16

На Аликанте опустилась ночь. Под россыпью звезд все казалось волшебным - башни, дома и каналы, наполовину покрытые льдом. Йеджи сидела на подоконнике в комнате близнецов и задумчиво смотрела на город

Впервые она побывала в Аликанте с родителями, и мама постепенно знакомила ее с городом; она показала ей школу, где училась, а папа отвел к памятнику семейству Хван, о которых всегда говорил с гордостью. Девочка была в восторге от города и, конечно, даже представить не могла, что когда-нибудь при взгляде на башни ее сердце будет сжиматься от горя

На лица близнецов падал свет луны. Тэрэ весь день злился. Когда ему запретили выходить из дому, он стал пинать ногами все подряд и даже разбил кулаком изящную стеклянную шкатулку для украшений, стоявшую на полке. Вот спрашивается, чем она ему помешала? В итоге он сам себя наказал, серьезно поранив руку. До исцеляющих рун мальчишка еще не дорос, и поэтому Хэсу крепко держала брата, пока Ёнджун доставал пинцетом осколки стекла

Наконец Тэрэ лег в постель, но не спал до тех пор, пока Хэсу не прилегла рядом. Теперь он мирно посапывал, положив голову на подушку и повернувшись лицом к сестре. От злости и отчаяния не осталось и следа, и Йеджи невольно залюбовалась мальчиком: темные кудряшки и тонкие черты лица

Отчаяние, подумала Йеджи. Только отчаянием можно объяснить все, что с ними происходит. Даже маленький Бому, как ей казалось, плакал от отчаяния. А что касается ее чувств... Никакое другое слово не могло более точно выразить, что происходит в ее душе, когда она думала о родителях. Каждый удар сердца, как поминальная служба: их нет, их нет, их нет...

- Эй! - тихо позвал кто-то. Йеджи обернулась и увидела стоящего в дверях Ёнджуна. Его волосы, чуть светлее, чем у Тэрэ, растрепались, лицо в лунном свете казалось бледным и усталым. За прошедшую неделю он еще больше похудел; из рукавов свитера выступали тонкие запястья. В руках он держал что-то пушистое. Игрушка?

- Они...

Йеджи кивнула- Да, спят

Ёнджун на цыпочках подошел к кровати близнецов. Йеджи заметила, что он не успел переодеться: на свитере остались следы крови Тэрэ. И он действительно принес игрушку - большую пчелу, точь-в-точь такую же, какая была у Тэрэ в разгромленном Институте, дома. Йеджи припомнила, что, совсем малышом, Тэрэ не ложился без нее спать. Ёнджун наклонился, положил пчелу рядом с братом и ласково поправил одну из его кудряшек

Потом он сел на подоконник рядом с Йеджи. Девочка взяла его за руку. Рука была холодная и покрытая цыпками. Она повернула руку и стала выводить на запястье слова. Так они поступали с раннего детства, чтобы не получать замечания за болтовню на уроках

Т-Ы-Е-Л? - написала она

Ёнджун помотал головой. Он, не отрываясь, смотрел на спящих детей. Непокорные кудри торчали в разные стороны, и он напоминал ощетинившегося ежа

Йеджи почувствовала, как он пишет у нее на плече- Н-Е-Х-О-Ч-У

- Очень плохо, - сказала Йеджи и соскочила с подоконника. - Идем

Они вышли из комнаты и осторожно прикрыли за собой дверь; вниз вела крутая лестница. В семье Им было так заведено, что дети могли есть когда угодно, за режимом дня никто не следил, и семья очень редко собиралась за столом в полном составе. Йеджи никак не могла к этому привыкнуть, хотя признавала, что иногда такое отношение к еде бывает удобным. В самом деле, когда кусок в горло не лезет, лучше потом перекусить. Ёнджун, хотя и разделял ее взгляды, все-таки следил за тем, чтобы его младшие братья и сестры ели вовремя. И он сам с ложки кормил малыша Бому, а потом стирал его одежду, на которой оставались следы соков, каш и томатной пасты

На кухне Йеджи поставила чайник и полезла в холодильник посмотреть, что там есть. Ёнджун сел у стены, запрокинул голову и закрыл глаза. Худенькая грудь тяжело вздымалась

- Ёнджун? - окликнула она

- А! Ой, прости, я, кажется, вырубился

Его глаза, обрамленные густыми ресницами, казались черными. Йеджи почему-то подумала, что, будь он девчонкой, то, наверное, расплакался бы. Сама она этого не помнила, но мама рассказывала, что однажды взрослые уложили их вместе, а сами куда-то ушли. Уж что они там с Ёнджуном не поделили в младенческом возрасте, но Йеджи свалилась с кровати и до крови прикусила губу. Сама не слезинки не проронила, а Ёнджун кричал и плакал, пока не прибежали родители

Они всегда были вместе. Одновременно начали ходить, одновременно пошли в школу, одновременно им вывели первые руны. Руну прозрения. Они оба были горазды на проделки, за которые им влетало по первое число. Ёнджун не любил врать, но, чтобы выручить Йеджи, мог и солгать, выгораживая ее

Мама Ёнджуна умерла почти три года назад. Было ужасно видеть, как все Чвхе переживают эту потерю, и Йеджи, как могла, поддерживала своего друга. А теперь она сама потеряла родителей, и отца, и мать. Утрата была чудовищная, и, если бы не Ёнджун, еще не известно, как она справилась бы со своим горем. Йеджи и Ёнджун... Они были больше чем друзья, они были одним целым, как парабатаи

- Ёнджун, - повторила девочка и взяла его за руку. Секунду рука его оставалась безжизненной, а потом он крепко сжал ее пальцы

- Не знаю, что делать, - произнес он. - Мне кажется, я не справляюсь. Бому еще мал, а Тэрэ... он ненавидит меня

- Он твой брат. И ему всего тринадцать лет. Он не может ненавидеть тебя

- Хотелось бы верить... - Голос Ёнджуна дрожал

- Все образуется, - вздохнула Йеджи. - Твой дядя выжил после нападения на Пекин. Когда все закончится, вы поселитесь у него, и он позаботится о тебе и остальных. Ты уже не будешь за них отвечать

Ёнджун пожал плечами- Я почти не помню дядю Джинхека. Он присылал нам старые книги на латинском языке, иногда приезжал из Пекина на Рождество. Единственный из нас, кто читает по-латыни, - это Тэрэ, он выучил этот язык, чтобы досаждать всем

- Не вижу ничего плохого в том, чтобы выучить латынь, - улыбнулась Йеджи, а потом горячо воскликнула - Ёнджун, твой дядя сможет позаботиться о тебе. Вот увидишь, все наладится, и ты будешь встречать Рождество не в Идрисе, а у него. Ведь это же лучше!

- Было бы неплохо, чтобы и ты составила нам компанию, - грустно усмехнулся Ёнджун

Йеджи почувствовала, как сердце у нее сжимается. При мысли о том, что она может расстаться с Ёнджуном, Хэсу, Хеин, Бому... и даже с несносным Тэрэ, она ощутила боль и растерянность, как будто ее уносило в океан

- Ведь это зависит от твоего дяди, да? - спросила она. - Захочет ли он взять меня к себе?

- Захочет не захочет - это не имеет значения, - со злостью сказал мальчик. - Ты должна остаться с нами. - Словно подтверждая свои слова, он сжал кулаки

- Ёнджун... - начала Йеджи и, услышав чьи-то голоса замерла. Им Кёлькён... Кёлькён и Чжинмо. Ей стало не по себе

- ...ухмыляющийся маленький ублюдок, конечно, был прав,, - прозвучал конец фразы; в голосе Кёлькён чувствовалось раздражение. - Исчезли не только Тэхен и Джису, но вместе с ними Айрин и Сыльги. Я всегда говорила, что эти Бэ просто безумные

В ответ Чжинмо пророкотал низким басом- Ну, Сыльги уже взрослая. Так что есть шанс, что они не наделают глупостей

Кёлькён ответила так тихо, что Йеджи не расслышала. Она подалась вперед и напрягла слух

- ...могли бы оставить хотя бы записку... я способна понять их злость...

- Наверное, они подумали, что мы выдадим их Ину

- ...сколько сил было отдано... Скорее всего, Джису создала Портал, чтобы вывести их отсюда, но их нигде нет. Мы их не видим, они как сквозь землю провалились

- Ину мы тоже не видим, - заметил Чжинмо. - Может, имеет смысл допустить, что они все в одном месте? Что само это место закрыто от наших глаз?

Йеджи еще больше подалась вперед, но услышала только удаляющиеся шаги. Вероятно, они говорили о Спиральном лабиринте? Или нет... они...

Девочка выпрямилась и увидела, что Ёнджун смотрит на нее

- Ведь ты знаешь, где они, - произнес он. - Правда?

Йеджи приложила палец к губам и покачала головой. Не спрашивай

- Ладно, не хочешь, не говори, - фыркнул Ёнджун. Он испытующе посмотрел на нее и сказал уже серьезным тоном - Я, кажется, знаю способ, как сделать так, чтобы нас не разлучили

Йеджи улыбнулась- Ну, гений, выкладывай

- Мы могли бы... - он помолчал и начал снова - Мы могли бы стать парабатаями

Он сказал это робко, слегка отвернувшись от нее, чтобы скрыть выражение своего лица

- Тогда нас не разлучат, - добавил он. - Никогда

Йеджи испугалась, что у нее сейчас сердце выскочит из груди- Ёнджун, стать парабатаями - это очень серьезно, - растерянно произнесла она. - Это... это навсегда

Мальчик пристально посмотрел на нее- А разве мы не навсегда вместе?

Вот ведь странный вопрос... Йеджи не могла представить свою жизнь без Ёнджуна. Это была бы просто какая-то черная дыра одиночества. Никто не понимал ее так, как он, не шутил так, как он, не защищал ее так, как он, - защищал не физически, физически она и сама могла за себя постоять, а оберегал ее чувства, ее сердце. Он радовался вместе с ней, утешал в грусти, понимал ее даже не с полуслова, а с полувздоха и... и он всегда выбирал огурцы из ее салата, потому что она их терпеть не могла

- Я... - начала девочка, и вдруг наверху раздался грохот. Они в панике переглянулись и бросились в комнату, где спали Хэсу и Тэрэ

Сонная Хэсу сидела на кровати, протирая глаза, а Тэрэ стоял у окна с кованой кочергой в руке. В середине окна красовалась дыра, на полу поблескивали осколки стекла

- Тэрэ! - Ёнджун с испугом посмотрел на стекла. - Стой на месте, ты же босой. Сейчас веник принесу...

Мальчик кивнул и что-то протянул им. Йеджи присмотрелась... желудь?

- Это записка, - пояснил Тэрэ

- От фей? - подала голос Хэсу. - Я слышала, феи часто посылают их в чем-то таком... в желудях, листьях, цветах

- Не тупи, - ответил Тэрэ. - Это записка от Хансоля. И адресована она Консулу

***

Наверное, сейчас день, подумал Логан, глядя на Самуэля, который прикорнул в углу, положив под голову руку. Вампиры спят днем, а ночью бодрствуют. За окном все утопало в густом желтом тумане

- Надо бы его покормить, - сказал Чимин, с нескрываемой нежностью глядя на Самуэля, что удивило Логана. Что их может связывать?

- Вы давно знакомы? - спросил он

Чимин грустно усмехнулся- Ах, Логан, Логан. У нас, бессмертных, время измеряется совсем другими категориями. Что значит «давно»? Сказать тебе, что до того, как ты появился на свет? Но почти все в моей жизни случилось до твоего рождения. - Взгляд Чимина задержался на спящем Самуэле. - Нет, я знаю его всего ничего. Полвека назад, ну, может, чуть побольше, когда я был в Сеуле, ко мне пришла женщина и попросила спасти ее сына от вампира

- И тем вампиром был Самуэль?

- Нет, - покачал головой Чимин. - Самуэль был ее сыном. Я не смог спасти его, было слишком поздно... - Колдун вздохнул, и Логан внезапно подумал, насколько же он стар. - Вампир убил всех его друзей. До сих пор перед глазами стоит эта картина... Не знаю, почему он обратил Самуэля. Может быть, что-то увидел в нем. Волю, силу, красоту... Не знаю. Он и в самом деле был красив

- Он и сейчас красив, - признал Логан

- Надеюсь, он переживет это, - вздохнул Чимин. - Переживет и займет подобающее место. Вампирам Сеула нужен кто-то с мозгами, чтобы руководить их кланом, и едва ли Лия для этого годится

- Постой, постой... - нахмурился Логан. - Ведь он убийца. Он убивает людей, пьет их кровь, а ты относишься к нему...

- А ты не убийца? - перебил его Чимин. - У кого из вас руки не в крови? Ты - оборотень, он - вампир. Так что, по большому счету, разница между вами не большая

- Но я... - попытался возразить Логан

- Может быть, ты хочешь сказать, что не всегда был оборотнем? - снова перебил его Самуэль. - А что ты делал, когда был нефилимом? Ты ведь, если мне не изменяет память, входил в Круг Джу Дантэ?

Логан промолчал. О тех днях ему было противно вспоминать. Кровь, кровь, кровь... Дантэ убеждал их, что все в порядке, что это во имя высших целей, и это усыпляло его совесть

- Да, ты прав, - наконец признал он. - Но сейчас я беспокоюсь о семье. О Джису, Сурен и...Суен. Не могу поверить, что все это необратимо... Самуэль... Он с нами, и этим все сказано. А ты... Разве тебя не волнует судьба Сыльги?

Чимин раздул ноздри- Не будем об этом

- Ладно, - кивнул Логан

В камере воцарилось молчание. Логан смотрел в узкое окно, а Чимин, ворочаясь, гремел своими цепями

- Сумеречные охотники, - наконец сказал колдун, - это что-то особое. Они входят в твою кровь, проникают тебе под кожу. С кем только я ни имел дело... вампиры, оборотни, прекрасные феи, маги вроде меня... ну и люди, конечно, слабые беззащитные люди, примитивные. Но я всегда зарекался отдать свое сердце нефилиму. Иногда я бывал очарован ими... те, кого я спас и кого не смог спасти. - Его голос на секунду прервался, и Логан с изумлением понял, что Пак Чимин с трудом сдерживает слезы. - Одно поколение сменялось другим, и я помогал им, иногда даже против собственной воли, просто... просто потому, что не мог не помочь. Когда Сурен пришла ко мне с Джису, разве я мог ей отказать в помощи? Я полюбил Джису, она выросла на моих глазах. Но... Слово «любовь» имеет тысячи смыслов и оттенков. Я никогда не любил ни одного Сумеречного охотника, пока не встретил Сыльги. И опять это «но»... Тебе ли не знать, что в нефилимах течет кровь ангелов, а это значит, что их чувства высоки и священны

- Разве это плохо? - спросил Логан

Чимин пожал плечами- Иногда приходится выбирать между спасением одного человека и спасением человечества, - сказал он. - А я... я достаточно эгоистичен и хочу, чтобы тот, кто любит меня, меня бы и выбрал. Но нефилимы всегда предпочтут другой вариант. Я смотрю на Сыльги и чувствую себя Люцифером из «Потерянного рая». «И посрамленный Дьявол почувствовал могущество добра». Могущество, внушающее благоговение. Благоговение - это прекрасно, но это яд для любви. Любовь может быть только между равными

- Она всего лишь девушка, - заметил Логан. - Сыльги... она не совершенство. А ты не падший ангел. Ты вообще не ангел

- Все мы падшие. - Чимин снова загремел цепями и замолчал

***

- Ты так на меня смотришь, будто хочешь похитить, - сказала Цзыюй

Мингю взъерошил коротко подстриженные волосы и покраснел- Это колесо обозрения? - задал он глупый вопрос

Они стояли внутри пустого магазина игрушек в районе Кванджингу. Магазин был огромный. Целые этажи игрушек: яркие пластиковые супергерои, плюшевые мишки, розовые красотки Барби... И перед ними действительно было колесо обозрения; разноцветные кабинки мерно покачивались. Цзыюй смутно помнила, как мама водила ее и брата, когда им было лет по десять, покататься на колесе. Луи попытался вытолкнуть Цзыюй, и она заплакала

- Это... безумие, - прошептала девушка

- Цзыюй... - К ней обратился один из юных оборотней, тощий и дерганый, с дредлоками. Цзыюй пришлось немало потрудиться, прежде чем она приучила их называть ее не «леди» и не «мисс Чжоу», а только «Цзыюй», пусть даже она и выполняла обязанности вожака стаи. Временно, пока не было Логана. - Мы прочесали это место, похоже, их здесь нет

- Отлично, спасибо. - Цзыюй посмотрела на Мингю, и тот пожал плечами. С ними было еще порядка пятнадцати волкодлаков; среди диснеевских принцесс и плюшевых северных оленей они смотрелись странновато. - Не мог бы ты...

Колесо внезапно заработало. Цзыюй отскочила, едва не сбив с ног Мингю; он обнял ее за плечи, и они вдвоем замерли, услышав звуки музыки. В исполнении духовых звучала мелодия из «Волшебника страны Оз»

- Оборотни! Э-эй! Оборотни-и-и-и! - пропел чей-то голосок, и Цзыюй наконец увидела Лию

Она была в розовом бальном платье, как у диснеевской принцессы, но почему-то босиком; голову венчала тиара всех цветов радуги. Ее сопровождали порядка двадцати вампиров; все бледные, лица, как у манекенов. Лили шла позади всех, цокая каблучками. Ее черные волосы были аккуратно собраны на затылке. Поймав взгляд Цзыюй, она отвернулась

- Привет, привет, - промурлыкала Лия. - Как приятно тебя видеть

- И я рада тебя видеть, - холодно ответила Цзыюй. Она протянула руку, но Лия захихикала, схватила хлопушку из ближайшей коробки на витрине и осыпала всех конфетти

- Я тут узнала, что Ину убил всех твоих друзей-оборотней, - сказала девочка и сморщила носик. - Фу, противный

Цзыюй вздрогнула, вспомнив лицо Дэцзюня и то, как он умирал у нее на руках. Как же ей хотелось загрызть эту пигалицу! Но вместо этого она сказала- Именно об этом я и собиралась с тобой поговорить. Ину... Он представляет серьезную угрозу для всех обитателей Нижнего мира...

Лия, напевая, начала рыться в коробках с рождественскими Барби в красно-белых шубках Санты, и Цзыюй замолчала

- Ну так и что? - оторвалась от кукол девочка

- Он хочет натравить нас на Сумеречных охотников, - дрогнувшим голосом продолжила Цзыюй; у нее не было выбора - она не могла просто так уйти. - Если мы объединимся...

- О, да, - Лия оторвала голову одной из кукол и бросила на пол. - Надо объединиться против Сумеречных охотников. Непременно

- Нет, я сказала...

- Я слышала, что ты сказала. - Лия сверкнула глазами. - Глупость какая. У вас, оборотней, всегда полно глупых идей. Ину, конечно, не в моем вкусе, мне больше нравятся темноволосые, но Сумеречные охотники и того хуже. Они устанавливают глупые правила и заставляют нас им следовать. И они воры, да!

- Воры? - не поняла Цзыюй

- Да, воры. Они украли у меня Сехуна. Я владела им, а теперь его нет. Я знаю, кто его забрал. Сумеречные охотники

Цзыюй поймала недоумевающий взгляд Мингю. Она забыла сказать ему, что эта малявка без ума от Сехуна. Еще она заметила, что вампиры за спиной Лии, похоже, проголодались не на шутку, так как кое у кого из них выросли клыки

- Я просила тебя о встрече, чтобы заключить союз...

- Как красиво звучи-ит, почти брачный. - Лия вытащила из складок платья огромный леденец и стала его разворачивать. - Но мы с тобой обе девочки, так что это не про нас, да? - Она лизнула леденец розовым язычком и сморщилась - Фу, какая гадость! Эээ... В школе нам что-то говорили про военные союзы. Если мы образуем такой союз, то сможем совершить вторжение

- Вторжение? - Цзыюй поняла брови

- Я слышала, что Ину собирается напасть на Идрис. Он, конечно, победит, а потом мы все поделим мир, и он разрешит нам пить кровь у людей, сколько захочется. Здорово, да?

- Понятно, - промолвила Цзыюй. - Что ж, если ты считаешь, что так лучше, давай объединимся против Сумеречных охотников

- Цзыюй... - охнул Мингю

Не обращая на него внимания, Цзыюй сделала шаг вперед и протянула руку запястьем вверх- Кровь скрепляет союз, - сказала она. - Та к диктуют древние законы. Выпей мою кровь, чтобы все было по правилам

- Цзыюй, нет! - вскрикнул Мингю, но она метнула в него уничтожающий взгляд

- О, занятно, - захлопала в ладоши Лия. - Как сестры по крови

- Именно, - подтвердила Цзыюй

Тонкие пальцы Лии, холодные и липкие от леденца, переплелись с ее пальцами. Раздался щелчок - Лия обнажила клыки

- Именно... - снова шепнула Цзыюй, пытаясь не выдать своего страха

Лия впилась зубами в запястье. Она даже не пыталась сделать это осторожно; боль была такой, что у Цзыюй перехватило дыхание. Волкодлаки позади нее беспокойно перешептывались. Мингю тяжело дышал

Лия с улыбкой глотнула, не выпуская зубов из запястья Цзыюй; боль стала еще сильней. Девушка встретилась взглядом с Лили - та безучастно смотрела на нее

Вдруг Лия отпрянула, прикрыв рукою рот. Ее губы распухли, как у страдающего аллергией на пчелиные укусы

- Б-больно, - прошептала она, и вдруг по всему лицу пошли трещины, тело забилось в судорогах. - Мама, мамочка, спаси меня, - раздался душераздирающий крик, и с Лия стала сползать кожа, обнажая кости

Цзыюй отступила на шаг. Спустя мгновение платье Лии мягкими складками упало на пол, розовое, сверкающее и... пустое

- Глазам не верю... Что случилось? - ошарашенно произнес Мингю, подхватывая Цзыюй. Ее прокушенное запястье уже начинало затягиваться, но голова слегка кружилась

Вампиры перешептывались, опасаясь напасть - охрана у Цзыюй была внушительной...

- Что ты наделала? - наконец спросил юный блондин звонким голосом. - Что ты сделала с нашим вожаком?

Цзыюй посмотрела на Лили и ощутила панический страх в груди. Лили...

- Святая вода, - ответила та. - В жилах. Она ввела ее туда с помощью шприца, и Лия этого не вынесла

Блондин ощерился- Мы не можем оставить это без последствий, - заявил он. - Оборотни...

- Перестань, - приказала Лили. - Она сделала это по моей просьбе

Цзыюй перевела дух, а Лили оглядела вампиров- Джу Ину - наш враг, поскольку он враг всех обитателей Нижнего мира, - объяснила она. - Уничтожив Сумеречных охотников, он возьмется за нас. Лии этого было не понять. Девчонка всех нас вела к гибели

- Мы с Лили договорились, - произнесла Цзыюй. - Выход только один: союз между нами, крепкий союз, основанный на доверии. Сумеречные охотники пока еще сильны, и у нас есть шанс переломить положение. Мы сможем отомстить за тех, кто погиб

- А кто поведет нас? - завопил блондин. - По нашим правилам, тот, кто убивает предыдущего вожака, берет мантию себе, но нас не может вести оборотень. - Он взглянул на Цзыюй - Прости, я не хотел оскорбить тебя

- Я и не обиделась, - кивнула девушка

- Это я убила Лию, - сказала Лили. - Цзыюй стала оружием, но это был мой план, и это я осуществила его. Я встану во главе клана... если вы, конечно, не возражаете

Вампиры смущенно переглядывались

Красные губы Лили дрогнули- Я не стремилась к власти, но другого выхода нет. - Она шагнула к Цзыюй, осторожно обходя тюлевое платье и горсточку пепла - все, что осталось от Лии. - Ну, - сказала она. - Почему бы нам не обсудить детали?

* * *

- Пирога я не испекла, - заявила Сыльги, когда Тэхен и Джису вернулись в пещеру. Она лежала на спине, подложив под голову свернутую куртку. Пламя костра отбрасывало на стены длинные тени. - Но о еде я позаботилась. - «Забота» заключалась в том, что она вытащила из рюкзака то, что они захватили с собой: хлеб, шоколад, орехи, батончики гранолы, воду и помятые яблоки. «Натюрморт» украшали три бутылки вина в пластиковой таре

Почувствовав спазм в желудке, Джису поняла, что здорово проголодалась- Что ж ты так с пирогом сплоховала? - язвительно спросила она

- На то есть целых три причины. Во-первых, у меня не было необходимых ингредиентов. Во-вторых, я понятия не имею, как его печь

- А в-третьих? - спросил Тэхен

- А в-третьих, я вам не служанка и не повариха - Сыльги была явно довольна собой

Джису не смогла скрыть улыбку. Она сняла пояс с оружием и аккуратно положила его у стены

- Вино-то зачем достала? - Тэхен улегся на земле рядом с Сыльги. - Ты же знаешь, что вино мы взяли в качестве антисептика

Джису присела. У нее болели все мышцы... долгих месяцев тренировок оказалось недостаточно, чтобы подготовиться к такому изнурительному походу

- Не думаю, что вино может послужить антисептиком, - заметила Сыльги. - В нем градусов маловато

Тэхен разломил яблоко и протянул половину Джису. Она откусила и вспомнила: в их первом поцелуе был привкус яблок

- Я тут поразмышляла немного, - сказала Сыльги. - В Аликанте уже, наверное, заметили, что нас нет, и все такое. Мне неловко перед Наен и Уджи. Надо было бы их предупредить

- А перед родителями тебе тоже неловко? - спросила Джису

Сыльги долго молчала- Нет, - наконец ответила она - У них был шанс поступить правильно, но они им не воспользовались. - Она повернулась на бок и посмотрела на девушку. В свете огня ее глаза стали тёмно-голубыми. - Мне с детства внушали, что быть Сумеречным охотником значит одобрять то, что одобряют Конклав и Совет. Шаг в сторону, и ты уже предатель. Но как быть, если некоторые решения мне не нравятся? Если я не могу их принять? Иногда мне казалось, что я сражаюсь не только с демонами, но и с Конклавом тоже. И при этом я не считаю себя предателем

- Бунтарка, - засмеялся Тэхен

Сыльги скорчила гримасу и легла, опираясь на локти- Не вижу ничего смешного

Тэхен подался вперед, чтобы ответить подруге... но в этот момент в пещеру ворвались Айрин и Сехун. Айрин раскраснелась, но скорее от бега, чем... Джису не хотелось думать о том, от чего еще могла раскраснеться Айрин

- Там, в конце тоннеля, решетка, - с ходу сообщила девушка. - Ну, вроде той, что мы уже видели, но она сломана. И там куча демонов, снаружи, к счастью. Они не подлетают близко. Но их видно. Надо, чтобы кто-то сторожил, на всякий случай

- Я пойду. - Сыльги встала. - Мне все равно не хочется спать

- Я с тобой, - поднялся Тэхен

Он посмотрел на Джису, и девушка ободряюще улыбнулась. Она знала, что Тэхен не выносит, когда Сыльги на него злится

- Там три луны. - Айрин села и потянулась за батончиком гранолы. - А Сехуну показалось, что он видит большой город. Город демонов

- Я не уверен, - быстро вставил Сехун

- В книгах говорится, что в Эдоме есть столица - Пандемониум, - заметила Сыльги. - А может, есть и другие города. Надо бы посмотреть. - Она поднялась, взяла свой лук и пошла к восточному коридору

Тэхен быстро поцеловал Джису и направился следом. Джису улеглась на бок и закрыла глаза. Тихий шепот Айрин и Сехуна убаюкивал ее

***

Тэхен и Сыльги уселись среди камней; они старались не слишком глубоко вдыхать горький воздух

Неприглядный пейзаж действительно освещали три луны. Они висели низко и были цвета крови

- Ну что, будешь разговаривать? - спросил Тэхен. - Или это один из тех моментов, когда ты, злясь на меня, предпочитаешь молчать?

- Я не злюсь на тебя, - ответила Сыльги и провела рукой в кожаной перчатке по своему луку

- Да ладно... И мне, кстати, иногда тоже приходят в голову такие мысли. Я про Конклав... К тому же ты была права насчет укрытия. Опасное местечко

Сыльги кивнула. Лунный свет бросал красноватый отблеск на ее лицо. С грязными, взлохмаченными волосами, в разорванной рубашке, она казалась совсем юной

- Мы знали, на какой риск идем, отправляясь сюда, - сказала она - Не хочу драматизировать, но мы все подписали себе смертный приговор. Я, вообще-то, предпочла бы остаться в живых, но...

- Могу поспорить, ты посмотрела на меня и подумала: он не позволит, чтобы меня убили

- Ты почти угадал

- Всегда любил тебя за честность, - усмехнулся Тэхен. - Слушай, а как ты думаешь, может быть, надо было оставить записку твоим родителям, Юми и Хену?

- Ну вот еще. Думаю, они поймут, куда мы отправились. И мне по барабану, поймет ли это отец. - Сыльги вздохнула. - Опять я говорю штампами... А что касается моего отца, то он ненавидит меня за то, что я неправильная. Так что о какой записке ты говоришь. Перебесятся, короче

- Мой приемный отец был убийцей, но, знаешь, я до сих пор думаю, что бы он сказал в том или ином случае. Думаю без всякого зла, вовсе не для того, чтобы противопоставить: вот он, такой плохой, а вот я, такой хороший. Твой отец в сравнении с Дантэ совершенно нормальный

- Ну да, и ты ему нравишься, - кивнула Сыльги. - У тебя девушка сумеречная охотница и ты не встречаешься с нежитью

- Ага, на моей могиле так напишут: «У меня девушка сумеречная охотница и я не встречаюсь с нежитью». Может, еще добавят: «И он не считался ни с кем»

Сыльги улыбнулась

Тэхен повернулся к ней- Ты правда не злишься? По-моему, ты все-таки зла

Сыльги взглянула на небо, на странные луны, светившие сквозь облака- Тэхен, заруби себе на носу: не всё вертится вокруг тебя

- Сыльги, нам все нелегко, мы все в состоянии стресса, но...

Сыльги развернулась к нему. В ее глазах читалось недоверие- Как ты не понимаешь! - воскликнула она - Представь, как бы ты себя чувствовал, если бы Ину увел Джису? Если бы ты не знал, жива она или мертва?

Тэхен опустил голову и не сразу смог выжать из себя- Я... я был бы разбит вдребезги

Сыльги поднялась на ноги. На фоне красно-синего неба вырисовывались ее очертания, сияние разбитых лун отражалось от земли. Тэхен видел каждую грань ее выражения лица - все, что она копила. Тэхен вспомнил, как Сыльги убила Богома - не раздумывая, быстро и безжалостно. Он тогда подумал, что это не похоже на Сыльги. Что, что с ней произошло? Неужели причиной всему - Чимин?

- Это, - Сыльги указала на себя, - это вдребезги разбитая я

- Сыльги...

- Я не такая, как ты, - вымолвила Сыльги. - Я... я не могу все время делать вид, что у меня все хорошо. Я могу посмеяться вместе с вами, но всему есть предел...

- Предел? Какой предел? Сыльги, ты так можешь сломаться...

- У тебя тоже было от чего сломаться. Дантэ... Джису, особенно когда ты думал, что она - твоя сестра. И эта битва в Буррене, ты ведь мог погибнуть, но ты выжил. Мы с тобой в одной связке, Тэхен, если выжил ты, то выживу и я, что бы ни случилось. Я не сломаюсь

Тэхену стало стыдно. Он думал о чем угодно, но только не о чувствах своего парабатая. Сыльги страдала, Сыльги не находила себе места, не зная, жив ли Чимин, а он в это время глупо подкалывал ее

- Сыльги, я не пример тебе, ты - лучше

- Что ты себе вообразил, перестань, - резко бросила Сыльги, а потом вдруг спросила - Что ты видел, когда мы проникли в этот мир? Ты ведь обманул нас, у тебя было такое лицо...

Тэхен покачал головой- Прости, но даже тебе я не могу этого сказать

- Хорошо, - кивнула Сыльги. - А я видела Зал Соглашений. Там был роскошный банкет в честь победы, и на нем собрались все. Канмин... тоже был там. И ты, и Чимин, и все. Отец произнес тост в честь меня, он назвал меня лучшей воительницей... - Ее голос дрогнул. - Я никогда и не мечтала об этом, Тэхен. Лучший воин - ты, у тебя дар особый. Я могу учиться до посинения, но все равно не стану такой, как ты - Сыльги перевела дыхание - Сам знаешь, я не завистлива. Я просто всегда, с самого начала знала, что все вокруг считают тебя лучше меня. Хоть я и девушка, тем более старшая сестра и мне было трудно это принимать. Но так даже думал отец, так думали все в Конклаве. Даже Айрин и Канмин смотрели на тебя с обожанием, как на великого воина, и им хотелось быть похожими на тебя... Но в тот день, когда ты предложил мне стать твоим парабатаем, я поняла: ты настолько доверяешь мне, что просишь о помощи. Хороший воин не может сражаться в одиночку, ему нужен тот, кто станет его второй половиной, зеркальным отражением. Я поняла, что ты не считаешь себя лучше меня. Ты считаешь, что я - такая же

- И все же у тебя есть черты, каких у меня нет. Ты - добрее, у тебя преданное сердце и безграничная вера в тех, кто тебя окружает

Сыльги посмотрела на него с удивлением, а Тэхен продолжил

- Лучшее, что сделал для меня Дантэ, это то, что он отправил меня к вам. Не случись этого, мы бы не встретились. Но главное даже не это. Если бы не ты, я бы стал... как Ину. Я хотел бы того, что хочет он: безграничной власти. - Он указал на раскинувшееся перед ними плато. - И в конце концов я стал бы королем пустыни, усыпанной трупами. Вот это я и видел, когда попал сюда. Подсознание иногда выдает такое, о чем мы стараемся не думать

Они оба долго молчали

- Ладно, надо бы пойти посмотреть, что там мог увидеть Сехун, - наконец сказал Тэхен и достал клинок серафима. В лунном свете адамас мягко мерцал. - Подожди меня здесь

- Тэхен... - начала Сыльги, но его парабатай уже несся вниз по склону, перепрыгивая с камня на камень

Постепенно место камней занял мелкий песок. Растительность была скудной: уродливые черные деревья, как после ядерного взрыва. Сбоку что-то сверкнуло

Тэхен резко повернулся и крикнул- Эй, кто там? - Не услышав ответа, он нахмурился. - Разумеется, я знаю, что в фильмах того, кто крикнет «Эй, кто там?», немедленно убьют. Но было бы интересно посмотреть на потенциального убийцу

На сей раз он услышал всхлип - даже не всхлип, а как будто кто-то изо всех сил пытается усмирить дыхание. Тэхен присмотрелся и увидел тень

Женщина. Съежившись, стоит на коленях. В темноте белело светлое платье. Кажется, она плакала

Тэхен сильнее сжал рукоять клинка. Ему не раз приходилось встречаться с демонами, которые, притворяясь беспомощными, меняли свой облик. Возможно, это тот самый случай

- Думах, - прошептал он, и клинок озарился светом

Теперь он видел женщину более отчетливо. У нее были длинные, ниспадающие до земли волосы, на голове - железный обруч. Платье в пятнах грязи и крови. Волосы отливали красноватым цветом. Кто это?

Он сделал еще шажок вперед и понял, что белое платье, подпоясанное под грудью, это одеяние Железной сестры. Щеки и лоб женщины испещряли темные руны, в глазах горел оранжевый огонь. Она опустила сомкнутые на груди руки, и у Тэхена внутри все похолодело: из зияющей раны сочилась кровь

- Ты ведь знаешь меня, Сумеречный охотник? - обратилась она. - Я сестра Джессика, ты убил меня в Париже

У Тэхена пересохло в горле- Ты - не Джессика. Ты - демон

Она покачала головой- Я проклята, потому что предала своих. Когда ты убил меня, я попала сюда. Это мой ад, и я по нему брожу. Моя рана не заживет никогда. - Она повела головой назад, и он увидел следы босых ног; песок вокруг них был обагрен кровью. - Вот что ты со мною сделал

- Это не я, - прохрипел он

- Не ты? - повторила она. - Неужто не помнишь?

Еще бы ему не помнить... Небольшая мастерская в Париже, Чаша из адамаса, Джессика, не ожидавшая нападения, выражение ее лица, когда она упала, умирая, на рабочий стол...

Кровь на его клинке, на руках, на одежде. Красная кровь... Кровь Сумеречного охотника, Железной сестры

Джессика склонила голову и попыталась улыбнуться- Откуда демону знать, что знаю я? Про Париж... Про Чашу... А, До Тэхен? Или нет, ты - Бэ. Или, может быть, Джу? Как и Джин?

Тэхен обливался потом, руки тряслись. Всё в нем взывало к тому, чтобы броситься вперед и снова пронзить Джессику клинком. Снова... Перед глазами стояла картина: она истекает кровью в своей мастерской, а он стоит над ней, понимая, что́ сотворил, что он - убийца. Одно дело - убивать в битвах врагов, и совсем другое - лишить жизни того, кто не оказывает сопротивления

- Тебе же нравилось? - вкрадчиво прошептала она. - Нравилось быть связанным с Джином, быть заодно с ним? О да, понимаю, теперь ты скажешь, что действовал не по своей воле, что твоими руками руководили, что это не ты вонзил в меня клинок, но мы оба знаем правду. Ты не хотел сопротивляться, ведь так?

Джису, с болью подумал Тэхен. Будь она здесь, он бы чувствовал себя иначе. Джису верила в то, что он добр, и эта вера ограждала его самого от любых сомнений. Но Джису рядом не было, он был одинок в этой пустыне

- Ведь ты это видел? - шипела Джессика, почти вплотную приблизившись к нему; ее глаза вспыхивали оранжевым и красным светом. - Ты видел выжженную, опустошенную землю и себя - властителя. Этого и жаждет твоя душа. - Она схватила его за руку; ее голос возвысился. - Ты полагаешь, что это и есть твоя темная тайна - желание стать подобным Джину, но я скажу тебе большее - ты уже стал им. - Она оглушительно расхохоталась

- Нет! - крикнул Тэхен и поднял свой клинок; в небе вспыхнула огненная дуга

Джессика отпрянула, и на миг Тэхену показалось, что платье на ней вспыхнуло. Он ощутил жжение и услышал гортанный, нечеловеческий крик. И только тогда понял, что огонь источает он сам и этот огонь сжигает все вокруг. На его глазах Джессика превратилась в отвратительное существо с извивающимися щупальцами, которое очень быстро рассыпалось в пепел. Падая на колени, он увидел, что его окружает огненное кольцо. Я заживо сгорю здесь, подумал он, но ему не было страшно