Глава 9. Висельники

Утро наступило слишком быстро.

Солнце едва коснулось верхушек деревьев, заливая лагерь холодным светом.

Кара открыла глаза, тело ломило, как будто её избивали всю ночь. Сон не дал ей покоя, оставив один на один с темнотой и тревожными мыслями. Плащ Герхарда всё ещё валялся на земле, а сам он уже занялся тем, что проверял ремни на седлах и поил лошадей у реки. Берд сидел в обличии снежного барса, наблюдая за ним. Рэй всё ещё валялся на земле, словно у него было полно времени. Но когда Герхард двинулся обратно, Рэй быстро вскочил и лениво зевнув.

— О, доброе утро, — улыбнулся он Каре, встретившись с ним глазами.

Берд сидел спиной к ним, плавно покачивая длинным полосатым хвостом, и лишь одно его ухо повернулось в их сторону, когда услышал голос Рэя. Когда Герхард приблизился, ведя за собой лошадей, Кара поднялась и одним движением подхватила с земли плащ, на котором спала. Стараясь не встречаться ни с кем глазами, она сняла свои вещи с ветки дерева и направилась к реке. Одежда была ещё сырой. Кара вернулась в лагерь, одетая уже в свои суконные штаны и тунику из овечьей кожи. Берд обратился уже в свою прежнюю форму и собирал разложенные вчера чёрные камни, а Герхард возился с седлами. Кара бросила тунику и плащ Берда на мраморную плиту, туда же, откуда взяла их вчера, и ощутила на себе его тяжёлый взгляд. Обернувшись, она столкнулась с ним взглядом. В его глазах больше не было вчерашней ярости, но Кара всё ещё чувствовала её отголоски.

Рэй сидел на камне, лениво перетирая кусок травинки между пальцев и с небрежностью бросая в воздух шутки.

— Нам пора, — позвал Герхард, поглаживая шею кобылы.

Кара молча подошла.

— Прости меня за вчерашнее, — тихо сказала она, обращаясь к Герхарду, когда Берд направился в сторону своих вещей.

— Всё в порядке, — мягко ответил он, проследив взглядом за Бердом. И, снисходительно улыбнувшись, добавил: — И ты прости за него. Он бывает очень вредным, но он не злой.

Вернувшись, Берд перехватил ремень седла у него и мягко произнёс:

— Это моя лошадь.

Тот не стал сопротивляться и, вздохнув, отодвинулся.

Берд с ловкостью взобрался в седло. А сердце Кары ухнуло вниз. Ей предстояло провести весь путь с этим ненавистным альвом. Герхард помог ей залезть сзади.

— О, братец, — снова улыбнулся Рэй, — мы едем вместе!

— Сядь уже на лошадь, — бросил ему Берд, не оборачиваясь.

Рэй ухмыльнулся и, когда Герхард залез на лошадь, одним плавным движением, запрыгнул в седло. Когда они двинулись в путь, лес вокруг них начал оживать. Ветра не было, но каждый шаг лошадей отзывался треском веток и шорохом опавших листьев.

Берд уверенно держал поводья, и Кара чувствовала, как его тело оставалось напряжённым. Тем временем, Рэй сидел позади Герхарда на второй лошади, тихо насвистывая себе под нос. Он чуть откинулся назад в седле, будто находился на обычной прогулке. Герхард, напротив, выглядел сосредоточенным.

— Как далеко это убежище? — поинтересовалась Кара.

— Ещё день, — отозвался Герхард. — Там нас не должны найти ни Ветвь, ни кто-либо ещё.

— Что за убежище? — у Рэя в глаза загорелся интерес.

— В туманном городке.

— Ну и дыра, — он сморщил нос.

Где-то через полутора часа пути деревья стали редеть, однако туман по-прежнему неровно клубился. Кара чувствовала, как напряжение вновь закралось в её тело. Вокруг всё, даже воздух, казалось, стало тревожным. Берд предупредил, что они подъезжают к тропе и нужно быть осторожнее. Он нахмурился и чуть наклонился вперёд, принюхиваясь к воздуху.

— Что там? — спросил Герхард, видимо, тоже почувствовав что-то.

— Запах... гнили.

Герхард нахмурился и стал оглядывать окрестности. Впереди всё выглядело так же — высокие деревья, заросли, туман, но даже Кара почувствовала что-то едва уловимое, как будто воздух стал тяжелее. Рэй, перестав насвистывать, прислушался.

— Смерть? — спросил он, и его тон стал чуть более серьёзным.

— И магия, — хмуро ответил Берд.

С каждым шагом запах становился невыносимее. Лошади нервно стригли ушами, фыркали и качали головой. Кара тоже почувствовала это — тошнотворно-сладкий запах разлагающейся плоти. Герхард с Бердом молча переглянулись, а затем за густыми ветками Кара увидела босые ноги, не достающие до земли. Сердце ухнуло в пятки, а в живот сковало холодом. За раскидистыми ветками, прямо у тропы, на дереве висело два тела. Они слегка раскачивались от ветра, едва задевая пальцами высокую траву. По телу Кары пробежало онемение. Лошади медленно притормозили. Послышался тяжелый вздох Берда, а Кара уставилась на синие ноги мертвецов, не в силах ни оторвать взгляда, ни поднять глаза выше.

Берд с Герхардом почти одновременно спешились.

— Боги, — послышался голос Рэя. — Кто мог сделать такое?

— Кто-то хотел, чтобы их нашли. Похоже на показательную расправу, — ответил Герхард.

— Нет, это ритуал, — мрачным голосом сказал Берд. — Посмотри на их шеи. Здесь не только веревки.

И тогда Кара подняла глаза, она беззвучно открыла рот и прижала к нему ладонь. Тела принадлежали альвам, раздутые, облепленные мухами.

Образы повешенных альвов сменились мертвыми телами тех, кто когда-то был её семьей в храме. Мир перед глазами качнулся, грудь сжалась, руки задрожали, а лоб покрылся холодным потом.

— Кара? — позвал её Рэй с ноткой тревоги в голосе.

Он быстро спрыгнул с лошади и подбежал к ней.

— Помоги слезть, — получилось сказать только шепотом.

Кара не помнила, как оказалась на земле. Она закрыла глаза и сжала зубы, заставляя себя вернуться в реальность. Рэй говорил что-то успокаивающее. Она едва различала голос, прорывающийся сквозь туман в её голове.

— Дыши, — велел он. — Вдохни глубже. Смотри на меня, а не на это.

Внезапно тела, висевшие на дереве, фигуры Герхарда и Берда размылись в пятно и Кара ощутила благодарность к Рэю за его иллюзию. Он крепко держал её, заставляя сосредоточиться на нём.

— Дыши, Кроха, — повторял Рэй, — и смотри на меня.

Кара сделала глубокий вдох, затем ещё один. Постепенно дрожь в её теле начала сменяться тошнотой. Отпихнув Рэя, она поднялась на ноги и успела отбежать шагов на десять, прежде чем мышцы свело судорогой и её вырвало. Оперевшись на шершавый ствол дерева, она судорожно глотала воздух. Сердце бешено колотилось.

— Держи, — Рэй осторожно подошёл и протянул ей бурдюк с водой.

Кара схватила бурдюк и плеснула себе в лицо. Это немного помогло прийти в чувства. Рэй тем временем, вернулся к лошадям, взял их за поводья и потянул за собой.

— Пойдём, отойдём подальше.

Сглотнув ком в горле, Кара поплелась за ним, стараясь не оглядываться на жуткое зрелище.

— Нельзя их оставлять так, — за спиной послышался голос Берда, судя по всему, обращённый Герхарду. — Нужно снять тела и предать огню.

Ноги едва держали её, сердце колотилось. Рэй шёл рядом молча, непривычно серьёзный и сосредоточенный. Она была благодарна ему за это. Они прошли несколько метров в сторону, и Рэй вдруг остановился, с беспокойством глядя на неё.

— Ты в порядке? — спросил он, его голос был мягче, чем обычно.

Кара кивнула, хоть и не была уверена, что это правда.

— Вот уж не думал, что тебя напугает парочка мертвяков, — беззлобно усмехнулся Рэй, присаживаясь на траву. — Не смотри туда.

Она и не собиралась. Кара знала, что не выдержит снова этот ужас. Вместо этого она последовала примеру Рэя и сосредоточилась на тропе, конец которой канул в белёсом редеющем тумане, пытаясь стереть из памяти изуродованные смертью лица альвов. Позади, Кара слышала тихие, неразборчивые голоса. Время тянулось медленно. Когда до неё донёсся тихий треск огня, Кара, наконец, расслабила плечи, чувствуя необъяснимое облегчение.

Вскоре позади неё раздались шаги. Герхард с Бердом подошли к ним, их лица отражалась напряжённость. Герхард слегка наклонился к Каре и мягко поинтересовался:

— Как ты?

— Отпустило, — ответила она, с трудом удерживая дрожь в голосе. — Что с ними случилось?

Герхард коротко глянул на Берда.

— Из них вытянули жизненные силы.

Кара охнула, по её телу побежал озноб. Ужасная участь для кого бы то ни было.

— И вытянули много сил, — добавил Берд, глядя в сторону погребального костра. — А подвесили, потехи ради.

— Для чего?

Берд повернул голову к ней, выглядел он напряжённо. Затем его взгляд скользнул к Герхарду, но он ответил Каре:

— Герхард с удовольствием тебе всё расскажет, возможно даже сможет показать. — Он произносил каждое слово едко. Тот изменился в лице так, словно Берд наотмашь хлестанул его по лицу. Он стиснул челюсти, но промолчал.

Кару удивил такой выпад в сторону Герхарда. И это не тот случай, когда Берд ругался на его излишнюю глупость и самоотверженность. Здесь было что-то другое. Неужели, пока Кара с Рэем были в стороне, эти двое что-то не поделили?

— Этот амулет блокирует силы Кары? — спросил Рэй, переводя тему.

— Да, изготовил из того, что было под рукой, — ровным голосом отозвался Герхард.

— Нужен новый. Я чувствую, что этот почти истратил силы.

— Я, кажется, тоже чувствую — задумчиво добавил Герхард.

— Вы о чём? — Кара вопросительно глянула на них.

— Духи в лесу Обещаний и мелкие демоны в таверне напали, потому что чувствовали твою энергию.

— Если первых она отталкивала, то вторых наоборот привлекла, — добавил Рэй. — Пригодился мой ножик?

— Так ты знал, что придут демоны?

— Предположил, — пожал плечами он, — когда сам ощутил энергию.

— Как ты попал ко мне? — Кара посмотрела на Рэя насупленно. — Я закрывала дверь.

— А тех демонов остановила твоя закрытая дверь? — Он очаровательно улыбнулся.

Берд закатил глаза и, отворачиваясь, бросил:

— Я бы поспешил. Нам пора двигаться.

Сев на лошадь, он отстранённо дождался, когда Кара приблизится к нему. Она колебалась на мгновение, глядя в его глаза, но потом, ухватившись за его протянутую руку, поставила ногу на стремя и взобралась в седло.

Небо заволокло серыми тучами, туман отступил, но вершины деревьев попрежнему утопали в нём. Тропа вывела их из леса, на север, через поля и несколько деревень, и где-то уже после полудня они добрались до невысокого холма, который полосой тянулся вдоль горизонта. Наверху, в тени деревьев, они остановились на привал, чтобы дать лошадям отдохнуть. Берд слез и, не проронив ни слова и не глядя больше на Кару, помог ей спуститься. Возможно, он это сделал из-за того, что боялся, что она свалится с лошади, доставив ещё больше проблем. Собственно, руку он не подавал, а сгрузил её на землю как какого-то мелкого оборванца. Она потянулась с наслаждением, и в ногах приятно хрустнуло.

— Да, — ухмыльнулся Рэй, забирая с пояса Герхарда бурдюк с водой. — Полностью с тобой согласен.

Кара сглотнула, ощутив сухость в горле. Берд, отхлебнув от своего, протянул ей:

— Держи.

Она осторожно забрала у него бурдюк и с жадностью припала губами к воде.

— Надо было стащить из какой-нибудь деревни, что были по пути, хотя бы одну куру, — протянул Рэй, вытирая рукавом мокрый подбородок.

С этого холма открывался вид на равнину, за которой вдали расположилась ещё деревня. Горизонт закрывали блёклый хребет гор Индарры, покрытые снегом. Воздух вокруг был прохладным и сырым. Берд присел на землю, положив локти на колени, и глядел на то, как лошади щипали жухлую траву. Его глаза, обычно горящие огнём, сейчас казались отстранёнными. Кара поймала себя на том, что изучает его лицо, пытаясь понять, что творится у него внутри. Сложно было подумать, что Берд высокомерен и груб. Пока не откроет рот... Кара одёрнула себя. Не вздумай обманываться его видом. Она опустилась на траву чуть подальше от него и вытянула ноги.

Герхард осторожно присел рядом с Бердом.

— За рекой Ша-Уут их ждёт успокоение, — вдруг тихо произнёс он. — Они продолжат свой путь дальше.

Берд напрягся. Кара уловила едва заметное движение плеч и нечёткий вздох. Рэй, сидевший напротив, хмуро глянул на них.

— Они не заслуживали такой смерти, — произнёс Берд.

— Никто не заслуживает, — добавил Герхард.

Ветвь особенно рьяно боролась с теми, кто шёл по учению колдуна — альва, который после катастрофы изучил способы взаимодействия с неуправляемой скверной. В последствии у него появились последователи. Самого колдуна Ветвь долго преследовала, но в итоге поймала и публично казнила в пламени Бану.

И что же теперь? Могла ли её душа, с рождения пропитанная тьмой, пересечь Ша-Уут? Кара почувствовала холодную дрожь, прошедшую по позвоночнику, обхватив себя, стала нервно растирать себе плечи.

— Как я понимаю, тебе не узнать о том, что ждёт за рекой Ша-Уут, — Она подняла голову, встречаясь с тёмными глазами Герхарда, — Как и мне.

На его лице промелькнула странная тень, и он улыбнулся, грустно, но по-доброму.

— Я давно перестал об этом тревожиться, — сказал он. — Мы делаем выборы, и с ними приходится жить.

Кара затихла, переваривая услышанное.

Рэй, который до этого сидел тихо и лениво играл с камнем, вдруг встрепенулся.

— Что ж, — сказал он, насмешливо, замахнувшись и швырнув камешек куда-то в сторону. Где-то неподалёку раздался глухой стук. — Не слишком ли рано обсуждать такие мрачные вещи? Мы ещё, хвала всем богам, не дошли до Ша-Уут, и никто не знает, сколько времени у нас ещё есть. Я, конечно, не против вашей философии, но на пустой желудок это удовольствие сомнительное.

— Как там, в лесу оказались альвы? — поинтересовалась Кара. — Они же не вмешиваются в дела людей, живут на севере, избегают нас.

— Если бы я знал, — Герхард медленно провёл пальцами по своей отросшей щетине, задумчиво глядя на горизонт. — Может быть, они стали жертвами по ошибке. Или, что более вероятно, они знали, кто их враг, но недооценили его. Возможно они пытались что-то или кого-то остановить.

— Но что за ритуал над ними провели? — осторожно поинтересовалась Кара, помня реакцию Берда в лесу.

— Скверна сжигает жизненные силы. Поэтому, отступники пользуются ритуалом, с помощью которого забирают у людей их жизненные силы. Таким образом, можно обойти плату за пользование скверной. Чья-то жизнь в обмен своей. Безусловно, альвы, превосходящие и жизненной, и магической силой, могут дать отступникам больше, чем люди.

Отступники, забирающие чужую жизненную энергию и Герхард, который обращался к скверне. Кара нахмурилась, осознав причину злости Берда.

— Ты устал, — Герхард обратился к Берду. — Не спал всю ночь.

— Ерунда, — отрезал тот. — Что будем делать?

— До туманного городка мы дойдём только завтра к полудню, но — сказал Герхард, он сделал паузу, перевёл взгляд на облака, сгущающиеся на горизонте. — Погода может испортиться. Лучше дойти до того поселения у реки и переночевать там.

Кара бы не отказалась от горячей пищи. От нормальной кровати тоже.

— Тогда поторопимся, — воскликнул Рэй. — доберёмся скорее до этой деревни.

К закату они добрались до трактира. У входа юноша услужливо принял поводья и отвел лошадей в стойла. Внутри трактира стоял гул вперемешку со звоном кружек. Рэй заказал комнаты и еду. На этот раз Берд настоял на двух номерах: один для Кары и другой для остальных троих. Трактирный работник, бородатый коренастый мужчина, принес им еду. Запах ржаных лепёшек, мёда и горячего мяса окутал их стол. Все четверо принялись накладывать себе в деревянные тарелки еду.

— Что-то зачастили сюда альвы, — произнёс он с изумлением.

Берд замер, его взгляд потяжелел.