4 Глава

Дэмиен, прошлое

Мне тогда было лет пятнадцать. Я никогда не смогу забыть ее и этот день, ведь только она могла вывести меня из той тьмы, в которой я оказался.

Начало учебного года, первое сентября. Вообще меня нельзя назвать дружелюбным или душой компании, или тем, кто мог болтать без остановки – я всегда сидел один, погрузившись полностью в учебу. Главной целью было сдать экзамены и не провалиться на дно. Но мое спокойствие длилось не вечно.

Урок литературы. К нам в класс влетает веселый, будто на белых крыльях ангела, растрепанный мальчик, с выразительными карими глазами и широкой, даже милой, улыбкой, которая от одного взгляда располагала к себе. С красными цветами в руках, по всей видимости с розами, и с черным бантиком на шее – настоящий подарок, только обертки не хватало. И как бы жизнь надо мной не тешилась, он сел прямо ко мне. Нет! Залетел, как самое сильное торнадо, чуть не опрокинув парту и не сломав школьный стул.

– Я Шервуд. Чего грустишь? Новенький? – Примерно до такой степени стал невидимым. Парень, игриво смеясь, явно не догадывался кто я и что со мной произошло. – Эй, тебя вызывает земля, – не прекращал доставать Шери, легонько толкая в плечо, надеясь на успешный результат. Учебники упали на пол. Многие на это обратили внимание.

– Дэмиен Риверо. А теперь не мешай заниматься, – небрежно бросил я, желая отвязаться от этого типа. Так подумать, настоящий социопат.

– Отлично, никогда тебя здесь не видел. Давай все покажу, познакомлю? И кстати, мы сегодня после школы пойдем играть в баскетбол, поэтому присоединяйся и отказы не принимаются! – Не переставал щебетать Диас, будто это цель его жизни – заговорить каждого до смерти. Я думал, а что, если молчать, и он уйдет, просто пропадет интерес. Вместо этого, парень как ни в чем не бывало разложил свои школьные принадлежности по всему столу, совсем не беспокоясь о моем пространстве. Начал заниматься, ловя каждый взгляд девчонки и заигрывая с ними, вызывая бурю кокетливых смешков. Внутри все больше разрасталось раздражение.

– Мистер Риверо и Диас, вы обсуждаете что-то более интересное, чем новая тема? – Раздался в основном насмешливый, чем злой голос учительницы.

Саманта одна из моих самых нелюбимых преподавателей. Человек-то хороший, но вела себя она, мягко сказать, придирчиво. Как только делала кому-то замечания, то жди беды. Сейчас это было не исключение. Арвен ходила в школу, как на показ мод, каждый день новый образ. Самые безвкусные наряды были именно на ней, будь то бабушкино платье или мешок картошки. Только вот в чем она себе не изменяла, так это высокий пучок с карандашами внутри. Мы всегда смеялись, когда учительница хотела что-то написать, при этом теряя те самые карандаши, говоря, что во всех проблемах виноват наш класс, так сказать бесы в ее святыне. Саманта могла поступить в актерское вместо того, чтобы учить таких балбесов как мы. Как-то она притворилась главной героиней книги Агаты Кристи, объясняя, как нужно прочувствовать произведение, чтобы хорошо написать сочинение, изложение, а когда-то и устный пересказ. Признаюсь, я был готов аплодировать стоя, в этом деле ей равных нет.

– Нет, мисс Арвен, мы внимательно Вас слушаем, – попытался сгладить атмосферу шатен, но он еще не понимает с кем связался. Она еще святую воду не достала с крестом. Я наблюдал со стороны, никак не пытаясь остановить юношу.

– Шервуд Диас, будьте добры, покиньте мой урок и прихватите дружка с собой. На следующее занятие жду доклад о истории литературы девятнадцатого века. Не забудьте взять скотч, вдруг понадобится, и веревки, для надежности. – Спокойно проговорила она, демонстративно открывая дверь кабинета.

Я с негодованием посмотрел на моего нового соседа. Конечно, всем известно, что на ее уроках лишнее движение сделать нельзя, даже глоток свежего воздуха вдохнуть невозможно. Теперь из-за него меня выгнали при всех. Этот момент будет у одноклассников, как шутка, которая пройдется по всей параллели и заденет нас. Моей личности вновь промоют косточки, вытащив еще один пыльный скелет из шкафа.

Как только мне удалось подняться с места, весельчак кладет свою руку мне на плечи и тащит к выходу, на прощание отсалютовав классу. Вот же мачо... Итак, сзади раздается скрип, а за ним хлопок, пути назад нет. Я резко отошел в сторону, буквально отшатываясь, как от огня.

– Дэм, да ладно, не все так плохо. Одним уроком больше, одним меньше, пошли за мной. – Мне пришлось пойти, смотря только под ноги. Старые потрепанные кроссовки, но любимые, значимые. Первая дорогая вещь на день рождения от папы. А что еще оставалось делать? На занятии не посидишь, однако некоторые ходили по коридорам и готовы доложить всем, где и что происходило. Даже докладную или что еще лучше – объяснительную у меня нет никакого желания писать.

Все что я знаю на данный момент – этот подросток принесет столько хлопот и прилипнет, как банный лист, что не оторвешь, не ототрешь. Хотя, через время его присутствие станет просто необходимым.

Мы свернули вправо, сразу оказавшись в кабинете физкультуры. Учитель смылся пообщаться с коллегами, как обычно это бывало. Площадь этого кабинета – огромна. Все блестело, так как пол мыли каждую перемену. На нем больше всего выделялась синяя полоска, которая непонятно для чего здесь. Только, если, чтобы каждый знал за какой цвет играет школьная команда. С другой стороны – размещены трибуны. У нас проходило много соревнований, но я почти никогда не посещал их. По всему периметру стояли кольца для баскетбола, сетка для волейбола, прикрепленная к балке.

Подойдя к самой дальней стене с дверью, Диас вытащил звенящую связку ключей. Видимо стащил у уборщицы, и как маленький воришка отварял замок, пробираясь в заветное место со всем оборудованием. Здесь находилось абсолютно все. Нужна ракетка для бадминтона? В коробке на нижней полке. Теннисный мячик? Пф, да вот, в ящике. Учитель всегда на своих уроках гонял именно меня, чтобы я принес какой-то инвентарь для занятий.

Теперь понятны мысли Шери, точнее, что он хочет сделать. Взяв самый прыгучий баскетбольный мячик, ударив несколько раз об пол, мы побежали на улицу, спотыкаясь об все что можно. Даже невидимый камень успел попасться по дороге.

Площадка, которая располагалась на улице, ничем не отличалась от физкультурного зала. Только она размещалась на свежем воздухе. Вместо деревянного пола – искусственная трава и белые линии. Уборщики изо дня в день убирали его, чтобы мусор не причинил травмы игрокам. А трибуны для болельщиков стали вдвое больше и с двух сторон. По бокам стояли деревья, еще какая-то незначительная растительность. Обычно за кустами прятались те, кто не нашел себе места, но очень хотел посмотреть на игру.

Парень передал мне мяч, принуждая играть с ним. С самого детства, у меня была любовь к этому виду спорта. Лучший друг – Эррон, который буквально научил меня всему и игре в баскетбол. Обучил нападать на противника, забивать первые мячи в кольцо, правильно вести и главное продумывать шаги наперед, вырабатывать стратегию. Я никогда не забуду его черные, как ночь глаза и прическу ежика. Особенно торчащие лохмотья в разные стороны. С ним у нас одна большая и длинная история, которую нельзя запечатлеть на ста страницах книги.

– Ну давай, Риверо, как river, покажи себя! – Кричал через все поле, чтобы я смог его услышать, вызывая самую настоящую радость, искреннюю улыбку. И вот только тогда мальчишеские чувства вырвались наружу, которые так долго скрывал. Будто мне снова десять. Бегал, выигрывал, просто наслаждался жизнью. А парень уже успел избавиться от верхней одежды, оголяя широкие плечи и пресс. Все девочки его, я вас уверяю.

У меня было ровно восемь секунд, чтобы переправить мяч через половину площадки, иначе Шер сможет забрать его. Я бежал посередине поля, слушая удар за ударом, как земля тряслась от них, как ветер заставлял двигаться быстрее, будто ты супергерой с плащом на спине. Боковым зрением заметил, как Диас пытался отобрать мяч, поддаваясь мне, чтобы пробудить азарт. Все, что я вижу – цель. Щит. Корзина. Передача с одной руки на другую. Хаотичные движения. Раз – кольцо передо мной. Два – мяч в воздухе, прыжок... Дыхание перехватило, все замерло... Три – забил трехочковый. Раздались хлопки в ладоши. Я не смог заметить, что прозвенел звонок, и любой ученик смотрел на нас. Шервуд легонько ударил по плечу и потрепал волосы, как брату или маленькому ребенку, который смог сказать свое первое слово. Парень пытался что-то мне сказать, но я будто слышал его через вакуум. Мое внимание привлекла милая семиклассница, выходящая из здания. На плече висел рюкзак, нежно голубой, весь набитый учебниками. Одета в темную юбку, до колен, обтягивающую шикарную талию и белая водолазка, подчеркивающая изгибы тела. Вместо туфель она носила кроссовки, подчеркивая ноги гольфами.

– Не смей этого делать, Одри. Боже, даже не думай об этом! Отцу скажи, да любому, подумают, что у тебя с головой плохо. А еще прекраснее будет то, что в психушку отправят. – Ругалась девушка на всю школу. Ее голос даже в незакрытом помещении отдавался бы эхом. Перемена уже началась, многие вышли погулять, проветрить голову перед сложными уроками. Другие сдавали незакрытые контрольные с прошлого года. Только она и выделялась. Тринадцатилетняя девчонка. На солнце глаза переливались, как два брильянта, разных цветом, едва различимых. В дополнение шли густые волосы, забранные в хвост. Вот было в ней что-то такое загадочное, родное. Нельзя описать словами, как два пазла, должны соединиться в одну общую картинку. – Его уже нет год, живи дальше, пожалуйста, Дауман. Возьми себя в руки.

– Мелкая, может, помощь нужна? – Зачем-то спросил я, только сейчас понимая, что звучал очень глупо. Поднял руку, чтобы помахать. Опять привлекал внимания, да что за день! Девушка обернулась, устало выдохнув. В глазах горел огонь, красное пламя, способное согреть других. На лице дьявольская усмешка. Она говорила собеседнице, что перезвонит позже, прося ее не плакать и движется ко мне. Я повернулся к Шеру, ожидая от него хоть какой-то поддержки, но нет. Он лишь поднял кулачки вверх – в знак того, что мне несдобровать и отходит чуть дальше, надевая рубашку обратно и поднимая свою бабочку с земли.

– Прости, Уголек, что ты только что спросил? – Девушка еще раз обворожительно улыбнулась, проводя линию вдоль моей руки, нежно дотрагиваясь. В ту же секунду, я оказался на траве.

Это произошло настолько быстро, что не смог среагировать. Она замедлила мой мыслительный процесс. Схватив за руку, девушка потянула ее на себя и перекинула мое тело через бедро. При этом она осталась стоять как ни в чем не бывало и смотреть на меня сверху. Мою спину окутала ноющая боль, а плечо болело будто от растяжения. Забудем, что у нас разница в возрасте два года, спишем на эффект неожиданности. Наступила угнетающая тишина. Рюкзак девушки так и остался на скамейке, вдоль которой она проходила, скидывая его с себя. Ее выражение лица не менялось, вот только глаза бегали с меня на толпу, вызывая какую-то бессмысленную панику. Нас снимали, тыкали пальцами, говоря, что меня унизила девчонка. Моя самооценка упала ниже плинтуса, которого и в помине не было.

Еще мгновение. Она просто развернулась и ушла, приподняв подбородок, идя модельной походкой. Но я как заворожённый продолжал смотреть в след, пытаясь понять, что со мной произошло, сверля на прощание в ней дыру.

– Дэмиен Риверо Де Ариа, где тебя черти носят! – А он что тут забыл!? В моей голове крутился именно этот вопрос. Узнав голос того, кто бросил меня в трудный момент.

Эллиот – мой родной отец, сейчас пробирался сквозь толпу заинтересованных школьников. Я очень на него похож, только он намного лет старше и глаза у меня мамины, у отца же они темно-зеленые. Эл перестал улыбаться уже давно, теперь ко всему относился скептически. И фамилия двойная, только потому что папа почитает память жене. Она была Де Ариа, и мужчина наотрез отказывался называть меня лишь Риверо. В разных словарях, да и в истории говорили, что приставка «Де» обозначает «из», то есть из какого рода, поместья или аристократического происхождения.

До всего случившегося мы жили прекрасно. Нет. Я не говорю про деньги или о том, что мог позволить себе все. Наша семья без этого была идеальна. Могла помочь каждому прохожему или нуждающимся человеку. Посещали питомники исключительно для того, чтобы уделить внимание животным. Мне нравилось подрабатывать воспитателем в детском саду. Я всегда мог найти общий язык с детьми и им я тоже нравился. С некоторыми общаемся по сей день. Никогда не было недопониманий, ссор, я не хотел убегать из дома.

Но потом все изменилось. Отец ушел в работу, просто откупался от меня деньгами. Хоть и очень люблю его, но я ушел от Элла к Эррону. Они приняли меня в свою семью, дали крышу над головой, еду и доверили своего мальчика такому неответственному человеку.

Он резко подходит ко мне, наклоняется и я запоминаю эту злобу на его лице. Папа хватает за воротник моей толстовки, грубо поднимая на ноги и встряхивая, осматривал с ботинок до головы, но больше ничего не говорил. Диас уже рвался ко мне, но я выставил руку, заставляя ничего не делать. Родитель только сильнее тащил к своей темненькой лошадке – так он называл любимую машину. Я еле передвигался от шока. Сел в салон и откинул голову на сиденье.

– Зачем ты приехал? – Вопрос сорвался с губ прежде, чем успевал подумать над его смыслом.

Последний раз мы виделись три года назад, почти четыре. Он не писал, не звонил, иногда присылал подарки. Я сильно хотел наладить с ним отношения, но ничего не выходило. Будто детская обида сковала по рукам. Возможно все еще впереди и удастся превратиться в нормальных родных. Однако отец приехал не просто поговорить. Если мы встретились, то у него на это была веская причина. И как только он скажет мне все что хотел – опять пропадет на столько же, делая вид, что меня не существует.

– Хотел увидеть своего сына и пообедать. – Неужели этот мужчина говорил это на полном серьезе. Видимо мои слова его не обижали или он умело это скрывал.

– Давай без этого, что тебе нужно? Только скажи правду, Эл.

– Послушай меня внимательно, Дэми. – Он тяжело сглотнул, повернулся ко мне и начал рассказывать то, что я бы никогда не хотел слышать. – Ты больше никогда не должен подходить к той девчонке ни на шаг. Даже в ее сторону не смотри, не ищи повода встреться, познакомиться. Забудь все, что с ней связано, пока не поздно. – Эллиот схватил за плечи и повернул к себе, буквально сразу отвечая на невысказанный вопрос. – Сынок, папочка этой семиклассницы убил твою мать, так ясно?

– Что..? Она же погибла в аварии! Причем тут маленький ребенок? Хоть понимаешь, как это абсурдно звучит? – Наш разговор не клеился. Он больше состоял из вопросов и моего повышенного тона.

– Дэмиен, ты умный и смышлёный мальчик. Так подумай, почему колесо прокололи? Точнее в него попала не одна пуля. А знаешь, как это случилось? Все просто, какие-то люди устроили нелегальные гонки, только твоя мама попалась им под руку. Полицейский выстрелил в бандитов, но промахнулся, попав в шину. За это ничего ему не было, ведь свели к несчастному случаю.

– Эллиот, но она не ее отец. Девочка никак не связана с полицией или законом. Мелкая не подойдет на улице просто так и не подставит к моей голове пистолет. Она никак не должна отвечать за его поступки! И мне понравился ее задорный характер. Я не собираюсь от нее куда-то уходить и держаться подальше. Никогда и никуда не уйду, пойми, – я оттолкнул его от себя, чтобы дотянуться до ручки, но выход в тот же момент блокируется. – Вивиан и твоя жена мертва, но осталась в наших сердцах. Ей ничем не помочь и никак не вернуть, как бы мне не хотелось. Я тоже ее очень сильно люблю. Не получилось уберечь, потому что не смог. Я виню себя в этом каждый божий день. А ты решил напомнить и забрать еще и это появившиеся счастье в моем существовании. С ней будет все по-другому. Я отдам за нее жизнь, если это будет нужно и неважно, что знаю ее так мало, – уже тише сказал и почуял не одобряющий взгляд отца.

– Не забывай, что она сегодня с тобой сделала. Эта девочка пойдет по стопам своих родителей и этого не избежать. – Больше мне не хотелось с ним говорить, поэтому сам нажал кнопку открытия двери и ушел в противоположную сторону, еще слыша его голос. – Она погубит тебя! Я предупреждал, даже помощи не проси.

– Без проблем, Элли, – последняя фраза, после который мы еще долго не виделись. Не смогли найти подход друг к другу. Иногда родители просто не понимают, что их дети выросли и мыслят по-другому. Сколько бы не ссорились, я знаю одно, он не сдержит свои слова, если попрошу, то он будет рядом, потому что готов. Мне это видно. Но нужен ли он мне сейчас, а не тогда, в десять лет? И сможем ли мы наладить отношения, плюнув на все? Мужчина сейчас не хочет меня слышать и понимать. Ему нужно сделать по-своему, чтобы заставить страдать не только себя. Эллиот всегда любил контролировать всех, кто в списке его родных. Но вот незадача, я унаследовал характер Ви. Она научила поступать по совести, отвечать за те решения, которые приняты лично, обдуманны несколько раз. Мама в детстве пела колыбельные, которые напоминали о ней до моих дней.

Женщина рассказала их историю, отпечатавшуюся в раннем возрасте в голове. Мои родители близко познакомились на выпускном. Тогда Вивиан застала своего уже бывшего парня с новой девушкой. Но она не устроила разборки, просто сидела и наблюдала, как пара танцует. Тот юноша лапал ее, на что спутница улыбалась, прижимаясь ближе к нему, вызывая только рвотный рефлекс. Ви ушла за стаканом воды, но Эллиот остановил, чтобы поднять ей настроение. Тогда он был самым популярным, задиристым. Его боялся сам директор, репутация ходила славная. Грабежи – тут папу подставил давний друг, чтобы не лишиться денег, которые Эл зарабатывал на трех работах. Уличные бои, – один из заработков, только он заранее поставил условия, если деремся, то честно и не насмерть. Потом мелкое хулиганство, – это какая-то компания переоделась под него, чтобы нарушить некоторые законы. Запутанная история. Так, отец почти чист. Мужчина предпочитает меньше рассуждать о прошлом, лишь бы не ранить мою психику, – это просто отговорки. Будто прочитав что-то в глазах матери, берет за руку и выводит в центр танцпола. Они не нашли общий язык с начальной школы. Нельзя их отношения назвать ненавистью, обычная неприязнь, выросшая от каких-то действий, не пришедших по душе. Этот вальс не поменял в них ничего, по крайней мере в Ви, она продолжила учиться дальше, забыв Джека, который целовался с ее подругой на глазах у всей школы. Поступила в престижный университет, получила стипендию и случайно встретила Эли, который помогал украсить здание к его открытию. Тогда отец решил приударить за мамой. Дарил цветы, устраивал внезапные встречи, угощал пирожными.

Устроил шоу фейерверков, лишь бы привлечь внимание. Однако он оставался во френдзоне. Вивиан искренне считала его лучшим другом, помогающим справиться со смертью ее родителей. В один день, Ви уже попадала в автокатастрофу, только тогда смогла уцелеть. Риверо ехал к ней домой и по пути заметил, как знакомая машина врезалась в дерево. Первым делом вызвал вовремя скорую помощь. Затем подбежал к открытому окну. Он не ошибся, любимая потеряла создание. Пульс был совсем маленьким. Быстро подоспели помощники шерифа, точнее Эла, затем и врачи. Они разрешили остаться рядом с Ви. Мужчина держал за руку, боясь сделать лишнее движение. Она только закончила университет. Я всегда удивлялся, насколько нужно любить человека, чтобы добиваться его больше десяти лет. Женщина жива, – это Эллиот узнал через день после бессонной ночи. Тогда Ви что-то почувствовала к моему отцу. Тот ухаживал, запрещал передвигаться, по советам врачей, все сам подавал, параллельно изучая первую помощь, на всякий случай. Виви не против такой заботы. Через время она пошла на поправку. Риверо не стал медлить. На маленьком самолете прикрепил полотно с надписью – «Я тебя люблю». Всего три слова. Из глаз мамы покатились слезы. В палату зашел доставщик, вручая большой букет тюльпанов, которые обожала женщина. На экране телевизора высветилось признание, тогда она окончательно сдалась, поцеловав отца. Он чуть не упал, пока Вивиан вставала, чтобы выключить свет, закрыть шторы и дверь, не отлипая от парня. Они долго ждать не стали. Прошло полгода, сыграли свадьбу, приглашая всех знакомых. Их брак стал самым шумной новостью в городе, от чего приехало куча народа. Оказывается, Ви давно отнекивалась от чувств к Эли, ибо подруги говорили, что из этого ничего не выйдет. С каждым днем сомневаясь в их словах. Девочки давно исподтишка приглядывали за Риверо, фотографировали, заставая парня в разное время суток. Было такое, что мама наняла детектива, лишь бы удостовериться, что муж не прячет продукты в другом доме. Такая вот из них вышла причудливая, но дружная семья. Многие вещи списывали на шутки, от чего стало меньше ссор. От моей мамы у него не было секретов, за то они появились после ее смерти.