Глава 27. Вместе или порознь?

Киса всегда сравнивал характер Эльзы с вулканом. Нет, он саму Эльзу сравнивал с вулканом. Спокойная, но настают такие моменты, когда лишь один ее взрыв может уничтожить абсолютно все. В такие моменты рядом с ней находиться страшно. Зацепить-то ведь может так, что потом не оклемаешься вовсе. Вот и сейчас так.

До затуманенной Кисиной головы совсем не доходит, почему девушка, сидящая перед ним, плачет. Не ревет, как обычно это у девчонок бывает. Просто слезы крупные срываются. Она этого словно и не замечает сама.

Ваня руку приподнимает и кончиком безымянного пальца касается кудрявой прядки ее волос, убирая ту, что она не закрывала красивого цвета глаза. Проводит пальцами по девичьей щеке и вновь повторяет:

— Осипова.

Вид у Эли удивленный. Она, кажется, совсем не понимает, чего он ей про Осипову твердит.

— Что..? — все же произносит девушка. — Осипова?

Киса кивает и что-то сказать хочет, но не успевает. В комнату заходит Хэнк.

— Ну вы че так... она плачет? — Хенкин в лице так быстро меняется, что Кислов аж усмешки не сдерживает. — Элюш? Ревешь, что ли? — Боря медленно-медленно подходит ближе и на Кису гневный взгляд кидает. — Ты че ей сказал, чертила обкуренная?

Ваня все еще туго соображает, поэтому лишь успевает удивиться тому, как замедленно кулак Бори в его сторону двигается. Потом только поскуливает от боли в животе.

— Я тебе говорил, чтобы ты функцию «заткнуться» рядом с ней включал? — рычит Хенкин и хочет вновь ударить парня, но Эля цепко хватается тонкими пальчиками за его локоть.

Ей сейчас совсем не хочется, чтобы еще и ссора парней головной боли добавляла. У нее и так в ней пульсирует с такой силой, словно она седативку водкой запила.

Эля тянет Хэнка на себя, и тому просто приходится отойти, чтобы не свалиться на девушку и не придавить ее своим весом. Матвеева встряхивает волосами, чтобы спавшие пряди не лезли в глаза, и внимательно смотрит на Кису, который все еще корчится и массирующими движениями водит рукой по животу. Она ждет, пока он вновь начнет говорить, но все, что делает Кислов — презрительно смотрит на Хэнка. Девушка хочет начать говорить сама, но делает это все же Ваня.

— Выйди, — хрипит он.

Эля не знает, голос у него такой из-за увеличивающейся в размерах агрессии или из-за удара Бори.

— Пока он не свалит, я и слова не скажу, — продолжает парень.

Эльза разочарованно головой качает и опускает ее, губу прикусывая. Делает глубокий вдох и поворачивается лицом к Хэнку. Парень, посмотрев на нее, отрицательно качает головой, словно говоря тем самым, что сейчас он никуда не уйдет.

— Хэнк, — облизывает губы и чуть прикрывает глаза. — Выйди, пожалуйста. Нам с ним нужно поговорить.

Боря переводит взгляд на Кису, а у того губы в ухмылке расплываются. И Хэнк искренне удивляется тому, что даже сейчас, в таком положении, сидя на полу и сжимая рукой место, куда ударил Хенкин, он также находит силы натянуть на лицо фирменную ухмылку. И выглядит он вовсе не жалко. Жалко себя ощущает Хэнк. В который раз не может усмирить Кислова из-за его наглости.

— Че ты за человек ваще.. — качает головой Хенкин, а Киса сдавленно смеется. — Эль, давай я останусь, ты же...

— Боря, — одного лишь слова, слетевшего с ее уст, хватает. — Мы немного поговорим и вернемся. Подожди на кухне. Спасибо.

И ему ничего не остается, кроме того как уйти.

Когда дверь с характерным звуком захлопывается, Эля возвращает свой взгляд на Кису. Он тоже смотрит на нее и от чего-то улыбается.

— Все-таки нихера камера не может передать всей твоей красоты, — вздыхает он. — Я скучал, Эльчонок.

— Что Осипова? — стоит на своем девушка. — Что? Изменил мне, да? Добилась-таки своего овца эта?

А Киса так удивленно на нее смотрит, что даже Эля сама замолкает. Прокручивает в голове все свои слова, пытаясь в них найти ту глупость, которая так удивила Кислова.

— Изменил? — усмехается. — Ты че несешь, мышонок?

— Зачем ты это все? — смотрит на него, а потом на гитару. — Песня эта...

— Подожди-подожди, — качает головой и чуть меняет позу, но морщится от боли около ребер. — Ты подумала, что я этой песней тебе про измену рассказал?

А потом он просто рассмеялся. Громко так, даже чуточку сумасшедше. Эльза хмурится сильно и толкает его ногой в бедро. Замолкнуть его это заставляет. Но еще мотивирует схватить ее за лодыжку и потянуть на себя. Эля пытается крепко схватиться за ворсинки пушистого ковра, но хватка Кислова сильна даже в таком состоянии.

— Не брыкайся, — ему все же удается перетащить девушку на свои колени.

Эльза, насколько позволяет ситуация, отодвигается от слишком горячего тела. Вглядывается в его зрачки. Они все еще большие, что делает взгляд Кисы более диким.

— Че тогда? — продолжает хмуриться. — Зачем про Осипову говоришь?

— Я с ней целовался, — Эльза отшатывается, но он крепко держит ее за спину. — Нет. Она меня целовала. Я — нет.

— Она просто тебя поцеловала? И ты оттолкнул? Да?

Кислов как-то неуверенно качает головой.

— Кислов! — Матвеева замахивается, но Киса даже бровью не ведет.

— Я затупил. Не сразу ее от себя убрал, она меня всего обслюнявить успела. Решил сразу тебе рассказать. Будет реально лучше, если это ты услышишь от меня.

— Так ты с ней не трахался? — девушка смотрит на парня с облегчением, удивлением и разочарованием одновременно.

Киса удивленно брови приподнимает.

— Блять, Кис, я такое испытала за все это время, а ты ее даже не трахнул!

— Мне че, поебаться с ней надо было? — склоняет голову набок.

— Я тебе, блять, поебусь, — ударяет парня в плечо.

— Как тебя понять ваще?

То, какой камень свалился с плеч девушки, она даже описать не может. За все время она уже успела осмыслить то, что Киса переспал с Осиповой, завел отношения и детей запланировал. Эльза вообще-то не любитель утрировать, но тут сразу же раздула из мухи слона.

— И че ревела, непонятно — вздыхает Кислов и ленивым движением смахивает мокрую дорожку с женской щеки. — Я евнух, забыла?

— Точно, — поджимает губы. — Кис, давай ты больше никогда так делать не будешь? Я поседела однозначно.

— Да че я сделал-то? — и он действительно не понимал.

Это однозначно действие веществ в его крови, ведь для него было элементарно, что говорит он вовсе не про измену. И сейчас для парня весьма удивительно, что поняла его Эля неправильно.

— Ты как ваще тут оказалась? — вспоминает он.

Только сейчас до Кислова доходит, что Эльза в Коктебеле появилась весьма волшебным образом.

— Конкретно тебе я расскажу все завтра, — вздыхает девушка. — Кис, давай ты сейчас спать ляжешь? Это лучшее, что сейчас можешь сделать.

— Да схуяли? — хмыкает. — Вы на кухне будете тусить, а я твои подушки слюнями измазывать?

— Будет лучше, если измазывать ты их не будешь, — кивает. — Но ты ляжешь спать.

— Пошла нахуй.

— Обязательно, — ей приходится применить все силы, чтобы скинуть его руки и подняться. — В кровать.

— Ва-а-а-у-у, — тянет парень и смотрит на нее снизу вверх с пошлой улыбкой. — Ты в Москве успела голос для приказов прокачать? Сексуа-а-ально так. Госпожой еще рано называть?

— Как тебе угодно. Ляг в кровать.

— А ты разденешься? — он ухмыляется и стягивает с себя верх.

С громким звуком поднимается и падает на кровать.

— А? Надеюсь, на тебе красивое белье.

— Очень красивое, — кивает и подходит к кровати, скидывая с нее мягкие игрушки. — Штаны снимай.

— Как все у вас быстро, госпожа Матвеева.

— Я щас Хэнка позову, — указывает пальцем на дверь.

— Хочешь, чтобы штаны с меня снял Хэнк? — приподнимает брови и начинает спускать штаны. — Странная ты, мать. Все, — раскидывает руки в стороны, выкинув штаны подальше.

Киса издает чмокающий звук и складывает губы «уточкой».

— Целуй.

Эльза же кидает ему в лицо вторую подушку. Кислов обнимает ее и зевает.

— Ну и иди отсюда тогда, — вновь зевает.

И Эльза даже спорить с ним не смеет. Разворачивается и, захватив пижаму, подходит к двери. Но около нее ее останавливает Кисин голос.

— Эль?

— Что?

Он молчит, словно обдумывает что-то. Но потом со вздохом произносит:

— Люблю тебя.

Да, так коротко и быстро. Но эти слова пропитаны искренностью и реальной чистой любовью.

— И я тебя, — шепчет Эльза, но Киса этого не слышит, ведь уже в сон погружается.

Девушка покидает комнату и сразу же идет в ванную. Тратит около тридцати минут на принятие душа, а потом переодевается в теплую пижаму.

Парни на кухне все это время гипнотизируют две коробки пиццы, которые купил Гена. Есть хотят все, а в особенности Зуев, который в последний раз ел вчера утром. Но дождаться решили Элю, чтобы под эту же пиццу и услышали весь рассказ о Москве и ее приезде.

Когда Матвеева появляется на кухне, Хэнк облегченно выдыхает. Эльза садится на стул и обнимает колени, укладывая на них голову.

— Привет, Мел, — устало ему улыбается. — Чего грустный такой?

— Эль, бля.. — парень поднимается с места и обнимает подругу.

Матвеева даже не шевелится, но Меленина это совсем не смущает. Ему хватает того, что он сам обнимает ее, поглаживает мокрые волнистые волосы и чувствует знакомый запах вишни.

— Прости, Киса высосал из меня все силы, — вздыхает. — Даже скучала по этому.

— Он тебе рассказал, да? — не сдерживается Хэнк.

— Рассказал, — кивает девушка.

— И ты так спокойно на это отреагировала?! — слишком громко воскликнул Боря.

— Хэнк, — морщится Гена.

Кажется, о случившемся с Кисой знали все.

— А как мне реагировать? — смотрит на него и зевает. — Ну поцеловала она его и че? Убить теперь Кису? Он же в этом не виноват.

— Че? — хмурится Хенкин. — Я про кольцо.

— Про какое кольцо? — закатывает глаза и достает из коробки кусочек пепперони.

Краем глаза Матвеева видит, что Мел отрицательно головой качает, пытаясь тем самым Хенкина остановить.

— Про твое. Он проебал твое кольцо.

Эльза так и останавливается, даже не успев попробовать пиццу на вкус. Парни прекрасно видят ее играющие желваки.

— Мое кольцо? — переспрашивает.

Потом вспоминает Кису на кровати, у которого на цепи ничего не было. Она еще внимание уделила тому, что цепь упала в ямку около его ключицы, и на ней точно ничего не было.

— Как?

— Не помнит, — говорит Мел и тоже берет пиццу. — В тот вечер, когда встретился с Осиповой.

— Осипова спиздила мое кольцо? — говорит она спокойно, но парням от этого и страшнее.

Сидит вся такая спокойная, но напряженная до ужаса. Ест пиццу, слишком тщательно пережевывая даже самый маленький кусочек.

— Мы так думаем, — кивает Гена. — Но никаких доказательств.

— Поняла, — кивает. — С этим разберемся завтра. Расскажу про Москву и давайте спать нахуй. Уебанский вечер.

И после этих слов начинается ее рассказ. Неторопливый, со всеми подробностями. Рассказывает и о том, как познакомилась с Сашей, на сообщения которого сегодня совсем забыла ответить. Потом рассказала о Марке, о том, что у него есть дочь.

Сейчас было слишком непривычно сидеть с парнями. На той самой кухне, где они собирались каждый вечер и пили пиво, слушая музыку и поедая подгоревшую картошку, о которой они забыли из-за нелепых танцев.

— Мы скучали, Моть, — подмигивает Гена. — Завтра едем на базу, однозначно.

— Сегодня, — поправляет его Мел, посмотрев на часы.

На часах уже далеко за полночь, поэтому неудивительно то, что Эльза постоянно зевает и глазами медленно хлопает. Парней разгоняет спать, а сама, даже не помыв использованные кружки, идет в спальню.

Там сладко сопит Киса, заняв левую часть кровати. Эля тихо подходит к кровати и ложится на нее. Практически сразу Кислов придвигается ближе и закидывает тяжелую руку на женскую талию. С тяжелым вздохом Эльза прикрывает глаза и надеется, что завтрашний день будет чуточку лучше.

***

Киса привык к тому, что после тусовок он просыпается очень поздно. Но обычно просыпается от того, что слишком сильно хочет в туалет. Когда он встает, матери в этот момент дома нет. И завтраком там даже не пахнет, поэтому ест он печенье, которое они закупают большими коробками. Киса слишком сильно любит печенье с белым и молочным шоколадом.

Но сейчас он просыпается достаточно рано, если так можно сказать про одиннадцать утра. И просыпается не от нужды, а от запаха чего-то вкусного и сладкого. Глаза разлепляет еле-еле и буквально заставляет себя приподняться на локтях. Эльзы в кровати нет — это замечает сразу. Но он уверен в том, что ночью ее обнимал, поэтому девушка однозначно проснулась.

В комнате открыто окно, благодаря чему она заполнена приятной прохладой и свежестью. Это положительно действует на Кису и его раскалывающуюся от боли голову.

Кислов признавался в любви Эле уже несколько раз, но в тот момент, когда он увидел на прикроватной тумбе стакан с водой и обезболивающим, почувствовал, что любовь к ней возросла вдвое.

Разобравшись с тем, что может помочь от боли в голове, Ваня поднимается с кровати, крепко держась за изголовье. Копается в шкафу, надеясь найти там что-то из их с парнями вещей. И это ему удается. Находит серые треники Хэнка. Потом подходит к зеркалу и разглядывает себя. Трет лицо рукам и часто шмыгает носом, чувствуя там неприятное жжение.

В это время с кухни доносится какой-то не очень громкий грохот. Если бы Киса сейчас спал, то этот шум даже не потревожил бы его сон. Но сейчас он идет на кухню, чтобы посмотреть, что там происходит.

Его взору предстает весьма милая картина: Эля, находясь в какой-то глупой пижаме с динозаврами, пытается перевернуть блин, который, очевидно, подгорел. Но больше Кислова привлекает тарелка рядом с девушкой, которая набита сочными и аккуратными блинчиками.

— Проснулся, — она даже не обернулась, поэтому Киса удивляется тому, что его рассекретили.

— И жутко хочу жрать, — ухмыляется и подходит к гарнитуру. — Доброе утро.

— Кому как, — пожимает плечами. — Почисть сначала зубы.

Киса физически ощущает напряжение Эльзы, поэтому не хочет нервировать ее еще больше. Молча уходит в ванную, где более-менее старается привести себя в порядок.

Эльза же прогоняет список всех планов в своей голове. Понимает, что пропавшее кольцо никак не вписывается. Даже хочется уже просто плюнуть на вещь, от которой столько хлопот. И Матвеева сделала бы это, если бы оно не являлось подарком отца. Лишь это сдерживало девушку.

— Че загруженная такая? — на кухне вновь появляется Кислов.

Парень прислоняется к столу своей пятой точкой и складывает руки на груди. Смотрит на идеально ровную спину Эльзы и думает, с чего бы им разговор начать. Но это на себя берет Матвеева.

— Голова не болит?

— Уже меньше, — хмыкает. — Ниче сказать мне не хочешь?

— А что мне тебе говорить? — усмехается и выливает немного теста на сковороду. — Про то, что тебя целовала Осипова? Или про то, что она, возможно, украла мое кольцо? Кольцо, которое было доверено тебе.

Киса тут же напрягается. Сразу же злиться начинает, принимая позицию нападения. Лучшая защита — именно оно. Даже от Эльзы хочется защищаться. Даже с ней не может позволить себе быть слабым. Будет дерзить и обидные слова говорить, чтобы поняла, что никакие ее слова его не сломят.

— Бывает, че, — шмыгает носом и пожимает плечами. — Надо было Хенкалине доверять колечко-то. Или еще лучше этому.. сука, как ж его звать-то? Чертиле этому малолетнему, блять. Да?! — повышает голос. — Давай щас все на меня свалим!

— Я тебя не виню, — спокойно произносит она и выключает плиту. — Кричать можешь громче, если хочешь. Парни еще в девять ушли. Никого не разбудишь.

— Я ж вот, сука, так беспокоюсь о их сне! — восклицает он.

Эльза тяжело вздыхает и поворачивается к парню, прислоняясь к гарнитуру поясницей. Повторяет его позу и скрещивает ноги, сложив руки на груди.

— Спроси у нее, брала ли она кольцо, — просит Матвеева. — Мне важна эта вещь. Я буду рада, если ты поможешь в ее поиске.

Кислов сильно сжимает челюсть и отводит взгляд.

— И че тогда? Все? Из-за кольца сраного разбег?

Матвеева молчит и склоняет голову набок. Как из ее обычной просьбы он сложил пазл, в картинке которого увидел предложение расстаться? Именно над этим девушка и задумалась, а Киса, видимо, из этого сделал свой вывод. Кислов мерзко так улыбнулся и кивнул, оттолкнувшись от стола.

— Удачи, че, — отсалютовал Эльзе двумя пальцами и развернулся к выходу.

Только выйти он из кухни не успел. Почувствовал теплые руки на своих плечах, а потом на прессе. Эля жмется своим телом к его спине и утыкается в нее лбом. Вздыхает тяжело и говорит:

— Я не хочу с тобой расставаться. Перестань быть таким резким. У меня много проблем, твои додумки жизнь не облегчают. Я все еще люблю тебя. Перестань, блять, так себя вести, Кис. Я же тебе совсем не враг. Если ты меня врагом считаешь, то зачем тогда все?

Кислов заметно расслабляется. Плечи его опускаются и дыхание становится более ровным.

— Понял, — коротко отвечает он.

Разворачивается к ней и прижимает к себе, позволяя уткнуться носом в свою ключицу. Сам обнимает так крепко, что даже хруст в ее спине слышит. Когда Эльза поднимает голову, Киса сразу же ловит ее губы своими. Не хочет он больше себя сдерживать.

Целует ее, заставляя девушку запрокинуть голову сильнее. Сжимает волосы прямо у корней, из-за чего Эльза сдавленно постанывает прямо ему в рот. Киса тут же ухмыляется и улыбается сквозь поцелуй, подталкивая девушку к столу. Когда Матвеева упирается ягодицами в стол, Киса подхватывает ее и усаживает на него. Быстрым движением раздвигает ноги и встает ближе, укладывая и вторую руку на тонкую шею.

— Кис, Кис, — Матвеева отстраняется от него, а он непонимающе смотрит на девушку. — Скоро Ольга придет, давай вечером?

— Кто? — хмурится.

— Потом расскажу, — чмокает его в губы. — Договорились?

— Если я эту Ольгу со стояком встречу, нормас?

— Лучше сходи в душ, — усмехается.

Эля пытается отодвинуть его от себя, но парень не позволяет этого сделать.

— На минет тебя вечером разведу? — подмигивает.

— Возможно, — усмехается, а после этого звонок в дверь слышит.

Ну что ж, кажется, пришло время хоть кому-то из родственников официально представить Кису, как своего парня.