывал с диадемой. Он всем своим существом чувствовал, как захлебывается от чужих эмоций, которые накрывали его огромной лавиной. Будто все его тело само добровольно отзывалось на темную магию в руках Тома.

Реддл наклонил голову назад, вбирая в себя всю магию, всю ненависть, всю тьму, запечатанную в крестраже. Гарри видел, как его пальцы судорожно вцепились в кольцо, как оно пульсировало в его руке, продолжая сопротивляться, как будто душа, спрятанная внутри, не желала отдавать свое бессмертие.

Но Том был сильнее.

Когда он опустил руку, кольцо больше не пульсировало. Золотой ободок потерял прежний блеск, став похожим на безжизненную старую вещь, давно утратившую свою силу.

Том медленно выдохнул и открыл глаза.

Теперь на его среднем пальце правой руки было единственное доказательство принадлежности к Певереллам.

***

Гарри глубоко вздохнул, ощущая, как внутри разливается привычное раздражение и открыл дверь. На пороге, освещенный мягким золотистым светом ламп, стоял Снейп.

Он не выглядел ни удивленным, ни сердитым - скорее усталым, как будто предвидел этот момент и даже не пытался его предотвратить. В темных глазах не мелькнуло ни одной искры эмоции, только холодный, оценивающий взгляд, который скользнул по лицу Гарри, задержался на его чуть спутанных волосах, спустился к пыльной одежде и цепко схватил каждую деталь - дыхание сбившееся, плечи напряженные, губы, едва заметно дрожащие от усталости или отголосков магии, которая до сих пор вибрировала в воздухе вокруг него.

- Интересно, сколько времени вам потребовалось, чтобы решить, что это хорошая идея - покидать дом? - Он медленно, с хищной плавностью, сложил руки на груди, выжидающе приподняв бровь. - Где вы были?

- Забирали мой голос, профессор, - практически промурлыкал Том прямо в лицо зельевара.

Тон его был нарочито небрежен, но в глазах плескалось нечто гораздо более зловещее. Удовольствие, триумф, леденящая радость от поглощенной магии, которую он теперь носил в себе, наполняясь ею, впитывая, приспосабливая под себя. На долю секунды Гарри показалось, что Северус вздрогнул - совсем чуть-чуть, едва заметно, неуловимо для обычного взгляда.

Он услышал что-то знакомое, но так и не смог осознать, что конкретно.