Глава 26

Всё время, пока капитан был в отъезде, я отдыхала пока могла. Сон никак не шёл, хотя усталость сочилась со всего тела. 

«Усни Аллен! Усни! — приказывала себе я. — Когда в следующий раз сможешь отдохнуть?» 

Но сон — упрямая штука, никак не хотел прийти ко мне, невзирая на накопившуюся усталость. Вскоре девушке удалось задремать, но шум проходимцев за окном вновь потревожил её покой. 

«Всё, больше не усну» 

Глаза распахнулись, за окном уже стемнело, пришло время готовить ужин. Мне не было известно как долго капитан будет в отъезде и как у него обстоят дела, но чувство благодарности переполняло меня, ведь он вызвался помочь мне и без отдыха сразу ринулся в путь. 

«Такой холодный и отстранённый, но порой такой добрый и заботливый! Он обладает столь противоречивыми качествами — это и делает его загадочным. Как хочется узнать его получше, хочется понимать его и помогать ему, быть опорой и союзницей. И пусть я девушка, я не эгоистка! Я не могу принять помощь, сказав всего лишь «Спасибо»!» 

Недолго думая, я сразу подорвалась с кровати — пришло время готовить ужин! 

«И пусть, быть может, я пока и не знаю, как его отблагодарить, но ужин сделать ещё способна!» 

Искать ингредиенты не пришлось, всё было в кухонном серванте. Не густо было в сие находке, но дух стойкости вдохновил на импровизацию! 

«И так, что мы имеем? Картошка, морковь, специи, лук! Очень негусто!»

 Сперва я начала разогревать печь, раскаляя угли, затем, начистила картошки и нарезала её большими кусочками. Поначалу и знать не знала, что с ней делать, но тут на помощь пришла ёмкость и специи. Хорошенько перемешав, я раздобыла ещё немного масла и добавила его к остальному. К моменту, когда уже можно было ставить всё в печь, я добавила немного лука и отправила всё к углям. 

«Осталась морковь! И что с тобой делать?» 

Не знаю сколько прошло времени, но вскоре я начала мерить кухню шагами, к сожалению, гениальных мыслей не было, а посему оставалось только почисть морковь и добавить масла с перцем. По воле случая, готовка прошла как обычно: приготовил немного, убирать много! Делать было нечего, проверяя периодически картошку, уборка шла в ускоренном темпе и как только с ней было покончено, пришло время накрывать на стол. В этот момент, как только я доставала готовый ужин, капитан Леви Аккерман вернулся домой. 

— Привет, — устало протянул он. 

— Привет, ты вовремя! Ужин готов. Кушать хочешь? Должно быть сильно устал.На его лице мелькнуло приятное удивление, пахло действительно вкусно, на его усталой, холодной и отстранённой мимике вдруг просочилась улыбка, он явно был польщён.

 — Я так скоро привыкну! Второй раз ты у меня дома, а как возвращаюсь, то ты готовишь ужин, — сказал капитан. 

— Кулинария — полезный навык, — начала свой рассказ я. — Куда не пойди — что-то, но придумать можно: полезно, когда продуктов мало и нужно импровизировать. Конечно, я не очень сильна в отличие от моей мамы и бабушки, но до армии я таки успела многому научится. 

— А хотела бы научится больше? — вдруг спросил он. Вопрос был двухсторонним, ведь дверь моего дома теперь закрыта. Я немного помялась. 

— Прости, — сказал он. - Я не подумал! Давай помогу накрыть на стол! 

— Нет-нет! Всё хорошо! Это вполне себе нормальный вопрос. На самом деле, было бы интересно узнать ещё немного тайн сие искусства, но я так ненавижу убирать после готовки! — сказала я, после чего мы оба разразились звонким смехом. 

— Это точно! Я редко готовлю, но, когда приходится, я в ужасе! — поддержал капитан. На его лице засияла улыбка, лицо оживилось, разговор пошёл гладко. 

— Знаете, а я всегда думала, что вы любите убирать! 

— Люблю жить в чистоте, но убирать не люблю. Мне становится абсолютно отвратно от того, когда в округе грязь. 

— Это странно, учитывая кем мы работаем. 

— Ты права, но предпочитаю всю грязь оставлять на работе и в прошлом. 

— Тоже верно, хоть какое-то разнообразие! — сказала я, поставив блюда на стол, когда капитан расставил тарелки и приборы. Мы оба сели ужинать, но мимо воли вопрос таки вырвался с моих уст: 

— Как мой брат? Он в порядке? 

— Вполне, — начал капитан Аккерман с некоторым напряжением, — он расстроен, но держится молодцом. Я передал ему письмо, но ответ был странным. 

-Странным? — переспросила я. 

— Да, он сказал ждать в час икс на вашем месте и сказал, что ты поймёшь о чём речь.Сердце немного кольнуло, оно затрепетало в волнении вызывая на лице улыбку. Вскоре на душе стало совсем приятно. 

— Когда мы были детьми, — начала говорить я, — мы часто с ним шифровались. Когда у одного из нас были проблемы, мы каждый вечер тайно сбегали в поля под одно дерево на невысоком холме. Когда нас наказывали, нас ставили в угол или запирали в комнате, дабы подумать о своём поведении. Потому через время мы начали передавать записки с зашифрованными цифрами, что всегда означало время встречи: икс всегда значило десять, знак равенства — одиннадцать, а зачёркнутый зигзаг — двенадцать. По ночам мы сбегали и шалили порой, но чаще всего один из нас выговаривался под тем деревом, а потом мы спокойно смотрели на звёзды, перед тем как двинуть домой.Закончив свой рассказ, наступило минутное молчание, после чего капитан прервал её: 

— Тебе очень повезло Аллен, жаль, что ты осознанно выбрала наши ряды. Но за последние дни я только понял, что богатые тоже несчастны. Как я понял, в детстве тебя травили жестоко, от чего образовалось чувство несправедливости мира. Ты пошла в армию дабы стать блюстителем справедливости в полиции, но случилось так, что всех твоих друзей, твой отряд, был съеден при борьбе за Трост. Ты видела смерть, агонию, вопли, реакции их родных и пошла в наши ряды дабы смерть твоих товарищей не была напрасной, как и того, чтобы слабаков не пускали просто так на мясо. Ты ввязалась в борьбу за информацию, которую наш отряд так яро ищет, потому как тебе и самой любопытно узнать немного больше о мире, с твоей жаждой жить сегодня. А сейчас ты борешься за шанс умереть за стеной, чтобы не стать рабой предрассудков и не жить в муках с этим придурком.

 Немного помолчав, он продолжил: 

— Признаться честно, это очень глупо с твоей стороны, но в то же время это не может не вызывать уважения. Будь я на твоём месте — поступил бы также! 

Как только он окончил излагать факты, мне стало очень тепло на душе, ведь теперь есть человек, который понимает меня в этой позиции, который стал близок мне, рядом с которым мне становится тепло. 

— Спасибо, — прошептала я. — Спасибо, что поняли меня! 

— Это тебе спасибо и, не только за ужин, но и за то, что у тебя есть чему поучится, хотя ты совсем ещё юная.

 Остаток ужина прошёл в молчании, как только с ним было покончено, мы убрали посуду, после чего капитан изложил то, что удалось узнать во время поездки к брату. Сведения о Кассандре весьма удивили меня, хотя могла бы и догадаться сама. 

— Думаешь она может быть замешана к этому?

 — Нет, но в ней я вижу угрозу, которая не прекратит тебя травить. 

— Это само собой, но я считаю, что её стоит проверить. Наблюдая за девочками, прочитав много книг, скажу одно — влюблённая женщина, всё равно, что дура! Если у неё к нему чувства и, если, он об этом знает, то это уже шанс помыкать. 

— Возможна ты и права, но думаю сейчас нам лучше отдохнуть, чем гадать, и завтра к десяти вечера узнать подробности того вечера у твоего брата. Тебе стоит отдохнуть, на тебя слишком много легло за раз. 

— Да, вы правы, к тому же вы и сами целый день в дороге. Вам тоже следует отдохнуть! 

Мы оба встали из-за стола и направились к своим комнатам, а затем у своей двери обернулись и посмотрели друг на друга: 

— Спокойной ночи, капитан Аккерман. 

— Спокойной ночи, офицер Браудер.