База O.

Ноа считал: худшее, что может с ним случиться, — это два часа в одной машине с Полковником Дэвисом. Но, как оказалось, настоящий кошмар начался не в дороге. План был прост: зайти с Алистером в офицерское общежитие, найти свободную комнату и как можно скорее уложить этого нахального красавца спать. Проявить великодушие — выдать полотенце и комплект постельного белья — и убраться подальше. Желательно навсегда.

Но стоило им войти в коридор, судьба, как обычно, решила плевать на его планы.

— А вот ты где, Ноа, — донёсся знакомый голос. В коридоре, скрестив руки на груди, стоял «Батя». Он выглядел уставшим, но внимательным. — Я заходил к тебе. Вик сказал, ты уехал по...

Он осёкся, заметив фигуру за спиной Ноа. Из-за его плеча появился мужчина в тёмно-сером пальто и с фуражкой на голове. Его походка, осанка, взгляд — всё в нём кричало о власти. Не просто офицер — человек, которого не нужно представлять. «Батя» нахмурился. Он уже понял, кто перед ним. Так смотрят только хищники, слишком давно командующие полем боя.

— Добрый вечер, Полковник Дэвис, — произнёс он сухо, не удосужившись отдать честь. Вместо этого протянул руку, словно проверяя, примет ли её Дэвис.

Ноа уже собирался встать между ними и смягчить обстановку, но Полковник, к его немалому удивлению, не проигнорировал жест. Он снял чёрную перчатку и коротко, но уверенно пожал руку.

— Добрый вечер, Майор Беккет, — вежливо ответил он.

— Чем обязаны вашему визиту на базу О.? — поинтересовался «Батя», голос его был спокойным, но отстранённым. — Надеюсь, война ещё не началась?

— Нет, не переживайте, — с лёгким кивком ответил Дэвис.

Майор перевёл взгляд на Ноа. Тот выглядел так, будто вот-вот сбежит через ближайшее окно. Он смахнул пот со лба и попытался выжать из себя хоть что-то, напоминающее нормальное выражение лица. Мозг тем временем лихорадочно искал приемлемую версию происходящего. Потому что сказать правду — что он обедал с Дэвисом, выбирал с ним шарф в торговом центре, а теперь ведёт его ночевать на базу, — было равносильно самоубийству. Особенно перед Беккетом. Он ведь припарковался в самом дальнем углу, шёл не по главной дорожке, на цыпочках пробирался, как вор, лишь бы никто не узнал, что Полковник Дэвис на базе. Пот катился по спине. Пульс колотился в горле. И почему, чёрт побери, именно сейчас всё должно было выглядеть так, словно он привёл мужчину на свидание с ночёвкой?

— Доктор Адамс мне очень помог, — внезапно вступил Дэвис спокойным тоном, как будто читал брифинг. — У меня сломалась машина, и, к счастью, он оказался рядом. Любезно пригласил переночевать.

Если бы Беккет мог, он бы закатил глаза. Ложь была настолько очевидной, банальной и неуклюжей, что он лишь хмыкнул, чуть склонив голову:

— Как замечательно, что Ноа оказался в нужном месте в нужное время. Просто редкая удача.

— Полковник Дэвис устал, — быстро перебил Ноа, чувствуя, как лицо пылает от стыда. — Я хотел поселить его на одну ночь в свободную комнату. На третьем этаже есть несколько. Я только сначала выдам ему постельное бельё, там, кажется, пока только матрасы.

Ноа нервно сунул ключ в замочную скважину, пытаясь открыть дверь своей комнаты, когда вдруг...

— Полковник, давайте устроим вас в комнате Доктора Адамса, — внезапно предложил начальник базы с видом человека, только что решившего проблему вселенского масштаба.

— Чего?! — взвизгнул Ноа, выронив ключ. Он в ужасе уставился на «Батю», который между тем продолжал говорить с предельной серьёзностью.

— У него большая комната. И холодильник, и микроволновка есть, даже тостер. Доктор может приготовить вам что-нибудь. Одежду он вам тоже даст, — он окинул фигуру Полковника. — Вы же похожи комплекцией и ростом. Негоже спать в форме.

Ноа побелел.

— Отличная идея, — неожиданно поддержал Дэвис. Сказал это спокойно, почти лениво, как будто всерьёз считал это самым логичным решением.

Он посмотрел на Ноа, чуть приподняв бровь, и усмехнулся краем губ. Вид у него был абсолютно невозмутимый, будто его приглашали не ночевать в комнате незнакомого врача, а бронировали стандартный люкс.

— Прекрасно! — просиял «Батя». — Полковник, вы голодны?

— Да.

— Ноа что-нибудь вам разогреет, у него всегда есть еда в холодильнике.

Ноа стоял, вцепившись в косяк, будто корабль тонул, и только он это понимал. Голова закружилась. Он бы, пожалуй, предпочёл заразиться вирусом прямо сейчас, чем провести вечер в одной комнате с Дэвисом.

УБЕЙТЕ МЕНЯ ПРОСТО!

— Тогда устраивайтесь поудобнее. Если что понадобится — обращайтесь к Ноа. Обязательно приходите на завтрак в столовую. А если я буду нужен, то просто позовите. Спокойной ночи.

«Батя» развернулся и зашагал прочь с таким видом, будто только что решил проблему государственной важности. Ноа, словно очнувшись от транса, метнулся следом. На лестнице он едва не споткнулся, цепляясь за перила и догоняя.

— Какая ещё моя комната?! — затараторил он. — У нас полно свободных! Почему он должен спать именно у меня? И... и зачем ему моя одежда?! Это же...

— Сынок, — «Батя» остановился и взял его за плечи, — ты хочешь, чтобы наша база опозорилась перед Полковником? Все свободные комнаты — грязные, без матрасов, да ещё и отопление там не работает. Ты хочешь, чтобы он простудился?

— Но это база, а не мой дом!

— А база разве не твой дом? — строго перебил «Батя». — Ты же сам постоянно это говоришь. Мы тебе столько вольностей дали. Взять, например, тот факт, что комнату тебе расширили. Вот и пришло время быть гостеприимным. К тому же ты сам его пригласил.

— Я не приглашал! — выкрикнул Ноа, забыв, что уже десятый час, и офицеры давно разошлись по комнатам. — Он сам! Всё сам! Я предлагал ему гостиницу, а он заявил, чтобы я его вез на свою базу.

— И правильно. Зачем гостиница, когда есть база? К тому же он офицер. Смотрю, вы подружились, — заметил «Батя» с такой добродушной улыбкой, от которой у Ноа внутри всё закипело. У него начало срывать голову от происходящего, и гнев, который он привык сдерживать, начал выходить наружу.

— Он меня бесит! Да у меня уже судороги от злости, когда я его вижу! Меня тошнит от его прекрасного лица. Господи, он же ходячее раздражение: это вечное спокойствие, это снисхождение, этот... этот сраный шарф! И фуражка! Вечно ходит с ней на голове, словно это корона. Я задолбался таскаться с ним по магазинам, и всё из-за какого-то дурацкого шарфа! Я устал, но ходил и ходил, и ходил по магазинам. А мне что? Блинчик какой-то достался. И сейчас он будет в моей комнате?! В моем мирке?!

— Как хорошо, что вы подружились.

«Батя» похлопал всё ещё шокированного Ноа по плечу, бросил напоследок:

— Спокойной ночи, — и направился к выходу из здания.

Доктор так и остался стоять на лестнице и стоял бы еще пару веков, как статуя, если бы не голос, раздавшийся в коридоре:

— Я устал. Где твоя комната?

Ноа, шумно выдохнув, направился к двери. Перед тем как открыть дверь, Ноа зло уставился на Полковника, которого жаждал придушить прямо сейчас и прямо здесь.

— Только прошу, не задавай вопросов. И, пожалуйста, будь аккуратен!

— Обещаю, Доктор, — серьёзно кивнул Алистер, но уголки губ предательски дёрнулись. Ему явно стоило усилий не рассмеяться от всей ситуации. Особенно от того, как Ноа ныл «Бате» про шарф и блинчик. Ноа закатил глаза и с тихим стоном толкнул дверь.

«Хуже этого дня уже не будет», — подумал он, переступая порог.

Комната Ноа походила на уютный оазис среди суровой архитектуры военной базы. Здесь всё говорило о человеке, который ценит комфорт больше всего на свете. Правая стена была занята высоким стеллажом, под завязку набитым книгами, манхвой, новеллами, статуэтками и музыкальными альбомами. На стене напротив кровати висел большой телевизор. Ночник на тумбочке мигает мягким светом, а сама кровать, как оказалось, не армейская койка, а широкая двуспальная, застеленная чёрным бельём с белым пушистым пледом. Подушек явно было больше, чем нужно одному человеку.

На столе из светлого дерева находится ноутбук, стопка манхвы, аккуратно разложенная канцелярия и фигурный календарь с иллюстрацией из популярной новеллы. У входа располагается вешалка, на которой аккуратно развешаны военное пальто, халат, шарф и висит большая сумка с надписью «First Aid». Пол покрыт мягким ковром, и Алистер, не говоря ни слова, снял ботинки, как это уже сделал Ноа минутой ранее.

«Надо же, даже в комнате стоит сумка первой помощи», — подумал Алистер и посмотрел на микроволновку.

Там, где она стояла, находилась компактная кухонная зона: мини-холодильник, микроволновка, тостер, чайник. А рядом располагается портативный обогреватель. Комната не выглядит громоздкой, наоборот, в ней находится всё, что нужно Ноа. И только одно выбивалось из этой теплой картины — полное отсутствие фотографий.

— Это... — Алистер замер на пороге, медленно оглядывая комнату. — Не совсем то, что я ожидал.

Ноа устало посмотрел на него:

— Ты что, думал, я живу в амбаре?

— Нет, — хмыкнул Алистер. — Но это точно не стандартная комната армейского врача.

Доктор смотрел на Полковника с выражением дикого зверя, охраняющего территорию. Алистер же изо всех сил старался не начать разглядывать фигурки и не уткнуться в мягкое покрывало. В отличие от этой тёплой, живой комнаты, его просторная квартира в самом дорогом районе столицы была холодной, безличной и пугающе пустой.

— Если начальник базы считает, что я заслужил комфорт за три года работы, кто я такой, чтобы спорить?

— У тебя тут мини-магазин? — с удивлением отметил Алистер, осторожно приблизившись к стеллажу с книгами.

— Скажи это ещё раз, и я попрошу «Батю» положить тебя спать на складе, — отозвался Ноа, вытаскивая из шкафа вещи.

— У тебя даже телевизор?

— Да, у меня есть телевизор! И не только у меня. Среди офицеров есть многие, кто себе его повесил, чтобы не повеситься самим от скуки, — взорвался Ноа. — Только скажи еще что-то, и я...

— Нет! Просто... неожиданно, — поднял руки Алистер в жесте капитуляции. — Я ничего не трогаю, честно.

— Вот. — Ноа бросил ему футболку, спортивные штаны и толстовку. — Надеюсь, подойдёт. А если нет, то можешь валить к себе.

— Спасибо, — спокойно ответил Алистер. И решил, что лучше больше ничего не говорить, ведь не хотелось, чтобы Ноа выставил его из комнаты, в которую он так стремительно зачем-то хотел попасть.

Ноа аж покраснел, но при этом раздражение испарилось с неожиданной лёгкостью. Он уже спокойно подошёл к прикроватной тумбочке, достал чистое полотенце и новую зубную щётку в упаковке, затем швырнул их Полковнику.

— Душ в конце коридора, налево. Провожать не собираюсь, сам разберёшься.

Когда за Полковником закрылась дверь, Ноа тяжело выдохнул и просто плюхнулся на кровать, даже не раздевшись. Закрыл глаза ладонью, пытаясь унять нервное напряжение, ведь он впервые впустил кого-то в свою комнату. Это пугало его больше, чем хотелось признавать. В его комнату допускались лишь двое: Вик, его лучший друг, и «Батя». Все остальные: будь то солдаты, офицеры или Леон — разговаривали с ним исключительно в коридоре или звали Ноа к себе в комнаты. На базе знали негласное правило: комната Доктора Адамса — это неприкосновенная территория. Место, куда нельзя входить без разрешения. Святое. Личное.

Теперь дверь была распахнута.

В его комнате находится Алистер. Холодный, строгий, проницательный. И теперь — внутри. Не просто в комнате. В его пространстве. В его мире. В его безопасности. Ноа чувствовал себя так, будто кто-то вскрыл ему грудную клетку и теперь с интересом разглядывал, как бьётся сердце.

Он вспомнил номера отелей, где бывал с Юнгхо, всегда одинаково безликих. Пространства, где не было ни уюта, ни тепла. Вспомнил свою старую, просторную комнату в доме, где родился и вырос, из которого его когда-то выгнали. Палату в клинике, где за окном цвело пышное дерево, единственное живое существо, с которым он чувствовал связь. Вспомнил съёмную квартиру в городе L., с её холодными стенами и запахом пыли, который не уходил, сколько бы он ни мыл полы. Но из всех этих мест, пропитанных болью, стыдом или пустотой, только комната на отдалённой базе стала для него и клеткой, и спасением, позволяла ему дышать. Здесь он чувствовал себя в безопасности.

Он приподнялся с кровати, подошёл к двери и посмотрел на ключ, торчащий из замка. Рука уже потянулась, чтобы сделать два щелчка, закрыть дверь не от страха, а скорее из желания спрятаться. Но тут он резко отпрянул назад, издав короткий испуганный звук.

Перед ним стоит Алистер.

На нём была его же майка, которая оказалась немного тесноватой в плечах, и штаны, в которых Алистер выглядел почти домашним, если бы не армейские ботинки, резко выбивавшиеся из образа.

— Ты чего? — хмуро спросил он.

Ноа сделал шаг к шкафу, стараясь не смотреть в глаза.

— Хотел проверить, нашёл ли ты душ или всё ещё ищешь.

Алистер тихо рассмеялся. Этот звук, лёгкий, почти небрежный, заставил сердце Ноа пропустить удар.

— Это не база ALEF, где тебе нужно брать машину или автобус, чтобы добраться до нужного места. Однажды я решил пройтись пешком до другой части, так сорок минут шёл под палящим солнцем. Тут всё близко и просто.

— Я в душ, — коротко бросил Ноа и замер у двери, стоя спиной к Полковнику. — Если захочешь что-то посмотреть то аккуратно, пожалуйста. И без бардака. Верни всё на место, как было.