Глава 14. Остаться в живых

— Я заберу тебя, сегодня на работе короткий день, — повернувшись к выходящей из машины дочери, крикнул господин На. — Погода изменилась, думаю, что скоро дождь пойдёт, поэтому жди, пока я не приеду.

— Хорошо, — улыбнулась Чеён и, послав отцу воздушный поцелуй, закрыла дверь машины, затем направившись во двор школы. Навстречу ей шёл немного нервный и дёрганный Рики, поглядывая на смеющихся учеников. — Ты чего такой злой? — она положила руки на его щёки и чуть надула губы, ожидая ответа.

— Да так, — он прочистил горло, когда один парень прыснул со смеху, проходя мимо, и убрал её руки. — Давай уйдём? Сегодня всё равно нет важных уроков. Погуляем, поедим чего-нибудь вкусного.

— Ты чего? — Чеён, нахмурившись, немного отошла назад. — Не важно себя чувствуешь? Если так, то мы можем уйти. Но мне необходимо присутствовать на биологии. Учитель Ко и так грозится испортить итоговые оценки.

Чеён обошла Рики и зашагала внутрь. И только перешагнув порог школы она поняла, что все сейчас и до этого момента смотрели только на неё, смеясь. Плечи напряглись, сердце бешено забилось об рёбра, а глаза забегали по собственному телу. Но не было ничего такого, из-за чего стоило бы так бурно реагировать, Чеён раз сто посмотрела на себя в зеркало, прежде чем выйти. Она опустила голову и поджала губы, когда проходящие мимо парни, внимательно осмотрев её, бросили не особо приятное «девушка на все сто». Ноги уже никуда не вели, всё тело практически парилизовало. Возле шкафчика стояла компания из пяти парней, все они смеялись, а один показал у лица неприличный жест, толкнув языком щёку.

— Не смотри на них, идём, — на сей раз за руку нежно взял Сону, и когда взгляд его скользнул по всем смеющимся, все они отвернулись, скрыв свои улыбки. Он повёл её в пустующий кабинет химии, закрыл дверь и прислонился к ней спиной, опустив голову. Сложно смотреть в испуганные глаза Чеён и понимать, что правда нанесёт ей очень сильный удар.

— Ддону, что происходит?.. От всех и взглядов я чувствую себя обнажённой, — она нервно усмехнулась и заправила прядь волос за ухо, затем обняв себя за слегка подрагивающие плечи. — Я что-то сделала не так? — молчание Сону выводило из себя, но Чеён держалась, наблюдая за тем, как он аккуратно делал шаги в ее сторону с опущенной головой, словно собирался с мыслями.

— Правда тебе не понравится.

— Как и ложь, Сону. Объясни, что происходит? — она схватила его за края джемпера и притянула к себе, наконец поймав бегающий взгляд. — Я знаю, что все они смеются надо мной, но что такого я сделала?

— Ты ничего не сделала, — отрицательно покачал головой Сону и вздохнул, понимая, что без боя Чеён не отпустит. Поэтому, дрожащей рукой он взял из кармана телефон, открыл, созданный специально для неё сайт и показал фотографии, при виде которых она перестала чувствовать опору под ногами. — Звёздочка моя... — тихо позвал Сону, мягко обхватив её запястье, но она никак не отреагировала, пустым взглядом смотря на свои фотографии: на одних полностью голая у себя в комнате, на других в раздевалке, а самые последние и вовсе сделаны позавчера, когда она спала.

К горлу подступил тугой ком, который с каждой секундой намеревался вырваться наружу, руки вспотели, что смартфон Сону соскользнул, но он успел поймать его. Весь мир словно перевернулся с ног на голову, встал против неё, воткнув острый нож в спину, беспощадно повалив на землю. Но кто это сделал? Кто так сильно желал уничтожить её? Чеён, присела на парту и положила руку на дрожащие губы. Вся картина перед глазами помутнела, лёгкие сжались, напрячься и попытаться вдохнуть кислород превратилась адской пыткой. И всё это из-за фотографий — фотографий, которые испортили жизнь как по щелчку пальцев.

Сону что-то говорил, но все его слова были похожи на ультразвук, она ничего не понимала. Поднялась, убрала тянущиеся к плечам руки Сону, подошла к двери, открыла её и замерла, поймав снова взгляды полные смеха. Чеён на ватных ногах побежала прочь, игнорируя Рики, который пытался догнать и крик Авы Чен, кричавшей, что ничего омерзительнее никогда не видела. А На Чеён ещё никогда не чувствовала себя такой дешёвкой, словно за две тысячи вон продала тело и душу. Даже погода изменилась, солнце закрыли серые тучи, сильный ветер дал хлёсткую пощёчину и сбил на секунду с ног, что пришлось схватиться за перила, ударившись коленями об ступеньки.

— Чеён-а! — вскрикнула сзади Рики, но и его она не услышала толком из-за ветра и из-за Шим Джеюна, что стоял прямо напротив, смотря так, словно хищник вогнавший свою жертву в угол и готовившийся напасть.

— Злит, что мечтал увидеть тебя в таком амплуа я, но, — смешок, — в итоге лицезрели все. Мне жаль, — поспешно добавил Джеюн и сделал шаг вперёд, но Чеён быстро выставила руку, не позволив разрушить эту дистанцию. — Ты как?..

— К-как я? Серьёзно спрашиваешь, как я? — она поднялась обратно на ноги с помощью Рики, который подхватил её за плечи, и истерически рассмеялась. — Может, ты сам это учудил? Только ты мог уничтожить меня! — закричала Чеён и теперь сама разрушила к чёрту расстояние, подбежав к нему.

— Думаешь, мне это выгодно? Да я каждый день мечтаю о тебе, ясно?! Я бы никогда так не поступил, потому что очень сильно люблю тебя. Но ты этого не видишь! Или... не хочешь видеть, — Джеюн резко окольцевал её талию и прижал Чеён к груди. — Что мне сделать, чтобы ты хоть раз посмотрела на меня, как на своего обожаемого Ддону?! Скажи, я всё сделаю!

— Ты — не он, дальше продолжать этот разговор бесполезно, — она кое-как убрала его руки и побежала прочь, мечтая скрыться от всего мира. Сегодня Чеён впервые почувствовала вкус боли и наивно надеялась, что больше такого не повторится.

Но жизнь подготовила куда больше испытаний.

⋆⛧*┈┈┈┈﹤୨♡୧﹥ ┈┈┈┈*⛧⋆

В центральной больнице Сеула и так шумно, но сегодня особенно.

Как только двери открылись, в холл забежали дежурные медсёстры, покатив каталку с еле дышащим Чонвоном. За ними следом шли запыхавшиеся Джей и Чеён, которая без остановки плакала, как мантру повторяя одно и то же: «пожалуйста, останься в живых».

— Мужчина с ножевым ранением! — забила тревогу Кан Ынбёль, дрожащими руками прикоснувшись к шее Чонвона, проверяя пульс. — Необходимо сначала остановить кровь и зашить рану, прежде чем проверить на наличие остальных травм.

— Где носит дежурного хирурга?! — Чеён не слушала Джея, просившего успокоиться немного, пока и сам сходил с ума. Выскочила вперёд, тыльной стороной ладони смахнула с щёк слёзы и взяла Чонвона за руку. — Что вы все здесь стоите? Он потерял много крови, ему нужна помощь!

Ынбёль несколько секунд прозжигала взглядом их руки, понимая, что она не сошла с ума и её догадки подтвердились. Но никто не знал, где дежурный хирург, искали по всей больнице, считая каждую каплю крови, стекавшую вниз. Чеён смотрела на их напряжённые лица, теряя остатки здравого смысла, ведь стоять смирно и сдерживать горячие слёзы невозможно, когда на кону жизнь Ян Чонвона — жизнь того, без кого она уже не справится. И молитвы её услышали, рядом, как ангел-хранитель, появился Хисын, приехавший прямо со свадьбы, как и они. Он посмотрел на рану, потом снова проверил пульс и снял с себя пиджак, затем отдав его Ынбёль. Чеён готова была разбиться вдребезги прямо здесь и сейчас, когда с его слетело то, что разрезала её сердце напополам:

— Я проведу операцию, подготовьте господина Яна! — и Хисын убежал следом за медперсоналом в операционную.

Чеён смотрела в спину уходящего Хисына, разбиваясь снова и снова. Несмотря на причинённую боль, он всё равно издалека поддерживал, а сейчас и вовсе сделал то, за что она теперь никогда не устанет благодарить его. Он мог бы поехать домой, сказав, что сегодня дежурит другой, но именно Хисын был тем, кто первый покинул особняк семьи Ян. Эмоции переполняют, невозможно толком понять, что именно она сейчас испытывала. Чеён сжала руку Джея, который как мог держался и не показывал страх за Чонвона, а затем они вместе направились на третий этаж — в операционное отделение.

В коридоре, казалось, стоял практически весь персонал. Чеён лавировала между ними, пока не дошла к двери, а, остановившись, дрожащей рукой обхватила локоть Хисына, который поправлял шапку на голове, и повернула к себе. Его лицо исказилось от боли, он быстро отвернулся, чтобы не видеть покрасневшие карие глаза. При виде них сердце всё ещё пропускало болезненный удар. В них надежда, в них просьба, прямо сейчас в них он — герой, способный спасти Чонвона. И неясно точно, сможет ли. Хисын готов перенестись обратно в прошлое, чтобы выбрать экономику вместо медицины, потому что впервые он чувствовал настолько сильную ответственность за чью-то жизнь. Она ему не простит, если с ним что-то случится.

— Спаси его, пожалуйста... — тихо проронила Чеён, вновь заплакав. Глубоко в душе понимала, что неправильно класть ответственность на него, но она не могла по-другому. Чонвон нужен... Как воздух ей нужен.

Хисын ничего не ответил, молча кивнул и зашёл в операционную. Он прислонился к двери и закрыл глаза всего лишь на пару секунд, собираясь с мыслями, а затем принялся мыть руки. Следом подставил под воду локти, избавляясь от всех накопленных за пару часов микробов и бактерий. Поднял руки, когда одна ассистентка прибежала с халатом, а  другая надела на лицо маску и раскрыла перчатки, которые Хисын быстро надел. Затем подошёл к операционному столу и навис над Чонвоном. Рубашку расстегнули, убрали толстый кусок марли, приклеенный к боку пластырем, а затем, Со Даын, ассистентка, протянула пинцет с ватой, заранее обмакнув в спирт, чтобы убрать кровь с живота.

— Рана не глубокая, примерно шесть сантиметров, — констатировал Хисын и взял скальпел. — Необходимо проверить органы. Скорее всего задели печень.

— Доктор Ли, у него травма на затылке, также потеряно слишком много крови, необходимо переливание. Мы уже взяли анализ и отправили в лабораторию, чтобы узнать группу крови, — взяв пинцетом немного ваты, Даны обмакнула в йод и отдала Хисыну.

— Сначала разберемся с раной и осмотрим его.

Прошло всего лишь десять минут, но для Чеён, кажется, уже час. Она кусала ноготь на большом пальце до тех пор, пока не почувствовала во рту металлический вкус, наматывая круги на месте. Джей пытался, но не смог её успокоить, сидел и с нетерпимой головной болью наблюдал за ней. Он сам до конца не осознавал происходящее, всё это нереально и слишком больно, чтобы быть похоже на правду. За то время, что они дружили Чонвон не раз попадал в передряги, но Джей всегда был рядом. И неосознанно он винил сейчас себя, что так подвёл его. Однако лучший друг только ударил бы за подобные мысли, ведь нет никого на свете, кто так бросался бы к нему на помощь.

Послышался топот, имя Рики с уст Кан Ынбёль, а подняв голову, Чеён увидела его и... Сохён. Лицо её покрасневшее, глаза опухшие из-за пролитых слёз. Она замерла на месте, опустила лишь на мгновение взгляд, заламывая пальцы, чтобы потом, без каких-либо сомнений бросится в тёплые и родные объятия. Разлука тянулась мучительно долго, обе безумно соскучились друг по другу, а в частности Чеён, ведь не было и дня без Сохён, которая оставалась рядом и поддерживала, несмотря ни на что. Она сквозь слёзы улыбалась, похлопывая по спине вредную, но любимую младшую сестру. Даже будучи взрослой и самостоятельной, Чеён нуждалась и в защите, и в любви. Как собственно и все.

— Прости, я такая дура... Веду себя как ребёнок и мне безумно стыдно от этого, — начала первой Чеён, всхлипнув и отстранившись. — Мне стоило понять вас, ведь я в любом случае счастлива за обоих. Сохён, мне не стоило так реагировать, пожалуйста, прости меня!.. — она стыдливо закрыла лицо руками и опустила голову. Стыдно, но в то же время счастлива вновь чувствовать прикосновения Сохён.

— Всё хорошо. Нам тоже не стоило столько времени утаивать от тебя отношения, а сразу рассказать. Но мы просто испугались. Пойми и нас тоже. Я просто хочу, чтобы мы оставили всё в прошлом, потому что жизнь оказалась сложнее без тебя, — Сохён, потянув дрожащие уголки губ вверх, обхватила руками лицо Чеён и большими пальцами убрала слёзы.

— Что, некому с Саной посидеть? — нахмурившись, спросила она, на что в ответ получила закатанные глаза.

— Какая же ты всё-таки колючка, но это мне не мешает любить тебя. Давай впредь рассказывать всё друг другу? Мы даже показывали выскочившие прыщи на заднице, а тут я побоялась не пойми чего, — пожала плечами Сохён и шмыгнула носом. — Ты как?.. — посмотрев на мигающую табличку с надписью «операционная», задала тревожащий вопрос она и взяла Чеён за руку. — Никаких новостей?

— Я-то в порядке, но Чонвон... он был в ужасном состоянии, сейчас идёт операция. А всё из-за меня, из-за моего прошлого! Пусть лучше я тогда повстречалась с этим сумасшедшим, чем сейчас стояла с разрывающимся сердцем! — истерика вновь накатила, Чеён мотала головой из стороны в сторону, без остановки обвиняя себя. Вся жизнь пошла под откос и всё благодаря  Шим Джеюну.

— Не неси хрень, — встрял Джей, вскочив со стула. — Кого ты должна винить, так это того сукина сына. Ты не виновата в том, что Чонвон любит тебя и хочет защитить. Я знаю, что он поступил так снова и снова, пока не размазал бы его по асфальту. Чеён, — он вздохнул, положил руку на плечо и грустно улыбнулся, — мы справимся со всем, хорошо?

Зажав между зубами покусанную губу, она кивнула, положив поверх руки Джея свою. Хлопнула дверь. Все взгляды переметнулись к Со Даын, которая направлялась к ним, снимая с головы шапку.

— Как он? — задал интересующий вопрос Рики и быстро прижал к груди Чеён, чтобы хоть как-то избавить её от дрожи.

— Операция прошла успешно. К сожалению, у него сотрясения мозга, сломана грудная клетка и левая нога. Также господин Ян потерял много крови, потребовалось переливание. У него редкая группа крови, но у доктора Ли тоже четвёртая отрицательная. Потребуется время для полного восстановления, но всё будет хорошо, — Даын, слабо улыбнувшись, погладила Чеён по плечу и ушла подготавливать для Чонвона палату, чтобы перевести туда, когда состояние нормализуется.

Все выдохнули, ведь плохое позади, но не легче одному человеку — Чеён. Она сделала несколько шагов вперёд, снова и снова прокручивая в голове слова Даын: «у доктора Ли тоже четвёртая группа крови». Остановилась, когда открылась дверь операционной и взору предстал не менее разбитый Хисын, прижимающий к локтю пропитанный спиртом кусок ваты. Та нерушимая стена сломалась вдребезги, обнажив их души. Карие глаза, похожие на оленьи, полны боли, они искрились из-за подступающих слёз. Хисын опустил взгляд в пол и подошёл ближе к Чеён, уронив первую солёную каплю. Слова сейчас казались лишними, но прежде чем стиснуть её в объятиях и окончательно закопать свои собственные чувства, Хисын ответил на её просьбу:

— Я спас его...

Разрыдавшись, Чеён обняла его, что было сил, уронив голову на подрагивающее плечо. Он не заслужил ни боли, ни предательства. Никто его прежде не видел таким эмоциональным и разбитым. Вернуться в прошлое нельзя, но если бы хоть представилась такая возможность, то Чеён приложила бы все усилия, чтобы сейчас не стоять так, успокаивая Хисына. Хотелось его прежнего: правильного, ведущего здоровый образ, вечно улыбающегося.

— Прости меня за всё, Хисын...

Но он ничего не ответил, только сильнее прижался к ней, как и она к нему.

⋆⛧*┈┈┈┈﹤୨♡୧﹥ ┈┈┈┈*⛧⋆

В больнице остались Джей и Рики. Оба настояли на том, чтобы Чеён поехала домой и отдохнула. Но вместо этого она сидела в круглосуточном магазине через дорогу от больницы. Хисын всё ждал, когда микроволновка издаст характерные звуки, облокотившись бедром о край небольшого стола. Сохён поехала домой, Сана была у соседки, а та баловала её сладким, после чего на теле появлялась сыпь. Несмотря на произошедшее несколько часами ранее, Чеён чувствовала облегчение. Наверное, так сказывалось долгожданное примирение. Она благодарно улыбнулась, когда Хисын поставил прямо напротив стакан с куриной лапшой и кучей сыра.

— Спасибо, — тихо поблагодарила Чеён и, взяв палочки, подцепила немного горячей лапши.

Время уже два часа ночи, все люди разбежались. За окном шёл дождь, дул прохладный ветер, а согреться наивкуснейшим рамёном — идея отличная. Да и приятно видеть Хисына, поедающего почти пятьсот калорий вместо пекинской капусты. Он отправил в рот сразу две дольки кимбапа, а губы Чеён дрогнули в улыбке при виде его набитых щёк. Повернулся, услышав тихий смех, и она выпятила нижнюю губу, смотря в оленьи глаза. Они и правда порой гипнотизировали.

— Я не поблагодарила тебя, — вытерев губы салфеткой, начала разговор Чеён.

— За что? — вскинув брови, спросил Хисын, пытаясь прожевать всё, что во рту.

— За Чонвона.

Он приостановил все свои действия, коротко взглянул и кивнул.

— Это моя обязанность — спасать жизни людей. Я бы снова и снова поступил так же, — он облизнул и так влажные губы, затем опустил взгляд на свои руки. Ещё причина заключалась не в том, что он хирург, а в самой Чеён. — Слушай, я хочу вернуть всё назад... наше общение. Я скучаю по тем временам, когда Рики шептал тебе на ухо о свиданиях со мной и называл Ли Секси Хисыном, а ты только закатывала глаза.

Весь мир перевернулся словно по щелчку пальцев. Он всё знал? В курсе о всём, что говорили о нём? Боже, как стыдно-то! Чеён не могла закрыть рот после услышанного.

— Я знал и видел, что у меня нет шансов, особенно когда появился Чонвон. Мне просто хотелось верить, что рано или поздно ты посмотришь на меня так же, как и на него. Сейчас я чётко понимаю, что насильно мил не будешь. Мы не выбираем, в кого нам влюбляться. Я рад, что он смог осчастливить тебя, правда. Ведь на самом деле счастлив и я видеть улыбку на твоём лице.

Чеён закусила губу, чтобы снова не расплакаться. Ли Хисын не только отличный хирург, но и добрый человек, который, к сожалению, должен убрать свои чувства на самую дальнюю полку.

— Я ранила твои чувства, прости. Пыталась рассказать обо всём, но боялась причинить боль, потому что ты этого не заслуживаешь. Я сама не понимаю, в какой момент всё пошло не так. Хотела дать нам шанс, но он  внезапно ворвался в мою жизнь и разнёс всё в щепки.

— Значит, Ян Чонвон твоя судьба, — Хисын, улыбнувшись, пожал плечами. — Иногда всего лишь один человек переворачивает нашу с ног на голову. Чеён, — он повернулся к ней, — могу ли я для тебя стать тем, кому ты жалуешься на вредных пациентов и подшучивает над Кан Ынбёль?

— Господи, — закрыв лицо руками, она разразилась хохотом, — ты и об этом знаешь! Нам с Рики просто смешного с того, как она подлизывается к парням. Чонвона-то я отбила, но новой жертвой стал Пак Сонхун из отдела кадров.

— Она и мне писала, когда я был в Пусане.

— Вот же ж змея!..

Хисын прыснул со смеху, умилившись с её реакции. Кан Ынбёль хоть и заноза в заднице, но благодаря ей напряжение между ними исчезло. Неожиданно прогремел гром, напугавший их обоих, а затем открылась дверь магазина. Сону был в повседневной одежде, лицо у него хмурое, а губы надуты. Он поздоровался с кассиром и подошёл к столику знакомых, беспардонно усевшись между ними и украв недоеденный рамён Чеён. Либо Ким Сону задумался настолько сильно, что не замечал их, либо просто делал вид.

— Привет?.. — выгнув бровь, спросил Хисын и незаметно, пальцем придавив фольгу, потянул к себе кимбап. — Приятного аппетита?

— Может, сменишь тон? — втянув, кажется, в самый желудок лапшу, раздражённо спросил Сону. — Я разговаривал с Рики и Джеем, они сказали, где вы. Как ты? — задал он вопрос Чеён, на что тихо прошептала:

— Сейчас лучше.

Сону постучал деревянными палочками по краям стаканчика и закусил покрасневшую от остроты губу.

— Я завтра поговорю с начальством, чтобы получить ордер на обыск квартиры брата Джеюна. Ещё я передал флешку с фотографиями и видео с разговором.

— Тебе ведь влетит за проникновение в его квартиру, — отчеканил Хисын, протянув Сону свою банку спрайта. — Слишком рискуешь.

— Да плевать, честно говоря. Я мечтал надрать этому мудаку задницу ещё в старшей школы, когда он приставал к Чеён, игнорируя, что мы с ней встречаемся, — он вытер губы салфеткой, открыл банку и сделал несколько больших глотков, затем зажмурившись. — Ты тоже можешь дать пару пинков, он ведь тебе навалял.

— Во-первых, ты очень прямолинейный, а во-вторых, — Хисын, положив, руку на затылок Сону, наклонил его лицом к столу и посмотрел удивлённым взглядом на Чеён, — вы встречались?!

— О-о-о, — протянул Сону, усмехнувшись, и прижался к холодному столу щекой от усталости, — ты не знаешь о самом интересном.

— Общение с Чонвоном дало свои плоды, — шикнула Чеён на его слова и вжала лицо в стол посильнее, убрав руку Хисына с затылка. — Езжай к своей жене лучше, словоблуд!..

— Кстати, она до двадцати лет собирала наклейки «Винкс», — смотря на смеющегося Хисына, пролепетал Сону и пискнул от боли, когда она сжала волосы в кулаке. На самом деле он не издевался над ней, а просто хотел помочь забыть о проблемах хоть на несколько минут, ведь понимал, как Чеён сейчас тяжело. — А ещё в семнадцать загадала желание выйти замуж на Джонни Деппа.

— Ддону, я вырву сейчас твой язык и скормлю своей собаке!

Но Сону не заткнулся, начал рассказывать о случае на первом свидании, когда у Чеён лапша из носа вылетела. И у него получилось развеселить её, потому что в скором времени она сама начала смеяться, на сей раз рассказывая Хисыну о неловких моментах Сону.

День выдался тяжёлым, но они смогли спасти его.