Человек в чёрном и договор

Ничего хуже, наверное, и случиться не могло… Но когда нам с Гарри вообще везло? Похоже, у Поттеров это в крови — постоянно находить неприятности. И жертва Макса оказалась напрасной! Эх, как он будет сердиться, когда узнает… Впрочем, сам виноват: попался МакГонагалл, заклинание ослабилось... но не скрою: меня приятно удивил его поступок и я была ему благодарна.

Я задумчиво наморщила лоб, переключаясь на другую, более важную в данный момент тему: исключить нас не исключат. Но Гриффиндору точно не поздоровится. Не знаю, поверит ли теперь профессор МакГонагалл в историю Малфоя о драконе… Но даже если да — ничего не изменится: Норберт уже далеко, в Румынии. Там ему будет хорошо, несмотря на тоску Хагрида.

Внезапно меня накрыла сильная усталость. Ночь была в самом разгаре, давно пора бы лежать в постели и видеть сладкие сны… Я замедлила шаг, прислонившись к стене и прикрыв глаза. Но Филч тут же грубо толкнул меня вперёд, и я едва не упала. К счастью, Гарри успел подхватить меня, наградив завхоза очень недовольным взглядом.

Брат нервничал. Об этом говорили все признаки — взъерошенные волосы, покусанные губы, бегающие глаза и едва дрожащие руки, теребящие ткань мантии. Я слишком хорошо знала Гарри, чтобы сомневаться: он усиленно думал. Гермиона же выглядела словно призрак: обхватив себя руками, с широко раскрытыми глазами смотрела под ноги. Филч наслаждался происходящим — видимо, редко ему выпадало удовольствие поймать студентов после отбоя. Даже миссис Норрис, казалось, хищно скалилась.

Я шла медленнее всех, отчаянно обдумывая план. Что делать дальше?.. Что соврать?..

Филч усадил нас за стол в кабинете трансфигурации и коротко бросил:— Ждите здесь.

Гермиона тут же жалобно заскулила — девочка была на грани обморока. Я крепко сжала её руку, но сказать что-то ободряющее не успела: раздался знакомый голос.

— Лина! Гарри! — взвизгнул Невилл. Я чуть не застонала: а он что тут делает?! — Я пытался вас найти! Предупредить! Слышал, как Малфой хвастался друзьям, что проучит тебя, Лина, и…

Из-за спины Невилла появилась статная фигура профессора МакГонагалл. Я незаметно приложила палец к губам, и Невилл осёкся.

Однако меня куда больше беспокоила МакГонагалл: профессор была готова рвать и метать. Её глаза метали молнии, а ноздри так раздувались, что, казалось, вот-вот вырвется пламя.

Я нервно оглянулась: где же Макс? И Драко?

— Профессор, они не виноваты! — вскочила я. — Пожалуйста, не наказывайте их! Всё это...

— Сядьте, мисс Поттер, — ледяным тоном отрезала МакГонагалл. Я даже не пискнула, когда Гарри дёрнул меня за рукав и усадил обратно.

— Я не ожидала от вас подобного, — тихий, холодный голос профессора заставил мою кожу покрыться мурашками. — Филч сообщил, что вы трое, а я, полагаю, и мистер Файер тоже, были на астрономической башне. В час ночи. Объяснитесь!

Рука Гермионы дрожала, как осиновый лист, и она громко всхлипнула. Я приобняла подругу, но сама лишь опустила глаза, не находя слов. Гарри молчал, сверля невидящим взглядом портрет какого-то волшебника, мирно дремавшего на золотой подушке рядом. На Невилла я смотреть не решалась.

МакГонагалл взорвалась:— Как вы посмели покинуть гостиную после отбоя, да ещё и в такое время! Это вопиющая дерзость!

Она всплеснула руками, но вскоре немного успокоилась и прищурилась:— Думаю, я прекрасно понимаю, что здесь происходит, — прошипела она. — Вы скормили глупейшую байку о драконе Малфою, а он клюнул! Да ещё и Долгопупс повёлся на вашу удочку! Это отвратительно! Хогвартс учит своих студентов совсем другому!

Несмотря на её крики, я ощутила облегчение: лучше пусть мы будем нарушители правил, чем законов. Наконец я подняла глаза. МакГонагалл выглядела устрашающе: то бледнела, то покрывалась красными пятнами, руки её дрожали от ярости, а из некогда безупречной причёски выбилось пару седых прядей.

На Невилла было жалко смотреть: он стоял растерянный, перепуганный, словно котёнок, бесцеремонно выброшенный на обочину.

— Что ж… — МакГонагалл с усилием выдохнула. — Все вы будете наказаны. И не только дисциплинарным слушанием. С каждого снимается по пятьдесят баллов.

— Пятьдесят?! — Гарри выдохнул так, словно его ударили.

— Именно, Поттер, — холодно кивнула МакГонагалл.

Я уже ничему не удивлялась. Голова гудела, веки слипались, мышцы налились свинцом. Рядом дрожала Гермиона, а где-то далеко-далеко в плотной коробке летел в Румынию дракон. И всё это — по нашей вине. Неужели я во сне?

Когда-то, живя у Дурслей, я не могла даже представить, что со мной случится подобное. Но и тогда, и сейчас я не имела права терять силу и надежду.

— Профессор… — осторожно начала я. — Пятьдесят — это же так много… может быть…

— Никаких «может быть», мисс Поттер! — рявкнула МакГонагалл.

— Профессор, пожалуйста… — всхлипнула Гермиона.

— Вы не можете! — начал Гарри, но тут же осёкся.

— Не говорите мне, что я могу, а что нет, Поттер! — резко отрезала МакГонагалл. — Быстро по спальням!

Я заснула мгновенно, крепким и тяжёлым сном. Всю ночь меня мучили кошмары. Мне снилось, что ученики Гриффиндора, некогда восхищавшиеся мной, теперь смотрят с ненавистью. Никто не хочет общаться ни со мной, ни с Гарри. Всё как в старые времена…

Картинка сменилась: Макс Файер сверлит меня своими небесно-голубыми глазами и отворачивается. Драко Малфой насмехается: «Ты выбрала не ту компанию, Поттер».

А потом — плач. То ли младенца, то ли взрослого. Нет… это смех. Смех мужчины и плач ребёнка, сплетённые в один жуткий звук. Зелёная вспышка. Женщина на полу спальни. И всё тот же плач… и смех.

Я проснулась на рассвете с прерванным дыханием и капельками пота на лице. Тихо поднялась и на цыпочках пошла в ванную, сжимаясь от липкого страха. Трясущимися руками упёрлась в раковину и взглянула в зеркало.

Оттуда на меня смотрело чудовище: копна тёмно-рыжих спутанных волос, кровожадная улыбка и глаза — не карие, а почти чёрные, бездонные глазища. Я моргнула — и всё исчезло. В отражении осталась лишь испуганная девочка с лихорадочно блестящими карими глазами и растрёпанными волосами.

Я умыла лицо холодной водой и вернулась в спальню. Все девочки спали, хотя Гермиону всё ещё подёргивало во сне. Не теряя ни секунды, я схватила со стола альбом и заточенный карандаш. Судорожно принялась рисовать. Хотя «рисовать» — не то слово: карандаш словно сам выводил на бумаге тяжёлые, кривые линии.

Только через час я отложила его и с отвращением уставилась на появившийся рисунок: тёмный, костлявый силуэт мужчины с длинной уродливой рукой, тянущейся куда-то вниз. Этот образ никак не вязался с прежними солнечными, яркими рисунками. Будто он был создан не моей рукой.

Я вырвала лист из альбома — не дай Мерлин, кто-то увидит! — и со всей силы швырнула в мусорное ведро. Это движение отняло остатки сил. Я заснула прямо в обнимку с альбомом.

---

Но мои худшие кошмары всё же сбылись — пусть и не полностью. На следующее утро наша жизнь изменилась. Всё повторялось. Я словно опять оказалась в магловской школе: косые взгляды, злые усмешки, шёпотки за спиной, внезапно обрывающиеся разговоры. Я остро ощущала дежавю… не хватало только Дадли, окунающего меня головой в школьный унитаз.

Драко Малфой теперь и вовсе избегал моего взгляда, будто я перестала для него существовать. Впрочем, я и не пыталась привлечь его внимание. Намного больше меня беспокоил Макс: после нашей последней встречи я так и не успела с ним поговорить и теперь совершенно не знала, что он обо мне думает. Да и думает ли вообще?..

Гермионе и Невиллу тоже доставалось. Невилл, привыкший быть невидимкой, вдруг оказался объектом насмешек: в коридоре его то и дело толкали или давали оплеуху. Гермиону же просто перестали замечать: Лаванда и Парвати не разговаривали не только со мной, но и с ней. Правда, куда сильнее её мучила мысль об отнятых очках — девочка не могла смотреть на почти пустые песочные часы Гриффиндора.

Лишь Рон, которому тоже неожиданно объявили бойкот, служил поддержкой.

— Фред и Джордж получали уйму штрафных баллов за свои проделки, — успокаивал он. — Но их всё равно любят. Через пару недель всё уляжется, вот увидите.

— Или через пару месяцев, — мрачно пробормотала я.

Перед глазами всплыл давний случай: на уроке физкультуры в магловской школе я неуклюже упала на одноклассниц, повалив их прямо в грязь. Какой же тогда разгорелся скандал! Два месяца мне припоминали этот случай, а кто-то даже снял его на телефон. Все эти два месяца я згорала от стыда.

— Но ведь Фред и Джордж никогда не получали минус двести очков сразу? — уныло уточнил Гарри.

— Нет, — признал Рон.

Я тяжело вздохнула и уткнулась в учебник.

---

Прошла неделя. С нами всё ещё никто не разговаривал. Это было похоже на ад. Мне хотелось зажать уши и закрыть глаза, словно маленькому ребёнку, лишь бы не слышать мерзкий шёпот. Не видеть презрительных взглядов. Даже Пуффендуй и Когтевран отвернулись: ведь все так надеялись, что в этом году Кубок достанется кому-то кроме Слизерина.

Кстати о слизеринцах… они наслаждались провалом Гриффиндора. За пределами занятий то и дело хлопали нас с Гарри по плечу, благодарили с издёвкой, их глаза пылали насмешливым огнём.

Было невероятно больно и унизительно. Чем же Хогвартс теперь отличается от прошлой школы, кроме наличия магии?

Мы втроём — я, Гарри, Гермиона и Рон — стали ещё больше времени проводить за учёбой. Сразу после занятий шли в библиотеку: делали там домашние задания, читали дополнительную литературу, выходили только на ужин и возвращались в спальни ближе к отбою.

Но в тот вечер мне было неспокойно. Душу грызло тяжёлое, гнетущее чувство. Домашние задания были сделаны, книги прочитаны. Рон и Гермиона ушли в библиотеку, Гарри отправился прогуляться по замку, а я решила выйти во двор.

Хотелось вдохнуть свежего осеннего воздуха. Может быть, даже что-то нарисовать — ведь после того ужасного рисунка я больше не брала в руки карандаш. Может, природа сумеет развеять тот мрачный образ, что засел в моей голове.

На ходу наматывая шарф и поправляя шапку, я выбежала во внутренний дворик. Там, к моему удивлению, было пустынно: никто не хотел задерживаться на улице в ожидании темноты.

Я прошла к Чёрному озеру и попробовала воду. Совершенно ледяная. Странно, как ещё инеем не покрылась.

— Смотри, не упади! — насмешливо отозвались сзади.

Я вздрогнула и, правда, чуть не свалилась прямиком в озеро. К счастью, меня придержали за локоть.

— Эй, поосторожнее, — ухмыльнулся Макс.

— Я испугалась, — проворчала я. — Откуда ты взялся? Я совсем не слышала твоих шагов.

Файер пожал плечами.

— Я всегда прогуливаюсь тут вечерами, — сказал он, глядя куда-то вдаль. — Тут красиво. По вечерам мало народу.

— Тебе не нравится находиться в компании? — спросила я. Мне очень хотелось отсрочить обсуждение казалось бы главной темы. К тому же, мне и правда было интересно, что за человек Макс Файер.

Мальчик поморщился.— Не то чтобы не нравится... Просто больше люблю быть одному. Разве это плохо?

— Нет, наверное, — я задумчиво пожала плечами. — Как же ты тогда очутился в Гриффиндоре?

Макс ничего не ответил. Молча уселся на траву, оперевшись на старый дуб, и отвернулся. Я осторожно присела рядом, стараясь не слишком заглядываться на его ровный профиль.

— Ты, мисс Поттер, вряд ли поймёшь, — медленно выговорил Макс, словно обдумывая каждое слово. — Раньше ты ведь была чуть ли не самой любимой девочкой в школе.

В его словах не было зависти — Макс констатировал сухой факт.

Я хмыкнула.— Так было не всегда, знаешь ли, — я вздёрнула нос. — Когда я училась в магловской школе, меня все презирали и обходили стороной. Да и дядя с тётей тоже были... не подарком. Не хочу показаться нытиком, но точно могу сказать одно: в том мире все меня ненавидят. И сейчас всё повторяется. Все недружелюбно косятся... когда я вхожу в комнату, смех затихает. Снова.

Я не заметила, как перешла на быстрый шёпот, обхватив согнутые колени. По моей щеке уже катилась слеза, а Макс внимательно изучал моё лицо. Он дёрнулся, но тут же опустил глаза — впервые с тех пор, как мы встретились.

— Знакомо, — тихо сказал он.

— Я думала, у тебя много друзей, — утирая слезу, призналась я.

— Какой там! — неожиданно Макс горько улыбнулся. — Я ведь Файер. А знаешь ли, репутация у моей семьи не такая уж и хорошая для гриффиндорцев, пуффендуйцев, когтевранцев. Ну и поступление на Гриффиндор мне репутации не повышает в глазах слизеринцев. Но в этом случае я ни на что не жалуюсь.

— Ты не любишь свою семью?

— Я её ненавижу, — процедил Макс, и взгляд его будто только сейчас прояснился. — Чёрт! И зачем я только тебе это рассказываю!

Файер резко подскочил на месте, вновь превращаясь в того грубого и самодовольного мальчишку, которого я когда-то встретила в лавке у Олливандера. Макс круто развернулся и понёсся прочь, оставив меня возле Чёрного озера одну.

---

В библиотеку я вернулась всего через несколько минут. Гарри, Рон и Гермиона сидели всё за тем же столом, но что-то было не так... последние выглядели так, будто только что узнали, что завтра наступит конец света, а изумрудные глаза брата лихорадочно блестели.

— В чём дело? — недоумённо спросила я.

— Гарри только что подслушал разговор Снейпа и Квиррелла в каком-то кабинете! — выпалил Рон, и я невольно раззинула рот от изумления.

— В общем-то Гарри точно не видел, что Снейп был там, — заметила Гермиона.

— Но вид у Квиррелла был такой затравленный, словно он призрака увидел. Так, Гарри?

Брат утвердительно кивнул.— А вторая дверь в кабинете как раз была распахнута настежь. Там точно был Снейп!

— Так и что в итоге подслушал? — с живым интересом спросила я, садясь за стол.

— Да, в общем-то, ничего конкретного, — поморщился брат. — Но вид у Квиррелла и правда был испуганный. Он чуть ли не плакал!

— Значит... — от догадки, которая пришла в голову, мне вдруг стало нехорошо. Я осела на скамью и провела рукой по волосам.

— Квиррелл проговорился, — мрачно закончил Гарри.

— Но ведь ещё осталось обойти Пушка?.. — неуверенно предположила я.

— Скорее всего, Снейп уже давным-давно вычитал в одной из книг, как пройти мимо трёхголового пса... — грустно изрёк Рон, обводя взглядом стеллажи с книгами.

— Нужно идти к Дамблдору! — твёрдо заявила Гермиона.

— У нас нет доказательств, — обречённо сказал Гарри. — Квиррелл слишком напуган, чтобы признаться, а Снейп может просто сказать, что он ничего не знает ни о собаке, ни о других чарах, защищающих философский камень. И как вы думаете, кому поверят: ему или нам?

— Ага, — Гермиона согласно кивнула.

— А может, изготовим эликсир правды? — предложила я, не желая опускать руки. — Подсыпем Снейпу в еду за завтраком — и хоп! Всё как миленький расскажет!

— Точно! — охотно поддержал Рон. — А если провести расследование...

— Нет, — вдруг резко прервал Гарри, выразительно глядя на меня и Рона. — Хватит с нас расследований...

И он уткнулся в учебник по астрономии, пока мы с Роном в растерянности переглядывались.

---На следующее утро ровно в 8, мне, Гарри и Гермионе передали записки. С этой подготовкой к экзаменам я совсем забыла про это наказание! Судя по записке, нам нужно было подойти к выходу из школы ближе к 11 часам, где нас будет ждать Филч! Я ещё больше поникла. Мало того, что придётся идти по темноте неизвестно куда, так ещё и в компании Филча!

Рон сочувственно похлопал меня по плечу и передал целую тарелку с шоколадным печеньем.

— Заешь стресс, — посоветовал он.И я, тяжело вздыхая, взяла в руку целую горсть печенья.

На следующее утро ровно в восемь нам с Гарри и Гермионой передали записки. С этой подготовкой к экзаменам я совсем забыла про наказание! Судя по записке, нужно было подойти к выходу из школы к одиннадцати, где нас ждёт Филч. Я ещё больше поникла. Мало того, что придётся идти в темноте неизвестно куда, так ещё и в компании Филча!

Рон сочувственно похлопал меня по плечу и пододвинул целую тарелку с шоколадным печеньем.— Заешь стресс, — посоветовал он.

Я тяжело вздохнула и взяла в руку целую горсть печенья.

---

Вечером, слёзно попрощавшись с Роном, мы с Гарри и Гермионой направились на улицу. Филч уже ждал там — улыбался во все тридцать два зуба, но, к счастью, его излюбленной кошки на этот раз не было. Зато возле завхоза топтались два мальчишки, сверля друг друга уничтожающими взглядами. Я встрепенулась: да это же Макс и Драко! Я и забыла, что они тоже провинились. Завидев меня, Малфой снисходительно прищурился, а Файер даже не взглянул — наоборот, отвёл глаза и ещё больше помрачнел. Наверняка ему было стыдно за своё поведение у озера.

Я невольно фыркнула. А ведь он только-только начал открываться мне! Ненормальный какой-то... Неужели трудно вести себя как обычный человек? Заводить друзей, делиться секретами, общаться — ведь это такие простые вещи! Но Максу они, похоже, чужды...

Через несколько минут показался Невилл, но я почти не обратила на него внимания. Мы двинулись вперёд: в кромешной темноте я едва ли видела свои ноги.

— О-о, надеюсь, это наказание отобьёт у вас желание нарушать правила! — хищно протянул Филч.

Я машинально дёрнулась, споткнулась о какой-то камень и чуть не упала на холодную землю, но кто-то крепко придержал меня за плечо. Темнота скрыла его лицо, но я всё равно почему-то покраснела.

— Прогулка в Запретный лес — отличное наказание для таких разгильдяев, как вы! — с наслаждением продолжил завхоз. Мы с Гарри переглянулись. Запретный лес?! Они что, хотят нас угробить, а не наказать?! — Хотя раньше всё было куда лучше! Ученика привязывали за запястье к потолку! Господи, как я соскучился по крикам...

Я поёжилась. Хорошо ещё, что мы не застали то время.

— В Зап-претный лес? — дрожащим голосом переспросил Невилл, шмыгнув носом.

Макс насмешливо фыркнул, а Малфой — я готова была поклясться! — с презрением наморщил нос. Но в следующее мгновение остановился, будто только что осознал сказанное Филчем.

— В лес?! — повторил он слова Невилла. — Нам нельзя туда ходить! Это опасно! Там водятся... оборотни!

— Ты что, в штаны наложил, Малфой? — хохотнул Макс. Вот кто был совершенно спокоен! Видимо, Файер видал в жизни вещи и похуже, раз даже оборотни его не пугали.

Драко в ответ что-то прошипел, а впереди тем временем показалась хижина Хагрида. Лесничий уже стоял на крыльце, нетерпеливо вглядываясь в темноту. Я облегчённо вздохнула: раз рядом Хагрид — бояться нечего.

Мало того, я вдруг повеселела.— Хагрид! — звонко воскликнула я и кинулась его обнимать.

Хагрид добродушно улыбнулся, потрепав меня по макушке. Но его глаза были опухшими: наверняка плакал из-за Норберта...

— Вы не развлекаться сюда пришли, девочка, — язвительно заметил Филч. — Уж поверь мне.

Я тут же помрачнела и отошла к друзьям. Какой же все-таки гад этот Филч!

— Да и вообще ты бы с ними не любезничал, Хагрид! — проворчал завхоз. — Они на наказании, а не на чаепитии, не забывай!

— Так чего же вы тогда опаздываете? — нахмурился лесничий. — Небось лекции бедным детишкам читал? Не твоё это дело, понял?

— Я вернусь на рассвете, — надменно бросил Филч и едко добавил: — Заберу то, что от них останется.

И он ушёл.— Неприятный тип, — покачал головой Макс.Хагрид одобрительно хмыкнул.

— Я в лес не пойду! — испуганно выпалил Малфой.

— Да что ты, в самом деле, как девчонка? — продолжал издеваться Файер. — Хотя нет... даже девчонки будут посмелее. Но ты не волнуйся, — добавил он ласковым тоном, — оборотни тебя и есть не станут, сдохнут сразу... Ну-у, а в крайнем случае ты сгодишься за хороший щит.

— За «девчонку» вмажу! — багровея, прорычал Малфой. — Если мой отец узнает, куда нас заставляют идти...

— То сказал бы, что в Хогвартсе все делают то, что велят! — сердито вмешался Хагрид. Спор явно ему не понравился. — Но если тебе так хочется, чтобы завтра Люциус Малфой увидел тебя на пороге дома, то собирай вещи хоть сейчас!

Малфой мучительно покраснел, отвёл глаза, но остался стоять.

— На том и решили, — кивнул Хагрид и потёр руки. — Значит так! Работёнка не из лёгких, так что слушаем внимательно и идём за мной! Не разбегаемся! Мне не надо, чтобы с вами что-то случилось.

Хагрид подвёл нас к самой кромке леса. Я с интересом уставилась на высокие кроны деревьев — в лунном свете они казались по-настоящему волшебными. Смогу ли я такие нарисовать? Надо будет попробовать…

Кожей я почувствовала, как задрожали руки у Гарри. Не раздумывая ни секунды, обняла брата за плечи — он ответил тем же. Так хотя бы теплее… и не так страшно. К моим коленям прижался Клык, и я окончательно согрелась.

— Видите следы? — Хагрид показал куда-то вперёд. Я прищурилась: впереди, на земле, светились хаотичные, неоновые пятна какой-то жидкости.— Это кровь единорога, — объяснил он. — Кто-то ранил беднягу. Надо его найти. Либо помочь, либо добить.

— А если то, что ранило единорога, найдёт нас? — дрожащим голосом спросил Малфой.

— Пока вы со мной и Клыком, вам бояться нечего, — покачал головой Хагрид. Он подошёл ближе к следам, нахмурился. — Слишком много крови… Единорог, похоже, уже несколько дней бродит подбитым. Придётся разделиться на две группы.

— Я возьму Клыка! — тут же вскинулся Малфой, не сводя взгляда с пса, который всё ещё тёрся у моих ног.

— Хорошо, — неожиданно легко согласился Хагрид. — Но смотри, псина трусливая, по лесам шататься не любит. Так… Невилл, Макс и Драко — с Клыком. Гарри, Гермиона, Ли…

— Нет, я лучше с мальчишками, — перебила я, перехватив два изумлённых взгляда Гарри и Гермионы. Я украдкой посмотрела на Невилла: мальчик дрожал от страха. А если вдруг Малфой и Файер сцепятся? Кто тогда защитит Невилла? — Берите его с собой, а я присмотрю за этими оболтусами.

Невилл благодарно глянул на меня и отошёл ближе к Гарри. Я же, вздохнув, посмотрела на двух будущих спутников: оба изучающе смотрели на меня.

— Это правильно, — кивнул Хагрид. — Если найдёте единорога — посылайте в небо зелёные искры. Умеете? Хорошо. Если опасность — красные, мы тут же примчимся.

Пока он говорил, Гарри подошёл ко мне, взял за руку:— Ты точно уверена, что не хочешь идти с нами? — обеспокоенно спросил брат.

— Уверена, — твёрдо ответила я, сжала пальцы его руки и выпустила ладонь.

Мы с Драко, Максом и Клыком посеменили вглубь леса.

---

Всю дорогу я мысленно проклинала себя. Кто меня за язык тянул, идти с Файером и Малфоем? Но раз уж решилась — отступать поздно.

Мальчишки раздражали всю дорогу своими подколками. Особенно Макс: то и дело отпускал шуточки про Малфоя — его внешний вид, характер, факультет. Гриффиндор и Слизерин всегда враждовали, но меня удивляло, что Макс — Макс Файер, у которого почти вся семья училась на Слизерине (если верить Рону), так ненавидит слизеринцев. Или дело было лично в Малфое? Понятно одно — с семьёй Макс явно не ладил.

Погружённая в мысли, я не заметила торчащий из земли корень и успешно споткнулась. На счастье меня поймали: Малфой и Файер крепко поддержали с обеих сторон.

Я вспыхнула до корней волос и тут же высвободилась. Малфой ухмыльнулся, а лица Макса я не видела.

Ещё немного мы шли молча, пока не началась очередная перепалка. Я, всё ещё красная, взорвалась:— Может, хватит уже? — прикрикнула я. — Давайте лучше займёмся поисками единорога.

— А чем мы сейчас занимаемся? — язвительно спросил Макс, уныло оглядывая следы. — Если честно, я тоже не в восторге бродить по лесу в поисках существа, которое может быть где угодно!

— Согласен, — Драко надменно кивнул и неожиданно подмигнул мне. — Надеюсь, это наказание научило тебя, Лина, что с неправильными людьми лучше не связываться.

Макс громко фыркнул.

— А ты вообще ничего не понимаешь! — взбрыкнулась я, наградив слизеринца уничтожительным взглядом.

— Мой отец обязательно узнает об этом, — проигнорировал он меня и гневно продолжил: — И вообще, это работа прислуги! А мы — ученики! Я думал, нас заставят чистить кубки… писать строки… Ч-чёрт, а это что?

Драко замер. Мы с Максом остановились, настороженно оглядываясь. В руках у Файера уже была зажата палочка. Я тоже достала свою и машинально сжала кулон.

Лес стал ещё мрачнее: ветер усилился, кроны зловеще закачались. Где-то справа закаркали вороны, а из-за туч показался серебристый диск луны. Вороны — предвестники смерти… — вспомнила я цитату из книжки и поёжилась.

Вдруг справа раздался треск веток, ломаемых сучьев — будто сюда шла целая стая. Я уже подняла палочку, собираясь послать предупредительные искры, но Макс удержал меня за запястье. Его руки были ледяными и я невольно покрылась мурашками. Неужели он так замёрз?

— Не надо, — прошептал он мне в макушку. — Только привлечём их внимание.

Малфой тут же вклинился между нами, с недовольным видом взял меня за руку — словно делал одолжение — и повёл к кустам.

Я быстро высвободилась. Макс, не успела я и глазом моргнуть, оказался рядом. Мы втроём, как перепуганные зайцы, выглянули из-за тёмно-зелёных колючих веток.

Впереди виднелись то ли люди, то ли звери: таких я видела только на рисунках в сказках. Вверху — обычные мужчины с голыми торсами, но стоило опустить взгляд — и бац! — тело и копыта лошади.

— Кентавры… — тихо прошептал Макс.

— Но что им тут надо? — спросила я.

— Темнота, — хмыкнул Файер. — Кентавры тут живут. Считают лес своей территорией. А вот чужих не терпят...

— Может, это они убивают единорогов? — предположила я.

— Тогда что они сделают с нами? — дрожащим голосом спросил Малфой.

— На костре пожарят, что-что, — снова хмыкнул Макс, за что получил от меня тычок в рёбра.

— Может, попытаемся тихо уйти? — предложила я.

Но в следующую секунду мы замерли: кентавры сорвались с места — слава Мерлину, в другую сторону.

Когда последний скрылся, Малфой облегчённо выдохнул:— Скоро отчислюсь с такими наказаниями.

— Если доживёшь, — заметил Макс. — Да и вообще все будут только рады…

Он сказал это тише, но Драко всё равно услышал. Я едва сдержала улыбку: как дети, честное слово!

Драко явно заметил, как я развеселилась и разозлился ещё больше. У него покраснели уши и не говоря ни слова слизеринец резко метнулся к Файеру и ударил его по уху. Сперва Макс опешел, но тут же пришёл в себя: размахнулся и врезал Малфою кулаком в живот. Драко сложился пополам, закашлявшись. Очухавшись, слизеринец с гримасой ненависти набросился на гриффиндорца, целясь ему в нос. Они покатились по грязной земле, молча обмениваясь тумаками.

Сначала я остолбенела. Я понимала, что такое возможно, но черт, — они же не в первом классе!.. Макс и Драко катались по земле, как два диких зверя! На их одежду и волосы налипла грязная листва. Я металась вокруг, пытаясь образумить их, но боялась кричать, чтобы не привлечь внимания тех же самых недружелюбных кентавров. Но мой рассерженный рассерженный шепот не давал результатов.

Оставив уговоры, я подбежала к ним, и попыталась разнять — но получила по носу. Обиженно ахнув, я отшатнулась: из носа тонкой струйкой потекла тёплая кровь. Но мальчишки так увлеклись дракой, что сбили меня с ног! Я ударилась о какую-то корягу и в глазах потемнело. Последнее, что я помнила, — отчаянно гавкающий Клык, красные искры и пара голубых глаз, оказавшихся неожиданно близко.

---

— Фух, очнулась!Я сидела на удивительно тёплой траве. Чьи-то руки бережно придерживали меня за плечи, в нос ударил запах хвои и сырой земли. Сознание быстро прояснилось. Я вскочила и первым делом проверила нос: всё было в порядке, никакой крови.

Следом поднялся Гарри.— Ты как? — спросил он. В глазах брата плескалась тревога и даже страх.

Рядом тут же оказалась Гермиона. Подруга, ни говоря ни слова, крепко стиснула меня в объятьях и я окончательно вернулась в реальность.

— Всё в порядке, — смущённо пробормотала я, когда Гермиона отстранилась.

— Эти гады тебя чуть не убили! — подруга мстительно сощурилась. — Слава Мерлину быстро среагировали... подумать только, а я ведь ещё и дружила с Максом!

Мальчишки стояли чуть поодаль. Вид у них был ещё тот: побитые, растрёпанные, с помятыми мантиями — ну точно дети! Или местные гопники.

Хагрид был вне себя от злости. На моих глазах великан отвесил им обоим по крепкому подзатыльнику. Макс и Драко покачнулись, едва не упав, а Хагрид принялся громогласно их отчитывать. Глаза его сверкали, волосы стояли дыбом, губы дрожали от ярости — сейчас лесничий мог напугать кого угодно. Хагрид остановил свою тираду — очевидно набирая воздух в легкие, чтобы ее продолжить — и я уловила глухое рычание Клыка. Я поёжилась, вспомнив злобных псов тёти Мардж.

— Когда я узнаю, кто из них тебя ударил... — процедил сквозь зубы Гарри.

— А я помогу узнать! — поддакнула Гермиона.— И Рон наверняка не откажется...

— Не надо, — нахмурилась я. — Это случайность.

— Случайность или нет, а профессор МакГонагалл точно об этом узнает! — отрезала Гермиона.

Я вздохнула и пожала плечами. Честно говоря, я всё ещё была в шоке: раньше никто и никогда не смел меня бить. Даже Дадли до такого не опускался! Да, были насмешки, издёвки, дёргание за волосы. Но чтобы избиение… никогда.

— Ну погодите у меня! — ворчал Хагрид, волоча мальчишек за уши прямо ко мне. Вид у них был жалкий. — Извиняйтесь немедленно!Буркнув короткое «Прости», Драко и Макс злобно переглянулись. Хагрид тут же отвесил им ещё по подзатыльнику.— И чтоб никаких драк больше! Поняли? — тяжело вздохнул он. — И так из-за вас кучу времени потеряли. Так, Гермиона, Невилл и Драко — со мной. Гарри, Макс и Лина — с Клыком. Но помянити моё слово, Файер и Малфой: ещё хоть один проступок, драка или нелепый розвгрыш — и я самолично прошу Филча привязать вас за руки в подземелье!

---

Мы шли молча, причём Макс держался чуть в стороне. Я не видела его лица: мальчик опустил голову, уставившись себе под ноги. Видимо, Файеру было стыдно, что он вовлёк в драку девчонку. Я неожиданно развеселилась: неужели в этом самодовольном наглеце наконец-то проснулась совесть?

Гарри крепко держал меня за руку, то и дело уничтожительно поглядывая на Макса. Клык семенил рядом, помахивая хвостом. А я улыбалась как дура. Обстановка была напряжённой и до ужаса неловкой.

Мы погружались в лес все глубже. Деревьев становилось больше, становилось все темнее, а в каждом уголке слышались какие-то звуки. Я то и дело оборачивалась, нетерпеливо крутила головой во все стороны, ускоряла шаг: ну где же этот единорог?!

Когда деревья окончательно преградили нам путь, Гарри неожиданно потянул меня куда-то вправо. Мы втроём вышли на поляну: она была залита светящейся кровью, а в середине лежал... единорог! Выглядело это поистине трогательно и волшебно: мёртвое, сказочное существо с длинными ногами и перламутровой шерстью, с величественно раскрытыми глазами, смотрело прямо на луну.

Макс подошёл поближе, а я тут же отшатнулся, прищурившись: впереди задрожали кусты. Мы с Гарри переглянулись, а Макс тут же вытащил палочку.— Кто там? — спросил он уверенно и жёстко, и я невольно восхитилась его храбростью.

На поляну вышло существо, закутанное в чёрный плащ. Лица незнакомца (или животного?.. ) видно не было, и я невольно окрестила его «человеком в чёрном». Он осторожно подошёл ближе, будто присматривался к нам, и Макс тут же выкрикнул заклятие:— Вспыхни!

Но ничего не произошло. Человек в чёрном с лёгкостью отбил заклинание и быстрыми шагами направился к нам — ко мне и Гарри, проигнорировав Макса. Мальчик кинулся защищать нас, пока мы с братом замерли от ужаса.

Неожиданно меня пронзила боль: острая, жгучая, будто в голове взорвалась бомба. Гарри схватился за шрам, и мы оба повалились на землю.От боли было трудно соображать: перед глазами всё расплывалось, смазывалось. Я различала тёмный силуэт Макса. Мальчик выставил какой-то щит? Но откуда он знает такое заклятие? Нет же! Это не Файер! Это... это мы с Гарри.

Мой кулон, как и его кольцо, сверкали ярко-красным, окутывая пространство алым куполом. Макс послал в воздух несколько красных искр, и я уж было подумала, что всё закончилось, как вдруг впереди послышался звук копыт. До боли знакомый.

И боль ушла. Я с недоумением села на земле, не совсем понимая, что сейчас произошло. Человек в чёрном; дикая боль; алый купол... и снова этот кулон.

Тем временем кентавр помог мне и Гарри подняться, с интересом вглядываясь в наши лица.— Вы дети Поттеров, — уверенно заявил он. — С вами всё в порядке?— Д-да, — отозвались мы в один голос.— Что же это было? — я с ужасом огляделась, но человека в чёрном и след простыл.

Кентавр покачал головой.— Сейчас вам лучше покинуть лес. Я — Флоренц.

Тем временем Хагрид, Гермиона и Невилл неслись к нам со всех ног. Чуть позже показался и хмурый Малфой.— Гарри, Лина, с вами всё в порядке?! — обеспокоенно спросила Гермиона, налетев на нас с объятьями.

Мы с братом молча кивнули, всё ещё переваривая произошедшее. Пока Флоренц докладывал Хагриду, что произошло, я отошла к Максу.

— Значит, тот человек убивает единорогов... — прошептала я.

Макс мрачно фыркнул.— Если это человек, — сказал он с нажимом. — Знаешь, зачем убивают единорогов, темнота? Чтобы повысить жизненную энергию. Говорят, кровь единорога может спасти волшебника, даже если он на грани смерти. Но тот, кто выпьет её, будет проклят всю оставшуюся жизнь.

— Уж лучше смерть, — я нахмурилась. — Зачем жить проклятую жизнь? Кто на такое согласится?

— Это мне и интересно. Ты как вообще? В порядке? Сильно испугалась?

Я удивлённо уставилась на мальчика.— Всё в порядке, спасибо...

Но Макс, словно только что пришёл в себя, снова напустил на себя равнодушный вид и отошёл в сторону.

---

В замок мы вернулись далеко за полночь. И — вот радость! — в общей гостиной нас ждал Рон. Мальчик, развалившись в кресле, мирно сопел, смешно сморщив нос. Гарри грубо потряс его за плечо, и тот тут же очнулся, бормоча что-то про квиддич.

Я, борясь с дремотой, присела на диван. После всех этих переживаний спать хотелось ужасно — хорошо, что завтра выходной: можно проспать хоть целый день. Чем, похоже, я и займусь.

Гарри, однако, был слишком взбудоражен, рассказывая то, что с нами произошло несколько минут назад. Таким я его ещё не видела: он то вскакивал с места, размахивая руками, то дёргал ногой от волнения, то и вовсе расхаживал туда-сюда, взъерошивая и без того растрёпанные волосы. Он рассказывал всё с такой страстью, что Рон то и дело открывал от изумления рот и переглядывался с не менее поражённой Гермионой. А я боролась с зевотой. Почему бы не обсудить всё это завтра?..

— Раньше мы думали, что Снейп хочет украсть камень, чтобы разбогатеть. Но мы ошибались! — Гарри набрал побольше воздуха: — Снейп хочет украсть камень для Волан-де-Морта! Он ему прислуживает!

— Гарри! — Рон вздрогнул и, побледнев, сделал страшные глаза: — Не произноси это имя!

— Говорите потише, голова и так раскалывается, — осадила я мальчишек. — И вообще, с чего такие выводы?

— Философский камень даёт бессмертие, а оно сейчас необходимо Волан-де-Морту. Я подслушал, как Флоренц говорил Хагриду, что помешал свершиться чему-то важному и посоветовал больше не пускать нас в лес, — возбуждённо продолжил брат, не обращая внимания на всё больше бледнеющего Рона. — Я почти уверен, что Флоренц имел в виду наше убийство! Тот человек в чёрном... это Волан-де-Морт! Ты меня вообще слушала?

— Гарри, перестань называть его имя!

— Так что нам остаётся только ждать, когда Снейп похитит камень, — не унимался брат. — И тогда Волан-де-Морт наконец доберётся до нас...

— Пусть сначала добереться! — бесстрашно заявила я, изо всех сил стараясь держать глаза открытыми. — Не раскисайте.

— Лина права, — тихо подала голос до этого молчавшая Гермиона. Видно было, что девочка напугана. — Подумайте: какого волшебника всегда боялся Тот-Кого-Нельзя-Называть? Дамблдора! Пока директор здесь, вам ничего не грозит. В Хогвартсе вы в безопасности. Да и вообще, я сомневаюсь в этих зловещих предсказаниях кентавров, — она презрительно хмыкнула. — И профессор МакГонагалл говорила, что это не точная наука. Вдобавок ко всему... как же ваши чудо-украшения? Ты говорил про какой-то купол, Гарри? Я советую обратиться к профессору Дамблдору.

Мы ещё очень долго обсуждали поход в лес и магию наших украшений. Голоса друзей меня успокаивали. Я и правда чувствовала себя в безопасности, как никогда раньше. Как дома...Через полчаса я заснула непробудным сном прямо на диване.

---

Драко Малфой

Он неловко топтался возле входа в библиотеку, приглаживая и без того гладкие белокурые волосы. Вновь осторожно заглянул внутрь: а там снова она. Снова эта Поттер. Одна. Без предателя крови Уизли, грязнокровки Грейнджер и своего излюбленного, мерзкого братца. Почему-то эта самая обычная на вид девчонка необычайно волновала его. Вспомнить только, как дерзко она ответила ему при их первой встрече! Драко усмехнулся. Смелая. Бойкая. Он любил таких.

Если честно, Малфой точно не помнил — ударил ли именно он Лиану? Ударил ли девчонку, да так, что она потеряла сознание? И всё же нужно было — как мужчине — извиниться. Но собственная гордость и надменность не позволяли слизеринцу даже приблизиться к рыжей девчонке, что так его заинтересовала. Малфой уже второй день не мог найти смелости к ней подойти, и это его угнетало.

Драко с отвращением вспоминал, каким обеспокоенным и нежным взглядом её сверлил этот Файер! Максимилиан с самой первой их встречи бесил и раздражал Малфоя. Гриффиндорец недобитый… он не заслуживает носить чистокровную фамилию! Пусть катится к своим излюбленным грязнокровкам и зубрилкам вроде Грейнджер. Но вот Лиана… совсем другое дело.

Драко с глубоким вздохом вошёл в светлую библиотеку и, напустив насмешливый вид, вразвалочку подошёл к столу, где сидела Лиана. Она склонилась над учебником и — ну надо же! — почти не замечала его! Драко боролся с собой. Чтобы он — бегал за девчонкой?! Вот ещё! Разбежался!И всё же извиниться надо.

Малфой намеренно небрежно заправил руки в карманы и кашлянул. Лиана наконец оторвалась от книги и без особого интереса оглядела его лицо.

— Чего надо? — морщась, спросила она. Впрочем, другой реакции он и не ждал.

— Поговорить.

— Со стеной поговори, тот же эффект будет, — бросила Лиана и, быстро собрав вещи, уже собиралась уйти, но Малфой схватил её за запястье.

— Пожалуйста, всего пара минут!

Девочка обречённо вздохнула и, грубо одёрнув руку, уперла её в боки: говори мол.

— Я… очень извиняюсь. За то, что вёл себя с тобой не очень хорошо. И предлагаю в знак моего раскаяния прогуляться со мной… скажем, вдоль Чёрного озера?

Лиана наградила Малфоя удивлённо-заинтересованным взглядом. Драко уверенно ухмыльнулся, но Лина тут же нахмурилась.

— Нет, — просто сказала она. — Какая мне от этого выгода?

Малфой ухмыльнулся ещё шире — а девчонка-то не промах!

— Я больше не буду досаждать тебе, твоему брату и твоим… друзьям.

— Ты обещаешь? — недоверчиво прищурилась Лиана, покрепче прижимая к себе учебники.

— Обещаю, — кивнул Малфой.

— Ну хорошо, — обречённо вздохнула Поттер. — Но только одна прогулка!

Выходя из библиотеки и весело насвистывая, Драко не знал, что прямо в этот момент Макс Файер — его противник — оставляет на кровати Лины небольшой букетик ландышей и лилий, перевязанных тонкой белой лентой. Вместе с цветами шла короткая записка: "Прости".

Примечание от автора:Угадайте кто вернулся?)Интересно, кто-то вообще ждал продолжение?.. Я лично не уверена. Но, заверяю: следующие главы будут выходить уж точно не через месяц! Мне хочется поскорее закончить фанфик (ведь осталось всего 2 главы до окончания) и выдохнуть с облегчением.

Почему же я забросила этот фанфик на целый месяц? Дело в том, что у меня произошёл небольшой творческий кризис, с которым мне помогли справиться мои друзья из художественной школы. Спасибо вам, девчоки! Эту глава посвящается именно вам^^