Глава 9. И снова загадочный Он!..

Выйдя за ворота, Оливер остановился и обернулся: старый дом показался ему ещё более мрачным. У волшебника вдруг возникло странное чувство — будто там, внутри он забыл что-то, и он едва не вернулся назад.

«Ваше воспоминание, мессир, — тихо подсказали Часы. — Крошечное, как искра. Вы уносите его с собой.»

Оливер в нерешительности огляделся по сторонам; тяжко вздохнув, он сунул руки в карманы и, ссутулясь, медленно побрёл вперёд, не отдавая себе отчёта, куда ведут его собственные ноги.

Ещё одно воспоминание. Крошечный эпизод, прожитый им... Ещё один пазл в его коллекции... Мозаика прошлого уже собрана — витражное стекло, богатое всеми цветами и оттенками. Он живёт настоящим, будущее скрыто от него плотной туманной завесой, и, будучи не в силах ее приподнять, он часто заглядывает в ту тёмную комнату, где бережно хранятся старые витражи, надеясь разглядеть в них хоть какую-нибудь подсказку... Или может быть... Может быть, снова увидеть тех, кто дорог ему и кого уже не вернёшь?..

«Наивный, впечатлительный, сентиментальный чудак!» — мысленно выругал он себя. И вдруг замер как вкопанный. Какая неведомая магия привела его сюда, к этому дому?!

Старый двухэтажный особняк, казалось, ничуть не изменился за долгие десять лет — та же ажурная железная ограда, тот же строгий выбеленный фасад, красная герань на подоконниках... Даже розы в палисаднике — алые и чайные и такие же пышные!.. Тот самый дом, с которым связано столько воспоминаний — радостных и печальных...

... Люди, которые жили здесь тогда, проявили к нему, тяжело больному удивительное милосердие, хоть им неизвестна была его история; для них он был лишь бездомный бродяга, каких много. К таким как он высшее общество относилось с презрением, считая отбросами...

Эти люди ухаживали за Оливером с такой добротой и заботой, каких он никогда не знавал прежде. В этом доме он был так счастлив, что ему порой казалось: он видит прекрасный сон...

Почему у него вдруг возникло непреодолимое желание войти?! Словно пребывая в трансе, волшебник пересёк улицу, прошёл по аккуратной дорожке мимо благоухающих розовых кустов и, поднявшись на невысокое, такое знакомое крыльцо, позвонил.

Внезапно наваждение спало.

«Великий Мерлин, зачем я здесь?!..» — подумал Оливер в смятении и изумлении.

Первым его побуждением было ретироваться и убежать; повернувшись, Оливер спустился на ступеньку... В этот момент дверь распахнулась.

– Что вам угодно, сэр? — осведомилась строго молодая служанка, окидывая волшебника изучающим взглядом, от которого тому стало ещё больше не по себе.

«Как рентген!» — невольно пронеслось в его голове.

– Я... — начал Оливер и смешался, чувствуя себя в несколько затруднительной ситуации и не зная, что ответить. — Простите, мисс... не в этом ли доме проживает, э-э-э... доктор Ричардсон?

«Ну вот и ляпнул, на свою голову! — подумал он. — Сейчас она пошлёт меня... подальше...»

– Да, сэр, — ответила служанка, к удивлению волшебника, — но его сейчас нет дома.

– Ах!.. — продолжая импровизировать, Оливер вздохнул и постарался изобразить на лице самое искреннее сожаление. — Вот так несуразица... Я полагал застать его дома в это время... (Часы, по-прежнему находившиеся во внутреннем кармане, вопросительно звякнули.) Я, пожалуй, пойду.

Приложив пальцы к краям цилиндра, Оливер слегка поклонился и, спустившись с крыльца, направился к калитке.

«Выкрутился!» — подумал он.

– Постойте! — оклик служанки заставил его обернуться. — Сэр доктор должен скоро вернуться. Если вы не очень торопитесь, то можете дождаться его в гостинной. Вы ведь тот самый молодой джентлмен, которому была назначена встреча, не так ли?

Не мея что-либо возразить, Оливер ответил утвердительно. «Кажется, влип!» — подумал он, переступая порог, и последовал за девушкой.

Комната, предназначенная для приёма посетителей, расположенная на первом этаже, показалась волшебнику намного меньше, чем казалась когда-то, не смотря на скромность, почти аскетичность обстановки.

– Как мне следует доложить о вас хозяину, когда он вернётся, сэр? — осведомилась служанка. - Вы его пациент?

«Не хватало ещё и заболеть... в довершение,» — пронеслось в голове волшебника.

– О нет, мисс, — возразил он, отчего-то прокашливаясь в кулак, - скорее, коллега. Мне необходимо посоветоваться с м-ром Ричардсоном по поводу некоторых спорных вопросов касательно медицины...

– О, вы тоже врач, сэр?

– Гм... э-э... в каком-то смысле, — быстро нашёлся Оливер.

Кивнув, служанка вышла; отавшись в одиночестве, волшебник сидел некоторое время неподвижно, вперя в пространство задумчивый взгляд.

«Почему я здесь?.. — спросил он себя. — Что надеялся увидеть? Кого встретить?.. Столько всего изменилось за прошедшие годы! Тех, кто жил в этом доме когда-то, я увижу так скоро. Зачем мне понадобилось воскрешать тени прошлого?»

Подняв голову, Оливер огляделся. Полки с книгами... Шкаф с застеклёнными дверцами... Круглый стол, накрытый тёмно-зелёным сукном... Пара кресел перед нерастопленным камином, обитая тёмно-коричневой кожей кушетка, строгий секретэр... «Вполне возможно, доктор ведёт приём своих пациентов именно здесь, в этой комнате, — подумал Оливер. — А бабушкина комнатка находилась по соседству...»

«Нет, отнюдь не желание воскрешать призраки прошлого привело меня сюда, - сказал себе волшебник, поднимаясь. — Всего лишь банальное праздное лю-бо-пыт-ство! А потому нечего мне здесь делать.»

Пошарив по карманам, Оливер извлёк из одного сшитую из тонкой шелковистой материи мантию-невидимку. Раздобыв её в прошлом году в Косом Переулке, он постоянно таскал её с собой, так, на всякий случай; теперь он собирался воспользоваться ею, чтобы уйти незамеченным.

Выйдя из гостиной, он направился было к выходу, но почему-то вдруг, приостановившись, оглянулся — будто позвал его кто-то. Взгляд его остановился на лестнице, ведущей из холла на верхние этажи. Даже теперь он помнил каждую завитушку в узоре её красивых перил — ведь он когда-то так любил фантазировать, следуя взглядом по затейливой резбе...

Будто зачарованный, Оливер начал медленно подниматься по лестнице. Странное, волнующее чувство овладело им — как будто на волшебника отовсюду взирает множество невидимых внимательных глаз — с удивлением, с подозрением они следят за каждым его шагом... Словно дом, как старый друг после долгой разлуки, приглядывается к нему, чутко прислушивается к звуку его шагов, вдыхает его запах... и вдруг вспоминает!

Да! Конечно, здесь всё другое — мебель, обстановка... Стены украшают другие картины, другие книги стоят на полках, но всё же... Стены старого дома, лестница, комнаты, являвшиеся когда-то немыми свидетелями его присутствия, теперь словно узнавали в молодом маге давнего знакомого и приветствовали его.

Немного времени заняло у Оливера путешествие по дому. Почти все комнаты были заперты, кроме одной; легонько толкнув неплотно притворенную дверь, он робко остановился на пороге. Это была маленькая спальня, в которой он когда-то очнулся после долгого беспамятства... Как странно: обстановка почти не изменилась! Вот разве что самую малость... Кто обитал в ней теперь? Может быть, ребёнок?.. Оливер вдруг показалось, что он видит самого себя, такого, каким он был десять лет назад. Движимый необъяснимым порывом, он, будто во сне, шагнул вперёд, приоткрыл рот, чтобы окликнуть...

Возможно, какой-то резкий звук вывел его из странного состояния, владевшего им. Наваждение внезапно исчезло. Оливер вдруг осознал, что он находится в чужом доме, под весьма сомнительным предлогом. Стараясь ступать как можно тише, он двинулся назад.

Уже почти у самой двери он вдруг вспомнил, что забыл в гостинной свою трость и цилиндр. Мысленно обозвав себя балдой, он на цыпочках вернулся в гостиную. Трость лежала на столе, терпеливо дожидаясь хозяина.

«Склеротик!» — подумал Оливер, шагнув к столу. Но, услышав звук приближающихся торопливых шагов, вздрогнул и обернулся.

От резкого движения мантия-невидимка соскользнула с плеч волшебника. Быстро подхватив её, Оливер запихал её в кариан сюртука и, поспешно ретировавшись, плюхнулся с одно из кресел.

– Простите, но я должна сообщить, — промолвила служанка, входя в комнату (похоже, она ничего не заподозрила!), — вероятно, сэр доктор задерживается. В последнее время у него много пациентов... Сожалею, что вам приходиться так долго его ждать. Не изволите ли выпить чего-нибудь!

– О нет, благодарю вас, — обворожительно улыбнувшись, Оливер покачал головой. — Не стоит беспокоиться.

Бросив взгляд на большие часы с медным маятником, громко и как-то сердито тикающие в углу у камина, волшебник поднялся.

– Я, пожалуй, пойду, — сказал он, беря цилиндр и трость. — Жаль, что я не смог застать доктора... Но, возможно я навещу его... на днях. Вот моя визитная карточка.

Вручая визитку, Оливер снова улыбнулся — ещё лучезарнее, но, похоже, девушка обладала стойким иммунитетом против улыбок нежданных посетителей, оставаясь абсолютно бесстрастной и даже слегка чопорной. Пообещав, что передаст визитную карточку м-ру Ричардсону сразу же, как только тот вернётся домой, служанка проводила волшебника к выходу.

«Вот это да! — подумал Оливер, когда дверь за его спиной закрылась и раздался скрежет задвигаемой щеколды. — Эта особа напускает на себя такой вид, будто она на самом деле принадлежит к королевской династии. Или служит в секретных органах... Надеюсь, ей не удалось меня расколоть... Ох, ну и чушь же лезет в мою голову! Великий Мерлин!..»

Только теперь, нечаянно обернувшись, он заметил небольшую медную табличку на стене у двери.

Самьюел Огастес Ричардсон,

врач-интернист.

Широкий специалист по сложным внутренним

патологиям.

«Н-да. Весьма любопытное совпадение!» — заметил про себя волшебник, невольно усмехаясь.

***

...Погода так и не решилась исправляться: с неба, затянутого хмурыми серыми тучами, срывались холодная морось, так обожающий Лондон тяжёлый густой туман, окутывающий всё вокруг, точно влажное зыбкое покрывало, стал, казалось, ещё плотнее и гуще — уже на расстаяниипяти шагов трудно было что-либо разглядеть. Здания, мосты над рекой, наёмные кареты, фигуры людей появлялись из тумана и исчезали в нём вновь, как странные, загадочные фантомы...

Оливер брёл в раздумье по улице над Темзой. Таким насыщенным выдалось это пасмурное утро — кажется, будто прошло не несколько часов, а несколько дней... Цепочка сегодняшних событий медленно прокручивалась в его голове — эпизод за эпизодом...

Позади послышался стук лошадиных копыт о влажные от сырости камни мостовой. Оливер посторонился. Из-за плотной туманной завесы показался кэб и, проехав мимо, скрылся в белесом облаке, словно фантом; вдали стих грохот колёс... Почему он решил отправиться домой пешком? Наверное, потому, что он любил туман?..

Приостановившись, Оливер поднял взгляд к пасмурному небу: похоже, вот-вот начнётся дождь. Несколько холодных капель упало на его щёки...

«Сегодня же отправлюсь домой! — сказал себе волшебник. — Без дальнейших промедлений!..»

– Ах!!.. Мерлиновы тапочки!!!..

– Ч-чёрт побери!!..

Два возгласа прозвучали одновременно. Они стояли, удивленно уставившись друг на друга — Оливер Флэминг, потирающий ушибленное левое плечо, и джентлмен-прохожий.

– Простите, сэр... — промолвил незнакомец, к которому дар речи вернулся прежде, чем к Оливеру. — Я замечтался немного... И потом — туман...

– Да... туман... — повторил Оливер, чувствуя неловкость. — И я, знаете ли, тоже... Кхм-м... простите...

И, взглянув на запястье, где имели обыкновение находиться Часы и, не обнаружив на месте своего тикающего и умничающего друга, волшебник задал, глядя в широко раскрытые глаза незнакомца, весьма традиционный вопрос:

– Э-э-э... Не могли бы вы оказать любезность и подсказать, который сейчас час? «Кажется, я его уже где-то видел...» — промелькнуло у него в голове.

(Из внутреннего кармана Оливерова сюртука раздались едва различимые простым ухом звуки, напоминающие лёгкое деликатное покашливание, сопровождающиеся довольно ощутимым толчком под рёбра и звоном в ухе хозяина, что тот, впрочем, стойко проигнорировал.)

Незнакомец ответил не сразу. Продолжая пристально глядеть на Оливера Флеминга, джентлмен извлёк из жилетного кармана солидные часы, потянув их за цепочку, щёлкнул крышкой и лишь тогда переключил своё внимание на циферблат.

– Без одной минуты три, — сообщил он, почему-то удивившись.

– Благодарю вас, сэр, — сказал Оливер, слегка кланяясь. — Так обидно бывает, когда тебя подводят твои же... Часы!

(«Гм-гм!» - раздалось в его голове предупредительное покашливание.)

И в этот самый момент большой колокол собора св. Павла прозвонил ровно три!

Осознав некоторую курьёзность ситуации, Оливер смущённо улыбнулся, незнакомый джентлмен улыбнулся в ответ. И, обменявшись друг сдругом учтивыми поклонами они разошлись — каждый в свою сторону.

Краткой была их случайная встреча, но у обоих осталось стойкое впечатление, что они уже виделись где-то прежде...

«Сколь же это, однако, странно! — размышлял волшебник, шагая по туманным и узким улицам, пробираясь сквозь шумную дневную толпу на людных мостовых. — Где же я мог его видеть?! При каких обстоятельствах?.. Его лицо — оно кажется мне таким знакомым... И взгляд! Такой же взгляд у леди Джейн, такие же зелёные глаза... Но она живёт в будущем...»

Мысль о том, что он откуда-то знает его, гвоздём засела в голове Оливера. Среди людей, близких ему и людей малознакомых, появлявшихся лишь в кратких эпизодах его жизни, не было никого, кто бы имел с незнакомцем хотя бы отдалённое сходство... Оливер запомнил его образ до мельчайшей чёрточки, словно сфотографировал: на вид ему вполне можно дать от тридцати до тридцати пяти лет, не намного выше Оливера, который сам высоким ростом не отличается; одет элегантно и держится с достоинством, но без чопорности. Длинные, до плеч, вьющиеся каштановые волосы, красивые черты лица, нос с горбинкой... Более всего запомнились глаза — глубокие, выразительные, взгляд их пронизывает насквозь.

«Какая это необыкновенная личность! — размышлял волшебник, шагая вперёд. — Несомненно, он очень интеллегентный человек и, наверное, очень интересный и весёлый собеседник, но никому из его друзей неведомо, что таится в глубине его души...»

«А вы догадываетесь о чём-нибудь, мессир? — подал мысль из кармана сюртука м-р Тик-Так, бывший, оказывается, в курсе размышлений его хозяина.

«Его душа ранена, — вздохнув, ответил волшебник. — Но он горд — слишком горд, чтобы откровенничать об этом. Он прошёл суровую жизненную школу, испытания закалили его и сделали мудрым и милосердным.»

«Ого! - воскликнул м-р Тик-Так, звякнув от удивления. — И всё это вы обнаружили в нём во время этой единственной, нелепой встречи, мессир? С первого взгляда, э?»

«Порой достаточно лишь краткого мига», — откликнулся Оливер.

«Никак, родственная душа, мессир?» — осведомились Часы вкрадчиво.

Оливер оставил вопрос без ответа. «Интересно, кто же он, этот человек?..» - разышлял он, неторопливо идя в сторону центра.

Мысли «этого человека», не ведавшего того, что сам он является объектом столь живого интереса, были, в свою очередь, заняты нашим с вами общим знакомым, мистером Оливером Флемингом. Ибо, в отличии от него, «этот человек» прекрасно помнил, где и при каких обстоятельствах они встречались.

«Что за удивительное совпадение! Второй раз за день справляться о времени у одного и того же лица! Ну не курьёзно ли это?!» - воскликнул про себя этот джентлмен, стремительно шагая вперёд и таким образом рискуя вновь на кого-нибудь налететь и сшибить с ног — в этаком-то тумане! На железном мосту он остановился и, машинально оглядевшись по сторонам, облокотился на перила.

«Хм-м... И я вовсе не буду удивлён, если в весьма скором времени нас официально представят друг другу... Ба!.. Но почему же он кажется мне таким знакомым?! Как будто - нет, не сегодня, но много лет назад — я встречал его где-то... Или мне о нём рассказывали, а я забыл...»

Джентлмен вздохнул и устремил отстранённый взгляд на подёрнутые рябью тёмные воды реки.

«Какое-то давнее воспоминание, связанное с ним, или... Его манеры, походка... Его лицо! И этот взгляд! Такой удивительный взгляд невозможно забыть! И всё же... Нет. Не вспомню. Как картина, на которую опустили занавес из плотного тюля...»

Джентлмен со вздохом покачал головой, вскинувшись,огляделся по сторонам, будто внезапно очнулся от какого-то сумбурного сна, и, вновь вздохнув, продолжил свой путь, постаравшись занять свои мысли чем-то другим.