Глава 8

После зимних каникул всё изменилось.

Не внешне — город остался тем же: серое небо, мокрый снег, бесконечные уроки. Но внутри каждого что-то сдвинулось.

Тайлер и Мэдисон больше не прятались. В школе их видели вместе — держащимися за руки, сидящими рядом в столовой, смеющимися над чем-то своим.

Рина и Доминик после той поездки переписывались каждый вечер. Он писал первым — научился. Она отвечала — не сразу, но всегда тепло.

Кристиан и Делия сидели рядом на уроках. Не говорили о чувствах. Просто были рядом. Этого пока хватало.

Паркер теперь приносил Молли её любимый кофе каждое утро. Она не говорила спасибо. Но не выливала.

Казалось, всё идёт идеально.

Но жизнь любит проверять на прочность.

---

Ревность

В понедельник утром в класс Мэдисон вошёл новенький.

Его звали Лиам. Он перевёлся из другой школы — высокий, наглый, с самоуверенной улыбкой и взглядом, который говорил: «Я здесь главный».

— Садись, — сказала учительница. — Свободное место есть... рядом с Миллер.

Мэдисон подняла голову. Лиам кивнул ей и сел, даже не спросив разрешения.

— Привет, красавица, — сказал он.

— Меня зовут Мэдисон, — холодно ответила она.

— Я знаю. Мне о тебе говорили.

— Кто?

— Все. Говорят, ты крутишься на пилоне. И что у тебя есть парень-боксёр.

— Есть.

— И что, он тебя охраняет?

— Он меня любит. Это другое.

Лиам усмехнулся:

— Посмотрим.

Мэдисон отвернулась. Она сразу поняла — этот тип будет проблемой.

На перемене Лиам подошёл к парням, которые курили за школой.

— Слышали про боксёра? — спросил он.

— Про Тайлера? — переспросил один. — А что?

— Он парень Мэдисон?

— Да. И не лезь. Он злой.

— Злой? — Лиам усмехнулся. — Посмотрим.

Он узнал всё: где Тайлер тренируется, когда, с кем. Узнал, что Тайлер ревнивый. Узнал, что у него были проблемы с контролем.

Лиам улыбнулся.

Он не хотел Мэдисон. Он хотел победу.

На следующий день Лиам сел ещё ближе к Мэдисон.

— Ты вчера не ответила на моё предложение.

— Я ответила.

— Ты сказала «нет». Это не ответ.

— Это полный ответ.

— А если я не принимаю?

— Тогда это твои проблемы.

Он наклонился ближе:

— Знаешь, я видел твоего парня. Он выглядит так, будто его ударили дверью.

— А ты выглядишь так, будто тебя ударили головой. При рождении.

Парта сзади засмеялась. Лиам покраснел.

— Ты злая, — сказал он.

— Ты навязчивый.

Он отодвинулся, но не успокоился.

В конце урока он положил на её парту записку: «Твой боксёр не знает, как обращаться с такими девушками. А я знаю. Подумай».

Мэдисон прочитала, скомкала и выбросила в урну.

Каждый день — новая записка. Каждый день — новый намёк. Его рука почти касалась её. Его голос звучал слишком близко. Его улыбка становилась всё наглее.

Мэдисон не говорила Тайлеру. Боялась, что он сделает глупость.

Тайлер узнал о Лиаме от Паркера.

В столовой, за обедом. Паркер пришёл с новостью:

— Слышал, этот новенький, Лиам, к Мэдисон подкатывает. Записки пишет. Садится рядом. Не отстаёт.

Тайлер замер.

— Что значит «подкатывает»?

— Ну, улыбается, трогает, записки пишет. Я сам видел.

— И что она?

— Она его отшивает. Но он не отстаёт.

Тайлер сжал вилку так, что она погнулась.

— Где он сейчас?

— На третьем этаже, наверное. Но, Тайлер...

Тайлер уже встал.

— Тайлер! — крикнул Кристиан.

Но Тайлер не слышал.

Лиам стоял у окна на третьем этаже, листая телефон.

Он ждал.

Он знал, что Тайлер придёт. Он специально подкалывал Мэдисон при всех. Специально писал записки. Специально хотел, чтобы боксёр узнал.

— Эй, — раздалось за спиной.

Лиам обернулся.

Тайлер стоял в трёх шагах. Бинты на руках, холодные глаза, сжатые кулаки.

— Ты Лиам?

— А ты Тайлер? — Лиам усмехнулся. — Слышал о тебе. Боксёр, который не умеет держать себя в руках.

— Ты не подойдёшь к Мэдисон.

— А кто мне запретит? Ты? — Лиам шагнул ближе. — Она красивая. И она заслуживает лучшего, чем парень с синяками.

Тайлер шагнул вперёд.

— Ещё слово.

— Что сделаешь? Ударишь? — Лиам улыбнулся. — Давай. Покажи всем, какой ты.

Тайлер ударил.

Первый удар пришёлся в челюсть. Лиам отлетел к стене, но не упал. Он вытер кровь с губы и засмеялся:

— Слабовато для боксёра.

Тайлер замахнулся снова.

Но кто-то схватил его за руку.

— Тайлер! Хватит!

Мэдисон стояла между ними. Она вбежала на этаж, когда услышала крики. Её сердце колотилось, но голос был твёрдым.

— Уйди с дороги, — сказал Тайлер.

— Нет.

— Он заслужил.

— Может быть. Но не ты будешь его судить.

— Мэдисон...

— Тайлер, посмотри на меня.

Она шагнула к нему. Обняла. Крепко. Прижалась щекой к его груди.

— Не надо, — сказала она тихо. — Он не стоит этого. Не стоит твоих рук. Не стоит моих слёз.

Тайлер замер.

Его кулаки всё ещё были сжаты. Дыхание тяжёлое. Адреналин кипел в крови.

Но она держала его. Тепло. Крепко.

— Я здесь, — сказала она. — Я с тобой. Он никто. Просто никто.

— Он тебя трогал.

— Не трогал. Он просто говорил. А слова не могут меня забрать у тебя.

Тайлер выдохнул. Опустил руки.

— Я люблю тебя, — сказала она. — Не заставляй меня бояться за тебя.

Он посмотрел на неё. В его глазах всё ещё горел огонь, но он становился тише.

— Ты в порядке? — спросил он.

— Да. А ты?

— Теперь да.

Она поцеловала его. Не стесняясь. При всех.

Лиам стоял у стены, вытирая кровь.

— Вы ненормальные, — сказал он.

— А ты придурок, — ответил кто-то из толпы.

Лиам ушёл.

Они сидели на лестнице. Тайлер смотрел в пол. Мэдисон держала его за руку.

— Ты должен обещать мне кое-что, — сказала она.

— Что?

— Если он снова подойдёт — ты не будешь его бить.

— А что я должен делать?

— Сказать мне. Я сама с ним разберусь.

— А если он не послушает?

— Тогда мы разберёмся вместе. Но без кулаков.

Тайлер помолчал.

— Я не умею по-другому.

— Научись. Ради меня.

Он посмотрел на неё.

— Ты просила меня не выходить на ринг с профессионалом. Я послушал. Теперь просишь не бить придурка. Я послушаю.

— Обещаешь?

— Обещаю.

Она поцеловала его в щёку.

— Ты хороший, Тайлер. Просто иногда слишком горячий.

— Это ты меня остужаешь.

— Кто-то должен.

Он улыбнулся. Впервые за весь день.

Они сидели на лестнице, пока не стемнело.

Друзья не мешали. Они поняли — иногда нужно просто быть рядом.

---

Подготовка к экзаменам

Экзамены приближались как снежная лавина.

Мэдисон сидела в библиотеке с учебником по биологии и чувствовала, что ничего не помнит.

— Ты будешь это есть? — спросила Рина, кивая на яблоко.

— Ешь. Я всё равно не могу.

— Из-за экзаменов?

— Из-за всего. Экзамены, отбор через несколько дней, этот Лиам...

— А что Лиам?

— Ничего. Его перевели в другой класс. Тайлер чуть не убил его.

— Поделом, — сказала Рина. — Выскочка.

— Но Тайлер не должен был бить.

— Должен. Он защищал тебя.

— Я сама могу себя защитить.

— Знаю. Но ему нужно было это сделать. Для себя.

Мэдисон вздохнула.

Делия подошла с кипой конспектов:

— Я принесла. Тут всё по истории. Кто не сдаст — того убью.

— Ты наш спаситель, — сказала Молли, сидящая в углу с блокнотом.

— Я знаю. — Делия села. — Кристиан обещал помочь с математикой. Если придёт.

— Придёт, — сказал Паркер, вваливаясь в библиотеку с пакетом пончиков. — Мы все придём. У нас же командный дух.

— Командный дух не сдаст экзамены, — заметила Делия.

— Зато поднимет настроение!

Молли взяла пончик. Первый раз за всё время.

Паркер заметил. Улыбнулся.

— Прогресс, — сказал он.

— Не обольщайся.

— Я никогда не обольщаюсь. Я надеюсь.

Она не ответила. Но пончик доела.

Тайлер сидел над домашкой и чувствовал себя идиотом.

Цифры плыли перед глазами. Формулы рассыпались.

— Не ломай ручку, — сказал Кристиан, сидящий рядом. — Пригодится.

— Я не понимаю.

— Чего именно?

— Всего.

Кристиан подвинул свой лист.

— Смотри. Это просто.

— Для тебя просто.

— Для тебя тоже. Ты просто не привык думать.

— Я привык бить.

— Вот и бей. Но не ручку. Уравнение.

Тайлер вздохнул.

Вошла Мэдисон с чашкой кофе.

— Ты не спишь?

— Не могу.

— Я принесла тебе кофе. И печенье. Лорен испекла.

— Лорен умеет печь?

— Она умеет включать духовку. Это почти одно и то же.

Тайлер улыбнулся.

Она села рядом, положила голову ему на плечо.

— Я помогу. Сначала математика. Потом — я.

Они просидели до ночи. Выучили формулы. Решили примеры.

Когда вышли из школы, шёл снег.

— Ты устала? — спросил он.

— Да. Но оно того стоило.

— Ты — того стоишь.

Она поцеловала его в щёку.

— Иди домой. Завтра новый день.

— Я провожу тебя.

— А потом ты — меня?

— Вечность.

Она улыбнулась.

Они пошли по пустынной улице, оставляя следы на свежем снегу.

---

Доминик позвал Рину на свидание через неделю после драки.

Он написал: В пятницу. В семь. Каток. Ты и я.

Она ответила: Ты умеешь кататься?

Он: Нет.

Она: Тогда научу.

Он: Договорились.

Каток был в центре города — залитый огнями, с музыкой и запахом вафель.

Рина пришла первой. Доминик опоздал на пять минут.

— Ты не умеешь кататься и ещё опаздываешь?

— Я учился завязывать коньки.

Она усмехнулась.

Они вышли на лёд. Доминик держался за бортик.

— Не смотри вниз, — сказала Рина.

— А куда?

— На меня.

Она скользила рядом легко, как на пилоне.

— Ты красивая, — сказал он.

— Я знаю.

Она взяла его за руку.

— Давай. Я поведу.

Через полчаса он уже не держался за бортик.

— Я катаюсь!

— Ты едешь.

— Для меня — катание.

Они остановились у бортика. Доминик взял её за руку.

— Рина, ты мне нравишься. Не как подруга. Как ты.

— Я знаю.

Она наклонилась и поцеловала его.

Быстро. Холодно. Но тепло.

— Это был мой первый поцелуй на льду, — сказал он.

— Запомни его.

Она улыбнулась.

Они сидели на скамейке, ели вафли, смотрели на лёд.

— Это было лучшее свидание в моей жизни.

— Оно было единственным.

— Поэтому и лучшее.

Она положила голову ему на плечо.

— Ты дурак.

— Твой дурак.

— Мой, — сказала она.

---

Отбор был в субботу.

Мэдисон не спала всю пятницу. В два часа ночи написала Тайлеру:

Ты спишь?

Он: Нет. Думаю о тебе.

Она: Я волнуюсь.

Он: Не надо. Ты лучшая.

Она: А вдруг я упаду?

Он: Ты не падаешь. Ты летаешь.

Она: Ты придёшь?

Он: Конечно.

Он: Спокойной ночи, любимая.

Она уснула с телефоном в руке.

Зал «Вертикаль» был полон.

Мэдисон стояла за кулисами, сжимая руки.

— Ты как? — спросила Рина.

— Руки трясутся.

— Это адреналин.

Объявили: — Следующий номер — Мэдисон Миллер.

Она выдохнула.

Свет. Музыка. Пилон.

Она взлетела.

Всё было как в тумане. Тело само крутилось, замирало, тянулось вверх. Она не думала о судьях. Она думала о нём.

Тайлер сидел в первом ряду. Рядом — Доминик, Кристиан, Паркер. И её подруги. И Лорен с Эбби. И мама.

Музыка стихла. Она замерла в финальной позе — на пилоне, вверх ногами, одна рука в сторону.

Тишина. Потом — взрыв аплодисментов.

Судьи подняли табличку: «9.8».

— Проходной балл, — сказал главный судья. — Ты в финале.

Она закрыла лицо руками.

Рина выбежала на сцену:

— Ты сделала это!

Они обнялись.

Тайлер подошёл к сцене. Мэдисон спрыгнула к нему.

— Ты видел?

— Видел.

— Я не упала.

— Ты летала.

Он поцеловал её. При всех.

Логан захлопал в ладоши.

— Целуются!

— Заткнись, — сказал Тайлер, но улыбался.

Вечером они отмечали в зале. Пили чай с пирогом.

— Ты приедешь на финал? — спросила Мэдисон.

— Если ты будешь там.

— Буду.

— Тогда да.

— Я люблю тебя, — сказала она.

— Я тебя тоже, — ответил он.

За окном падал снег. Внутри было тепло.

---

Мэдисон сидела на кухне с чашкой чая. Телефон завибрировал.

Тайлер: Ты как?

Она: Устала. Но счастлива.

Он: Я горжусь тобой.

Она: Я знаю.

Она: Спокойной ночи, Тайлер.

Он: Спокойной ночи, любимая.

Она смотрела на экран. На сердце было тепло.

Эбби спала рядом. Лорен — за стеной.

Мэдисон закрыла глаза.

Завтра будет новый день. Новые экзамены. Новые тренировки.

Но сегодня она была счастлива.

---

Конец восьмой главы

---