Глава 14

Глава 14. Ты выглядишь как обычный человек, а он — как бессмертный

Мужчина неторопливо подошел и остановился на приличном расстоянии: так, чтобы остальные смогли рассмотреть его.

— Приветствую вас. Судьба распорядилась так, что мы встретились. Могу ли я согреться у вашего костра? Я хочу остаться здесь на ночь, а затем, с наступлением дня, пойти в город.

Его внешний вид и голос были точно такими же, что и в памяти Чанмина. Но его улыбка и выражение лица отличались. Чанмин оставался спокойным и не стал отвечать.

Сюй Цзинсянь заговорила первой:

— Конечно, господин, присаживайтесь. Но я попрошу сначала назвать свое имя и происхождение.

Чанмин не удержался и глянул на нее. Только что она была полна настороженности, с чего вдруг она теперь проявляет энтузиазм?

— Он выглядит так красиво, что не может быть демоном, — прошептала Сюй Цзинсянь ему на ухо, одернув рукава.

Ты знаменитая заклинательница, как ты можешь говорить такие глупости?

— Я тоже красивый, так почему ты не веришь мне точно так же? — поинтересовался Чанмин.

— Это другое, — возразила Сюй Цзинсянь. — Ты выглядишь как обычный человек, а он — как бессмертный.

А ты, значит, похожа на собаку [1]?

[1] Собака (狗 Gǒu) — распространенное китайское ругательство. Подробнее в конце главы.

Незнакомец, кивнув и сложив руки в жесте приветствия, не стал обращать внимание на их перешептывания..

— Фамилия этого скромного слуги — Юнь, а имя — Хай. Я странствующий заклинатель. Я слышал, что недавно в Девяти слоях Бездны появилось редкое сокровище, и я пришел сюда, чтобы посмотреть. Вы тоже?

Его тон звучал легкомысленно, но заклинатель, прошедший сквозь этот густой туман, должен был обладать определенными способностями. Хотя он и произвел впечатление на Сюй Цзинсянь, она не смела его недооценивать.

— Что за редкое сокровище?

— В прошлом году фиолетовый свет в небе над священной горой Вань не рассеивался несколько месяцев. Некоторые люди говорили, что здесь было божественное оружие, и небеса почувствовали его. А некоторые говорили, что в Девяти слоях Бездны бушуют демоны, враждуя друг с другом. Многие воспользовались этим, чтобы прийти в Девять слоев Бездны и посмотреть, есть ли у них хоть какие-нибудь шансы.

Закончив говорить, Юнь Хай заметил, что Чанмин смотрит на него, и чуть кивнул ему.

— Я не спросил, как вас зовут, даою.

— Моя фамилия Сюй, а имя — Цзинцзин, — улыбнулась Сюй Цзинсянь. — Поэтому господин может называть меня Цзин-эр. Со мной путешествует даою по имени Чанмин, но мы с ним не близки.

Чанмин потерял дар речи.

— Даою Чанмин кажется мне немного знакомым, — отметил Юнь Хай. — Мы где-нибудь встречались?

— Может быть, где-нибудь во сне [2], — многозначительно ответил Чанмин.

[2] Вероятно, в эти слова Чанмин вложил двойной смысл, т.к. выражение "встречаться во сне" означает сильную тоску по человеку. Пока я искал значение этой фразы, то встретил немереное количество лирических песен и стихов о любовной тоске х)

— Мы видим тысячи снов, так что, возможно, мы действительно могли встретиться там, — рассмеялся Юнь Хай.

Сюй Цзинсянь удивленно смотрела на них двоих. Почему они ведут такие странные разговоры при первой же встрече?

— Мы попали сюда совершенно случайно. — Чтобы не стать третьей лишней, она намеренно сменила тему. — Мы не можем выбраться отсюда, поэтому нам остается только продолжать идти вперед. Знает ли даою Юнь что-нибудь об этом месте?

— Я знаю только, что пусть Девять слоев Бездны загадочны и непредсказуемы, не бесплодны, — ответил Юнь Хай. — Люди живут здесь в городах, как и в человеческом мире. Обычных людей здесь совсем немного, в основном все они — отчаянные или очень способные заклинатели. Короче говоря, не стоит удивляться тому, что вы здесь увидите или услышите.

Он рассказывал так абстрактно, отчего Сюй Цзинсянь стало так скучно его слушать, что она едва сдерживалась, чтобы не перебить его.

— Даою Юнь говорит так красноречиво и уверенно. Мы оба новички, только закончившие обучение. Можем ли мы завтра пойти с тобой, чтобы позаботиться друг о друге?

— Конечно, — согласился Юнь Хай.

— Даою Юнь действительно хороший человек, — обрадовалась Сюй Цзинсянь. — Когда мы выберемся, я обязательно приглашу вас к себе в гости!

— Где же живет даою Сюй? — поинтересовался Юнь Хай.

— Мой дом находится на восточной горе, — подмигнула Сюй Цзинсянь. — Я вижу восход солнца и разноцветные облака, а также море и небо. Там намного красивее, чем в этом мрачном месте. И...

Пока она говорила, ее лицо ни капли не покраснело, а сердце не забилось чаще. Чанмин почти даже поверил ей. Но Юнь Хай явно больше интересовался Чанмином, чем ею.

— А что насчет тебя, даою Чанмин? Ты тоже живешь в том месте?

— Я чувствую себя как дома в любом уголке мира. У меня нет определенного места жительства, — сказал Чанмин.

— Даою, вы действительно никогда не были в Девяти слоях Бездны? — спросил Юнь Хай.

— Мы действительно там не были. Почему даою Юнь интересуется?

— Я вижу, насколько даою спокойны и расслаблены. Не похоже, что вы здесь впервые. Могу ли я прикоснуться к вашему свету [3], чтобы быть в безопасности? — Когда Юнь Хай улыбался, в его манере было что-то обворожительное и дерзкое, что не могло не привлекать внимание. — Я слышал, что Сюй Фэнлинь тоже пришел сюда несколько дней назад.

[3] Прикоснуться к свету (沾光 Zhānguāng) — получить преимущество, выгоду, воспользоваться кем-либо.

— Сюй Фэнлинь из ордена Дунхай? — Сюй Цзинсянь обратила свое внимание на его последние слова. — Этот гениальный мечник?

— Именно, — подтвердил Юнь Хай. — Я слышал, что Сюй Фэнлиня сопровождала молодая женщина, поэтому мне показалось, что вы — это они.

— Мы совсем еще новички. Как мы можем сравниться с Сюй Фэнлинем? — ахнула Сюй Цзинсянь. — Все говорят, что он достоин звания великого мастера. Пусть я никогда его не видела, но я с этим не согласна. В этом мире полно способных людей, но стать великим непросто. Каким бы способным он ни был, он не может быть сильнее тех великих мастеров, которые уже известны всему миру.

— Я мало что знаю об этом, но Сюй Фэнлинь должен быть достаточно силен, раз сражался на Конференции Цяньлин с главой Небесного Дворца Шэньсяо, продержавшись в ничью более трех сотен ходов, — возразил Юнь Хай. — Он даже заслужил похвалы от некоторых мастеров, так что в чем-то он все-таки способен.

— Зачем тогда Сюй Фэнлиню приходить в Девять слоев Бездны, если у него есть такое мощное божественное оружие, как меч Фуюнь? — спросила Сюй Цзинсянь.

— Волшебное оружие ни для кого не будет лишним, верно? — улыбнулся Юнь Хай. — Разве вы не пришли сюда, чтобы тоже получить шанс обзавестись им?

Сюй Цзинсянь воспользовалась возможностью поболтать с Юнь Хаем, отчасти потому, что она действительно пускала слюнки на его красоту, а отчасти потому, что хотела узнать его получше. Так они проболтали полдня, но Юнь Хай был осторожен в своих словах [4]. Тем временем сама Сюй Цзинсянь с легкостью выболтала, что она принадлежит демоническому клану.

[4] Букв. «Капающая вода не протекает» (滴水不漏 dī shuǐ bù lòu) — говорить или делать дело обстоятельно и осторожно, без ошибок.

Если бы попытка разгадать характер Юнь Хая была соревнованием, то Чанмин осмелился бы занять в нем первое место, и никто не смог бы претендовать на второе. Потому что с первого взгляда Чанмин понял, что этого человека зовут вовсе не Юнь Хай.

Его настоящее имя — Юнь Вэйсы. Юнь Вэйсы — его старший ученик, который когда-то поднимался за ним до небес и спускался на землю [5], но затем восстал против него и поклялся убить.

[5] Подняться до небес и спуститься на землю (上天入地 shàng tiān rù dì) — ничего не бояться, быть бесстрашным. Также означает большие магические силы.

В свете костра брови Юнь Хая четко выделялись, и каждый его хмурый взгляд и улыбка принадлежали этому человеку, но в то же время не принадлежали.

Юнь Вэйсы редко улыбался. Как только он посвящал себя чему-то, он полностью забывал о еде и сне, пока дело не будет успешно завершено. Чанмин был строг со своими учениками, но еще более строгие требования для себя устанавливал сам Юнь Вэйсы. Он мог завершить любое дело идеально, даже если это желание поймать и убить Чанмина. Он был настоящей жемчужиной, и хоть Чанмин принял себе в ученики еще троих, он всегда чувствовал, что им не сравниться с Юнь Вэйсы.

Однако, даже если бы Юнь Вэйсы был одержим, то невозможно, чтобы веселый и разговорчивый Юнь Хай, уверенный и спокойный рядом с Чанмином, был бы им. Кто-то намеренно создал эту иллюзию, или же у Юнь Вэйсы изменился характер?

Начиная со встречи с мальчишкой Сяо Юнем на окраине клана Цисянь и заканчивая этим Юнь Хаем, Чанмина не покидало ощущение, что каждым его шагом кто-то управляет. Из-за этого он чувствовал себя букашкой, застрявшей в паутине, чье малейшее движение привлекло бы внимание паука.

— Даою Чанмин, ты продолжаешь смотреть на меня. Ты думаешь о старом друге из своих снов? — Голос Юнь Хая прервал его размышления.

— У меня действительно есть один старый друг. Он очень похож на тебя, но в то же время отличается. — Морской бриз взъерошил волосы на висках Чанмина, унося его слова за собой.

Девять слоев Бездны ничем не отличались от мира людей, даже море [6] здесь было таким же. Но Чанмин не ожидал, что однажды он сможет спокойно и мирно беседовать у ночного костра с человеком, который выглядел точно так же, как Юнь Вэйсы.

[6] Море (海 Hǎi) — здесь получается игра слов, так как точно такой же иероглиф есть и в имени Юнь Хая.

— Если я похож на него, то как мы можем быть совершенно разными? — удивился Юнь Хай.

— Сходство лишь во внешнем виде, но ваши характеры отличаются, — пояснил Чанмин.

— Это еще больше вводит меня в замешательство, — ответил Юнь Хай. — Мы встретились случайно, но даою с первого взгляда понял мой характер.

— Когда ты вышел из тумана, с твоих рук капала вода, что говорит о том, что ты только что их помыл, — начал рассуждать Чанмин. — На твоей одежде остались пятна от смытой крови. Ты только что убил кого-то и не хотел пачкать одежду. Время от времени ты неловко одергиваешь грязные рукава. Это совсем не похоже на поведение моего старого друга.

Юнь Хай не стал опровергать утверждения, что кого-то убил, продолжая улыбаться.

— Твой старый друг никогда никого не убивал?

— Убивал, — ответил Чанмин.

— Да?

— Но когда он убивал, то не придавал этому значения. — продолжил Чанмин. — Его не интересовали детали.

— Те, кто стремится великой цели, не беспокоится о мелочах, — рассмеялся Юнь Хай. — Похоже, твой старый друг — очень важный человек.

— В молодости он вел странствующую жизнь, он видел и богатство, и бедность, — сказал Чанмин. — Его не особо заботили посторонние вещи, как и не заботили друзья и враги. Многие считали его бессердечным, но на самом деле он просто знал, что можно с легкостью все потерять. Способности человека ограничены, поэтому он придавал значение только тому, что действительно важно.

— Он прирожденный заклинатель, который больше всего подходит для следования по пути бессмертия, — вздохнул Юнь Хай. — Неужели он стал бессмертным?

— Нет, — ответил Чанмин. — Но я думаю, если он сможет придерживаться своего первоначального намерения и продолжит практиковаться, этот день рано или поздно наступит.

— А что насчет даою Чанмина? — задал вопрос Юнь Хай. — Твой старый друг уже обрел способность вознестись, но почему тогда ты в таком тяжелом положении?

— Это я в тяжелом положении? — задал встречный вопрос Чанмин.

Юнь Хай утверждающе кивнул.

— В настолько тяжелом, что я...

Не успел он договорить, как вдалеке послышался громкий шум. Все трое тут же подняли головы. Над Первым слоем Бездны взметнулось пламя, мгновенно осветив половину неба. В свете костра фиолетовое пламя смешалось с энергией духовного оружия, и это было невероятное зрелище.

Слово этому достопочтенному переводчику:

[1] Собака. В Китае собака была одновременно символом преданности и объектом презрения. Небесная Собака относится к принципу ян и помогает Эр-лану (хранителю небесного дворца) отгонять злых духов. Приход собаки означает будущее процветание. С другой стороны, будучи стражем ночных часов, собака становится инь и символизирует разрушение, катастрофу, становится связанной с метеорами и затмениями. В эти периоды собака приходит в бешенство и съедает Солнце или Луну. В связи с этим проявляется негативное отношение к собаке, что отражается и в речи.