Глава 5

Нас всегда учили работать скрытно. Но нас никогда не учили воевать на открытой местности, где от твоих навыков не зависит ровным счетом ничего и единственное, на что ты можешь полагаться, так это на свое везение. И уже не важно, как долго ты воевал, невозможно предпринять никаких действий перед пулями, летящими прямо на тебя. Все, что у тебя остается в таком бою, так это почти животный страх быть убитым.

Мы не успели выйти из-под сени деревьев и встретиться с группой Елина, как раздались первые звуки выстрелов. Несколько человек, включая меня, припали к земле. Я стала быстро оглядываться в поисках стрелявшего, но ничего не могла увидеть. Высокие дубы закрывали весь обзор. Было даже тяжело понять, из какой стороны шла атака. Вик резко скомандовал всем пригнуться и зайти за стволы деревьев, что мы и сделали. Я стала задыхаться. Было ощущение, что я пробежала несколько километров и теперь страдала отдышкой. Но, стоило прикрыть глаза всего на секунду, как я поняла – это просто страх. И такой страх я испытывала впервые. Он заставлял меня сжиматься в комок, задыхаться, желать мчаться в обратную сторону.

Вик, не говоря ни слова, жестами приказал нам разделиться на группы и рассредоточиться по территории. Кучковаться нельзя. Мне пришлось взять к себе в отряд несколько человек и медленно, прижавшись к земле, обходить территорию обстрела с правой стороны.

Когда мы отползли на достаточно расстояние и пули до нас не долетали, я рискнула выпрямиться в полный рост, все также скрываясь за деревьями. Отовсюду слышались звуки выстрелов, чьи-то крики, сухой хруст веток под тяжелыми армейскими ботинками. Их было так много и все они раздавались с разных сторон, что я даже не понимала, откуда наступают. Полная дезориентация в пространстве пугала.

— Главное, — сказала я своим так тихо, как только могла. — Постоянно находитесь в движении. На тренировках нас учили быть как можно тише и перебираться как можно медленнее, но в прямом столкновении все работает несколько иначе. Вам надо постоянно перемещаться и при первой же возможности переводить дух за какой-нибудь оградой. Вы не сможете анализировать ситуацию, пока будете бежать. И, пока вы перемещаетесь от места к месту, то постоянно стреляйте. Движущаяся цель всегда пугает противника.

Мы медленно двинулись на звук приближающегося боя. Когда впереди показался первый просвет, мы ахнули от неожиданности: большое поле, у которого не видно ни конца ни края, все было заполнено людьми, которые кричали и отстреливались. Солдаты вражеской армии и солдаты Елина были одеты почти что одинаково, отличался только цвет камуфляжа. Эти цвета перемешивались, сливаясь в одну непонятную кучу. Я увидела и самого Елина, он пробивался вперед, активно жестикулируя руками и что-то постоянно крича. Вот группа людей в черном подобралась к нему как можно ближе. Среди них был Вик, я узнала его исключительно благодаря копне светлых волос.

— Наши стягиваются к командованию, — махнула я отряду. — Давайте пробиваться туда. Обойти со стороны все равно не получится, слишком большой охват территории.

И мы побежали. Стоило только выйти из-за деревьев, как с десяток вражеских солдат оторвались от своих дел и несколько секунд с интересом наблюдали за нами. Они не стали долго церемониться, просто достали оружия и начали обстрел. Скрыться теперь было негде, приходилось палить прямо в эту стену, чтобы хоть как-то обезопасить себя.

— Вик! Капитан Елин! — прокричала я, когда они уже были довольно близко.

Позади к ним подкрадывалось несколько вооруженных солдат, времени почти не оставалось.

— Пригнитесь! — Вик сгреб Елина в охапку и повалил на землю, пока я и еще несколько человек начали стрелять.

Солдаты вражеской армии, до этого пытавшиеся напасть на Вика и Елина, теперь изменили свою цель и обратили все свое внимание на нашу небольшую группу. Пришлось тоже пригнуться и стрелять уже из положения лежа. Одна пуля пролетела почти над самой моей головой, кто-то истошно закричал. Это задело девушку из моего отряда. Но помочь ей сейчас не представлялось возможным, приходилось ползти дальше. В это самое время Вик, прикрывая собой Елина, поволок его подальше от линии огня.

С другой стороны от вражеских солдат, паливших прямо по нам, из леса выбежал отряд под руководством Ри. Мы зажали их с двух сторон и тогда все было кончено. Когда последний враг пал, я побежала на помощь раненной девушке, но было уже слишком поздно. Кто-то попытался оттащить погибшую подальше, в укромное место.

— Не надо, — вставила я. — Или потеряем драгоценные минуты.

— Но она мой друг, — сказал парень, который склонился над распростёртым на земле телом.

— Ты уже ничем ей не поможешь.

Я со всей силы тряхнула парня за плечо и подняла на ноги. Вик все еще маячил где-то вдалеке с Елиным. Он словил мой взгляд и быстро кивнул в сторону. К нам уже подбирался новый отряд из десяти-пятнадцати человек во вражеской форме. По всей видимости, отряд Елина не смог справиться с врагом своими силами, поэтому на момент нашего появления их теснили к лесу. Нам предстояло отбивать территорию. В лесу, хоть и есть где укрыться, но этот процесс станет в разы сложнее. Мы не сможем ориентироваться и видеть картину целиком из-за деревьев, а рассредоточиться сейчас означало бы, что нас просто перебьют по одному. Врага было почти в два раза больше. Кажется, Лутак примерно понимал нашу численность с учетом отряда Елина и ифритов, а потому решил взять количеством. А еще он знал, что ифриты почти бесполезны на открытом пространстве в прямом столкновении. Знал и все старательно рассчитал.

Мы побежали в сторону врага параллельно отстреливаясь. Тех, кто бежал впереди, прикрывали тех, что остались позади: они стояли на коленях, чтобы создать идеальную точку опоры оружия и стреляли по врагам. Этому нас учил Вик на наших тренировках. Иногда он рассказывал нам о том, что такое настоящий бой и как стоит себя в нем вести. Ни говоря друг другу ни слова мы вспоминали различные техники построения и старались считывать мысли друг друга исходя из движений какого-то одного члена нашей команды.

Группа, которую вел Ри, заняла прикрывающую позицию, это позволило нам подобраться максимально близко к вражескому отряду и нанести удар. Я побежала сразу на двух солдат, которые находились ближе всего. Бросившись вперед, я первым делом выбила оружие из их рук. И тут я вспомнила, как страшно мне было всего несколько секунд назад, когда я лежала в открытом поле под свистом пуль и не знала, попадут ли они в меня. И тот же самый страх я прочла в глазах этих солдат. Ударив одного и другого под дых и убедившись, что они потеряли сознание, я обернулась к своим.

— По возможности не убивайте.

И, словно услышав мои слова, ифриты тут же принялись оглушать своих противников. Как бы страшно ни было, они сохраняли присутствие духа и все еще могли слушаться приказа.

Когда я в следующий раз оглянулась в сторону Вика, он уже прорывался вперед вместе со смешанным отрядом, состоявшего из ифритов и солдат Елина. Я смогла насчитать порядка тридцати человек. В этом же отряде успела заметить Марка и Тею, они перебегали с места на место и прикрывая друг друга.

— Расчистим территорию на тридцать метров вперед, а затем повернем налево и присоединимся к отряду Вика, — сказал мне Ри со спины. — Так мы сможем дать место для маневра людям Елина.

— Хорошо, — я кивнула. — Тогда прикрывай мне спину, а вперед я смогу двинуться сама. Можем использовать гранату?

— Нет, люди Елина прошли вперед, есть шанс их задеть. Пока отбиваемся своими силами.

Я посмотрела в ту сторону, куда уходило сражение. Действительно, не было видно единого наступательного отряда. Из-за этой кучи людей, которые хаотично бегали из одной стороны в другую, было сложно понять, откуда именно идет враг и какова его численность. Но если туда побежал Вик, значит он точно знал. Это и можно было взять за ориентир.

Нам не говорили, что воевать сложно. И я не о постоянной боли, потерях и страхе, а скорее о том, что происходит непосредственно во время сражения. Если так подумать, у меня никогда ранее не было подобного опыта. Я всегда знала куда и зачем я иду, какова моя конечная цель, как ее достигнуть. Но это было похоже на ад. Всеобщая паника, крики и звуки от выстрелов, которые полностью дезориентируют. Мы шаг за шагом продвигались вперед, но не были уверены в том, что шли в нужном направлении и пытались спасти себя всеми возможными силами. Ифриты не были готовы к такому.

Наверное, кто-то отвлекся, потому что с правого края резко начали атаковать. Солдаты должны были предупредить, если с какой-то стороны покажется враг, чтобы мы могли объединить свои силы и напасть прежде, чем кого-то из нас убьют. Но никто не предупредил. Первой моей реакцией было пригнуться, возможно это меня и спасло, потому что пуля прошла почти у самой моей груди. Плечо охватила жгучая боль. Неосознанно, теряя драгоценные секунды, я окинула место ранения взглядом. Через плоть не прошло, но задело почти самый край формы, оголяя кожу и оставляя неглубокие раны. Я зашипела. Надо было сразу падать к земле, а не отвлекаться на подобные мелочи. Следующая пуля прошла уже у бедра. На этот раз я не стала смотреть, а сразу же бросилась стрелять в атакующего. Трое солдат подкрались совсем близко, не понимаю, как мы могли их не заметить. Я сделала пару выстрелов и только потом, когда с ними было покончено, заскулила от боли.

— Эл, ты в порядке? — надо мной склонился Ри. — Жива?

— Все хорошо, просто задело. Сколько наших?

— Четверых убили, — коротко ответил он и принялся поднимать меня на ноги.

Кровь стекала по моему бедру и рукам, каждое движение теперь давалось с трудом. Но я хотя бы была жива, пока несколько других человек в черной униформе лежали буквально под моими ногами. Нас осталось не так много.

— Надо срочно присоединяться к отряду. Ты бежать сможешь? — спросил у меня Ри.

— Все хорошо, давай быстрее.

И мы снова побежали вперед. Боль нарастала с каждым новым шагом, но адреналин притуплял ее. И, наверное, это было хорошо. Он помогал мне держаться на ходу и бежать также быстро, как если бы меня не ранили. И все бы ничего, но именно из-за адреналина я не слышала ничего, кроме стука собственного сердца в ушах. Вот почему я не заметила, как ко мне что-то приближается.

Я поняла, что меня сбили с ног, только когда почувствовала вкус земли на своем языке. Мое тело придавило сверху. Извиваясь, точно змея, мне хотелось скинуть этого человека. Наконец я со всей силы дернулась, перекатилась в сторону и смогла сбросить нападавшего. Солдат вражеской армии смотрел с неким недоумением во взгляде. Думаю, он напал не специально, просто бежал от чего-то и со всей дури налетел на меня. Но сейчас выбора у него не оставалось. Мы стали драться, лежа на земле в пыли и грязи. Мне удалось схватить его за волосы и пару раз ударить по лицу, но он все не терял сознание. Наверное, он заметил кровь на моем плече и со всей силы нажал на него. Я закричала и забрыкалась, умудряясь скинуть его с себя. Достав пистолет из-за пояса, я со всей силы стукнула парня по виску. Борьба прекратилась.

Поднявшись на ноги, я поняла, что потеряла свой отряд. Ри нигде не было видно. Вероятно, они не сразу заметили, что я пропала, а если и заметили, то не стали возвращаться. Внутри все похолодело от страха. Совсем рядом послышались звуки драки, это люди Елина сражались с небольшой группой врагов вместе с ифритами. Я сразу же побежала туда, оставаться сейчас одной было бы равносильно смерти.

Но стоило мне сделать всего несколько шагов, как кто-то закричал во все горло «Осторожнее!», а затем раздался лязг металла. Это было похоже на то, что я испытала тогда в метро: вспышка света, грохот в ушах и волна жара, которая отбрасывает тебя в сторону. Только теперь не было никого, кто мог бы поддержать меня за руку и спасти. Взрыв от гранаты оглушал, но не в обычном понимании этого слова. На несколько я секунд я не только перестала слышать, но и видеть.

Лежа спиной на земле, я будто провалилась в небытие. Я чувствовала холодный ветер на своих щеках, чувствовала, как стекает кровь, но все остальные ощущения словно замерли. Первый цвет, пробравшийся в мое сознание, был серый. Это цвет неба, что озарял наш мир в тот день.

Я с трудом поднялась на ноги. Озираясь по сторонам мне было сложно понять, что происходит вокруг: все цвета, предметы, люди — все смешалось в единое целое. Но потом, почти над самых ухом, пронесло что-то жужжащее. Снова раздалось два взрыва. Мне казалось, что затылок окатило кипятком, и что кожа на это месте расплавилась, но, когда я дотронулась рукой до своих волос, то обнаружила лишь несколько пятен крови на бледных тонких пальцах. На секунду, всего лишь на секунду, я подумала «а почему я тут нахожусь?». И как раз в этот момент прямо передо мной что-то упало. Мои глаза медленно переместились вниз, пытаясь изучить предмет.

Это был человек в черной униформе. Мне хотелось разглядеть лицо, хотелось понять кто это, но зрение все никак не фокусировалось. Шестеренки в мозгу медленно зашевелились. Мы тут, потому что надо сражаться. Мы тут, потому что надо помочь своим товарищам. Мы тут, потому что должны бороться. Вот и все.

Я приложила немало усилий, чтобы сделать первый шаг. Наверное, учиться ходить было не так тяжело, как сделать этот шаг на поле боя.

Я медленно шла вперед, находясь словно в тумане. Слова, звуки, цвета — я не могла воспринимать поступающую информацию. Меня толкали, хватали за руки, но я продолжала идти вперед, не обращая внимания. Все это лишь декорации. Звуки и голоса слились в единый шум, который находился где-то снаружи. Он почти что не проникал в мой мозг. Что я тут делаю? Разве не лучше ли было сейчас сидеть где-то в кабинете Вика, слушать его мерное дыхание, смотреть на наши фотографии, озорные слабом светом электрической лампы?

Меня еще раз схватили за руку. Но теперь, когда я попыталась вырваться, ее сжали еще сильнее, а затем со всей силы тряхнули за плечи. По всему телу прошла мелкая дрожь. Это был Вик. Он сжимал мои плечи обеими руками, его лицо нависло над моим, а рот постоянно открывался, выводя какие-то звуки. Только спустя несколько мгновений я поняла, что он что-то кричал. Но я не могла расслышать, только не сейчас. Мне пришлось показать пальцем на уши, чтобы он понял. Вик сразу перестал кричать, его взгляд встревоженно пробежался по моему лицу.

— Я не слышу, — попробовала сказать я.

Не знаю, получилось ли у меня придать этой мысли форму слов или нет. И пусть это звучит немного по-дурацки, но мне кажется, что ему и не нужны были мои слова. Он мог бы понять все одним своим взглядом, одним моим жестом. По крайне мере, это то, во что мне хочется верить. Вик лишь согласно кивнул и крепко взял меня за руку.

А потом мы бежали, бежали очень быстро. Периодически Вик останавливался, чтобы отстреляться. Я тоже пыталась отбиваться, когда ко мне кто-то подходил очень близко, но это был скорее инстинкт, а не осознанные действия. Я просто делала это и все. Просто потому, что так надо было.

Через минут пятнадцать мы смогли прорваться к нашему отряду. Несколько солдат в черной одежде прикрывал основной блок Елина, там же был и Денис. Увидев нас с Виком, он покинул строй и бросился на встречу. Лицо моего друга было полностью испачкано в земле и каких-то темных разводах, по виску стекала тонкая струйка крови. А глаза... сколько всего в них было: страх, сожаление, безнадежность.

— Возьми ее в строй, — прокричал ему Вик, отдавая мою руку. Это было единственное, что я услышала впервые за долгое время.

И вдруг я поняла, как соскучилась по этому голосу. Мне хотелось тянуться к нему, хотелось услышать другие слова, сказанные этим человеком. Раньше я не знала, что люди подразумевают под «родным» голосом. Мне казалось, что это больше про то, к чему ты привык. Но родной голос это немного большее, чем просто привычка. Это звук, который въедается тебе под кожу, который растекается в твоей крови, который заставляет все твое сознание выплывать наружу. Слыша его, тебе невольно становится тепло и уютно, и тогда кажется, что ты оказываешься именно там, где и нужно.

— Она серьезно ранена, — продолжал кричать Вик. — Позаботься о ней!

— А ты? — спросил у него Денис.

— Лутак там, я должен прорваться к нему.

Вик в последний раз сжал меня за плечо и, перезарядив оружие, готовился убежать вперед, туда, где в единую массу слилось столько людей.

— Я не ранена, — мне хотелось перекрыть шум боя своим голосом, хотелось, чтобы он меня услышал. — Возьми меня с собой.

— У нее все лицо в крови, — Денис меня даже не слышал. Может, я слишком тихо говорила?

— Я видел, как Эл оглушило от взрыва гранаты, она почти не слышит сейчас.

— Все хорошо, я не отпущу тебя одного, — моя вторая попытка вставить слово осталась незамеченной.

Вик, кажется, даже не хотел меня слышать. С тех пор, как он передал мою руку Денису, то ни разу не взглянул на меня. Он спешил, я понимаю. Спешил спасти жизнь еще кого-то. И раз так, то я тоже должна хоть что-то сделать.

Рядом с нами пролетел снаряд. Денис отвлекся всего на секунду, но мне этого было более чем достаточно. Пока он оглядывался назад, я одним движением сорвала кобуру у него с пояса. Мне нужно было оружие. Кажется, друг попытался меня ухватить, когда понял в чем дело, но я снова вырвалась. Вика нельзя было оставлять одного.

Вокруг меня снова все завертелось. В мир постепенно начал возвращаться звук, но он был все еще смазан. Я пыталась найти глазами Вика, однако среди других людей в черном это было сложно сделать. Остановилась всего на секунду, пытаясь проанализировать ситуацию. Наши солдаты заполнили почти все пространство, люди во вражеской форме маячили где-то вдалеке. Значит, мы их тесним? Услышала знакомый голос. Вик. Он был там, впереди. За ним следовало несколько людей в черных куртках, отстреливающихся от врагов. Судя по всему, Вик повел небольшой отряд наших людей в самое сердце врага. Недалеко от меня снова разорвался снаряд. Темная, окрашенная в бурую кровь земля, взлетела на воздух, повалил дым и закрыв мне обзор на Вика. Я потеряла их из виду. Затуманенное сознание подсказало мне, что я сейчас совершенно одна, оторванная от всех, кто мог бы мне помочь. Не самое выгодное положение. Надо было двигаться либо назад, либо вперед.

Еще пару шагов, и рядом снова взорвался снаряд. Пришлось лечь на землю, закрывая уши руками. Вик окончательно пропал из поля моего зрения. Сердце пропустило несколько ударов. Бежать, бежать пока не стало слишком поздно. С трудом, перешагивая через тела, я добралась до того места, где последний раз видела своего командира. Конечно же, его там уже давно не было. Мои ноги снова споткнулись об кого-то. Но на этот раз пройти мимо не получилось. Меня схватили за щиколотку и сжали ее так крепко, будто это был единственный спасательный круг. Кажется, это был кто-то из отряда Елина. Я аккуратно перевернула человека лицом вверх, стараясь не причинить много боли, но солдат все равно поморщился. Из-за грязных разводов на лице раненного было даже тяжело сказать, сколько ему лет, какого цвета у него глаза, есть ли у него родинки на лице, появились ли первые морщины в уголках глаз. Он простонал что-то нечленораздельное. Надо было помочь, но... Рядом пробегал кто-то из ифритов. Кажется, я видела этого парня пару раз в тренировочном зале. Я окликнула его и он, едва завидев меня, быстро кивнул и бросился в нашу сторону.

Парень, склонившись над нами, быстрым взглядом окинул раненного.

— Его нужно перевязать. У тебя есть что-то? — я отрицательно покачала головой. — Хорошо, прикрой нас, пока я окажу ему первую помощь.

— Сможешь доставить его в тыл? Мне надо идти вперед.

Он ничего не ответил, просто сразу же принялся перевязывать раны пострадавшего всем тем, что подворачивалось под руку. В это время я стояла рядом с ними и прицеливалась. Несколько раз к нам порывались подойти вражеские солдаты. Тут, стоя посреди поля боя, мы рисковали гораздо больше, чем в любом другом месте. Пули летели сквозь нас, от них невозможно было увернуться.

— Позади, — вдруг со всей силы закричал ифрит.

Я оглянулась. Действительно, с другой стороны к нам подбиралось еще несколько человек. Они готовы были выстрелить в любой момент. Я успела лишь вытащить небольшую гранату с пояса и бросить в ту сторону. Взрывная волна, хоть и небольшая, разбросала нас по сторонам. Снова поднявшись на ноги, я принялась отбиваться от тех врагов, что уже устояли на ногах. В это время мой партнер перехватил раненного солдата через плечо и побежал вместе с ним в тыл. Я остановилась, провожая их взглядом. Стоило лишь на секунду отвлечься, как тут же накатила слабость. В голове все поплыло.

Оглядевшись по сторонам, я не смогла увидеть хоть кого-то в черной форме ифритов. Мое внутреннее чувство пространства совсем потерлось. Пробежав несколько метров наугад, я снова обо что-то споткнулась. Но на этот раз, летя на землю лицом вниз, я не увидела там ничего, что могло бы мне помешать. Кто-то схватил меня за волосы и со всей силы потянул вверх. Стараясь хоть немного уменьшить боль в голове, я последовала этому движению. Мои локоны, замотанные в стальной кулак, крепко сжимал капитан Лутак.

— Куда ты так несешься? Даже не замечаешь старых друзей?

Я в панике началась озираться по сторонам, пытаясь найти хоть кого-то.

— Даже не пытайся, мы довольно далеко от твоей группы.

— Что тебе от меня надо? — я бросила на него взгляд полный ненависти.

Толстый и обрюзгший, он стоял прямо напротив меня все также крепко сжимая мои волосы, чтобы я никуда не вырвалась. От него исходил мерзкий запах металла, крови и пота. По обе стороны от капитана стояло несколько солдат с заряженным оружием.

— Птичка на хвосте сообщила, что ты обладаешь некоторыми ценными сведениями, которые могли бы нам очень помочь.

— Ты просто трус, который готов предать полис в обмен на свою жизнь. Даже если бы у меня и были какие-то важные сведения, я скорее умерла бы, чем отдала их в руки такого человека.

— Полис, говоришь, — он противно усмехнулся. — А что, если это полис предал тебя? Оглянись вокруг, посмотри сколько мертвых тел под твоими ногами. Думаешь, полису есть до них дело? Наоборот, именно из-за него твои друзья и приняли смерть.

— Если ты так ждал моей смерти, то просто сделай это. Но этот бред я слушать не собираюсь.

— Ну уж нет, ты нужна мне живой, милочка. Мы столько за тобой бегали, уж будь добра.

— У меня ничего нет, дурья твоя башка! — для убедительности я расстегнула куртку и показала, что во внутренних карманах пусто.

— Есть, — он улыбнулся и дотронулся пальцем свободной руки до моего виска. — Прямо вот тут.

Лутак потерял бдительность всего на секунду, но за это время я успела дотянуться до ножа, прикрепленного к моему бедру. Одним выпадом руки я попыталась полоснуть капитана по шее, гад успел отклониться. Зато мои волосы снова стали свободны. Я попятилась, сжимая нож в своих дрожащих руках. Вся эта ситуация лишь позабавила Лутака. Зато я вся дрожала. Было заметно, что мои ноги вот-вот откажутся держать туловище.

Едва капитан приблизился ко мне вплотную снова, как его руки ухватились за ворот моей одежды. И я поняла, что на этот раз мне не вырваться, у меня просто не осталось сил. Рука с ножом безвольно опустилась вниз. Оружие упало на землю и затерялось где-то под сапогами моего врага. Одновременно с этим совсем рядом раздался звук выстрела. Лутак покачнулся, а на его плече стала медленно проступать кровь. Меня снова кто-то схватил за плечи и одним быстрым движением стряхнул руку капитана с ворота одежды. Солдаты, до этого охранявшие Лутака, сразу же направили свои автоматы в мою сторону.

— Если не хотите, чтобы я прямо сейчас застрелил вашего командира, то советую не дергаться лишний раз, — сказал Вик.

Он стоял прямо позади меня, направив оружие на Лутака. Своей спиной я почти что опиралась на его грудь, именно она не давала мне завалиться назад и упасть на землю.

— Ты совсем без головы на плечах? — теперь Вик кричал уже на меня. — Я же сказал тебе оставаться с Денисом.

— А-а, — нараспев протянул капитан, прижимая ладонь к свежей ране. — Вик! Давно же мы не виделись. Неужели прибежал спасать плоды своих вложений?

— Я уже передал твоему другу, что никогда не отдам вам Эл. Можете даже не пытаться.

— Да ну? А что, если она сама придет к нам? Эл, не так ли? Я ведь руковожу этим отрядом, знаешь? И, если ты согласишься пойти со мной...

Он не договорил, потому что в ту же самую секунду Вик снова выстрелил. Капитан рухнул на колени. Последнее, что я увидела в его глазах — удивление. Теперь с ним было покончено раз и навсегда.

Вик не стал дожидаться особого приглашения, он сразу же направил оружие на одного из солдат, который стоял рядом с капитаном, и выстрелил. Второй солдат поднял руки вверх в знак полной капитуляции. Глядя на него Вик помедлил, размышляя, стрелять или не стрелять. Я же в это время все никак не могла отвести свой взгляд от мертвого Лутака.

— Вик, — я аккуратно убрала руку парня с моего плеча. — Он сказал, что я ему была нужна.

Вик отвлекся всего на секунду, переведя взгляд на меня, но и этого было достаточно. Солдат, до этого находившийся под прицелом, дал деру.

— Черт, — прошипел Вик. — Он побежал звать подмогу.

Одним легким движением парень оттолкнул меня и ринулся за солдатом. Мне потребовалось две секунды, чтобы мой мозг переварил ситуацию и дал соответствующую команду: бежать за ним. Нельзя было оставлять его одного.

Мои ноги понесли меня вперед, но слабость и дрожь в коленях сделали свое дело. Я прилично отстала. Чувство страха вытесняло и боль, и все остальное. Только спустя две минуты удалось догнать его так, чтобы парень находился в поле моего зрения. Вик стоял, точно вкопанный, посреди поля. Между нами оставалось не более двадцати метров. «Почему он не двигается?» — пронеслось в моей голове за долю секунды. Его оружие было опущено. Кажется, он с кем-то говорил? Но я не могла услышать ни единого слова из-за окружающего нас грохота.

— Вик! — прокричала я изо всех сил.

И тогда он развернулся... но не только он. В нескольких шагах от него стоял хорошо известный мне человек-змея. Эстер хищно улыбнулся, стоило ему завидеть мою фигуру вдалеке. Точно также он улыбался, когда вручал мне мой «подарок» на приеме. Я все помнила. Первой мыслью было броситься на человека-змею, но затем... затем я перевела глаза на Вика. Сердце пропустило несколько болезненных глухих ударов.

Вик стоял ко мне в полоборота. Его взгляд был точно таким же, как и в нашу первую встречу в подземке: сожаление, вина, грусть. Но на этот раз там была еще одна эмоция. По спине пробежался холодок. Вик смотрел на меня будто бы в последний раз. Уголки его губ едва заметно дернулись, он набрал в грудь воздуха.

— Эл, беги! — закричал Вик.

Я сделала крохотный, почти неуверенный шаг назад, словно не верила в происходящее и действовала исключительно по инерции. А затем раздался выстрел.

В тот день было много выстрелов, я почти привыкла их не замечать. Но этот звук отдался звоном во всем моем теле и оглушил меня гораздо сильнее, чем все то, что разрывалось рядом со мной до этого момента. Время остановилось. Я не чувствовала ничего, ни пульсации своей крови, ни дуновение ветра на лице. Мой мир сузился до невероятно маленьких размеров. И все, что я могла видеть, это как Вик медленно, почти незаметно для всех, оседал на сырую землю. Образовавшуюся тишину нарушил звук второго выстрела.

Мир снова пришел в действие. Удар сердца, второй. Ноги начали приходить в движение, а с губ сорвался первый выдох за все это время. По грудной клетке пошла сильная вибрация, горло саднило. Лишь спустя несколько секунд до моего сознания дошло, что это произошло потому, что я кричала изо всех сил. Кричала, но не понимала, что именно.

Я не помнила, как добралась до Вика. Просто рухнулась рядом и медленно потянулась к нему дрожащими руками. Первым в мой мир пробрался звук его неровного дыхания.

— Вик! Вик! — я кричала и трясла парня, стараясь привести его в чувство.

Мне почему-то казалось, что еще немного, и Вик откроет свои глаза. Что он улыбнется, как это часто бывало, когда он меня разыгрывал. Но этого не происходило. Заплетающиеся пальцы начали быстро ощупывать его лицо и одежду, пытаясь понять, где именно прошли пули. Вик полностью был в крови. Его лицо и одежда были измазаны противным красным цветом. Я терялась в нем, даже не имея возможности понять, где находится рана.

Человек-змея прошел мимо нас. Он посмотрел на меня сверху вниз, издал утробный звук, отдаленно напоминающий смешок, а затем пошел обратно. Вероятно, Эстер что-то сказал, но в тот момент я не могла ни видеть, ни слышать его.

— Вик, пожалуйста, — это был уже даже не крик, вопль. — Очнись, прошу тебя.

Я обхватила руками его лицо, провела по белым волосам. Это не помогало.

— Вик!

Мое лицо промокло от слез. Их было так много, что я уже даже не могла разглядеть его черты. Все так размыто.

— Нет, слышишь?

Из последних сил я тряхнула его за плечи. Вик слегка закашлял. Ресницы на его лице едва заметно дрогнули, но мне было достаточно и этого.

— Эл, — едва слышно произнес он слабым голосом.

— Вик! Ты как? — не веря своему счастью спросила я.

— Уходи.

— Нет, я без тебя никуда не пойду! Сейчас, погоди немного, я помогу тебе, хорошо? Просто подожди, прошу тебя!

— Послушай меня хотя бы раз.

Он вдруг весь поморщился, но из всех своих последних сил он смог чуть-чуть поднять свою руку. Она коснулась моих пальцев.

— Что ты...? — всхлипнула я.

— Уходи.

— Нет! Я вытащу тебя.

— Да!

— Вик, умоляю, — я уже не могла сдерживать рыданий. — Дай мне помочь!

Он ничего мне не ответил, лишь улыбнулся, так же солнечно, как и всегда. Его рука, до этого сжимающая мою ладонь, теперь безвольно опустилась. Силы покидали его с каждой минутой, а дыхание становилось все тяжелее.

Вдруг рядом появился Денис. Он подбежал к нам так незаметно, что я даже дернулась от испуга. Вероятно, он просто шел за мной, когда я покинула тыл. Так Денис и вышел на нас.

— Что у вас тут? — спросил мой друг, но почти сразу умолк, едва заметив Вика.

— Денис, — всхлипнула я. — Пожалуйста...

Парень прижал ладонь к моему рту, чтобы я не тратила слов, а затем принялся расстегивать куртку Вика. Тогда мы увидели, что пули прошли где-то совсем рядом с грудью. На черной майке виднелись маленькие дырки, открывающие плоть. Грудь Вика вздымалась все чаще, он будто пытался поймать весь тот воздух, что был рядом.

— Держись, — как всегда отрывисто произнес Денис. — Мне придется перевязать раны, чтобы остановить кровь. Будет больно.

— Нет, — слабо сказал Вик, едва выводя слова. — Нужна твоя... помощь.

— Я и пытаюсь помочь, — возразил ему Денис.

— Он сказал, что скоро будет взрыв.

— Они проигрывают, — кивнул Денис словно бы в подтверждение его слов.

— Все взлетит на воздух... Забери Эл, ты обещал.

Денис несколько секунд внимательно изучал его лицо, будто бы решая что-то для себя. Затем он медленно кивнул, все еще не сводя с Вика глаз.

— Они не должны схватить ее, — Вик перешел на шепот. — Пожалуйста.

— Не переживай, я все сделаю.

Денис резко поднялся, а затем перехватил меня за пояс и перекинул через плечо так, что Вик остался где-то далеко внизу. Длинные волосы упали мне на лицо, закрывая почти весь обзор. Едва стоило мне понять, что происходит, как я начала быстро вырываться из цепкой хватки Дениса.

— Отпусти меня! Мы должны помочь Вику!

— Прости, Эл, — тихо пробормотал Денис куда-то в другую сторону, а затем бросился бежать прочь с поля битвы.

— Отпусти! — я начала со всей силы бить его ногами и руками, но парень не поддавался.

У меня никак не получалось вырваться, а тем временем мы отдалялись от Вика все дальше и дальше.

— Денис! Он умрет, если мы ему не поможем!

Вик продолжал лежать на земле, но теперь он повернул голову в мою сторону. Я пробовала опереться руками, обхватив Дениса за пояс, я кричала, я плакала, я протягивала руки к Вику, пытаясь ухватить эту часть своей жизни, важную часть. А Вик просто смотрел на то, как мы отдаляемся. Его губ коснулась улыбка. И мне не хотелось верить в то, что он улыбается, глядя на то, как мы покидаем его. Все что угодно, только не это.

— Вик! — из моего горла вырывался только хрип, голос совсем провал.

И в тот момент, когда он думал, что мы отошли достаточно далеко от него, я заметила, как улыбка сползла с его лица. Он напряг все свои силы и поднял руку по направлению ко мне, словно пытаясь дотянуться. Губы двигались, произнося какие-то слова. Но я не могла их расслышать, Денис унес меня слишком далеко. Я вдруг поняла, Вик и правда не хотел, чтобы его бросали. Что бы он ни говорил, как бы не храбрился... он не хотел оставаться один.

— Прошу, — прошептала я сама не зная кому. — Дайте его спасти...

А всего через пару мгновений горизонт озарился желтым свечением и земля, по которой мы недавно ступали, перестала существовать. Денис, даже несмотря на подступающий жар, несмотря на страшный грохот, продолжал уносить меня прочь. Я перестала сопротивляться. Слезы застыли на моих глазах. Вик, как и все что его окружало, исчез во мгле взрыва. В тот момент я тоже умерла.

***

Денис отпустил меня только тогда, когда добежал до тыла. Он просто бросил меня на землю, словно мешок с картошкой, и опустился на корточки, пытаясь отдышаться. А я стояла и смотрела на горизонт, где некогда раскинулось красивое поле. Наверное, через пару лет следы от войны пройдут. Возможно даже в том месте снова вырастет трава, стирая все следы страшного прошлого. Но тогда я видела лишь черные кратеры, лишенные всякой краски. Для меня это место никогда не зацветет снова.

К нам кто-то подбежал, похлопал по спине, помог подняться Денису. Встревоженные голоса говорили очень быстро, задавая тысячу вопросов. Но из всего гама я смогла различить лишь один.

— А где Вик? Вы же убегали вместе.

— Он погиб, — кратко ответил Денис.

Позже наш полис скажет, что армия врага позорно бежала, неся огромные потери, что это битва была за нами. Но никто никогда по-настоящему не узнает, что мы не одержали победу. Домой смог вернуться лишь какой-то жалкий процент и, даже несмотря на нашу победу, враг понес куда меньшие потери. Мы не выиграли. А наши души... души всех ифритов остались тогда на этом поле.