Глава 29

         Мы сидели в полной тишине. Стены укрытия глушили все внешние звуки, оставляя редкие шорохи от движений и дыхания находящихся внутри людей. Мой взгляд постоянно притягивала нереальная в новых условиях внешность Инианы. Кожа бликовала неоновыми красками, порождая фантастический образ – светлые, почти белые щёки переходили в синюю линию скул, двойной красно-белой линией обрисованы глаза, создавали впечатление омутов подле вершин из надбровных дуг. Жутко и завораживающе. Моя «белизна» хоть и привлекала внимание, но смотрелась простенько. Я бросила взгляд на Эйду. Она рассматривала символ нарисованный на одной из стен. Рисунок напоминал колесо с восьмью спицами. Тонкие пальцы темнокожей девочки коснулись выбитых линий, стараясь таким образом прочесть непонятную для нас информацию.

– Камалари? – спросила одна из женщин сидевшая в углу убежища.

      Эйда вздрогнула и медленно повернулась к тем, кто уже несколько часов внимательно наблюдали за ней. Девочка сложила руки, соединив указательные и большие пальцы, прикрыла глаза и, вздохнув, нараспев стала проговаривать раз за разом фразу, будто призывая кого-то. Пожилой синерянец с болезненным видом, не в силах подняться, стал отстукивать ритм ладонью по своей лежанке, и тихо вклинился новой фразой дополняя Эйду. Задавшая вопрос женщина слегка улыбнулась и, рождая многоголосие, присоединилась с новыми словами. Мы с Наной с удивлением смотрели как отрывистые звуки, непонятные нам слова и хлопки превратились из общего гомона в молитву. Она совсем не походила на молитвы в наших храмах, не было монотонности и силы тембра приводящего прихожан в священный трепет, не было протяжных нот напоминавших о коленопреклонении перед верой, нет... Это даже не походило на мольбу, скорее призыв дать силы встать и идти дальше. Пусть мы с Наной не понимали ни слова, но эмоции текли бурной рекой.

– Остановитесь! – предостерёг Игбу, – Время охоты не прошло, если они увидят даже задатки магии, Тай отдаст нас на корм Жиглотам!

      Старик замер, а затем со злостью ударил по скамье, с отчаянным видом поворачиваясь к Эйде спиной. Всё очарование и магия момента исчезли, оставляя нас вновь в тишине с ещё большей печалью и разочарованием. И я тоже была разочарована! Игбу сказал, что знает того к кому мы пришли, но отказался проводить меня к нему. Он уверял, что ещё не пришло время моей встречи с Чиром. Да откуда ему знать? На все мои вопросы он лишь пожимал плечами и отвечал:

– Создатель знает когда, кому, какой путь давать. Твой путь пока закрыт, если, конечно, не думаешь о гибели.

      Я очень не хотела о ней думать, учитывая, что нам и так было не просто находиться в неведении о судьбе наших друзей и родных оставшихся на первопроходце.

– Что это было? – прошептала Нана вырывая меня из раздумий.

      Я с вопросом посмотрела на Игбу, переадресовывая слова подруги, но ответила мне женщина, до этого обратившаяся к Эйде.

– Она одна из тех, в ком течёт магия порождённая неутомимыми потоками Синайры. Наш мир не уступает по происхождению ни Катаре, ни Райсе, но глядя на него сейчас этого не скажешь, – женщина вздохнула и расправила складки своей длинной юбки раздумывая над словами, – Наши предки нарушили баланс и поплатились за это. Правая рука уничтожает левую, ноги стремятся в разные стороны...

     Неосознанно я придвинулась ближе к Иниане. В трудных условиях не каждый человек может сохранить рассудок, а уж находиться с психами иномирными было ещё страшнее.

– Не о том ты Осуна, – остановил её третий мужчина с глубоко посаженными глазами, собранными в высокий упругий пучок волосами и в рубахе поверх широких штанин, – Что поминать прошлое. Было и было...

      Та кого назвали Осуной кивнула и, казалось, сникла ещё больше, вызвав у меня желание её поддержать:

– А как без прошлого понять будущее? Самое время сейчас рассказывать ужасные истории. – Я улыбнулась стараясь наладить между нами контакт. – Так кто вы?

– Мы? – Игбу обвёл всех сидящих в укрытии рукой, – Мы все дети великого Оошу. Мы все по сути своей имеем одно наполнение. Вижу, хочешь спросить «как такое может быть, ведь мы разные?» Всё просто. Десять миров, как десять ингридиентов одного и того же блюда. Преобладание одного из них в древней расе делает её уникальной.

      Игбу подошёл к Эйде и указал на круглый знак:

– Внутренний круг отвечает за созидание и внутреннее наполнение – это Райса и её жители анги утверждающие, что душа соткана из света. Внешний большой круг строит тело, материализует нужное и разрушает лишнее – Катара с демонами. Внутри этого единого целого живут искушения – Тар и раса йей, справедливость – ивери, сострадание – Вейша, приспосабливаемость – агунаки с Ха, самоисцеление, разум и стремление к знаниям – Элитар, сила – Амиора, алчность – Айкрсо... Соотношение величин и даёт нам абсолютно неповторимую расу, но при этом мы все состоим из одних и тех же наполнителей. Мы все дети одного создателя, даже если молимся разным богам.

– Очень... сильно сказано.

      Тяжело было признать эти слова, но Игбу был прав. Если закрыть глаза и общаться с людьми из разных уголков Земли, то окажется, что нет никаких различий, кроме внутреннего мира. Ведь вы не увидите ни стиль одежды, ни цвет кожи, ни красоту лица – это всё станет неважным. Мы все станем в этом смысле равными.

– Мы лекари вселенной и наша магия во многом наполняется силой природы. Наши предки помогали новорожденным мирам развиваться, давали толчок вперёд. – продолжил Игбу.

– Но у каждой монетки есть две стороны, – прервала его Осуна, – Любовь этих миров, переросла в поклонение и нам это нравилось. Подношения переросли в жертвоприношения. Кровь, которой окропляли алтари, была вначале добровольной и не несла угрозы уничтожения, но давала источник особой энергии. Мы заигрались в богов и не заметили, как анги и демоны развязали войну, объявляя Свет и Тьму главнее остальных составляющих. Первым был погублен Ха. Агунаки благодаря своей живучести и способностью приспосабливаться к любым условиям нашли выход сами. Айкрсо уничтожили полностью и жадность к наживе проникла в каждый мир разлетевшись пылью. Фотон и его жители ивери ограничивали своим поиском справедливости демонов...

       Я вздрогнула, услышав знакомые наименования. Ивери? Сердце замерло.

– Вы знаете как ивери оказались на Земле?

– Мы их туда привели, – пожал плечами мужчина с пучком, – их мир был разрушен, а нашим подопечным места хватало. Наши предки заключили договор с предками ивери и никогда не нарушали границ проживания друг друга. Защитники справедливости и целители – удачное наполнение молодого мира.

– Но что-то пошло не так? – почему-то я была уверена в этом на все сто процентов.

– Мы пришли на зов йей, – выплюнула слова Осуна, – Их мир подвергся нападению следующим и мы пустили к себе не самых лучших представителей погибшего мира. Охотники, искусители, любители игр внесли раздор в маленький земной мир, потеснили нас с пантеона богов, а затем заняли весь пьедестал, отобрав магию и загнав нас самих в состояние дичи.

– А как же ивери? – неприятно было принять, что мои предки не смогли вовремя помочь.

– Они затерялись в другой части молодого мира, выполняя обещание не вмешиваться в жизнь наших подопечных и дабы не привлекать к себе внимание демонов. – Игбу внимательно всмотрелся в черты Эйды, – Столько времени утекло с той поры. Все эти рассказы о мирах превратились для нас в сказки, позволяющие думать, что где-то ещё теплится вера в наше существование. Поэтому нас так взволновало появление девочки.

– Вы говорили... – резкий противный сигнал пробился сквозь защитные стены, сбивая меня с мысли.

– Охота закончилась, – Осуна подняла руки прошептав несколько слов благодарности создателю, – скоро можно будет выйти.

– Они нападают только во время охоты? – уточнила Нана.

– Можно сказать и так, – горько улыбнулся Игбу, – просто после охоты они предпочитают отдыхать и у нас есть возможность строить свою жизнь дальше. Как бы это не звучало, но монстры нуждаются в нас как в рабочей силе. Тех, кому повезло сохранить крохи целительной силы, даже охраняют. Наш дар бесценен, но он вырождается с каждым новым витком жизни.

      Для верности мы оставались в укрытии ещё, по моим ощущениям, около часа. Игбу после долгих уговоров пообещал выйти и показать где находиться Чир, но до последнего пытался убедить в том, что я совершаю ошибку. Иниана молча принимала мою решимость искать любимого и ждала отмашки на выход. Оставив Эйду под присмотром её теоретических родственников, мы вышли на тихую улицу вслед за Игбу.

– Нужно продвигаться на верхний ярус, – парень осмотрелся по сторонам пропуская нас вперёд, пока не скрыл лаз, – Мне нужно выполнить пару работ недалеко от дворца, так что проведу вас, но на территорию Высшей просто так не попасть. Радигары защищают весь периметр.

– На месте разберёмся, – улыбнулась я.

       Настроение стремительно улучшалось – я иду к Чиру! Остальные проблемы пока волновали в меньшей степени. Вернее я не позволяла пока о них думать, так как не могла на них повлиять. Я не могла связаться с братом, узнать что с мужем Инианы, поговорить с Мией, открыть к ним портал. Я могла только верить, что с друзьями всё хорошо и надеяться на их помощь в спасении. Сейчас передо мной стояла важная задача найти Чира.

       Густой сумрак улиц больше мне не мешал, зрение подстраивалось мгновенно к новым условиям. Каждая деталь недоступная человеческому зрению выделялась при этом не только чёткими контурами, но и запахами. Слегка мутило с непривычки, но чуткость слуха пугала намного больше. Я дёргалась от каждого шороха, хотя источник звука мог находиться за несколько поворотов от нас. В конце концов я измучилась за полчаса пути так, что уже практически перестала реагировать на возможную опасность, оставляя всё на волю моей реакции. Да и на нижнем уровне нам встречались лишь порабощённые синарийцы, которые постепенно выходили из своих укрытий, возвращаясь к обычной жизни. К обычной... Я с горечью посмотрела на этих людей, которые словно кроты живут во тьме. Которые, как должное воспринимают своё унижение и принимают охоту монстров, как неизбежное и практически нормальное для этого мира, стирая память о своём величии в прошлом. Печально... Я встряхнула головой прогоняя нахлынувшие мысли – я здесь не для того чтобы возглавлять новое движение к свободе, я здесь чтобы спасти Чира и с его помощью потом спасти себя.

     Неоновый отблеск Инианы виднелся далеко впереди. Пока я рассматривала затравленных жителей этого мира, не заметила, как Иниана с Игбу прибавили шаг. Затеряться в чужом мире кишащем монстрами совсем не хотелось, тем более что судя по изменившимся строениям и более пустым проулкам, мы вышли на средний уровень города. Я побежала ориентируясь на огненный цвет волос рисарии, как на свет факела, и со всего маху врезалась в твёрдое тело выпрыгнувшего сбоку зверя. Он казалось тоже не ожидал такой наглости и, перевернувшись со мной в кульбите, отскочил назад, оставляя перед собой место для манёвра. Моя реакция тоже не подвела и, сделав кувырок через плечо, я быстро встала в боевую стойку активируя острые шипы на перчатках.

– Чир? – горло пересохло от неожиданности.

     Чёрный зверь с огненной короной на морде тяжело дышал, словно его остановили после долгого забега. Я слышала бой его огромного сердца, ощущала жаркое дыхание на коже. Так не может везти! Сжатые до боли кулаки стали опускаться вниз и улыбка сама собой озарила моё лицо:

– Как же ты меня напугал! – я сделала робкий шаг к моему оморуну.

     Зверь недоверчиво сощурил глаза и приоткрыл клыки, предупреждая от легкомысленных действий. Оморун сморщил нос вдыхая запахи ночи окружающие меня и оскалился ещё сильнее вынуждая сделать шаг назад. Невольно я оглянулась на удаляющийся силуэт Инианы и мелькающую тень Игбу: «Обернитесь!»

– Ашшшами! – прорычал оморун неестественным голосом и бросился на меня.

– Чир! – я увернулась в последнюю секунду выпрыгивая как пружина из смертельного захвата мощных лап зверя, – Может поговорим вначале?

– Смерррть!

      Оморун резво развернулся и двинул меня задними лапами с такой силой, что стена одной из ближайших построек заходила ходуном после удара об неё спиной. И не давая опомниться, тут же прыгнул на меня вновь.

– Чир! Это уже совсем не смешно! – пыталась я докричаться до его сознания, – Любимый, семейные сцены тебе не к лицу!

      Оморун клацнул зубами совсем близко от моего уха, выдёргивая по пути клок волос. Шутить расхотелось сразу. Зверь не реагировал на мой голос и либо был под воздействием, либо это был не Чир. Но во вселенной был только один оморун имеющий знак лидера мира Хорт на своей чёрной морде, его он унаследовал у отца и ошибиться я не могла. Оморун на мгновение замешкался после моих слов, но тут же с новой порцией гнева и ненависти бросился на врага. Его эмоции полыхнули с такой силой, что маленький оморун внутри меня жалобно заскулил. На долю секунды я потеряла контроль над телом, позволяя его отцу безжалостно нанести мне новый удар. Голова взорвалась от боли, но я успела оттолкнуть тяжёлую тушу, вкладывая в защиту ребёнка все свои силы. Мой дар Ашами никак не мог ухватиться за магию Чира, чтобы наполнить свои резервы. Я чувствовала их поток, но магия была заблокирована внутри Чира, а оморун не давал мне времени притянуть её ближе.

– Да что с тобой, чёрт возьми, такое?! – я успела перекатиться чуть дальше, избегая попасть под взбесившееся животное, всем весом приземлившееся рядом. Резкий подъём в прыжке и я пытаюсь отбежать на безопасное расстояние, но острые зубы успевают зацепить за одежду больно царапая спину. Как тряпичную куклу монстр трясёт человеческим телом из стороны в сторону взбивая внутренности и не давая возможности собраться. И вот я уже лечу в стену здания на другой стороне дороги. Шепчу спасибо своему старому опыту терпеть боль и группироваться на подсознательном уровне, стараюсь подняться на ноги – кашель пробивается сквозь тяжёлый вздох. Я сплёвываю скопившуюся во рту кровь и начинаю закипать. Чёртов одурманенный демонюка!

– Смерррть! – рычит оморун добираясь до меня двумя прыжками.

– Не дождёшься любимый, только вместе и в один день! – рывок в сторону и вот уже зверь врезается со всего маху мордой в чёрный синерийский камень за моей спиной.

      Удар ногой в прыжке в бок оморуна в надежде повалить его на потрескавшуюся землю. Зверь качнулся, но устоял.

– Прости Чир, – я со всей силой бью в морду зверю, вонзая в него шипы своих боевых перчаток.

     Чир мотает головой отступает чуть оседая на задние лапы. Не даю опомниться и бью вновь, желая вырубить зверя. Возможно, это единственный шанс... Чтобы достучаться до разума, нужно обездвижить мощное тело. Удар за ударом отражался болью в моём сердце, ведь я знала, что под шкурой оморуна бьётся сердце моего Чира. Казалось, в глазах монстра мелькнуло что-то знакомое, что-то человеческое и мои удары стали слабее, давая возможность зверю прийти в себя и сделать резкий рывок вперёд отбрасывая меня мощным ударом лапы. Резкая боль в боку обозначила место, где когти оморуна достигли цели и повредили защитный костюм. Следующий удар мог стать смертельным, но оморун не достиг цели, снесённый словно ураганом Инианой. Я согнулась давая возможность сыну Чира восстановить мои силы, пока подруга с боевым кличем рисарий пыталась отвести оморуна дальше по улице принимая удар на себя. В её руках сверкнули клинки что лишь раззадорило Чира. Но он не бросился на Иниану, а припадая на переднюю лапу развернулся ко мне. Подруга бросилась за оморуном, но по воздуху пробежала рябь и из сумеречной зоны стали выходить радигары, отрезая Иниану от меня. Пластичные кровожадные воины не спешили применять магию тоже, дабы не дать нам преимущества и позволить пробудиться силе Ашами. Я улыбнулась Нане вставая в боевую стойку и понимая, что одновременно Чира и несколько десятков радигаров нам вдвоём не победить. Игбу оказался прав – не время было искать встречи. Иниана кивнула мне в ответ готовая к сражению.

– Удачи, – прошептала я под нарастающий рык оморуна и командный выкрик одного из радигаров.

     Прыжок. Удар. Уворот. Боль. Новый удар. Отскок. Лязг метала. Ор радигаров. Рык оморуна. Клич Инианы... Я инстинктивно выхватила свой короткий меч, защищаясь от острых клыков Чира. Иниана тоже была ранена, я звериным чутьём уловила её стекающую по руке кровь. Нельзя отвлекаться, ведь силы уже на исходе. Вопрос лишь в том, кто из нас умрёт первым – я или Чир? На глаза навернулись слёзы и я поздно среагировала на обманный манёвр Чира прижавшего меня мощными лапами к земле. Чёрная морда оморуна оскалив клыки приблизилась вплотную, желая вонзить их в хрупкую шею, но остановился, почувствовав как острый клинок упёрся своим концом в самую близкую точку к сердцу зверя. Впервые после встречи в пещере мы с оморуном смотрели друг другу в глаза на таком близком расстоянии. Чир мог убить меня и даже смертельное ранение не могло бы испугать его внутреннего зверя, я это чувствовала, но он колебался. И я попыталась вновь пробиться к его сознанию, не позволяя отвести от меня взгляда:

– Чир... Любимый... Вспомни меня... Я Алина... Алан Птах, если хочешь, только вспомни меня!

– Ты убила мою мать! – кинул жуткое обвинение Чир.

– Её убил ты Чир, а сейчас можешь убить и своего сына...

    Оморун качнулся назад, узкие щёлки зрачков приобрели округлую форму предвещая перевоплощение, но в этот момент яркая вспышка ослепила всех участников драки – из портала сверкая своим неизменно золотым нарядом вышла Тайа:

– Остановись! – её приказ прозвучал так резко, что замерли все разом, не совсем понимая кому он предназначался, – Чир помни кто она! Ашами отравляет своей ложью твою душу! Я предупреждала о её коварстве!

     Чир зарычал вновь и покрылся искрами перерастающими в языки пламени покрывших его чёрную гладкую шерсть. Вот только для меня они были безопасны. Его оморун добровольно разделил со мной свою магию в небольшой каморке Икасе, признавая свою единственную пару. Я не просто не боялась его огня, я принимала его. Непонимание и испуг отразились в глазах зверя, пульс участился и он оглянулся на ту, которая имела над ним более грубую власть.

– Чир, посмотри на меня, – я на свой страх и риск обхватила огромную голову, пытаясь не дать своему мужчине получить новый посыл от сильного ментального мага, каким слыл в своё время Тай Шук.

      Оморун вернул взгляд и лёгкая дрожь охватила его тело. Краем глаза я видела короткий натягивающий жест Тайи проявляющий зловещий поводок на шее зверя. Чир мгновенно принял человеческую форму и попытался снять неощутимую для рук удавку. Он задыхался, но этого Тай было мало, и она сжала кулак, заставляя взвыть Чира от боли скрутившей его тело, не давая ему возможности увидеть её манипуляции.

– Нет! – я бросила умоляющий взгляд в сторону озлобленной женщины и увидела её тонкий палец прикоснувшийся к губам – моё молчание и подчинение в обмен на жизнь Чира и я, не задумываясь, кивнула.

     Удавка исчезла освобождая горло Чира для вздоха.

– Я говорила тебе милый, что не стоит идти на охоту без меня, – проговорила Тайа приближаясь к сидящему на земле Чиру, – даже прикосновение к ней для тебя может оказаться смертельным. У нас свои планы на Ашами. Её страдания стоят гораздо дороже её смерти.

     Чир приходил в себя, по его взгляду было трудно сказать о чём он думает, но запах страха чувствовала даже я. Открылся портал, в котором, оглянувшись ещё раз в мою сторону, исчез мужчина ради которого я и мои друзья рисковали жизнью. Тайа подозвала нескольких радигаров и показала на меня, давая понять что моя смерть временно откладывается, но последняя фраза резанула душу:

– А эту можете рассеять в пыль!

– Иниана!

        Скованная прихвостнями Тайи, последнее что я видела, как кровожадные воины занесли свои особые клинки, собираясь уничтожить гордую и сильную рисарию. Она приготовилась унести за собой как можно больше радигаров. Но вместе с её клинком полетела молния, рассекая одного из нападавших на две части. Тайа в гневе посмотрела на проявляющийся просвет в мрачном мире – из неровной грани взорванного пространства за спиной Инианы выскакивали дорогие мне люди, вступая в бой с не ожидавшими подобного радигарами. Дин Витор искрился готовый в любую секунду запустить новую молнию в любого, кто посмеет угрожать Иниане, Верена в боевой стойке Рикко Тарру (направления рукопашного боя для женщин-гоблинш объединяющее мастерство прямого боя с воздействием на биополе противника), Руслан с пингой в руках, Мия и Нико возвышающийся над остальными в своей полутрансформации. Тайа оценила обстановку верно и быстро скрылась в окне портала приказывая сковавшим меня радигарам следовать за ней. Злой выкрик Руслана соединился со звуком рассекающей воздух боевой пинги – один из радигаров упал в шаге от портала, потеряв голову в буквальном смысле, второй умирая с воткнутым бумерангом в спине, всё же успел переступить портал, отдавая меня на волю своей богине.