Капсула знаний

Допрос ученого привел их в очередные руины. Зал был огромным — купол уходил вверх, теряясь в темноте, где лишь изредка поблёскивали древние кристаллы, вмонтированные в стены. Воздух здесь был тяжёлым, почти осязаемым — он дрожал от напряжения, как струна перед тем, как лопнуть. Древние механизмы всё ещё гудели, хотя прошли века — их низкий, утробный гул проникал в кости, заставляя зубы ныть от вибрации. Капсула знаний висела в центре — прозрачный шар, оплетённый золотыми проводами, уходящими в пол и потолок. Внутри когда-то пульсировал жидкий свет, переливающийся золотом и зелёным. Теперь тонкая, почти незаметная пыльца кружилась внутри, оседая на стенках, как пепел погасшей звезды. — Она пуста, — сказал Сайно, подходя ближе. Его голос звучал ровно, но в нём чувствовалось напряжение. — Кто-то уже использовал её. Он провёл пальцами по краю капсулы, и на его коже остался тонкий, светящийся след остаточной энергии, которая ещё не успела рассеяться. Аль-Хайтам, разглядывая потухшие механизмы, добавил. — Недавно. Следы свежие. Итэр стоял у входа, в тени колонны, и смотрел на пустую капсулу, сжимая пальцы в кулак так сильно, что костяшки побелели. «Они нашли её. Раньше, чем я планировал». Он знал, что капсула будет пуста и её содержимое уже у Скарамуччи. Знал, что каждая секунда в этой гробнице приближает их к разгадке, которую он должен скрыть. Но он не мог уйти и отказаться от расследования, не вызвав подозрений. — Может быть, она всегда была пуста, — сказал он, стараясь, чтобы голос звучал беззаботно. Солнечный свет, пробивающийся через трещины в куполе, упал на его лицо, осветив на мгновение глаза, и в них не было радости. — Древние технологии не всегда работают так, как мы думаем. Может, это просто символический артефакт. Аль-Хайтам поднял на него взгляд, долгий и изучающий. — Нет, — сказал он спокойно. — Здесь есть следы недавней активации. Кто-то запускал механизм. Итэр почувствовал, как по спине пробежал холодок. — Мм.. радикалы? Они же были здесь. Может, они попытались что-то сделать и не получилось. — Радикалы не знают, как активировать такие механизмы, — возразил Аль-Хайтам. — Для этого нужен доступ к знаниям Академии. Или... кто-то из Фатуи. Они достаточно продвинуты в технологиях. — Фатуи? — переспросила Дэхья, нахмурившись. — Вы думаете, они причастны? — Я думаю, что это стоит проверить. Итэр сделал шаг вперёд, заслоняя собой капсулу. — Мы здесь не для того, чтобы искать Фатуи, — он закатил глаза, изображая усталость от их догадок, хотя внутри всё сжималось в тугой узел — Мы ищем хранителей. Пропавших учёных. Капсула пуста, значит, здесь нет того, что нам нужно. Может, лучше вернуться в деревню и сосредоточиться на других зацепках? Сайно повернулся к нему. Его жёлтые глаза, острые, как лезвия, впились в лицо Итэра. — Ты что-то знаешь, путешественник? Итэр замер. — Я знаю, что мы тратим время, — ответил он и повторился. — Капсула пуста. Что ещё можно узнать? — Можно узнать, кто её опустошил, — сказал Сайно. — И когда. Итэр сглотнул. Пульс застучал в висках, быстро, тревожно. «Они слишком близко. Если они продолжат копать — докопаются до меня... но что я могу предпринять сейчас?» — Ладно, — сказал он, отступая. — Но я всё равно считаю, что это тупик. Он отошёл к стене и прислонился к ней, скрестив руки на груди. Паймон подлетела к нему и тихо спросила: — Итэр, ты какой-то странный. Ты не хочешь здесь оставаться? — Хочу как можно быстрее уйти, — честно ответил он. — Но почему? — Потому что здесь душно. Паймон посмотрела на него с недоумением, но спорить не стала. Она только придвинулась ближе, коснулась его плеча своим тёплым, лёгким телом. Аль-Хайтам и Сайно ещё долго изучали капсулу, делали зарисовки, снимали показания. Итэр стоял в стороне, сжимая браслет на запястье, и ждал. Когда они наконец вышли из гробницы, небо уже начало сереть. Закат разливался над пустыней багрянцем и золотом, и песок под ногами горел, отражая последние лучи света. — Сегодня мы ничего больше не узнаем, — сказал Аль-Хайтам. — Вернёмся в деревню. Завтра продолжим. Итэр выдохнул с таким облегчением, что у него слегка закружилась голова. *** Паймон уснула в доме старосты, свернулась калачиком на овечьей шкуре. Её дыхание было ровным и спокойным. Итэр постоял над ней с минуту, глядя на её безмятежное лицо, потом вышел, отошёл за барханы, подальше от людских глаз, и активировал браслет — Агент на связи, — прошептал он. — Докладывай, — ответил Дотторе. Его голос был ровным, без эмоций. Но Итэр научился слышать в этой ровности ледяное недовольство. — Капсула найдена. Пуста. Команда подозревает Фатуи. Я пытался отвести их от этого направления. — И? — Не получилось. Они настаивали на осмотре. Сайно слишком подозрителен. Аль-Хайтам тоже. Я сделал всё возможное, но.. — Но ты провалил задачу, — закончил Дотторе. Тишина. Итэр слышал только собственное дыхание. — Я понимаю, командир. — Ты провалил задачу. — голос Доктора стал жестче, хотя он не повышал тона. — Ты показал им, что есть что скрывать. Теперь они будут копать глубже. А глубже — наша лаборатория, наши люди, наши следы. — Я сделаю всё, чтобы исправить ситуацию, — сказал Итэр, и в голосе его послышалась мольба, которую он не мог скрыть. Дотторе усмехнулся. — Единственное, что ты можешь сделать сейчас — не усугублять. Продолжай играть свою роль. Но если они приблизятся к правде.. — Я уйду. Легенда будет сохранена. — Твоя легенда уже трещит по швам. — медленно произнес Доктор — Будь осторожен. И не подводи меня ещё раз. Связь оборвалась. Итэр стоял в темноте, сжимая браслет, и чувствовал, как к лицу приливает жар от стыда. «Я подвёл его», — подумал он. — «Впервые. Он был недоволен мной». Он сел на песок, закрыл лицо руками и долго сидел так, не двигаясь. *** На следующий день никто не заметил, что он спал меньше обычного. Паймон, привыкшая к его утренней молчаливости, просто болтала о завтраке и о том, что у них почти кончились финики. Сайно и Аль-Хайтам обсуждали дальнейший план. Итэр сидел у колодца, пил воду и смотрел на горизонт. Вода была тёплой, с привкусом глины, помогала немного вернуться в реальность. «Они не знают, что я был там, — успокаивался он — Они не знают, что я увёз людей. Что я видел капсулу до того, как она стала пустой». — Итэр, ты опять красный! — сказала Паймон. — Ты что, заболел? Сумеру плохо на тебя влияет! — Просто жарко, — ответил он и улыбнулся. Паймон пожала плечами и улетела к завтраку. А Итэр остался сидеть у колодца, сжимая в руке пустую кружку, и думал о том, сколько ещё он сможет врать.