Глава 19

Глава 19. Юнь Вэйсы, как долго ты собираешься притворяться?

Сюй Цзинсянь вернулась с пустыми руками.

Юнь Хай убрал руку. Сюй Цзинсянь увидела это и прищурилась.

Чанмин вел себя так, как будто ничего не произошло, и поддразнил ее:

— Неужели бессмертная не нашла для себя волшебное оружие, достойное ее внимания?

— Кто видел облака на горе У, не признает других облаков [1], — спокойно сказала Сюй Цзинсянь. — Глава обещал мне русалий муслин моря Дунхай, зачем же мне что-то другое?

[1] Кто видел облака на горе У, не признает других облаков (除却巫山不是云 Chúquè wūshān bùshì yún) — познав лучшее, меньшего уже не хочется.

На самом деле, она все же присмотрела несколько хороших магических артефактов и заинтересовалась ими, но их успели забрать. Если Сюй Цзинсянь действительно хотела их, то ей пришлось бы вступить в бой и привлечь ненужное внимание, чего она не хотела. Ее цель заключалась не в том, чтобы воспользоваться чужой щедростью. Она не собиралась размениваться на мелочи.

— Ты уверена, что глава Чжоу не накормил тебя нарисованной лепешкой [2]? — улыбнулся Чанмин.

[2] Нарисованная лепешка (画饼 Huà bǐng) — на современном интернет-сленге «пустое обещание», «недостижимая цель». Используется для описания плохого отношения начальника к собственным подчиненным.

— Хочешь, чтобы я совсем потеряла надежду? — закатила глаза Сюй Цзинсянь. — Слуга попросил нас сообщить, сколько гостевых комнат для нас нужно подготовить, чтобы мы могли тут переночевать. Поэтому я сказала, что нас трое...

Она раскрыла ладонь, но в ней было всего две таблички.

— Две комнаты на троих. Господа, кто хочет провести со мной ночь?

Юнь Хай забрал одну из табличек.

— Похоже, что даою Сюй придется провести ночь в одиночестве.

Чанмин коснулся своего носа и сказал:

— Я могу провести одну ночь с бессмертной Сюй.

— Я поместила свое сердце в яркую луну, но кто знал, что яркая луна будет сиять над канавой [3], — вздохнула Сюй Цзинсянь.

[3] Я поместила свое сердце в яркую луну, но кто знал, что яркая луна будет сиять над канавой (我欲将心比明月，奈何明月照沟渠 Wǒ yù jiāng xīn bǐ míngyuè, nàihé míngyuè zhào gōuqú) — добрые и искренние намерения не получают заслуженного уважения, не ценятся.

Сказав это, она сжала табличку в ладони, развернулась и ушла, не оглядываясь.

— Пожалуйста, даою Чанмин, — улыбнулся Юнь Хай.

Чанмин промолчал.

Сюй Цзинсянь отказалась раскрывать свою личность, сказав только, что они трое — странствующие заклинатели, намеренно прячущие волшебное оружие на своих телах. Поэтому слуга террасы Семи Звезд отнесся к ними пренебрежительно и предоставил только две комнаты. Это были обычные комнаты для гостей, расположенные довольно далеко, к тому же сырые и холодные.

Некоторое время Чанмин медитировал в своей комнате, но когда он открыл глаза, то Юнь Хая и след простыл. Комната была пуста. Луна слабо светила снаружи, а ночные облака были красными и полупрозрачными, но их невозможно было разглядеть сквозь туман.

Глубокой ночью у него появилось свободное время, чтобы поразмышлять об этом загадочном Юнь Хае. Но после долгих раздумий он так и не смог прийти к окончательным умозаключениям.

Он так долго не видел этого недостойного ученика, что его память начала затуманиваться. Но среди туманных воспоминаний некоторые моменты оставались ясными и отчетливыми.

Когда Юнь Вэйсы впервые вступил в орден, была дождливая ночь. Он был серьезно ранен, но всю ночь провел, стоя на коленях на зеленой каменной плитке.

Изначально Чанмин не собирался принимать его. Идеальным учеником, по его мнению, должен быть тот, кто не отвлекается ни на что, кроме познания Дао. При сочетании природных способностей и упорного труда у такого человека будет больше шансов вознестись в будущем. Но Юнь Вэйсы был переполнен ненавистью, и хотел стать учеником только потому, что хотел отомстить.

Тем, кого обуревает ненависть, не суждено достичь больших успехов.

Ворота храма Юй-хуан были плотно закрыты, и никто не собирался впускать Юнь Вэйсы.

На рассвете враги семьи Юнь настигли его и хотели убить его прямо перед этими воротами. Они думали, что люди храма Юй-хуан не станут вмешиваться. Перед воротами поднялся шум, но Юнь Вэйсы отказался сдаваться и склонить голову даже под страхом смерти. Зеленый камень был полностью пропитан кровью, что невозможно было разобрать, была ли это кровь Юнь Вэйсы или же его врагов.

Наконец-то Чанмин решил вмешаться. Лично. Он уничтожил врагов семьи Юнь, но навлек на себя бесконечные беды.

Юнь Вэйсы усердно учился и был действительно очень сообразительным. Его понимание Дао превосходило обычных людей. Иногда он мог найти новые пути и сделать выводы на основе одного примера. Всего за несколько лет он в совершенстве освоил учение ордена. Чанмин пытался обучать и других учеников храма Юй-хуан, но все без толку. Только Юнь Вэйсы понимал его и находил применение своим знаниям.

Чанмин однажды подумал, что даже если он покинет храм Юй-хуан, Юнь Вэйсы сможет продолжать идти по этому пути, пока не станет первым великим мастером даосского ордена, вознесшимся за день. Но сейчас он почему-то находился в Девяти слоях Бездны.

Чанмин резко открыл глаза. Совсем рядом кто-то пристально наблюдал за ним.

Увидев, как он обернулся, Юнь Хай выпрямился и сказал с улыбкой:

— Я звал тебя несколько раз, но ты не ответил. Я уже подумал, твоя душа покинула тело!

— Даою Юнь настолько воодушевлен, что не спит посреди ночи, — отозвался Чанмин. — Хочешь поговорить со мной по душам?

— Конечно! — тут же отозвался Юнь Хай.

Чанмин не нашелся с ответом.

— Как только я увидел тебя, я почувствовал родственную душу, — продолжил Юнь Хай. — Я спрашивал тебя, встречались ли мы где-нибудь. Ты сказал, что это было во сне, но мне никогда не снились сны. Значит ли это, что мы могли встретиться в прошлых жизнях?

Чанмин не был уверен, действительно ли Юнь Хай сумасшедший или же просто притворяется глупым. Но даже если он и скрывал свою личность, он все равно говорил как ненормальный. С самого начала, как они встретились на берегу моря, он вел себя странно.

— Ты знаешь Юнь Вэйсы? — не удержался и спросил Чанмин.

На лице Юнь Вэйсы отобразилось удивление, которое тут же превратилось в улыбку.

— Откуда взялся еще один человек с фамилией Юнь? Сначала это был Сяо Юнь, а теперь Юнь Вэйсы. Неужели в мире так много людей с фамилией Юнь? Или же даою Чанмин влюбился в меня с первого взгляда и тайно восхищается мной, поэтому просто нашел повод завязать разговор?

— Юнь Вэйсы, как долго ты собираешься притворяться? — равнодушно спросил Чанмин.

— Боюсь, что даою Чанмин действительно принял меня за кого-то другого, — Улыбка Юнь Хая не дрогнула. — Меня зовут Юнь Хай, а не Юнь Вэйсы.

— На твоей шее возле левого плеча есть шрам, который прикрыт воротником, — заговорил Чанмин. — Ты получил его, когда впервые вошел в храм Юй-хуан, чтобы практиковать боевые искусства. Позже ты решил оставить его в напоминание о произошедшем, так что он все еще должен быть там.

Юнь Хай шевельнул пальцем и пристально посмотрел на Чанмина.

Красная луна светила сквозь щель в окне, освещая лишь часть его лица. Губы Чанмина были бледными, сжатые в тонкую линию, выдавая болезнь, что мучила его. Но Юнь Хай все равно чувствовал, что тот тверд и непоколебим, как скала.

Как глупо. Он и всего лишь слабак, которого можно убить в любой момент, но он все равно осмелился спуститься в Девять слоев Бездны и расправиться со всевозможными монстрами и чудовищами.

Человек, которого Юнь Хай мог убить одной рукой, нет, одним пальцем, все еще притворялся спокойным и смеялся.

Так почему же он все еще не убил Чанмина?

Юнь Хай обратился к своим воспоминаниям, но так и не смог найти ответа. Он не смог сдержать растущее раздражение.

— Вместо того чтобы заботиться о том, есть ли у меня шрам на шее, ты должен задаться вопросом, кто я такой, — медленно сказал Юнь Хай, приподняв уголки губ и закатав правый рукав.

Взгляд Чанмина устремился вниз, а затем он внезапно замер, напряженно выпрямив спину.

Красная линия более двух цуней в длину начиналась от сгиба его правой руки и змеилась вниз, тонкая и извилистая. Обычным людям эта красная линия показалась бы небрежно нарисованным киноварью узором, который можно стереть одним движением руки. Но Чанмин знал, что ее не только невозможно стереть, но к тому же она будет расти сама по себе. Со временем красная линия станет все длиннее и длиннее, в конечном итоге охватив запястье и закрыв ладонь, чтобы потом...

Обратить его в демона.

— У твоего старого друга тоже демоническая кровь? — Юнь Хай смотрел на него с улыбкой, в которой было что-то, похожее на демоническое очарование.

Не может быть.

Сердце Чанмина слегка дрогнуло, и именно эти три слова пришли ему на ум. Но он знал, что в мире нет ничего невозможного.

Чанмин поднял взгляд, чтобы посмотреть на Юнь Хая.

— Что случилось?

— Похоже, что у старого друга даою Чанмина нет демонической крови, — сделал вывод Юнь Хай.

— Как ты стал таким? — спросил Чанмин.

Юнь Хай вскинул бровь.

— Что, ты все еще отказываешься признать, что я не твой старый друг?

— Ты — Юнь Вэйсы, а Юнь Вэйсы — это ты, — твердо сказал Чанмин.

— Даою Чанмин такой упрямый! — усмехнулся Юнь Хай. — Почему бы мне тогда не отвести тебя посмотреть хорошее представление? Может быть, я смогу помочь тебе собрать всех заклинателей на веранде Семи Звезд, чтобы ты смог найти своего старого друга.

Он не стал дожидаться ответа Чанмина, потащив его к выходу. Чанмин невольно последовал за ним.

По всей террасе Семи Звезд ходили патрули, но Юнь Хай легко избегал их внимания даже с Чанмином, пока они не пробрались на задний двор великолепного особняка. Пройдя через густой лес, они остановились у чуть открытого окна. Чанмин не проронил ни слова. Даже если бы он захотел — Юнь Хай заставил его молчать при помощи какой-то техники. Тот сжал его руку и написал слово на его ладони.

Жди.

Чего ждать?

Чанмин взглянул на Юнь Хая, и тот улыбнулся ему, не желая ничего объяснять.

Юнь Хай также замаскировал и их дыхание, так что люди внутри не замечали чужого присутствия.

Чанмин быстро узнал, кто находился в комнате.

Бэй Шу, который недавно победил Тай Ло и стал новым владыкой реки Семи Звезд.

И Чжан Му.

— Мой господин, вы сегодня так величественны. Я искренне рад за вас. Река Семи Звезд — первый из девяти слоев Бездны. Она не так опасна, как остальные, и ресурсы духовной энергии здесь более обильны. Господин правит рекой Семи Звезд, что то равносильно тому, чтобы держать в руках власть над орденом, не уступающим Бессмертному ордену Ваньцзянь. Даже его глава и в половину не так хорош, как вы!

Чанмин никогда раньше не слышал, чтобы Чжан Му говорил подобным образом. Тактичный, ласковый, искренний и восторженный.

В Желтых Источниках Чжан Му был одним из немногих, кто разговаривал с Чанмином. Этот молодой человек из небольшого ордена, привыкший следовать общепринятым правилам, отправился в Желтые Источники тренироваться. Это наверняка было самым смелым решением в его жизни, но его талант был слишком ограничен. Даже если его техника владения оружием улучшилась, его боевые искусства все еще были в тупике.

Чанмин хотел найти возможность дать ему какой-нибудь совет, но тогда на них напали злые духи. Чжан Му не смог избавиться от слабости человеческой натуры, поэтому он бросил Чанмина демонам, чтобы получить шанс на спасение собственной жизни. С того момента Чанмин отказался помогать Чжан Му. Но он не ожидал, что здесь он вновь встретит этого человека.

Через щель в окне Чанмин услышал смех Бэй Шу и стал свидетелем ужасающей сцены.