Глава 18

Я рефлекторно убрал ногу с рельса, когда тот завибрировал, и схватил Ксюху за руку. Не зная, что делать, мы медленно отступали назад, вглубь туннеля, таращась на надвигающуюся махину. Бетонные обломки, что лежали на пути, вагон, словно бульдозер, со скрипом раздвигал в стороны, попутно отряхиваясь от тех, что лежали на мятой крыше. Соскальзывая с краёв, они нехотя падали вниз, раскалываясь на части.

– Педаль. Долбаная педаль! – Макс схватился за голову.

– Что педаль? – спросил я.

– Педаль безопасности. Я вдавил её, и она заела.

– И что?

– Ты что, слепой?! – он потряс вытянутыми руками в сторону вагона. – Вот что! Напряжение пришло... и он тронулся! Потому что, чёрт, я всё сделал правильно!

Макс почти кричал, пытаясь перекрыть шум.Вагон, словно потревоженный громадный зверь, злобно скрипел, сильно раскачиваясь из стороны в сторону на ржавых рессорах и медленно, но верно сокращая расстояние между нами.Ту-дум! Ту-дум! – застучали колёса на стыках рельсов.

– Он раздавит нас! – крикнула Ксюха и потянула меня за собой.

Она была права. Раскачивающийся поезд в узком туннеле размажет нас по стенам в фарш, как мясорубка.

– Бежим! – выйдя, наконец, из оцепенения, бросил я, хлопая Макса по спине. – Под ноги! Под ноги смотрите!

И мы побежали. Словно в ответ на это, поезд свирепо издал протяжный металлический вой. Должно быть, зацепил и протащил какую-то железяку. Мне показалось, что его скорость нарастала, хотя быть такого, конечно же, не могло. Если только...Я обернулся на ходу, вглядываясь в место машиниста. Нет, к счастью, в кабине никого не было. Запущенный Максом поезд ехал сам по себе.Силы начали быстро иссякать, сказывалась накопленная усталость. Мой взгляд шарил по стенам в поисках ответвления. Должно же быть что-то! Сбойка, отходник, что-нибудь, где можно укрыться. Очень не вовремя Ксюха зацепилась ногой за шпалу и чуть не упала. Мы с Максом успели подхватить её под руки. Но дыхание сбилось. Бежать становилось всё тяжелее.Ту-дум, ту-дум! – всё отчётливей громыхало за спиной. От вагона нас уже отделяло, пожалуй, каких-то несколько десятков метров.

– Развилка! – вскрикнула Ксюха, кивнув вперёд.И правда, пространство чуть поодаль начинало расширяться, разделяясь на две трахеи.

– Быстрее! – прибавил ходу Макс.

Сразу за развилкой один из туннелей чуть изгибался вправо и резко уходил вниз. Значит, это основной, догадался я. Во время одной из моих первых вылазок в метро, я с удивлением узнал, что большинство перегонов между станциями в целях экономии электричества имеют форму ямы. Скатываясь и набирая скорость на холостом ходу, составы преодолевают таким образом, немалые расстояния, подключая тягу уже на подъёме.Левый туннель, стало быть, являлся примыкающим. Предчувствие мне подсказывало, что Серёгу надо искать там. До развилки оставалось немного, но и стук колёс раздавался уже совсем рядом. Только бы не споткнуться. Впереди показался стрелочный перевод.Я издалека начал всматриваться в пути, пытаясь определить по стрелке, куда направится вагон. Ага, прямо.

– Нам налево! – гаркнул я друзьям, начав смещаться. – Ксюх! Макс!

Бежавший чуть впереди Макс, вдруг замотал головой и замахал рукой вперёд:

– Нет! Прямо! Прямо бегите! – и резко вильнул в сторону, к стрелочному рычагу у самой стены.Пытаться понять его действия, а, тем более, – перечить, времени не было. Я лишь выкрикнул Ксюхе:

– Давай прямо!

И собрал остатки сил для последнего рывка. Макс слёту навалился на рычаг всем своим весом, и я заметил, как стрелка сдвинулась. Теперь вагон повернёт в левый туннель.

– Давай, давай, Ксюх! Ещё чуть-чуть...

Мы проскочили поворот и свалились прямо на шпалы, на безопасном от траектории расстоянии. Макс тоже успел за нами, но падать не стал, а лишь развернулся. И откуда только силы?Произошедшее дальше вполне могло бы сойти за эффектную сцену из крутого боевика.Как только вагон проследовал по заданному направлению в левый туннель, опасно накренившись в нашу сторону на повороте, но всё же устояв на рельсах, Макс рванул за ним.

– Стой. – беззвучно прошевелил я губами. – Куда?Сравнявшись с вагоном, он оттолкнулся от рельса и запрыгнул на обломок вагонной сцепки, зацепившись руками за поручни задней двери, подтянулся.

– Лёша, что он делает?

Так. Так. Так. Я попытался взять себя в руки и перестать выпадать в осадок. Пока не получалось.Поднявшись на подкашивающихся ногах, я попытался побежать за ним. Но сделав несколько шагов, понял, что сильно переоценил себя.

– Ты-то куда? Стой! – раздался за спиной встревоженный голос Ксюхи.

– Стою, стою. – успокоил её я, согнувшись пополам и уперев руки в колени, наблюдая, как удаляются зловещие красные огни вагона, унося во тьму ещё одного моего друга.

Макс перевалился через раму разбитого заднего окна и скрылся из виду. Ксюха подошла ко мне сзади и, положив руку на моё плечо, тяжело вздохнула.

– Пить хочешь?

– Ага.

Во рту пересохло так, что первый глоток воды впитался в язык, словно в губку. Я успел сделать ещё несколько, когда раздался пронзительный скрип тормозов. Заскрипел и кузов вагона, прежде чем затихнуть.

– Он остановил его! – констатировала Ксюха.Я протянул ей бутылку. Отпивая уже на ходу, она бросила мне:

– Не отставай.

– Угу.

Я, как мог, спешил за ней. Вагон не успел уехать далеко. Красные габаритные огни постепенно приближались. В салоне моргнул и вновь зажёгся свет, освещая ржавые рельсы и провисающие силовые кабели на полукруглых стенах туннеля.В окне показался силуэт Макса. Он замахал нам рукой, призывая поторопиться. Когда мы, наконец, подошли, он подал нам руку и помог забраться внутрь. Мы тут же плюхнулись на ближайшие сиденья. Мышцы требовали хоть какого-то отдыха. Я молча восстанавливал дыхание, смеряя Макса суровым взглядом. Эти его непредсказуемые выходки уже давно начали действовать мне на нервы. Да и Ксюхе, наверное, тоже. Почувствовав наше недовольство, он виновато опустил голову, вскинул руки к потолку, и не без артистизма произнёс:

– Не велите казнить! Велите...

– Максим! – свирепо оборвала его Ксюха.

– Что?

– Хватит уже!

Я повернул голову и посмотрел на неё, удивляясь такому напору. Выглядела она не на шутку рассерженной.Макс, словно не понимая суть претензий, озадаченно переводил взгляд с неё на меня, и обратно.

– Я достал нам транспорт! – начал оправдываться он, указывая руками на кабину. – Чтобы мы быстрее добрались до...

– Ты чуть нас не угробил! – сказал я. – Нас чудом не раздавило.

Макс склонил голову набок, стиснул зубы:

– Э-это да-а, косяк. Но... Всё же из-за проклятой педали!

Он поднял глаза, ожидая поддержки. Не получил.

– Ладно. Все живы, так? – сказал он и осёкся. Опустил голову, шмыгнул носом.Возникла неловкая пауза.

– Хочется верить. – Ксюха сглотнула слюну. Её глаза заблестели.

– Так, даже не думайте о том, о чём вы подумали! – я обращался к обоим. – Мы вытащим Серёгу, и все вместе выберемся отсюда, слышите?

Макс молча кивнул. Ксюха подняла на меня мокрые от накатывающих слёз, полные отчаяния глаза.

– Обещаешь? – спросила она.

Моё сердце разрывалось. Меня самого тревожили мысли о Серёге, о безысходности всей этой, похожей на бредовый кошмар, ситуации, о том, что никуда нам уже не выбраться отсюда.Но глядя в эти глаза, я не мог ответить ничего другого, кроме как:

– Обещаю!

Сказал и сам поверил себе.

Ксюха грустно улыбнулась и прижалась ко мне. Я приобнял её и нежно поцеловал в висок.

– Ай! – Ксюха резко дёрнулась от меня, потирая место поцелуя.

– Что такое? – заволновался я, трогая пальцами свои губы. Вроде губы как губы.

– Ай!!! – повторила она и согнулась пополам.

– Ты чего, Ксюх? – я потянулся было к ней, как вдруг перед моими глазами проплыла белая мушка. О нет! Только этого сейчас не хватало... Я с силой зажмурился, готовясь к очередной порции боли.Череда резких спазмов не заставила себя долго ждать, вонзаясь острыми кинжалами всё глубже и глубже в мозг. Мы, трое, застонали в унисон, корчась на сиденьях.

– Да давай ты уже! – сквозь зубы процедил Макс, обращаясь к самой боли.

Наконец, финальный спазм осколочной гранатой разорвал голову изнутри. В следующую же секунду боль отступила, и сквозь свой облегчённый, прерывистый вздох я услышал звук захлопывающихся дверных створок...