Глава 74

Акелан разъяснил Наире ситуацию с Таннари. Волчица-мать была шокирована.

- Значит ли это, что наш род опять под угрозой? – встревоженно спросила она.

- Пока не проведут тест, ничего исключать нельзя, - с тяжким сердцем ответил Акелан. – Девушка была права: они словно прокляты. Может это расплата за наше согласие на их союз?

- Не мели чуши, - возмутилась Наира. – С самого начала все неприятности возникали из-за происков наших недоброжелателей. А это уже их побочный результат. Я не верю, что Таннари мог заразиться тьмой.

- Мне тоже не хочется в это верить, но если будет так... - Акелан смолк. – Если так, то снова продолжение нашего рода под вопросом. Надо усилить надзор над Тасмин. На этот момент я уже сомневаюсь, что мое согласие на предложение этого парня из стаи Хаскин останется в силе.

- Он же ее пара, - удрученно проговорила Наира. – Отказ разобьет девочке сердце.

- Сердцем стае не поможешь. Разве что он согласиться оставить свою стаю и перейдет в нашу.

- Тогда ты должен узнать еще кое-что, - осторожно произнесла Наира.

Акелан посмотрел на жену изумленным взглядом.

- Что еще? Мало нам неприятностей?

- Я бы не сказала, что это неприятность, - обнадеживающе добавила Наира. – Скорее, это надежда.

- И какая же?

Наира выдержала небольшую паузу, подбирая слова, прежде чем сообщить новость.

- Если станется, что Таннари под угрозой, - начала она издалека, - то продолжение нашего рода есть. У Аники будет волчонок.

- Что? – ошелемленно переспросил Акелан.

- Что-что, Аника беременна. И если у Таннари будут проблемы, то теперь есть будущий ребенок.

- Я чего-то не понимаю или что-то пропустил? – Акелан развел руками. – Разве им не рано заводить детей?

Наира коротко рассказала ему, как всё произошло.

- Как бы там ни было, - подытожила она, - теперь благодаря его необдуманным поступкам мы имеем надежду на будущее.

- Похоже, я слишком мягко воспитывал своих детей, - обреченно проговорил Акелан. – И вот к чему это привело.

- Как бы ты не воспитывал их, они все равно стремятся поступать по-своему, - сказала Наира.

- То, что хочется им, не всегда хорошо для всех нас, - сердито ответил Акелан.

- Однако при данном стечении обстоятельств всё обернулось в нашу пользу, - Наира постаралась указать на позитивную сторону.

- А если с Таннари всё в норме? – возразил глава стаи. – Что тогда? Это тоже будет иметь последствия.

- Как что? – удивленно пожала плечами Наира. – Станем бабушкой и дедушкой раньше срока.

- Ну спасибо, - огрызнулся Акелан. – Я уже начинаю жалеть, что согласился на союз с человеческой девчонкой. Ничего хорошего это нам не принесло.

Наира нахмурилась, возмущенно глядя на мужа.

- Ты несправедлив к девочке, - произнесла она. – Или ты предпочел бы быть на побегушках у Шадрин? Отдать им часть наших сил? Выполнять капризы их дочери, для которой наш сын ничего не значит? Или может ты забыл, что именно из-за твоей оплошности он вынужден был бежать, а потом страдал в заточении у этих шавок?

Акелан глянул на жену исподлобья. Ее едкое замечание било прямо в цель. Возразить ему было нечем.

- Свою вину я уже давно признал, - сухо проговорил он. – А сейчас остается надеяться, что обойдется малой кровью. Сама понимаешь, что все это еще скажется на нас и стае.

- Так надо постараться, чтобы обошлось по минимуму. Наша обязанность заботиться о молодняке.

Наира гордо вздернула подбородок, смотря с вызовом.

***

К вечеру Анику удалось уговорить отправиться в комнату. Но посреди ночи она снова явилась в подвал. Одетая в пижаму и кутаясь в плед, бесшумно пробиралась по лестнице. Оглядываясь назад, проверяла, не идет ли кто следом. Охрану у комнаты заточения не выставляли. Необходимости в ней не было. Вскрыть комнату без кода невозможно. Разрушить стену или дверь, не смотря на видимую хрупкость, тоже. Узника надежно удерживала магия, как изнутри, так и снаружи.

Аника на цыпочках подошла к прозрачной стене, взглядом выискивая любимого. Свет в камере не выключали. И она сразу увидела его лежащим на кровати. Раздетый до пояса, Таннари лежал на боку, лицом к стене. Его бок мерно поднимался и опускался от спокойного дыхания. Прижавшись ладонью и щекой к холодному пластику, стояла и смотрела на своего волка.

- Таннари, - тихо позвала.

Отклика на ее зов не последовала. Толстая перегородка и маленькие отверстия мешали тихому звуку проникать.

- Таннари, - громче позвала она.

Парень зашевелился и полуобернулся.

- Аника? – сонно щурясь, он смотрел на нее через прозрачную преграду.

- Прости, что разбудила, - виновато проговорила она.

- Ты почему не спишь? - проворчал он, поднимаясь с кровати.

Подошёл к прозрачной стене и встал напротив нее. Такой близкий и такой недосягаемый.

- Не могла заснуть. Устала крутиться, вот и решила к тебе прийти.

- Не стоило приходить. Ты должна отдыхать побольше. Нужно набраться терпения, а так мучаешь и себя, и меня. Неизвестно сколько это продлиться.

- Может тебе просто принять, а мне нет, - возмутилась Аника, сердито хмурясь. - Это первая ночь без тебя с момента свадьбы.

- Думаешь, мне легко? – оскорбленно отозвался Таннари. – Мне так же несладко, как и тебе. Но мне не положено показывать слабости. Успокаиваю себя лишь надеждой, что всё закончиться быстро.

- Прости, я тоже пытаюсь, но я не такая выдержанная, - жалобно проговорила Аника. – Мысль, что могу потерять тебя, затмевает все остальные. И становиться жутко страшно. На острове чуть не лишилась тебя, и вот снова.

- Не расстраивайся, солнышко, - уже мягко проговорил он. – Все утрясется. Я не чувствую в себе никакой тьмы. Они проведут этот ритуал и убедятся в том. Еще и прощение просить будут. И мы снова будем вместе.

- Надеюсь, - уныло проговорила Аника. – Но я хочу побыть с тобой. Хотя бы видеть тебя.

Она посмотрела на него упрямым взглядом. Поправив плед, уселась на пол.

- Лучше иди в спальню, - настаивал Таннари. – Замерзнешь здесь.

- А тебе там холодно? – спросила она, глядя на него снизу вверх.

- Нет. Для меня это не холод.

- Значит и мне не холодно.

- Забыла, что нельзя себя подвергать риску? – сердито спросил он, присев на корточки, чтобы быть с ней на одном уровне.

- У меня есть одеяло, - упрямствовала Аника, указывая на плед. – А без тебя я чувствую себя еще хуже. Без тебя меня не согреет даже самое теплое место.

- Что ж ты за упрямая такая лисичка? Ты забываешь, что нужно думать не только о нас, - напомнил он.

Усевшись на полу напротив, он разглядывал ее сквозь прозрачную дверь.

- У тебя научилась, - буркнула Аника.

Она перевела взгляд на кодовый замок с клавиатурой.

- А может сбежим? – вдруг спросила она.

- Куда? – удивленно спросил Таннари.

- Куда-нибудь подальше. Нам не привыкать, - задумчиво произнесла Аника, приподнимаясь. – Спрячемся где-нибудь. Чтобы эти напасти нас не нашли.

Она с интересом изучила клавиатуру.

- Думаешь от них можно сбежать? – Таннари горько усмехнулся. – Если они нам предначертаны, то не спрячемся. Найдут где угодно.

- Я, кажется, запомнила цифры, которые набирал твой отец, - продолжала о своём Аника. – Сейчас попробую.

- А смысл? – Таннари наблюдал за ней. – Нас будут преследовать. И покоя точно не дадут, считая меня угрозой.

Аника взялась набирать цифры, в попытке вскрыть замок.

- Не надо, - окликнул ее Таннари, стукнув ладонью по двери. – Остановись. Что если я действительно представляю опасность? Я не хочу навредить тебе.

Девушка остановилась, не добрав несколько последних цифр.

- Я не хочу навредить тебе, - повторил он. – И стаю не могу подвести. Ты же понимаешь, что я не волен в выборе. Пусть лучше проверять и будем жить дальше спокойно.

Аника замерла над замком. Встретившись с взглядом любимого, увидела в нём смирение и просьбу присоединиться.

- Ну, хорошо, - неохотно согласилась она. – Но я буду здесь.

- Вот же упрямая ведьмочка, - усмехнулся он. – Так и хочешь отморозить себе что-то.

- Я не ведьмочка, а такая же как ты, - она сердито зарычала. - И холода не боюсь.

Она снова устроилась на полу перед дверью, а Таннари напротив по ту сторону.

- Ты привязал меня к себе душой и телом, - с оттенком обвинения проговорила Аника.

- На самом деле, если волчица хочет быть свободной, то ни что ее не удержит, - ответил Таннари. – Ни волк, ни любовь, ни брак. Тяга зверя к свободе сильнее всего.

- Значит, я не хочу, - Аника посмотрела на него блестящими от слез зелеными глазами. - Хочу быть привязанной к тебе.