Глава 15. Последний разговор.

***

Библиотека дышала тишиной. Высокие стеллажи уходили в темноту, и лишь тусклый свет луны пробирался сквозь витражные окна, очерчивая узкие полосы на каменном полу. Здесь, среди запаха старых страниц и восковых свечей, звуки гасли, словно вязли в плотной тишине. Тонкий скрип доски под ногой отдался гулким эхом, и Гарри замер, вслушиваясь. Где-то в коридоре тихо щелкнула дверь, но, казалось, за ней не было ничего, кроме пустоты.

- З-з-здрав-вствуйте, мис-стер П-п-п-оттер, - послышалось из-за соседнего стеллажа библиотеки, где Гарри который день пытался найти книгу о крестражах, все чаще ловя себя на мысли, что не понимает, зачем, продолжая искать повинуясь внутреннему чутью. - Я м-могу В-вам чем-то п-п-по-мочь?

- Профессор Квиррелл? Благодарю, но думаю, я уже закончил, сэр. Хотя… Мне кажется, что в этой библиотеке должно быть куда больше книг, чем есть сейчас.

Гарри нехотя убрал все разложенные книги обратно на полупустые полки, не желая, чтобы любопытный профессор разглядывал их обложки. Он уже несколько раз пытался завязать разговор со своим студентом, но Поттер каждый раз находил удобную отговорку или уходил прежде, чем профессор приблизится к нему. Гарри делал это, не задумываясь: то ли от сильного запаха чеснока, исходившего от преподавателя, то ли чувствуя, что тот слишком натянуто улыбается ему.

- В-вы очень т-т-точно п-подметили, м-ммистер По-поттер. К-когдая я с-сам был с-с-студентом, на этих п-полках было к-к-уда б-больше к-к-книг. Ми-минестерс-ство и с-сам Д-Дамблдор решили, ч-что многие к-киниги небе-безопасны для неокреп-п-пших умов.

Профессор подошел ближе к Поттеру и уселся на библиотечный стул, рассматривая вблизи одаренного студента, которого так ни разу и не смог поймать после занятий. Теперь, мальчишка, кажется, никуда не старался сбежать, даже несмотря на то, что был глубокий вечер.

- Вы знаете какие конкретно убрали книги, сэр? - едва слышно говорил Гарри, всматриваясь в тусклый силуэт профессора. - Или в каком месте их можно найти?

Поттер слегка прищурился, замечая, что Квиррелл болезненно бледен и часто хватается за голову, будто в приступе мигрени. Он невольно оглянулся по сторонам в поисках студентов, подслушивающих их разговор, но, к своему удивлению, обнаружил, что в библиотеке не было ни души.

- Их же не запретили полностью?

- Н-н-некоторые з-з-за-претили, а не-некоторые убрали т-только из Х-Хогвартса. Эт-то к-книги в основном по т-т-темной магии, м-мистер П-потер, по Не-некромантии, обрядам, Рит-туалогии и, ч-ч-что уд-дивительно, по Ма-маглов-веденью. Я б-боюсь, ч-ч-что не с-с-могу назвать В-Вам и по-по-половины тех к-книг, ч-то видел з-здесь раньше. - Гарри невольно вспомнил о Лютном переулке о котором ему рассказывал Драко и решил, что «интересная литература», которую он имел в виду, наверняка там. - М-м-мальчик-к-который-выжил не д-должен интерес-соваться т-такой литературой, не т-так ли?

- Разумеется, не должен, профессор. Даже не пытается. Но как нерадивый студент должен понять какая литература хорошая, а какая плохая, если он не читал содержания?.. Как понять, что, например, Некромантию нельзя изучать, если даже в школьной программе нигде о ней... не упоминается? - Поттер старался аккуратно подбирать слова в присутствии преподавателя, будучи не уверенным, что тот сразу же не побежит к директору докладывать о нем. - Разве человек не должен сам выбирать свой путь?..

- В-вы задаете п-правильные в-вопросы, мистер П-поттер. Я т-тоже считаю, что маг в-волен выбирать свой путь, вне зависимости от м-мнения общества. Н-но н-некоторые с-считают, что имеют п-право выбирать этот п-путь за других. - Поттер подошел поближе к Квирреллу, который, казалось, настолько засиял от услышанных от Гарри вопросов, что даже забывал заикаться. - Многие в-великие волшебники ра-разделяют Ваш в-взгляд на волшебство, мистер, П-поттер.

- Какие? Директор?

- Н-нет, директор слишком б-боится величия и р-разнообразия магии, м-мистер Поттер. Чем больше ее видов, тем сложнее ее к-контролировать, не так ли? - Квиррелл почти шептал, наклоняя свою голову и слегка улыбаясь. - А если творимое в-волшебство станет бесконтрольным, м-мистер Поттер, к-кто первым поднимет вилы?

- Маглы.

Квиррелл, кажется, забыл, как дышать, услышав поспешный ответ мальчика, который даже не успел подумать, прежде чем ответить. Он даже прикрыл глаза от удовольствия, чувствуя, как постоянная боль отпустила его разум и дала спокойно вздохнуть. Гарри стоял напротив него и не шевелился, наблюдая за странным профессором в тюрбане и ожидая, что тот скажет что-нибудь еще. За несколько минут светского диалога, Поттер почерпнул для себя очень много новой информации и теперь, как изголодавшийся зверь, жаждал еще.

- Верно, м-мистер Поттер, хотя многие м-могут с Вами не согласиться. Вам приходилось общаться с ними в немагич-ческом мире? Что Вы можете сказать о них?

- Мне пришлось какое-то время жить с ними, профессор. К сожалению, любой мой опыт с маглами можно считать неудачным, сэр, так что я слишком хорошо понимаю, что Вы имеете в виду.

- Маглы стали очень уверены в с-собственной силе, а технический прогресс… - протянул преподаватель, разглядывая огонек свечи впереди себя. - Я думаю о нем уже не первый десяток лет, мистер Поттер. В семидесятых мне казалось, что вот он, поворотный момент истории, когда общество маглов стало слишком прогрессивным, слишком многочисленным, слишком уверенным в том, что оно является вершиной пищевой цепочки… Но я даже не предполагал, что увижу через двадцать лет, мистер Поттер… Кажется, что то, о чем мы с Вами думаем, лишь вопрос времени, не так ли?..

Гарри позволил себе минуту на размышления. Он действительно уже не раз задумывался о том, что магическое общество многих стран сознательно останавливается в развитии: маги и волшебники по всему миру не желали больше заимствовать идеи для обустройства быта у маглов, а хотели жить таким образом жизни, который сложился в начале века, нежели сейчас. Будто боялись сделать лишний взмах палочкой, будто боялись, что могут дать себя обнаружить… Волшебникам было гораздо спокойнее не выделяться и не привлекать к себе внимание. В это же время человечество покоряло космос, запускало адронные коллайдеры и пыталось изобрести бессмертие.

«Даже автобус, который водит Стэн - очередная попытка Министерства приобщиться к обществу обычных людей, я узнавал. Но магическое общество не приняло его: Ночной рыцарь не пользовался популярностью даже на этапе его внедрения, не то что сейчас. Им продолжают пользоваться только маглорожденные или некоторые полукровки, как я, которые умеют пользоваться транспортом».

Поттер перевел взгляд на огарок свечи, огонек которого трепыхался от библиотечных сквозняков. Он неспешно подошел к столику и потушил его пальцами, оставляя их с профессором в тени высоких стеллажей.

«Маглы уже на несколько поколений обгоняют волшебников, которые не могут пользоваться даже телефонами. И чем больше времени проходило, тем сильнее становилось это отставание...»

- Это замкнутый круг... - Поттер почувствовал, как сжалась его рука на мягком воске потухшей свечи. - Маги не могут развивать магию и идти в ногу с прогрессом маглов, потому что боятся разоблачения; боясь разоблачения, они сознательно реже контактируют с маглами и реже используют действительно сильное волшебство; используя реже магию и запрещая ее разделы, они останавливаются в развитии, отставая тем самым от прогресса маглов… Магия подавляется… - прошептал последние слова Поттер.

Профессор кажется даже замер, услышав это. Квиррелл уже когда-то давно слышал эти слова от своего учителя и уже не думал, что услышит их когда-то вновь, тем более, от первокурсника. Теперь же его учитель был слаб и безумен: он потерял себя, а Квиринус только недавно осознал, что не услышит больше величественных речей от него о силе магии и реформах в магическом мире. Он зря тешил себя надеждой. Но сейчас… Сейчас перед ним стоял ребенок с прищуренным взглядом зеленых глаз, который мог бы осуществить его мечту...

- Маги сами подавляют свою магию, боясь повторения инквизиции… - шептал он, не сводя глаз с едва различимого силуэта профессора. - Только теперь это не костры и вилы, профессор, а атомные бомбы, от которых не спрятаться в менорах и химическое оружие, от которого не скрыться за щитом…

- Вы забыли об экспериментах на людях, мистер Поттер, - едва слышно продолжал профессор, прикрыв свои воспаленные глаза. - Как бы вы поступили, обнаружив новый, многочисленный и невиданный ранее вид животных?.. - Гарри представил себе вскрытие очередного флоббер-червя и невольно скривился. - Да, думаю, маги и сами бы не постеснялись испачкать руки в крови, если бы узнали, что на соседней улице, в соседнем доме, и даже в одной семье с ними рядом, тысячелетиями жили совершенно другие, сильные и опасные существа, мистер Поттер. Это закон джунглей…

***

- Поттер! Пооооотеееер! Поттер! - протянул Драко с выражением мученического терпения, в сотый раз за вечер глядя на соседа по комнате. Тот, как обычно, был поглощен книгой и уже несколько часов не проявлял признаков жизни. - Гарри!

- А?.. Ты меня звал? - мальчик обратил внимание на Драко, который сидел на противоположной кровати и раздраженно на него смотрел.

- Да неужели! Великий Избранный соизволил откликнуться на зов простых смертных! - Малфой драматично взмахнул рукой. - Поттер, скажи, ты хоть чем-то занимаешься помимо чтения…

Он в один миг пересек комнату и выдернул книгу из рук Гарри. Быстро взглянул на обложку.

- …«Наиболее распространенных ядов», Поттер?! - воскликнул он.

Он вздохнул, сел ближе, оперся локтем о край кровати Поттера и протянул ему яблоко - сочное, зеленое, с легким блеском, как будто только что с ветки.

- Ты не интересуешься квиддичем, не играешь с другими в плюй-камни и взрывного дурака, - продолжал он. - По сути, ты разговариваешь только со мной... ну, иногда еще с Тео и Блейзом. Это… как бы сказать… странно, Поттер.

- Мне вполне хватает общения, а что до игр… - спокойно отвечал Гарри, возвращая себе отнятый фолиант. - Мне неинтересно просто ничего из того, что ты перечислил. Тем более, что многие за несколько месяцев так и не привыкли к мысли, что я слизеринец, а нервировать других своим присутствием мне не очень хочется. Дамблдор даже предлагал сменить мне факультет…

- Ты же отказался?!

- Конечно, я отказался. Меня все тут устраивает: здесь тихо и никто не сует свой нос в нашу комнату без разрешения. А что до увлечений… Кажется, меня увлекает сама Магия и все, что с ней связано вне зависимости от того, какой она является: Светлой или Темной. - Поттер задумчиво прикрыл глаза. - Я думаю, что запрещать даже самое Темное искусство - это глупо. Только подумай, какие возможности мы можем получить, если сможем использовать все те направления Магии, которые десятками запрещаются Министерством...

- Поттер, тише ты! Мне ты, конечно, говори, что хочешь, но, если из твоих уст это услышит кто-то из старших… - тараторил Драко, зажимая Поттеру рот ладонью.

- Да-да, наверняка за мной вышлют отряд авроров. Разумеется. - Поттер аккуратно отодвинул руку Малфоя от себя и принялся за яблоко, запоздало вспомнив, что пропустил сегодня обед. - Драко, ты знаешь, как празднуется Хэллоуин в Хогвартсе?

- Как и все остальные праздники, Поттер. Но говори не Хэллоуин, а Самайн, если не хочешь показаться неучем, как все гриффиндорцы и грязно…

- Я понял, - куда более холодным тоном отрезал Гарри. - И будь, пожалуйста, добр не употреблять этого слова при мне. С другими говори как хочешь, но не со мной.

Поттер перевел взгляд на вопросительное лицо Малфоя и пояснил:

- Моя мать была маглорожденной. Думаю, тебе было бы неприятно, если бы каждый раз при упоминании Нарциссы я вспоминал, что она сестричка сумасшедшей Беллатрисы из Азкабана, верно?

- Я понял тебя, прости… А ты... Ты придешь сегодня после ужина к Запретному лесу...?

- Зачем? - нахмурился Поттер.

- Приносить дары умершим, разумеется. Ты хочешь сказать, что ни разу не разводил на Самайн костер?

- Первый раз об этом слышу. - Гарри слегка удивленно поднял бровь. - Это традиция?

- Снейп под свою ответственность проводит каждый год для слизеринцев разжигание костра, в который каждый может положить свой дар предкам и сказать им пару слов. Это единственное, что Дамблдор оставил из Ритуальной Магии, да и то только после возмущения чистокровных семей. Я подумал, что сегодня… Ну, годовщина смерти твоих…

- Да, я понял тебя, Драко, - посерьезнел Поттер, надевая парадную мантию на праздничный ужин, - Спасибо что рассказал. Я приду.

***

Гарри стоял напротив высокого костра и наблюдал как каждый из студентов опускает в него свои дары; это были и угощения с праздничного стола, и небольшие артефакты, и даже любимые вещи. Гарри долго размышлял о том, что он мог бы подарить покойным родителям мальчика и какие слова мог бы сказать от себя, чтобы успокоить их души.

От усиленных тогда размышлений его отвлек Драко, которого он попросил одергивать себя, если начнет вести себя странно. Действительно, Поттер оказался практически единственным за всем праздничным столом, кто сидел за ужином с мрачным выражением лица и не прикасался к еде. Только Снейп также не участвовал в разговорах, а только и делал, что потягивал вино из своего кубка. Гарри на мгновение поймал на себе его взгляд, который, наверняка, о чем-то должен был сказать, но Поттер так и не смог понять, что. Почувствовав толчок Малфоя в бок, он продолжил ковырять свою отбивную, непрерывно ощущая на себе все то же пристальное внимание от Снейпа.

Кажется, даже другие профессора вели себя куда спокойнее, чем на церемонии распределения.

И вот сейчас, стоя у самой кромки Запретного леса, он сжимал в руке маленькие очки, перемотанные изолентой, которые действительно принадлежали Гарри Поттеру, в отличие от тех вещей, что были у него в сумке. Он нервно перекладывал их то в одну, то в другую руку, ожидая своей очереди. Когда его, наконец, пропустил старшекурсник, стоящий впереди, он не придумал ничего лучше, чем тихо сказать:

- Я не просил того дара, что получил, но сделаю все возможное, чтобы утрата не была напрасной; Я хранил их, как напоминание о том страшном дне, но теперь отдаю их вам, потому что я не смогу сберечь память. Извините меня и… спите спокойно.

Гарри отпустил лежащие в ладони очки в костер, которые сразу же забрало пламя и, не выслушав традиционных речей Снейпа в честь праздника, ушел в замок, стараясь не думать о том, что, возможно, на него сейчас смотрели родители Поттера.

На следующий день, за завтраком, когда все студенты собрались за своими столами, Дамблдор прочитал длинную и печальную речь, посвященную скоропостижной смерти профессора Квиррелла от неизвестного проклятия. Тело преподавателя, которое почернело до неузнаваемости и мумифицировалось всего за одну ночь, решили отправить дальним родственникам, не показывая его студентам.

Поттер, подумал, что так и не смог понять, что за человек был Квиррелл и почему тот тогда рассказывал ему о магии, будто ища утешения в ответах мальчика.

***

- Поттер! Поттер, черт тебя дери!

Гарри обернулся на очередной окрик, теряя терпение от бесчисленных попыток «подружиться» с ним, под чем обычно подразумевалось показать знаменитый шрам, спросить, не помнит ли он как убили его родителей, показать какое-нибудь сильное волшебство или того хуже - навязаться сидеть рядом на уроках, хотя все прекрасно знали, что он никогда не сидел ни с кем кроме Драко, к которому уже привык.

- Ты остановишься или нет, а?!

К нему подбежал уже знакомый Уизли, имя которого он до сих пор не знал, да и не пытался запомнить, слыша его на уроках. Рыжий гриффиндорец подловил его в слизеринском пустом коридоре по пути из Большого зала и догнав, ухватился на край слизеринской мантии, пытавшись отдышаться.

- Какого черта, Поттер, я должен нестись за тобой по всему Хогвартсу?!

- Вот именно, мистер Уизли, какого черта Вы носитесь за мной по всему Хогвартсу? - огрызнулся Гарри, выдергивая из рук мальчика край своей мантии.

- Ты так и не объяснился, почему ты соврал мне в поезде! Я пытаюсь тебя выловить после уроков уже которую неделю! Я же искал тебя по всем вагонам и купе, ты что, так поиздеваться надо мной вздумал?! - кажется, Уизли начал разгоняться - он все ближе подходил к Поттеру и уже перешел на крик. - Ты с этим выскочкой Малфоем связался, да?? С этим слизнем?! Это он тебе мозги запудрил?!

- Если помните, мистер Уизли, в поезде Вы мне сказали, что ищете своего «друга». Я, насколько мне известно, в друзьях у себя Вас не помню, а это значит, что Вы искали какого-то другого Гарри Поттера. - он поднял левую бровь и скрестил руки на груди, отчего Уизли дернулся, но быстро пришел в себя, - И, если Вы не заметили, я тоже, как Вы выразились, «слизень». Так что не вижу причин для претензий. Всего доброго.

- Ну уж нет! - гриффиндорец схватился за ворот рубашки Поттера и резко потянул на себя, отчего Гарри чуть не потерял равновесие. - Самым важным возомнил себя, Избранный?! Так я быстро поставлю тебя на место и скажу с кем надо дружить! Ты в курсе, что папаша твоего Драко - Пожиратель смерти? А? Он же пожирательский сынок, Поттер!

- Я в курсе, но не понимаю, как это касается меня?

Поттер попытался отцепить руки Уизли, но тот только сильнее вцепился в ворот. Гарри начинал терять терпение.

- Убери свои чертовы руки, пока я их тебе не оторвал, - чуть ли не прошипел он, пододвинув ближе к себе голову мальчика за шею.

- Еще чего удумал! Можешь перестать притворяться, Дамблдор сказал, что ты по ошибке попал к слизням! Так что собирай свои вещички, и чтобы сегодня же ты был в гостиной Гриффиндора, иначе я с ребятами приведу тебя силой! - так же шипел, брызгая слюной, в ответ Уизли, все больше оттягивая ворот.

- Я дал тебе шанс уйти с миром, но теперь, кажется, начинаю понимать, о чем мне говорил Драко, рассказывая о гриффиндорцах. Ты тупой баран, Уизли, который прет даже не в те ворота!

- Это ты самодовольный выскочка, которому давно пора показать его место!

- А ты решил, Уизли, что такой жалкий (!), невоспитанный (!) и самовлюбленный идиот, как ты, может указывать, что мне делать?!

Гриффиндорец попытался замахнуться, чтобы ударить Гарри по лицу, но Поттер перехватил правой рукой его летящее запястье, вывернул руку Уизли, отчего тот нехотя развернулся спиной к слизеринцу, и, обхватив его шею левой рукой, прижал к себе, не давая сделать и шагу.

- Отпусти, ублюдок! - верещал Уизли, пытаясь свободной рукой скинуть со своей шеи тонкое предплечье Поттера и освободить вторую конечность, которая оказалась вывернута и прижата к спине, - Отпусти, иначе я все расскажу директору! Он вышвырнет тебя из Хогвартса, и ты вернешься обратно к своим родственничкам!

- Уж не знаю, кто тебе наплел про «родственничков», Уизли, но запомни раз и навсегда, - Поттер выплевывал свои слова в самое ухо Уизли, кривя губы от нахлынувшего отвращения и злости, - приблизишься ко мне, и я спущу с тебя не только шкуру, но и все что есть до костей! Ты понял меня?!

- Пошел к черту, ублюдок!!

Поттер с силой оттолкнул от себя гриффиндорца, наблюдая, как рыжеволосый мальчик, красный от злости и пережатого горла, вновь собирается врезать ему. Он уже снова разогнался, крича от ненависти к зазнавшемуся слизеринцу, но Гарри, обойдя ловким движением разъяренного Уизли, с силой ударил тому под колено, отчего противник мгновенно упал на каменный пол и взвыл.

- Decorticavit!  - сквозь сжатые зубы практически прорычал Гарри, выставив свою грабовую палочку прямо на обидчика.

Спустя секунду, Уизли повалился на бок и взвыл нечеловеческим голосом от невыносимой боли, в то время как Гарри наблюдал, как с тела его противника лоскутами слезает кожа, будто бы если чистили гнилую морковь. Он изучающим взглядом прищуренных глаз, смотрел на извивающегося в муках однокурсника, который уже ревел во все горло и, кажется, молил Поттера остановиться.

- Я не позволю обращаться с собой как с собакой, Уизли, - уже гораздо собраннее проговорил Гарри, понимая, что от собственных криков гриффиндорец не слышит ни единственного его слова: тот пытался стянуть с себя мантию, под которой уже натекла свежая кровь.

Брезгливо поправив воротничок и развернувшись, Поттер покинул место драки, предчувствуя, что через минуту в коридоре соберется целая толпа студентов.

***

- …Вы сняли кожу с собственного однокурсника, Поттер! - отчитывал Гарри декан в собственной аудитории, куда притащил мальчика под локоть буквально спустя пол часа после инцидента. - Что между вами вообще произошло?

- Мистер Уизли напал на меня первым, я до последнего старался уйти от конфликта, профессор.

Гарри сидел перед профессорским столом и старался говорить как можно сдержаннее, внутренне еще кипя от злости.

- Он сказал, что сам знает, с кем я должен общаться и, что, если я не приду по своей воле, он вместе со своими дружками насильно притащит меня в гриффиндорскую гостиную, - сквозь зубы продолжал Гарри, не пытаясь оправдываться, ведь фактически, по его личному мнению, он защищался доступными ему способами.

- Дальше. Что еще Вам сказал Уизли, Поттер? Я знаю, что только из-за этих слов вы не кинете проклятие в пусть и тупого, но все-таки первокурсника.

- Я стараюсь следить за своей речью, профессор! Если Вы не заметили, это на меня пытались напасть в темном коридоре и хорошенько объяснить мне что делать и с кем общаться! - Поттер сжал свои челюсти, понимая, что совершенно не может больше сдерживать себя. Кажется, Уизли сумел довести его до белого каления, что прежде не удавалось даже Вернону. - Извините, сэр.

- Поттер, возьмите, наконец, себя в руки и объяснитесь, - говорил профессор, протягивая ему Умиротворяющий бальзам. - Что еще он Вам сказал?

- Сказал, что «Драко - пожирательский сынок», и что, если я его не послушаюсь, он нажалуется директору, и тот вышвырнет меня обратно к родственникам, - говорил Поттер уже отпив из поданного флакона. - А после попытался напасть, за что был всего лишь обездвижен, сэр. Атаковал я уже при следующей попытке дать мне по лицу.

- Чем Вы в него кинули? - профессор откинулся на спинку своего кресла и сложил руки на груди, рассматривая строгим взглядом сидящего напротив ученика.

- Заклинание для очистки картофеля, сэр, - продолжил Гарри, облокачиваясь от усталости на собственные колени. - Многие недооценивают бытовые заклинания, профессор.

- Боюсь, что не могу похвалить Вас за сообразительность, Поттер. Из-за вас мистер Уизли попал на больничную койку в состоянии, близкому к критическому. Он больше был похож на освежеванную свинью, чем на человека. - Северус принялся массировать собственные виски, в то время как Гарри ожидал озвучивания его наказания, к которому уже был морально готов. - Я снимаю из-за Вас пятьдесят баллов с собственного факультета, Поттер, и назначаю Вам отработки по вечерам субботы до конца учебного года.

Гарри старался сдержать улыбку, услышав, что в качестве наказания он будет не драить кубки под присмотром Филча, а будет заниматься любимым делом, пусть если это даже было бы мытье котлов и протирание колб. На баллы же ему было плевать.

- Директору же я, разумеется, доложу об инциденте сразу же как тот вернется. И если хоть немного беспокоитесь о своем факультете, скажите ему, хотя бы то, что перепутали заклинание и сами были в шоке от случившегося.

- Почему Вы защищаете меня перед ним, профессор? - озадаченно говорил Гарри, поднимая одну бровь, - Мы же оба знаем, сэр, что он все равно меня не отчислит…

- Вы поэтому чувствуете такую вседозволенность, Поттер?! - не выдержал Снейп.

Мальчик опустил глаза и больше не смотрел на преподавателя, который ждал ответов. Он рассматривал свои ладони, пытаясь понять, что чувствовал в тот самый момент, когда смотрел на мучения Уизли. Чувствовал ли он вседозволенность? Нет, кажется, это было что-то близкое к правосудию, ведь, фактически, Гарри действительно как можно дольше старался просто уйти от назойливого гриффиндорца, а когда тот вылил на него ушат грязи и попытался напасть, Поттер лишь поставил его на место так, чтобы ни он, ни его дружки даже не думали больше зажать его в темном коридоре.

- Извините, профессор. Я не это имел в виду.

Снейп кажется хотел спросить что-то еще, но Гарри не дал ему сказать что-то еще:

- Мне можно возвращаться в свою комнату, сэр?

- Идите, Поттер, - приподнимаясь со своего места сказал профессор, наблюдая, как усталое еще минуту назад лицо мальчика становится абсолютно отчужденным и нечитаемым. Ему хорошо было известно это выражение. Кажется, профессор каким-то образом смог его задеть. - И постарайтесь не распространяться хотя бы дальше Малфоя, если слухи дойдут до директора быстрее, чем я, оправдываться будете сами.

- Хорошо, сэр. До свидания.