Глава 13. Карточный дом

Дождь лил как из ведра. Ветер намеревался унести всё на своём пути. Тонированные окна в чёрном «БМВ» запотели, а девичья рука оставила след на одном. Машина раскачивалась из стороны в сторону, стоны сливались с ветром и уносил их прочь. Чеён двумя руками вцепилась в плечи Чонвона, вновь опустившись на член. Всё затекло, пот водопадом стекал по телам, от жары кружилась голова, но они продолжали целовать друг друга, будто от этого и зависела вся их жизнь. Все проблемы казались решаемыми и не такими масштабными, когда они становились одним целым. Чонвон слизнул каплю пота с шеи, языком добрался до самого уха и медленно, издеваясь над ней, облизнул ушную раковину, после прикусив мочку. Чеён стонала громче, чем обычно, цеплялась за всё, пальцами тянула вниз нижнюю губу, прежде чем снова сорвать грязный и мокрый поцелуй. С Чонвоном не просто приятно обниматься, чувствовать его заботу и любовь, но вместе с тем и трахаться до головокружения.

— Напомни-ка, за чем выходили? — его руки легли на бёдра, скользящими движениями добрались до ягодиц и сжали их, выбив ещё один не менее громкий стон.

— За нарядами на свадьбу Чонина. Но согласись, завершение вечера вышло так, как мы хотели бы оба. Ты ведь трахнул бы меня прямо в примерочной, если бы не зашла консультантка, — Чеён усмехнулась, облизнув губы, и сжала между зубами ноготь на большем пальце.

— А как я должен реагировать? Ты в том платье выглядела божественно и сексуально. Я бы начал волноваться, если не существовал один неоспоримый факт, — Чонвон притянул её к себе, обдал шею горячим дыханием, добрался до губ и прошептал, невесомо касаясь их: — Твои глаза смотрят только на меня.

— Ты такой скромный, Янвон, — Чеён накрыла его губы своими, ускорив темп. Понадобилось всего лишь пара резких движений, чтобы кончить с немым восторгом в глазах и упасть окончательно на Чонвона. — Блять, это однозначно был самый лучший секс. Даже переплюнул наш ночной уикенд.

— Мне тут нашептали, что ходят легенды, что некий Ян Чонвон — секс-гигант, — он помог ей сесть обратно на соседнее сидение и достал из бардачка влажные салфетки. — Ты не подумай, я не самовлюблённый.

— Да, конечно. Я даже знаю, кто пустил эту легенду, но сейчас не будем говорить об этом, — не желая испортить вечер в очередной раз разговором о Рики и Сохён, быстро отрезала Чеён, надевая обратно футболку. — Слушай, я знаю, что ты волнуешься, но мне нужно заехать в квартиру, чтобы забрать некоторые вещи. Я бы сняла себе другую, не могу уже стеснить Джея. Он ночует в студии, такое чувство, будто ограничиваю его в личной жизни.

— Не волнуйся, у него нет девушки, чтобы беспокоиться о личной жизни, — он хмыкнул, постучав пальцами по окну, и откинулся на спинку сидения. — Что? — недоумевая, вскрикнул Чонвон, поймав на себе злой взгляд Чеён. — Я лишь правду сказал.

— Наверное, потому что он за тобой бегает как мать и всё подтирает.

— Началось, — вздохнул Чонвон. Не то чтобы он не волновался, что Джей не может построить свою личную жизнь, но никаких попыток за всё время дружбы так и не увидел. — Мне иногда кажется, что у этого придурка нет девушки, потому что он тайно влюблён в меня. И я нашёл выход из твоей неловкой ситуации, — похлопал себя по карманам пиджака, достал небольшую бархатную коробку и протянул Чеён. — Там не кольцо, пока что.

— 21024?.. — взяв из коробки кусок бумаги, она взглянула на Чонвона и выгнула бровь, ожидая объяснений. Разум всё уже изложил, но необходимо услышать из его уст, чтобы поверить в реальности происходящего.

— В моей квартире закончился ремонт, сегодня завезли мебель, завтра всё будут собирать. Нам остаётся лишь прикупить оставшееся: посуду, постельное бельё, всякие штуки, чтобы сделать квартиру уютнее. Знаешь, разные картины, цветы, коврик ворсистый, — он рассмеялся, — всегда мечтал лежать на нём и что-нибудь читать. Правда, я так и не смог полюбить чтение, но ради тебя готов влюбиться во что угодно. Хочу научиться готовить и радовать вкусным завтраком, но готовься к тому, что в первое время всё будет сгоревшей и невкусной. Солнце моё, я хочу встречать каждый закат и рассвет вместе с тобой, засыпать, чувствуя тепло твоего тела, спорить, кто первый примет душ, обсуждать утром новости за завтраком, а потом вместе выходить из уютной квартиры. Чеён, я не стану давить, но буду очень рад, если ты согласишься.

Слёзы жгли щёки. Но они выражали только счастье, что рядом человек, который готов на всё ради неё. И смотря в сверкающие глаза Чонвона, она понимает, что не зря доверила ему своё сердце. Он будет беречь, примет все удары на себя, чтобы ни один разлетевшийся осколок не задел её.

— Я люблю тебя, — улыбнувшись, прошептал Чонвон.

— Иди сюда, — тихо позвала Чеён, и когда он приблизился, оставила короткий поцелуй, нежный, следом ещё несколько, пальцами поглаживая щёки. — И я люблю тебя.

— Это да?

Вместо слов она кивнула и снова поцеловала. На этот раз глубоко, медленно, пробуя на вкус его губы, словно в первый раз. Дождь как быстро начался, так и стих. Нехотя оторвавшись от Чеён, Чонвон спустил окно и вдохнул свежий воздух, расплывшись в улыбке от лёгкого и прохладного ветра. На улице ни души, все разбежались по домам. Да и на часах почти двенадцать.

— Давай прогуляемся? Купим чай и насладимся моментом, когда на улице нет никого.

— Ты же знаешь, что я не могу тебе отказывать? — она рассмеялась и без лишних слов вышла из машины, взяв с панели шарф. — Я хочу вишнёвый чай.

— Всё будет, — Чонвон заблокировал двери машины, обошёл её и протянул руку Чеён, которая тут же вложила свою ладонь. Она прижалась к его плечу, прислонилась лбом и закрыла глаза. — Может, тебе купить картонную фигурку со мной, чтобы ты не скучала, когда меня нет рядом?

— Чонвон-а, у меня очень грязная фантазия, поэтому не советую разбрасываться такими мыслями.

— Нет, это, — сделал упор на последнем слове, — буду делать только я.

— Фу...

Они остановились напротив круглосуточного магазина, а Чеён поспешила скрыть часть своего лица. Она всё ещё ходила с мыслями, что кто-то поймает их и запечатлит, чтобы потом разослать всем и в утренних новостях жирным шрифтом написать заголовок: «Молодой директор компании Ян Чонвон и какая-то незнакомка в футболке с «Пикачу». Любовь ли это или просто способ вытрясти деньги?». Во-первых, это точно любовь, иначе Чеён не могла объяснить, почему каждую минуту хотела провести с ним, а во-вторых, она ночевала у Чонвона, а у него весь гардероб лежал напротив стиральной машины и из чистого только та жёлтая футболка. Выбор был не таким уж большим. Заходить в квартиру напротив он напрочь запретил, сам перевёз все вещи к Джею и тоже планировал освободить свою, кажется, уже завтра.

Девушка за кассой спала стоя. Чеён аккуратно всё положила на стойку и тихо позвала её, чтобы пробила вредную, но очень вкусную еду. Взяла корзину, приложив карту к терминалу, и когда оплата прошла, поблагодарила кассиршу и направилась к Чонвону, который уже сидел за столом, уткнувшись в телефон. Он поднял голову, заметив её, улыбнулся и быстро принялся заваривать лапшу, пока Чеён возилась с чаем.

— Слушай, я хотела поговорить с тобой, — она поставила стаканы с горячим чаем на стол и взяла из корзины две сосиски. Стянула с них прозрачную упаковку до половины и положила в другую свободную микроволновку. — Твои родители... они ведь завтра будут на свадьбе.

— И? — выгнул бровь Чонвон, пока возился с сырными палочками. — Конечно они будут там. Женится папин единственный племянник. Ты намекаешь на возможное знакомство?

— Да, мне немного неловко. Я не знаю, как они отреагируют, ведь не особо вхожу в ваше окружение, — Чеён невольно загрустила, опустив голову. Да, она постоянно думает об этом и не может избавиться от мысли, что они не подходят друг к другу. Возможно, его родители хотят для него девушку, а в будущем и жену, из высшего общества. Какая будет реакция на обычную медсестру — непонятно.

— Наша жизнь — не дорама, Чеён. Моим родителям всё равно на человеческий статус, а когда дело касается любви — тем более. Я рассказал им о тебе, мама очень хочет познакомиться с тобой. Не бойся, чтобы ни случилось я никогда не откажусь от своей кобры, — Чонвон наклонился и чмокнул её в губы, потеревшись после щекой о нос, за что получил тихий смех. — А сейчас мы вкусно поедим и поедем домой. Завтра будет очень длинный и весёлый день.

— Да, ты прав, — только и смогла выдавить из себя Чеён. Но на деле всё равно беспокоилась.

⋆⛧*┈┈┈┈﹤୨♡୧﹥ ┈┈┈┈*⛧⋆

На часах уже девять. Сону сделал глоток кофе, уселся за свой стол и включил ноутбук. Глаза слипались, всё тело ныло от бессонной, но очень приятной ночи, проведённой вместе с любимой женой. Он размял шею, обхватил рукой мышь и нахмурился, когда на почту поступило сообщение от детектива Пака, который полчаса назад выехал на вызов. Конечно, он знал обо всём, Сону поделился в надежде получить хоть какую-то помощь и, к счастью, добился своего, ведь на весь экран открылись фотографии Джеюна с лучшей подругой Чэвон — Кан Хэсу.

— Чего?.. — Сону приблизился, будто не мог поверить, что эти двое не просто незнакомцы, а люди, знающие друг друга наизусть на данных снимках, судя по тому, как они целовались. Тогда пришло осознание, что Хэсу могла спрятать или выбросить женское бельё и заодно предупредить Джеюна, но вопрос в другом — зачем ей всё это? Как можно обнимать, целовать и предаваться любовным утехам с тем, который в тайне наблюдал за другими и удовлетворял себя, воровал в качестве трофея бельё. Сону готов лишиться своей должности, но уверен, что у него целый список с именами этих бедных девушек. — Если они вместе, то нужно как-то воспользоваться и не дать понять, что их отношения раскрыты, — приложив кулак к губам, Сону потёр пальцы, задумавшись. Сегодня никак не получится заняться расследованием, так как они с женой приглашены на свадьбу. Чонвон все уши прожужжал, не хотелось отказать и ответить на его доброту грубостью. Однако до начала самой церемонии он всё же решил поехать по адресу его дома и поговорить с соседями.

Сону закрыл дверь машины, завёл двигатель и тронулся с места, держа путь в Хонгдэ. Такое чувство, будто с каждым днём вся история закручивалась всё больше и в ней участвовало сразу несколько лиц. Если Кан Хэсу заметает следы, то возможно есть и ещё кто-то. Он надавил на педаль, обгоняя другие машины, и быстро написал Хисыну, чтобы он отправил номер брата. Скрытые камеры была забраны как улика, но опять-таки: нет доказательств, которые точно указали бы Шим Джеюна. Тупик, нигде нет выхода, но они все отчаянно искали.

Сону припарковал машину напротив многоэтажного дома и, осмотревшись, вышел. Во дворе никого не было, даже пожилых соседей, любящих промывать кости другим. Но главное, что самого Джеюна нет дома. Зайдя в подъезд, он встретил миловидную девушку лет двадцати, которая дружелюбно подсказала на каком этаже и в какой квартире он живет. Стоял в лифте и ждал, пока откроются створки на шестнадцатом этаже. И это случилось, но прежде чем выйти, Сону задержал створки и посмотрел по сторонам, подумав, что и тут могут быть камеры. К счастью, всё обошлось, но от этого ещё больше не по себе. Из соседней квартиры вышла женщина в возрасте с ребёнком и он быстро подошёл к ним.

— Доброе утро, — Сону слегка поклонился и полез в карман за удостоверением. — Я инспектор полиции Ким Сону, хотел бы задать вам пару вопросов, если не спешите.

— Доброе утро! — радушно улыбнулась женщина. — Нет, мы не спешим, в садик уже опоздали, так что буду рада, если смогу помочь чем-то.

— Вы очень добры, госпожа. Меня интересует молодой человек, который живёт с вами по соседству, — Сону указал на дверь слева и вернул взгляд обратно. — Что можете сказать о нём?

— О Шим Джеюне?.. Не знаю, если честно. Мы как-то особо и не разговаривали, он не бывает дома. Некрасиво подслушивать, но где-то две недели назад, когда он в очередной раз вернулся домой за чем-то, то я услышала, как господин Шим кому-то говорил, что превратил квартиру брата в свинарник.

— Думаете, что он живёт на два дома? — нахмурившись, спросил Сону, а затем подошёл ближе к двери Джеюна. — Может, это просто прикрытие? Здесь просто живёт, а там строит свои планы по уничтожению соперников... — он говорил сам с собой, пока удивлённо женщина наблюдала за ним. — Госпожа, когда Джеюн приходил в последний раз?

— Три дня назад. Его обычно не бывает неделю, потом возвращается обратно и уходит через несколько часов. Он преступник? Я, кончено, считала его немного странным, но неужели оказалась права?

— Это я и пытаюсь выяснить... — Сону, левым плечом прижавшись к стене, сел на корточки и сузил глаза, чтобы рассмотреть отпечатки пальцев на сенсоре. Благодаря солнцу, освещавшему площадку, он смог приглядеться и примерно разузнать код, который, к счастью, оказался правильным. — Вот сука, это ведь день рождения Чеён, — прошипел он, открывая дверь. Коротким взглядом посмотрел на женщину и прижал указательный палец к губам, на что в ответ получил только кивок.

Сону зашёл в квартиру и чуть не рухнул на пол, столкнувшись с горой грязной обуви. Он скривил губы, аккуратно обошёл преграду, так, чтобы не испортить «порядок» Джеюна. Это не квартира — это какая-то свалка: повсюду лежала одежда, коробки с вещами, пачки из-под чипсов и рамёна, бутылки, зайти в кухню Сону даже не решился, мерзкий запах чего-то тухлого щипал глаза. Носом уткнувшись в изгиб локтя, он пошёл дальше — в спальню. Тут гораздо чище, чем в остальных комнатах, правда коробки всё же мешали свободно передвигаться. Остановился возле тумбочки, коснулся фотографии в раме, где он стоит на мосту с рыбой в руках и улыбается. А так и не скажешь, что в голове у этого милого мальчика. Сону похлопал себя по карманам и достал перчатки, начав осматривать выдвижные ящики и коробки. Первым делом он осмотрел тумбочки: кроме исписанных тетрадей с работы и канцелярии в них ничего не оказалось. Дальше шли встроенные в шкаф-купе ящики, но там только бельё, а рыться в нём ему не особо хотелось. Несколько футболок и джинсов висели на вешалках, внизу прозрачные коробки с чистой обувью — больше ничего. В ход пошла коробка с надписью «школа» и на самом верху уже лежала их совместная фотография с классом. Странно, что он всё это хранил, учитывая то, как ненавидел остальных в классе. Грамоты, медали, похвальные листы, старые тетради, фотографии и отдельная папка с очень интригующим названием: «В оковах страсти». Сону нахмурился, встал у окна, открыл папку,  достал фотографии и замер в немом шоке.

— Ублюдок... — прошипел он, смотря на снимки: Чеён лежала в одной майке и трусах, а Джеюн рядом. Она спала, и неизвестно, что он ещё делал в это время. — Я выбью из тебя всё дерьмо, сукин сын!.. — Сону взял телефон, решив сфотографировать их и предоставить позже как улику. Борясь с рвотными позывами, убрал всё обратно в папку и продолжил копать дальше. А вот и его любимый светло-голубой комплект, который неожиданно пропал. Чеён тогда всю комнату перерыла, но так и не нашла его. — Это что? — он нахмурился, увидев чёрную флешку, взял и быстро убрал в карман, решив на работе посмотреть содержимое. Она лежала на дне, и вряд ли ублюдок Шим Джеюн сейчас забеспокоится.

Однако кто-то всё же волновался. Сону впихнул всё обратно в коробку, услышав, как открылась дверь, подбежал к шкафу и полез в него. Затаил дыхание, смотря через небольшую щель, и спустя пару секунд увидел невысокую девушку. Она без слов бросила на кровать какой-то пакет и сама легла, закинув ногу на ногу. Набрала кого-то на телефоне и приложила к уху, а Сону быстро включил камеру.

— Оппа, я всё сделала. Мне положена награда? — девушка кокетливо накрутила прядь волос на палец и рассмеялась, прикусив губу. — В смысле работа? Шим Джеюн, ты обещал мне незабываемую ночь! Мероприятие? Ладно, ладно! — вскрикнула она, вздохнув. — Тогда я буду ждать тебя, только не смей задерживаться. Я приготовлю чего-нибудь вкусного. Тебя хоть что-то интересует, кроме этой сучки На Чеён? — резко приняла сидячее положение и стиснула зубы. — Да видела я её! Вчера весь день закупалась в магазинах со своим любовником. Хорошо, — она сбросила трубку, вскочила с кровати, бурча что-то непонятное под нос, и побежала на выход.

Сону, подождав пока закроется дверь, вышел из шкафа и сразу решил посмотреть, что в пакете. А это те самые украденные комплекты нижнего белья. Они все чуть с ума не сошли, когда такая улика пропала, а виновница, оказывается, воткнула нож в спину своей лучшей подруги. Сону также сфотографировал содержимое, тщательно осмотрел комнату, чтобы убедиться, что всё лежит так, как было изначально, и тоже поспешил покинуть квартиру. В этот самый момент вышла и соседка, держа в руках ролл завёрнутый в фольгу.

— Я боялась, что вас поймают, но, к счастью, всё обошлось.

— Госпожа, я оставлю вам свой номер, пожалуйста, звоните, как только он снова появится. Вы бы очень помогли мне и моей подруге, которой угрожает опасность, — Сону достал из внутреннего кармана куртки ручку и маленький блокнот, написал свой номер, затем протянув листок женщине.

— Обязательно позвоню. Кстати, — она протянула ролл. — Это кимбап, поешьте.

— Спасибо большое, — с улыбкой поклонившись, Сону взял кимбап и направился на выход. Отправил попутно Джею видео, спросив, не Кан Хэсу ли это и, получив ответ, поехал обратно на работу.

⋆⛧*┈┈┈┈﹤୨♡୧﹥ ┈┈┈┈*⛧⋆

Хисын внимательно слушал жалобы пациентки, сев на кушетку возле её ног. Девушка, лет восемнадцати, плакала, корчась от боли, в то время как мать пыталась успокоить. Сзади стояли два практиканта, нервничали, не знали, что делать в таких ситуациях. Но для Хисына это обыденные вещи. Он приложил пальца к правому боку пациентки и чуть надавил, но никакой реакции не получил. Тогда попросил лечь её на бок и продолжил дальше пальпировать, однако кожа мягкая, нет никаких шишек, опухлости. Вздохнув, взял со стола результаты анализов и повернулся к матери.

— Госпожа Хван, результаты у вашей дочери хорошие. Даже если и был аппендицит, то анализы всё показали бы, она никак не реагирует, когда я надавливаю на бок и симптомы не сходятся. Хирургическое вмешательство здесь не нужно. Я сейчас дам вам направление. Сделайте УЗИ надпочечников, думаю, что проблема в них.

— Доктор Ли, — госпожа Хван помогла приподняться дочери и села рядом, — а что делать, если исследование выявит проблему?

— Тогда врач УЗД отправит вас к нефрологу. Не волнуйтесь, скорее всего это просто камень, — Хисын протянул ей направление и радушно улыбнулся, прежде чем покинуть отдел экстренной помощи. — Какой сложный день... — пробормотал под нос он, пальцами потирая виски.

— Извините, доктор Ли! — послышался знакомый звонкий голос.

Хисын сначала вздохнул, не имея никаких сил принять ещё одного пациента в столь тяжёлый день, но, повернувшись, встретился с радостными глазами Го Чохи, что улыбалась так широко и искренне, отчего сердце невольно пропустило удар. Она выглядела по-другому, её внешность кардинально изменилась: вместо спортивного стиля теперь на ней была белая блузка, юбка-карандаш в клеточку, сверху пальто, а на ногах ботфорты. Мягкие и шелковистые волосы аккуратно закручены в локоны, и Хисын уверен, что пахли персиками, он не раз вдыхал этот аромат. Чохи достала из сумки файл с анализами и, хромая, подошла к нему.

— Добрый день, — слегка поклонилась, отчего прядь волос упала на лицо, но тут же смахнула назад. — Я только что взяла результаты анализов. Не очень в этом разбираюсь, но вроде цифры увеличились, — Чохи пожала плечами и протянула ему файл. — Что скажете? Я теперь послушная пациентка?

Хисын коротко рассмеялся, чувствуя смущение. Он внимательно изучил всё и кивнул, мысленно отметив, что сейчас состояние организма улучшилось.

— Вы не используете костыли?

— Простите, сегодня у меня была сессия, я не хотела явиться туда с ними. Но я чувствую себя хорошо, рана не ноет, воспаления нет, я активно принимаю лекарства.

— Пока не нагружайте ногу слишком сильно. Я рад, что вы сейчас чувствуете себя лучше, — он отдал файл обратно и засунул руки в карманы белого халата, не зная, что ещё добавить. А по её глазам было видно, что чего-то недостаточно. Хисын поднял голову, открыл рот, чтобы что-то сказать, но так и не смог вытащить из себя ни слова. Странно ощущать и видеть заинтересованность Чохи, когда он толком ничего и не сделал, в то время как попытки заполучить внимание Чеён за два года так и не увенчались успехом. — Простите, мне пора.

Хисын заметил проскользнувшую тень разочарования на её лице. Но она продолжала улыбаться, словно отказ ни капли не расстроил. Поклонилась на прощание и, пожелав удачи, ушла. Хисын чувствовал себя отвратительно, униженным, ведь пока Чеён отсутствовала на работе и проводила всё свободное время с Чонвоном, он ни на минуту не переставал думать о ней. Никогда ещё он не был так счастлив, как за тот короткий промежуток времени, который они провели вместе.

Хисын устало поплёлся в свой кабинет, закрыл дверь на ключ, упал в кожаное кресло и позволил себе расслабиться впервые за день. До четырёх дня оперировал пациентов, после сделал небольшой обход, а затем провёл час в неотложке. Размял шею, с закрытыми глазами потянулся к выдвижному ящику за недоделанным чипсам. Он ненавидел вредную пищу, всегда строго соблюдал правильное питания, а сейчас позволял себе иногда есть чипсы, вечерами роллы, бургер или пиццу. И, к сожалению, пальцы нащупали чёртову коробку с цепочкой, которую Хисын купил для Чеён, и всё настроение опять пропало. Он захлопнул ящик обратно, закрыл лицо руками, не зная, что делать, чтобы забыть её и принять отказ.

На телефон поступило сообщение от главврача, планировавшего выехать на свадьбу к семейству Ян ровно семь. Хисын не особо хотел идти туда, натягивать улыбка и вести себя так, словно ничего не произошло. Но господин Ян сам лично пригласил на ужин домой, поэтому он решил оставить личные дела на пару часов, чтобы отдохнуть и познакомиться с новыми людьми. Это хоть как-то поможет, а Хисын чувствовал себя выжатым лимоном. Он ответил, что тоже в семь выедет и начал собираться.

Оповестив дежурного хирурга, что уходит, Хисын накинул куртку и направился на выход. На улице встретил Нишимуру Рики, который разговаривал с кем-то по телефону время от времени улыбаясь. Они поприветствовали друг друга коротким кивком, не проронили и слова даже за весь рабочий день. Хисын уже было готовился сесть в свой «Мерседес», но сзади услышал голос с очень знакомым акцентом. В голове сразу всплыла та ночь, когда на него ни с того ни сего напал тот самый ублюдок. То, как он говорил, усмехался, проглатывал некоторые буквы... всё слишком похоже.

— Сегодня будет весело, — поворачиваясь к нему, выпалил он, держа у уха телефон, а затем, увидев Хисына, улыбнулся. Стало некомфортно, он выглядел безумным, а его глаза... они пустые, в них нет абсолютно ничего. — Что-то не так, господин?

Хисын поклясться готов, что попал в точку. В ту ночь он хорошо запомнил его взгляд и голос. Всё слишком похоже. Но он ничего не ответил, молча сел в машину и в боковом зеркале увидел его улыбку, не предвещавшая ничего хорошего.

Подняв пыль, Хисын уехал домой, чтобы привести себя в порядок, а следом и Рики, но прежде нужно забрать Сохён и Сану из садика. Он ехал за ними, как самый настоящий, любящий муж и отец, предвкушая встречу. Когда все узнали об их отношениях, Рики уже открыто часто начал проводить с ними время, а в частности с Саной, чтобы добиться её расположения и заполучить доверие. Выходило лучше, чем он ожидал, теперь она засыпала только с рядом с ним, а не с Сохён. Она только рада таким событиям, потому из раза в раз любовалась, как Сана посапывала на коленях у Рики, а он гладил её по мягким волосам. Если бы Чеён могла разделить с ними эту радость, то всё было бы прекрасно.

Припарковав машину напротив детского сада, Рики выглянул через окно и помахал Сане, которая тотчас, визжа, подбежала к машине, села рядом и потянула свои маленькие ручки к нему, чтобы обнять. В такие моменты он готов был подарить ей весь мир. Она сразу начала показывать рисунок, объясняя, кого изобразила на этот раз и он был так тронут тем, что сегодня Сана не только нарисовала его, но и впервые показала значимость в её маленьком мире.

— Она сегодня устроила целое шоу, — заговорила Сохён, сев рядом и закрыв дверь. — Рассказывала детям, что дядя Рики спасает людям жизни, кормит шоколадным мороженым и что любит его больше, чем маму, — она погладила Сану по волосам и стиснула пухлую щёку. — Наверное, мне стоит начать ревновать, но я так счастлива, Рики, — голос дрогнул, Сохён подняла на него блестящие из-за слёз глаза и взяла за руку. — Спасибо тебе. Если можно было вернуться назад, то я всё равно выбрала тебя, невзирая на последствия. Я люблю тебя.

— Знаю, и я люблю тебя, — Рики большим пальцем погладил тыльную стороны ладони, сдержав желание поцеловать её. Потом, когда они будут одни, он зацелует каждый миллиметр тела и насладится ею сполна. — Нас Чонвон пригласил на свадьбу, ты ведь помнишь?

— Чёрт, — Сохён закрыла глаза и приложила руку ко лбу. — Я так устала, Рики. До утра сидела над отчётом, голова так болит, хочу поесть и просто прилечь. Мне неловко отказываться, но правда, сил нет, чтобы сидеть там и улыбаться.

— Я понимаю, поэтому никак не обижаюсь. Вместе тогда останемся дома, думаю, что Чонвон поймёт.

— Нет-нет, ты иди, повеселись. Я даже забыла, когда ты в последний раз отдыхал. После ссоры с Чеён никуда толком не ходишь, поэтому, пожалуйста, поезжай. А за меня беспокоиться не стоит, взрослая уже девочка, — Сохён улыбнулась и щёлкнула его по носу, чем заставила коротко рассмеяться.

— Я правда могу туда не идти.

— Нет, ты пойдёшь. А за одно, может, попробуешь помириться со своей собутыльницей? — она пожала плечами. — Кто знает.

— Ла-а-дно, — усмехнувшись, согласился Рики и повернулся к Сане. — Будешь слушаться маму?

— Да! — радостно воскликнула она. — Но ты купишь мне пачку кислых мармеладок?

— Да хоть сто пачек.

⋆⛧*┈┈┈┈﹤୨♡୧﹥ ┈┈┈┈*⛧⋆

Чеён ненавидела писать конспекты и готовиться к сессии, но таки села, утешив себя тем, что это последний год в университете. Она выписывала некоторые пропущенные темы, изучала их, пока в беспроводных наушниках играла тихая и спокойная мелодия. Наверное, не лучший вариант, чтобы сосредоточиться, но тишина давила и не позволяла расслабиться, потому что мысли, что даже в уютной квартире Джея спрятаны камеры, убивали. Чеён откинулась на спинку стула, повторяя под нос термины и покручивая пальцами ручку. Она спиной чувствовала присутствие Чонвона, его взгляд, знала, что он наматывает круги на месте. Не мог потерпеть, пока она закончит, хотелось внимания, особенно когда дело касалось выбора костюма на свадьбу. Но хитрый Ян Чонвон знал, как её отвлечь. Обошёл стол, за которым сидела Чеён, медленно опустился на корточки, залез под него и положил руки на нагие колени. Она вздрогнула от испуга и посмотрела на него с немым вопросом в глазах. Рука нагло скользнула под топ, поднялась к самой шеи и наклонила голову назад, а губы тем временем прикоснулись к внутренней стороне бедра.

— Чонвон-а, мне надо готовиться, времени слишком мало, — Чеён пыталась оттолкнуть его, но тело обмякло в руках, а сердце противоречило разуму. Да и сложно сидеть смирно и не реагировать на ласки, когда она сама не слезала с него каждый день. — Что ты делаешь?..

Но он не ответил. Вместо этого вынул из петельки пуговицу и потянул шорты вниз вместе с трусами. Бросил их куда-то назад, расставил её ноги шире и языком скользнул прямо по клитору, выбив из груди стон. Чонвон знал все слабости и умело давил на них, пока Чеён срывала голос, выкрикивая его имя. Пальцы зарылись в густые волосы, оттянув их у корней, бёдра сжались вокруг его головы, когда язык начал быстро и резче скользить вверх и вниз.

— Ненавижу тебя, — прошептала Чеён, достигая кульминации, но Чонвон отстранился. Она захныкала, откинувшись на спинку стула, закрыла лицо руками, требуя продолжения, и через пару мгновений сидела на столе, пока он расправлялся с брюками. — Не мог потерпеть?

— Мне тебя всегда будет мало, — прошептал Чонвон, прежде чем впиться в её губы развязным поцелуем и наполнить, войдя до самого основания. Сжал ягодицы до покраснения, до сладостной боли, простонав. Язык толкнулся в горячий рот, Чонвон сминал то верхнюю, то нижнюю губу, посасывая, а затем опустился ниже — к шее. Вдохнул приятный аромат её кожи, уткнувшись носом, а затем оставил невесомый поцелуй. — Джей написал, что возвращается домой, нам надо поторопиться.

Чеён на это лишь закатила глаза и окольцевала его пояс ногами, притянув к себе ещё ближе. Стол под ними заскрипел, навалившись на него всем телом, Чонвон смахнул мешающие вещи на пол и чуть ли не всем телом уложил Чеён. Стало жарко, во рту пересохло, он развязал галстук и расстегнул пару пуговиц, всё сильнее вбиваясь в податливое тело. Стоило бы потратить это время на выбор костюма, но, чёрт возьми, сложно устоять. Узел внизу живота распускался, пальцы рук и ног немели, а спустя пару минут тело забилось в лёгкой судороге. И в этот самый момент открылась входная дверь. Они не успели толком восстановить дыхание, на ватных ногах начали одеваться и собирать вещи с пола. Правда, застегнуть пуговицу на брюках Чонвон не успел, ведь Джей уже стоял в проеме, заговорщически улыбаясь. Однако, когда взгляд скользнул по брюкам лучшего друга, а выше — по растрёпанным волосам, всё встало на свои места.

— О, господи! — вскрикнул — Когда вы закончите спариваться в моей хате?! Я купил квартиру в центре города с видом на реку Ханган не для того, чтобы вы метили каждый угол!

— Радуйся, что мы — близкие люди, — Чонвон усмехнулся, опустившись на диван, в то время как Чеён стыдливо смотрела в панорамное окно. — Кто-то ведь должен наполнить эту квартиру сексуальной аурой. Честное слово, я забыл, когда ты в последний раз знакомился с девушкой. Ты что, это самое... — он, локтями уперевшись в колени, указательным пальцем почесал ухо, — из радужного мира?

— Твой сортирный юмор с каждым днём всё хуже, — Джей закатил глаза и прошёл в гостиную, но так и не решился присесть. — Надо будет позвать клининговую компанию или, в лучшем случае, нахрен сжечь квартиру.

— Ты так и не ответил на мой вопрос, — не унимался Чонвон, издеваясь над ним. — Я искренне обеспокоен тем, что в твоей жизни нет любящей девушки. Тебе бы пора жарить стейки для будущей жены, а то что-то всё только мне. Нет, конечно, приятно, но всё равно такое ощущение, что моя задница тебе нравится намно-о-го больше.

Чеён уронила голову на руки и вздохнула. Эти двое всегда вели себя как детсадовцы, они хорошо вписались бы компанию Саны. Чонвон, громко смеясь, побежал в спальню и закрыл дверь на ключ, а Джей врезался в неё плечом, затем застонав от боли. Иногда их детская непосредственность веселила, было приятно и тепло наблюдать за перепалками, ведь в конце концов они протянут руку помощи друг другу и прикроют в любой ситуации.

— Выходи, подлый трус! — закричал Джей и ударил кулаком о дверь, ногтями начал царапать поверхность, словно маленький кот. — Языком трепать умеешь, но отвечать кто будет?

— Мальчики! — Чеён прибежала в холл и повысила голос, чтобы хоть как-то их утихомирить. — Кризис ориентации будете обсуждать потом. Мы через час должны выехать, а никто из нас всё ещё не готов. Я пойду накормлю Вона и приду, чтобы в это время были собраны, — наказала она, прежде чем скрыться из виду.

Джей пообещал, что обойдётся без рукоприкладства, но влепил смачный подзатыльник, после чего пошёл одеваться. Конечно, шутки дали свои плоды и Чонвон вечно оборачивался на него, пока снимал с себя рубашку. Для начала нужно сходить в душ и быстро искупаться. Поэтому он украл из шкафа полотенце, но остановился у двери, решив поговорить с Джеем.

— Сегодня собирают мебель, — заговорил Чонвон, — думаю, что к завтрашнему вечеру закончат. Тогда я и увезу Чеён. Хоть ты и не подаёшь виду, но я знаю, что тебе неловко, некомфортно и такое чувство, будто лишили личного пространства. Но я искренне благодарен, что ты помогаешь мне, даже когда я этого не заслуживаю.

— Не неси чепуху, все мы заслуживаем самого лучшего. Меня Чеён не стесняет, мне приятно, что я могу помочь и заодно успокоить тебя тем, что она не одна. Не переживай по этому поводу, пусть живёт столько, сколько нужно. В конце концов мы семья. Да и честно сказать, — Джей улыбнулся и положил руку на плечо Чонвона, — радостно видеть тебя таким влюблённым.

— Сегодня мы будем искать тебе девушку.

— Ты испортил момент!

Закатив глаза, он вытолкнул его из своей спальни и закрыл дверь на ключ. Но как бы Джей не убегал от ответственности, рано или поздно ему придётся покупать любимый десерт своей возлюбленной и мчаться домой на всех парах, чтобы обнять после тяжёлого дня. Погрузившись в музыку и собственный бизнес, он и не замечал красивых девушек, пытавшихся добиться его внимания. Джей как тот самый профессионал в отношениях, который всем раздаёт советы, но в своей личной жизни у него полная неразбериха.

Спустя полчаса криков и споров, они таки оделись, потом покрутились напротив зеркала ещё десять минут и направились на улицу. Чеён было неудобно впервые за долгое время надеть каблуки и облегающее платье, но приехать на такое мероприятие в джинсах и кроссовках... не очень презентабельно, особенно когда на горизонте маячило возможное знакомство с родителями Чонвона. Руки запотели от одной только мысли. Она не столько беспокоилась о том, что они подумают, сколько за то, что может от волнения сморозить какую-нибудь глупость. Чеён закрыла глаза и сделала глубокий вдох, чтобы успокоиться и сжала кулаки. Так или иначе это должно произойти, поэтому лучше сегодня.

Во дворе особняка Ян очень много машин, людей, пьющих шампанское, и официантов, которые разносили закуски и большое количество алкоголя. Роскошь ощущалась за километр, богатый смех, надменные взгляды. Чеён почувствовала себя чужой, ей некомфортно, она потянулась за рукой Чонвона и успокоилась только тогда, когда он прошептал, что рядом. Этого достаточно, чтобы не смотреть по сторонам, а только на него, ощущая тепло его прикосновения. Они зашли в дом, отдали верхнюю одежду прислуге и прошли дальше. Чонвон здоровался со всеми, а Чеён оставалось только улыбаться им, нет никого, кого она знала бы, но есть один человек. Он стоял рядом с каким-то статным мужчиной и оживлённо вёл беседу, попивая красное вино. Аккуратно опустила руку Чонвона, когда поймала удивлённый взгляд Хисына, и прикусила внутреннюю сторону щеки. Чеён знала и видела, что он не смирился и не хотела надавливать на рану, ведь она ещё свежая.

Нетерпеливый Ян Чонвон, снова взяв за руку, потянул её вглубь зала, чтобы поздороваться с женихом и невестой, сидевших вдали от остальных столов и пытавшихся хоть немного поесть. Но взгляды всех присутствующих не позволяли насладиться столь желанным ужином, оба из-за нервов со вчерашнего дня не ели. Чонин, сделав глоток вина, заулыбался, когда увидел Чонвона и подскочил с места, чтобы обнять.

— Теперь ты официально под каблуком, — отстранившись, похлопал его по плечу Чонвон и притянул к себе Дальми, чтобы обнять. — Я очень рад за вас, правда. Думал, что этот день никогда не наступит.

— Научись делать комплименты, Янвон, — прошептала ему на ухо Чеён и ущипнула за бок.

— Знакомьтесь, это моя девушка — На Чеён. Это Ян Чонин и Со Дальми.

— Так это ты «Исчадие Ада»? — уперев руки в бока и стрельнув любопытным и оценивающим взгляд, спросил Чонин и улыбнулся так широко, что у него закрылись глаза. —  Не бери в голову, — быстро добавил он, когда улыбка с её лица исчезла. — Приятно познакомиться. Хён много о тебе рассказывал.

— Он прав, — рассмеялась Дальми и взяла Чеён за руку. — Платье обалденное, да ты и сама та ещё красотка. Я не знаю, кому завидовать: тебе или Чонвону, — она подмигнула ей и хитро улыбнулась. Вот у кого стоит поучиться делать комплименты.

— Спасибо большое, но самая красивая тут только ты. Поздравляю вас со свадьбой и желаю, чтобы ваша совместная жизнь была полна понимания, заботы, любви и счастья. Вы очень мило смотритесь вместе.

— Самое лучшее пожелание за весь вечер. Мой отец пожелал нам десять детей в будущем, поэтому мне есть с чем сравнить.

Они отошли, решив сесть за свободный стол. Бутылка вина соблазнительно стояла в центре, Чонвон быстро наполнил два фужера и протянул один Чеён. Придвинул её стул ближе, откинулся на спинку своего, расставив ноги, и положил руку на бедро. Она никак не отреагировала, не стала отстраняться, а по проскользнувшей улыбке он понял, что это игра ей только нравится. Было приятно среди стольких гостей смотреть только на неё и получать в ответ такой же влюблённый взгляд. Столько в нежности и заботы таилось в Чеён, но она редко показывала, иногда плевалась ядом, но за это и Чонвон полюбил её — свою кобру.

Спокойствие продлилось недолго, ведь стоило господину и госпоже Ян появиться в поле зрения, как Чеён поставил фужер на стол и вскочила, потянув за собой и Чонвона. Те улыбнулись, помахали и направились к ним. Она нервничала, поэтому раз десять спросила, как выглядит, не слишком ли глубокий вырез на груди, но на все вопросы получила лишь тёплый поцелуй в висок.

— Привет, мама, папа, — Чонвон прочистил горло и перевёл взгляд на Чеён. — Вы знаете её как медсестру и любимицу всех пациентов, но сейчас пришло время представить как свою девушку, — он взял её за руку и тепло улыбнулся. — Знакомьтесь, На Чеён.

— Неужели? — нахмурившись, спросил господин Ян. Он ожидал увидеть Кан Ынбёль, но приятно удивлён тем, что вместо неё перед ними стояла совсем другая девушка: приятная и очень улыбчивая. — Я знал, что мой сын неспроста забрал заявление о переводе у главврача.

— Папа, не начинай только...

— Я ещё не начинал, — по-доброму рассмеялся он. — Госпожа На, очень рад познакомиться с вами, как с девушкой своего единственного сына. Рад видеть рядом с ним такую ответственную и умную спутницу.

— Вы мне льстите, господин Ян, — Чеён не знала, куда себя деть и как реагировать на такие комплименты, поэтому опустила взгляд, улыбнувшись. — Честно сказать, я очень переживала.

— Не волнуйся, — мягко улыбнулась госпожа Ян, коснувшись её руки. — Для нас важнее всего, чтобы Чонвон был счастлив, а я это отчётливо вижу, потому что ты первая девушка, с которой он познакомил и на которую смотрит, как влюблённый маленький мальчишка.

— Господи, идём отсюда, пока они не достали мой детский альбом, — Чонвон взял Чеён за руку и повёл в сторону. — Увидимся ещё.

— Было приятно познакомиться!

— И мне!

Гостей стало ещё больше. Официанты усаживали их за свободные столики, а потом бежали за горячими блюдами. Сегодня Чеён радовалась тому, что выбрала медицину, ведь оказаться в их шкуре не очень-то и хотелось. Казалось, что большинство людей пришли поесть бесплатно, потому что кроме тарелки напротив они в упор ничего не замечали. Чонвону позвонил Сону, сначала долго извинялся, что не смог прийти из-за работы, затем попросил его отойти от Чеён. Она никак не отреагировала, сделала глоток вина и скрестила руки на груди, пытаясь найти хоть одно знакомое лицо. От Хисына и след простыл, поговорить не получилось, однако один человек всё же мечтал наконец выбить из неё хоть одно слово. Рики уверенно шёл к ней, поправляя рукав тёмно-серого пиджака. Он выглядел невероятно стильно и сексуально, а взгляды противоположного пола лишь подтверждали это. Жаль, что нет Сохён, она-то выжгла бы им всем глаза. Бежать Чеён даже не пыталась, да и не хотела. Пора поговорить и отпустить сложившуюся ситуацию, потому что жизнь без лучшего друга и родной сестры оказалась куда сложнее.

— Привет, — Рики встал рядом, абсолютно безразличным взглядом смотря на гостей. Он был спокойным, но по его дрожащей губе она готова поклясться, что внутри него бушевал ураган эмоций. — Прекрасно выглядишь.

— Кто бы говорил, — усмехнулась Чеён и сделала ещё один глоток вина. — Почему не пришла Сохён? С ней всё хорошо? — повернувшись к нему всем телом и поймав взгляд, спросила она.

— Да, немного переутомилась на работе и решила отдохнуть, всё в порядке, — Рики улыбнулся через силу, сложно стоять и разговаривать как в ни чём не бывало, ведь прошло не три дня, а почти три недели. — Слушай, я должен извиниться. Просто не перебивай меня и послушай, я и так дал тебе достаточно времени, чтобы отойти и не тревожил. После первого поцелуя, Сохён просила меня рассказать обо всём, но я оттягивал, боялся, что эта новость может дать трещину в нашей дружбе. О чём я ещё мог думать? В старшей школе, когда я в шутку рассказал о своей симпатии, ты ответила, что о ней даже не стоит мечтать и что не потерпишь этого. Наша дружба дорога мне, но чувства выиграли и мы начали встречаться. Разве можно противостоять чувствам? Разве мы выбираем, в кого нам влюбляться? Ты ведь не хотела быть с Чонвоном, отрицала свою влюблённость, а сейчас, несмотря на слухи и сплетни, пришла, взявшись с ним за руки, наплевав на последствия. И я очень рад, ты не представляешь, как сильно. Мы не хотели обидеть тебя, но так сложилось, и мне жаль, очень сильно жаль. Прости, пожалуйста, но я уже не могу без тебя.

В горле встал неприятный тугой ком. Чеён опустила голову и прикусила дрожащую губу, злясь на саму себя, что даже не попыталась подумать о них, о том, как тяжело было им. Иногда раздражает то, что осознание приходит слишком поздно. Она смахнула слезу, подняла на него взгляд и вместо слов стиснула в объятиях, уронив голову на плечо. Это то, чего не хватало им обоим, тепла, дружеского плеча и простых объятий, которые лучше любой словесной поддержки.

— Прости, — не отстраняясь, прошептала Чеён и шмыгнула. — Это я обязана перед вами извиниться. Повела себя как ребёнок вместо того, чтобы понять, как и вам было тяжело. Я так виновата перед вами.

— Не неси ересь, мы все провинились. Нам стоило быть честными друг с другом с самого начала. Но не будем больше оглядываться назад, — Рики сильнее прижал её к себе и коротко рассмеялся. — Я так скучал по тебе.

— Я тоже. Столько всего произошло.

— Чонвон рассказал мне обо всём. Не представляю, что ты испытываешь, этот сумасшедший опаснее, чем мы могли подумать, — мягко отстранившись, Рики заботливо поправил её волосы. — Ещё он сказал, что вы планируете съехаться.

— Этот придурок не умеет тихо порадоваться, — Чеён закатила глаза, но в душе радовалась этому факту не меньше, несмотря на страх. Немного страшно делать такой шаг, но она точно знает, что Чонвон сделает всё ради её комфорта. Хотелось поделиться этим, но внезапно поступивший звонок нарушил идиллию между ними. Чеён сняла с плеча сумку, достала телефон и замерла от пробежавшего холода, когда увидела неизвестный номер. Будто по выработанному рефлексу начала озираться по сторонам, прежде чем провести пальцем по экрану и включить динамик. — Алло?.. — сглотнув, произнесла она, но ответа не последовало. — Вы меня слышите?

— Слышу, очень даже хорошо, звёздочка моя.

Этот голос... Чеён не слышала бы его вечность. Он пропадал, словно никогда и не существовал, но объявлялся в тот момент, когда его совсем не ждали. Она сжала телефон в руке от злости, но по большей части именно к себе, потому что боялась его. Шим Джеюн мог уничтожить дорогих ей людей, страх сжимал в тиски от одной только мысли.

— Чего тебе? — грубо спросила Чеён, следя за меняющимся выражением лица Рики. — Снова начнёшь угрожать? Или присваивать меня себе? Что на этот раз придумал?

— Мне нравится, как ты пытаешься сделать вид, будто не боишься меня, — послышался смешок. — Твоя уверенность возбуждает, ведь такой ты мне и понравилась. Однако я знаю, как трясутся твои коленки и как бьётся сердце. Ты не ожидала, что я зайду так далеко, да? Честно сказать, в ту ночь, когда ты меня обняла, поцеловав, я бы самым счастливым человеком на свете, но огорчил тот факт, что ты думала о чёртовом Ян Чонвоне.

— Ты псих, ясно? Скоро тебя упекут за решётку за всё «хорошее». Ты не любишь меня, ты хочешь обладать мной лишь потому, что я отказала тебе. Но я не давала тебе никаких надежд, ты спутал любезность с влюблённостью, — Чеён боялась, в этом он прав, но каждое слово само собой вырывалось изо рта. Она слишком устала прятаться и думать, какие испытания подготовили на этот раз.

— О, так ты знаешь, кто я? Йа, мне это очень льстит! Значит ты меня не забывала, звёздочка, — Джеюн рассмеялся, что мурашки пробежали по коже. Этот сумасшедший смех вводил в ужас. — Хочу быть к тебе ближе, чувствовать твоё дыхание, прикосновения на теле и эти сладкие губы на своих губах. Всё ещё считаешь меня одержимым? Детка, это любовь.

— Подавись своей любовью!.. — сквозь стиснутые зубы выплюнула Чеён и готовилась скинуть трубку, как он остановил её.

— Не советую отвергать меня, я слишком долго терпел твой чёрствый характер и непослушание. Я попросил тебя не подходить к Чонвону, к этому сучёнышу, но ты ослушалась. Скачешь на нём, гуляешь за ручку... — послышался вздох и снова короткий смех. — Я ведь предупреждал о последствиях, не так ли, моя звёздочка? Помнишь, те фотографии с ним? Поверь, я легко могу нажать на курок.

— Что ты хочешь от меня? Чтобы я была твоей? Этого не будет, ясно? С Чонвоном или без — я никогда с тобой не буду! Да лучше утоплюсь! — слёзы предательски подступили к глазам. Меньше всего Чеён хотела показаться слабой и беспомощной, но она понимала, что в одиночку не справиться с ним. И лишь одна мысль, что с Чонвоном может что-то случится убивала, душила, связав шею тугим узлом.

— Нет, ты будешь моей. И надевать такие открытые и сексуальные платья будешь только для меня, — после его слов она забыла как дышать. Шум стал каким-то отдалённым, как и люди, находившиеся рядом. Чеён взглянула на Рики и медленно, будто в замедленной съёмке, повернулась к небольшой сцене, на которой септет планировали выступить. Когда высокий мужчина с виолончелью чуть отошёл, она увидела его — Шим Джеюна, державшего в руке скрипку. — Не ожидала? Привет, Нишимура Рики, — держа телефон у уха, он перевёл взгляд на него и коротко поклонился.

— Сукин сын...

— Зачем так грубо с давними друзьями? — Джеюн обиженно надул губы, потом опустил телефон, начав что-то в нём искать, а через минуту вернул вновь вернул к уху. — Если не будешь слушаться, то фильм с вашими любовными утехами с Сону в подсобке школы увидит весь Сеул. Знаешь, как это отразится на твоей репутации?

Чеён дрожащим пальцем открыла его сообщение и увидела видео, но включить так и не смогла. Это настолько грязно и омерзительно, хотелось принять горячий душ, но так легко всё не закончится. Джеюн отключился, занял свою позицию вместе с остальными и начал играть. Чеён дрожала, никого не слышала, отскочила в сторону, когда Рики прикоснулся к ней. Может, это сон? Почему тогда боль от впившихся ногтей в локоть настолько сильная и слишком реальная? Казалось, что все увидели это видео, смотрели с осуждением и тыкали пальцем. Она не слышала ни мелодию, не видела танцующих Чонина и Дальми из-за подступающей паники. Хисын мягко прикоснулся к ней, а затем и вовсе потряс за плечи, но Чеё не реагировала.

— Что происходит? — подбежав, спросил Чонвон. — Чеён-а, ты слышишь меня?

— Он... это он, — она указала на Джеюна, спокойно играющего на скрипке и случайно оступилась, но Рики удержал, а по просьбе Чонвона и вовсе увёл.

— Я знаю его, думал, что ошибся, увидев сегодня, но тот, кто избил меня он. Сейчас я уверен в этом, — повернувшись к Чонвону, чуть громче сказал Хисын.

— Это он. Звонил Сону, сказал, что нашёл много чужих вещей, фотографий Чеён и флешку в его квартире... Чеён не единственная жертва, — он сжал кулаки, повернул голову в его сторону, а Джеюн специально ухмыльнулся, подмигнув ему, что Чонвон уже было сорвался с места, но подбежавший Джей остановил. — Отпусти меня!

— И что ты сделаешь? Набьёшь ему морду? Я не против, но точно не сейчас и не здесь.

Когда мелодия стихла и послышались аплодисменты, Чонвон убрал с плеч руки Джея и вцепился взглядом в Джеюна, который, не сводя с него глаз, сначала медленно поклонился, а затем, отсалютовав двумя пальцами, спустился со сцены и покинул зал. Тогда Чонвону снесло крышу, он не мог ему позволить так просто уйти. Сорвался с места и побежал в гараж отца, чтобы выехать из него на своём любимом мотоцикле прямо за стальным «Генезисом». Поступал резко, необдуманно, но разве можно стоять и смотреть, как над любимым человеком издеваются? Точно нет. Поэтому он сжал ручки мотоцикла и надавил на газ, но ублюдок Джеюн не позволял сравняться с ним, крутил руль то влево, то вправо. И только тогда, когда они выехали в центр города, Чонвон смог объехать машину и поймать его улыбку. Точно псих, которому весь процесс доставлял удовольствие. Они не останавливались, не реагировали на сигналы, на знаки и крики недовольных водителей. Неизвестно, куда ведёт эта погоня, но рано или поздно один из них должен остановиться.

Джеюн резко повернул руль влево, попытавшись выбросить Чонвона на встречную полосу, но он вовремя среагировал и резко тормознул, а затем снова поехал за ним. Но неожиданно выехал машина, закрыв доступ к Джеюну. Он ловко перестраивался с одной полосы на другую и Чонвон держал его ввиду лишь пару минут, однако стальной «Генезис» пропал из поля зрения. Но мотоцикл не остановился, напротив, стрелка на спидометр поднималась выше. Плевать на штрафы, есть лишь одна цель — поймать Джеюна. И потому Чонвон, последовав его примеру, получая на свои действия сигналы объехал все машины, а спустя некоторое время безостановочной езды приехал на пустующий перекрёсток. Он не мог так легко потеряться. Дорога была прямой, без поворотов. Заглушил двигатель, снял с головы шлем и уже хотел слезть, но с левой стороны послышался рёв, включились фары, ослепив, а потом «Генезис» отбросил мотоцикл вместо с его водителем, врезавшись.

Острая боль пронзила всё тело. От сильного удара кружилась голова, в ушах стоял звон. Всё перед глазами двоилось. Чонвон увидел, как Джеюн вышел из машины, услышал повторяющийся смех, а через мгновение его лицо склонилось над ним. Эта чёртова улыбка, как же хотелось её стереть, но он не мог двигаться, всё тело словно парализовало. В попытке спасти Чеён, сам попал в неприятности. Но лучше он, но не она. Чонвону плевать на себя, что с ним случится, какую смерть придумает Джеюн. Он любит Чеён, любит в ней всё без исключения, какой нежной и заботливый становится наедине с ним, как украшает дни своей улыбкой, поддерживает и успокаивает одним лишь прикосновением. Она и есть его покой. И если это последние минуты его жизни, Чонвон мечтал увидеть её в последний раз.

— Чеён-а... — тихо позвал он и кое-как пошевелил пальцами.

— Вы смотрите, я сейчас заплачу, как трогательно, — расхохотался Джеюн и резко перевернул его на спину. Снова острая боль пронзила всё тело. Он опять навис над ним, в свете уличных фонарей блеснул кончик ножа, а пальцы надавили на грудь. — Из-за звёздочки я начал немного изучать медицину. Представляешь, ранение грудной клетки самая опасная, ты можешь легко сдохнуть, но мне интересно, как долго ты пролежишь тут и выживешь ли вообще, — он протолкнул нож внутрь, до самого основания в печень. Из раны начала сочиться бордовая кровь, испачкав пальцы Джеюна. Чонвон закрыл глаза и издал лишь хрип. — Я мог бы вытащить нож, но ты быстро помрёшь. Увидимся, — он похлопал его по щеке, сел в свою машину и уехал, когда глаза Чонвона закрылись. — Прекрасно.