Глава 7. Правила игры

Лента дрожала в пальцах, как живая. Чёрная, бархатная, с почти незаметной красной ниткой на краю. Алиса не знала, зачем взяла её - просто почувствовала, что должна.

Дверь, которой только что не было внутри зияла темнотой. Она шагнула вперёд и дверь закрылась за её спиной - мягко, почти беззвучно, как шторы в театре после последнего акта.

Свет сменился. Он стал холодным, почти лунным, и при этом исходил откуда-то снизу. Алиса шла по узкому коридору, и на каждом шагу пол становился мягче, будто она ступала по подушкам, набитым перьями.

Лента заползла вверх по её руке. Не страшно - скорее странно. Она обвилась вокруг шеи, развернулась, и Алиса ахнула: ткань поползла по телу, превращаясь в платье. Холодное, тяжёлое, как капля ртути. Зеркальный воротник, пуговицы — чёткий ряд, как следы на снегу которые спускаются вниз по спине, рукава чуть длиннее нужного. Почти её размер.

- Какого черта, - пробормотала она, рассматривая отражение в стеклянной стене. Платье было чёрным, с кроваво-красной оторочкой. Она почувствовала, что это... Костюм. А она актёр который вот-вот выйдет на сцену.

Перед ней открылась новая комната.

Большая. Пустая. В центре - кресло, будто вытянутое из театральной гримёрки: красный бархат, ножки как лапы с когтями. И в нём - он.

Тильтер.

Он не выглядел как чудовище. Напротив. Он был... Привлекательным до раздражения. В его облике было что-то неправильное - но это «неправильное» только усиливало притяжение.

Высокий, с плавными, уверенными движениями, как у актёра, слишком хорошо знающего свою роль. Волосы — цвета сажи, блестящие, небрежно убранные назад. Черты лица - резкие, почти статуэтные, но не холодные. Глаза... тёмные, но не чёрные - как воронёная сталь, отражающая слабый свет. И когда он посмотрел на неё, Алиса почувствовала, что его взгляд касается её души.

А когда он заговорил, голос разлился по комнате, как вино - густой, глубокий, обволакивающий. Он звучал прямо в голове, минуя уши. Каждое слово проникало под кожу, оставляя едва ощутимый след - как шрам, который уже не болит, но не забывается.

- Алиса, - произнёс он, будто имя было заклинанием.

Она не ответила. Лишь сжала пальцы.

- Ты пришла.

- Верни меня обратно. - Голос сорвался.

Тильтер встал.

Он подошёл, мягко ступая, будто не касаясь пола вовсе. Его взгляд не отпускал её. Всё в нём было излишне: слишком точный подбор жестов, слишком выверенная поза, слишком лёгкая улыбка, в которой можно было утонуть. Но Алиса уже чувствовала, что всё это - маска. Прекрасная, сверкающая, пугающая.

- Как бы мне хотелось, - голос стал почти ласковым. - Но, увы... не всё зависит от меня.

Он приблизился вплотную. Его рука почти коснулась её щеки - и в последний момент остановилась.

- Я всего лишь... распорядитель. Ведущий. Я задаю форму, но не правила.

- Остальные так не считают.

Он ухмыльнулся. - В моём деле важен.. Авторитет. Им не обязательно знать всего, нужно только делать что я велю.

- Значит вели отправить меня обратно. - Алиса злилась.

- Хахахаха. Но ты вошла сюда сама. Это был твой выбор.. – С наигранным сочувствием сказал он.

- Я не выбирала. - Голос стал острее.

Тильтер усмехнулся.

- Неужели? Выбор - не всегда явный. Иногда - это взгляд. Иногда - мысль, которую ты не смогла выбросить. Это своего рода наитие.

Он сделал шаг назад. Алиса почувствовала, как возвращается воздух.

- Хорошо, - сказал он. - Я могу помочь тебе. Дам тебе путь. Но... потом ты дашь мне кое-что взамен.

- Что именно?

Он склонил голову и дьявольски улыбнулся.

- Не сейчас. Не здесь. Я скажу, когда придёт время. И ты согласишься - если хочешь уйти.

Она замерла.- Я справлюсь сама.

Тильтер ухмыльнулся. - Ты можешь попробовать, но этот выбор снова приведёт тебя ко мне.

Он поднял руку - и в воздухе возникла карточка, словно из пепла. Он подал её ей.

- Вот начало. Первая подсказка ждёт тебя в месте, которое ты давно покинула. Воспоминание, которое ты не удержала. Найди его - и дверь приоткроется.

- Почему ты решил мне помочь?

Тильтер наклонился ближе. Его губы почти коснулись её уха.

- Потому что ты мне нравишься, Алиса.

Она смутилась и отвернулась. Он ухмыльнулся и продолжил:

- И потому что даже шахматная доска скучает, если фигуры не двигаются.

И потому, подумала она, что ты играешь.

Он щёлкнул пальцами - и пол исчез под её ногами.

- Попробуй справиться без меня, пирожочек.

Алиса провалилась вниз - словно в кроличью нору. Только вместо тьмы там было что-то светлое и пугающе тихое.