Глава 8

Лестор

Я стоял и смотрел на безжизненное тело своего друга. Я видел, как на его шее выступают чёрные вены. Я смотрел на своего погибшего друга, не в силах поверить в случившееся.

Через пару минут, когда плач Лии достиг истерики, я накрыл Арни и снова засунул его в камеру холодильника. Дастин кивнул мне в сторону двери, давая понять, что нам нужно уходить. Я хотел заплакать, но сдержался, чтобы не усугубить состояние девушки.

Мой брат поднял её на руки, но она отказывалась идти, и, кажется, перестала понимать и воспринимать происходящее. Всё время, пока мы поднимались, он говорил ей успокаивающие слова. Мы больше не боялись быть пойманными, так как считали, что хуже уже не может быть.

Открыв дверь нашего этажа, я пропускаю их вперёд. Дастин останавливается, и я врезаюсь в его спину.

— Ерлин там, — говорит он, указывая на пост. Я отхожу в сторону, чтобы убедиться, и вижу женщину. Она сидит на своём месте спиной к нам и разговаривает по телефону. — У нас меньше минуты, чтобы открыть двери и остаться незамеченными, — говорит Дастин. Подойдя к девушке, которую всё ещё держит мой брат, я достаю ключи из кармана её брюк.

— Держи, — я протягиваю ему второй ключ с его именем. — Оставайся у Коралии. Думаю, Ерлин и так в курсе, что иногда вы ночуете вместе, и будет как минимум вопросов.

Он кивает и берёт свой ключ. Я иду впереди них и не знаю, успели ли они открыть свою дверь, но я уже у себя в палате. Мне абсолютно всё равно, что будет завтра или через несколько часов. Я даже не знаю, сколько сейчас времени. Мне абсолютно всё равно. Всё, чего я хочу сейчас — это покинуть эту чёртову лечебницу.

Я медленно опустился на кровать. Меня охватила дрожь, руки тряслись так сильно, что я не мог снять обувь и переодеться. Пытаясь унять тревогу, я приглаживал волосы, тёр ладони о штаны и старался отдышаться.

Голова начинала болеть, и как только я закрывал глаза, в памяти сразу всплывали воспоминания о сестре. Открыв глаза, я понял, что воспоминания начали пугать меня, дыхание участилось, и мне стало страшно. Страх окутывал меня с ног до головы, и я не мог понять, что его вызывает. Казалось, что стены начали сдвигаться. Тело моментально отреагировало, и я снова начал дрожать, растирая руки и часто моргая. Мне было страшно.

****

Когда я вышел из душа, мне показалось, что я смыл с себя всю грязь и воспоминания о прошлой ночи. Но как только я прошёл по коридорам, мысли снова вернулись к моему мёртвому другу.

Перед глазами до сих пор стоит его изуродованное тело, почти такое же, как у Карен. Когда я видел фотографии той женщины, мне казалось, что такое мог совершить только самый жестокий человек. Но я даже не мог подумать, что это дело рук мистера Паркмента. Теперь я уверен — это его рук дело. Я слышал, как он отпустил его и как он хотел продолжить издеваться над Джоанной. Бедная Джоанна, вот так он решил её проучить за побег.

— Как ты? — спросила меня Лия. Она выглядела немного лучше после ванны, но её глаза всё ещё были заплаканными. — Дастин проснулся намного раньше нас, закрыл твою палату и вернул ключ на место. Так что тебе не нужно беспокоиться о том, что тебя будут расспрашивать. 

— Всё в порядке, — отвечаю я, не обращая внимания на её слова. Мы спускаемся по лестнице во двор. Девушка осторожно держится за перила и украдкой бросает на меня взгляды, когда достигает очередного этажа.

Мы проходим двери четвёртого этажа, и я замечаю девушку, которая сидит в таком же кресле, как и Арни. Я останавливаюсь и понимаю, что это Джоанна.

— Лия, подожди, — я удерживаю её за руку и смотрю на блондинку. — Это она? — спрашиваю я, сам не знаю зачем. Я не верю, что это может быть Джо.

— Джоанна? — спросила она в ответ, и я, приподняв бровь, посмотрел на Лию. — Что? — недоуменно качнул головой и подошёл к блондинке. Она сидела, уставившись в пространство, будто не замечая нас. Я сел напротив и попытался поймать её взгляд.

— Эй, Джо, — произнесла Лия, дотрагиваясь до неё, и блондинка, резко развернувшись, начала кричать. Её крик эхом разнесся по всему этажу, и казалось, что все остальные звуки исчезли, оставляя лишь истошный и измученный вопль Джоанны.

— Что вы здесь делаете? — раздался крик медсестры, и я, вздрогнув, обернулся. Медсестра, не теряя времени, достала из кармана халата шприц и вколола его содержимое в организм Джоанны. — Что вы здесь делаете? — повторила она уже спокойнее, оглядывая нас. Затем, встав за спиной девушки, она крепко ухватилась за её кресло.

— Она наша подруга, — уверенно говорит Коралия, складывая руки на груди.

— Вы, вероятно, те самые люди, которые ночью бегают по больнице? — произнесла она с легкой насмешкой.

— Те самые? — повторил я. Женщина рассмеялась.

— Все знают о вас, но предпочитают не замечать, — она снова окинула нас взглядом. — По крайней мере, пока. Я бы посоветовала вам не совать нос куда не следует, — я вновь посмотрел на Джоанну, но медсестра уже увезла её прочь.

— Неадекватная женщина, — фыркает Лия и уходит.

****

Мне совсем не хотелось есть. Я думал о Джоанне, и с каждым днём моё сочувствие и жалость к ней становились всё сильнее. Девушка только поступила, а её уже сделали объектом для опытов. Глядя на результаты предыдущей работы мистера Паркмента, я понимал, что пустая камера холодильника ждёт именно её.

Я решил сам сходить в кабинет мистера Паркмента и снова спуститься в комнату для экспериментов, чтобы узнать всё, что можно. Если я позову нашу любимую парочку, мы снова окажемся в ловушке. Да и не хочется получать по лицу во второй раз.

На посту нашего этажа было пусто, и я поспешил туда, чтобы взять запасные ключи от кабинета Алджернона, которые всегда хранились в столе Ерлин. Слава богу, она проявила благоразумие и не осталась на ещё одну ночь, а покинула больницу днём. Сегодня на её месте дежурит Барри, и хотя этот факт меня немного успокаивает, всё равно есть некоторое беспокойство.

Подходя к кабинету врача, я оглядываюсь по сторонам, чтобы убедиться, что никто не заметил моего присутствия. Открыв дверь, я быстро проскальзываю внутрь. Я стараюсь не заблудиться и найти дорогу к компьютеру, ориентируясь по памяти. Поскольку ещё не было отбоя, свет из кабинета будет виден всем, кто пройдёт мимо.

Нащупав стул, я сажусь за компьютер. Вспомнив пароль, я включаю его и начинаю просматривать документы. В прошлый раз мы открыли две папки, в которых нашли информацию о Карен. Внезапно я понимаю, что мы так и не прочитали то самое завещание, которое распечатали. Дастин положил его в карман брюк, но после этого не доставал и не вспоминал о нём. Однако больше ничего интересного я не нашёл.

Наконец, я решаюсь включить маленький светильник на столе. Первое, что я вижу, это медицинская карта Джоанны. Пролистав пару страниц, я не нахожу ничего тревожного. Лишь пару раз мистер Паркмент упоминал о том, что у неё расстройство личности.

На мой взгляд, это несерьёзная проблема. Я думаю, что она скоро поправится и покинет это место. Однако, глядя на то, какой они её сделали, я понимаю, что здесь она останется надолго. Ещё через пару страниц мне на глаза попадается прикреплённый договор. Я быстро пробегаю его глазами и останавливаюсь на подписи родителей Джоанны.

«...В связи с состоянием здоровья Джоанны Фиссон, я, Лилиан Фиссон, её законный представитель и родитель, даю согласие на прохождение реабилитации в любой её форме».

Эти строки вызвали у меня негодование. Выходит, родители добровольно согласились на эксперименты мистера Паркмента над их дочерью? Возможно, они не были осведомлены о том, какие именно методы реабилитации предлагает этот человек, но это было бы самым важным вопросом для обсуждения.

Я посмотрел на дату подписания договора. Сегодня! Они были здесь сегодня, видели свою дочь и не забрали её домой? Я начал злиться, потому что понимал, на что они согласились — на смерть своей дочери.

Я больше не могу оставаться на месте. Выключаю компьютер, кладу на место карту и спешу на поиски Джоанны. Я не позволю этому человеку убить ещё одного ни в чём не повинного человека.

Оглянувшись по сторонам, я быстро прохожу через пост охраны и бросаю ключи, не глядя, куда они упали. В холле слишком много людей, и если я побегу, это вызовет вопросы. Поэтому я прохожу мимо спокойно.

— Лестор! — услышал я голос брата. Остановившись, я обернулся. — Прости меня, — Дастин провёл рукой по волосам, и я увидел, как ему нелегко даются эти слова. — Тогда я слишком перенервничал...

— Всё хорошо, — перебиваю я и хлопаю его по плечу. Хочу поскорее уйти, но он останавливает меня.

— Ты снова? — я понимаю, о чём он спрашивает, но отрицательно качаю головой. Затем провожу рукой по волосам и начинаю вытирать руки об одежду.

— Мне просто не нравится здесь находиться, я хочу побыть один, — говорю я неправду, но Дастин мне верит. Он кивает и возвращается к Лии. Они садятся на диван, и парень обнимает её. Часть меня хочет позвать их к себе, но я понимаю, что они хотят побыть вдвоём, ведь совсем скоро девушка уедет домой.

Я ускоряю шаг и направляюсь к запасному выходу, чтобы избежать встречи с Барри. Спускаясь по лестнице, я прислушиваюсь, не слышно ли кого-нибудь за дверями, но вокруг тихо. Открыв дверь, я оглядываюсь и иду в сторону последнего известного мне местонахождения Джоанны.

Меня начинает беспокоить, что в такое время этаж пуст. Сейчас нет и десяти часов, но я никого не вижу. Свет приглушён, горят всего несколько ламп в начале и в конце коридора. Становится немного страшно, но я продолжаю идти.

Внезапно я замечаю, что из самой крайней двери горит свет. Подойдя ближе, я вижу табличку, на которой почти слезла краска, но ещё можно прочитать, что комната закрыта на ремонт. Подходя ближе, я не слышу ни голосов, ни шагов — ничего. Возможно, кто-то просто забыл выключить свет.

Уже собираясь уходить, я слышу приглушённый крик и звук работающего прибора. Когда звук стихает, я различаю болезненные стоны.

— Как она? — грубый мужской голос меня насторожил.

— Всё в порядке, можно увеличить, — произнес женский голос, показавшийся мне знакомым, но я не мог определить, кому он принадлежит. Сразу после этого вновь раздался крик и шум. Это продолжалось бы еще долго, но внезапно всё стихло. Я стоял и ждал, что будет дальше.

— Потерялся? — раздался голос за моей спиной, и я почувствовал, как моё сердце замерло. Мне было страшно оборачиваться, но я всё же сделал это, чтобы понять, не мне ли обращаются.

— Барри?

— Что здесь происходит? — спрашивает он. Я уже готов ответить на его вопрос, но в этот момент до нас доносится крик, и мне не нужно ничего объяснять. — Иди к себе, поговорим позже, — киваю и быстро ухожу. Ведь у него больше шансов помочь человеку, чем у меня.

Перед тем как закрыть за собой дверь, я оборачиваюсь и вижу мистера Паркмента. Он смотрит прямо на меня. Теперь я точно знаю, что ничего хорошего меня не ждёт.

****

Я просыпаюсь в незнакомой комнате, и моя голова невыносимо болит, как будто по ней бьют кувалдой сразу несколько человек, не переставая. Я пытаюсь встать, но руки не подчиняются мне, а ноги почти не ощущаются, только тяжесть.

Мне больно поворачивать голову, и я пытаюсь рассмотреть всё, что попадает в поле моего зрения, но вижу только одну лампочку. Я слышу, как открывается дверь, и меня начинает трясти от страха. Я снова пытаюсь пошевелиться, но ничего не выходит.

— Здравствуй, Лестор, — слова мистера Паркмента доносятся до меня словно сквозь толщу воды. Перед глазами возникает повязка, а затем мне открывают рот и накладывают её поперёк. Я хочу что-то сказать, но из меня вырывается лишь стон.

— Никогда бы не подумал, что такой замечательный человек, как ты, может разрушить все мои планы! — старик был на грани срыва, и я ощущал, как мы оба балансируем на краю. Я был готов заплакать от страха, ведь он мог в любую минуту совершить что-то ужасное. — Чем же тебя так привлекла новенькая? Или это из-за Арни? Ты мог бы поговорить со мной, я всегда был готов выслушать тебя. Мне казалось, что за три года мы сблизились лучше, чем с кем-либо другим. Мне действительно жаль, что так вышло. Но когда я потерял всю свою семью, карьера стала для меня самым важным, и, возможно, ты или Джоанна поможете мне достичь еще больших высот, — слышу, как он что-то включает. — В любом случае, ты ничего не вспомнишь, но знай, что ты был одним из лучших моих пациентов.

Я чувствую прохладу на висках и стараюсь изо всех сил сопротивляться. Не знаю, получилось ли у меня, но мистер Паркмент не предпринимает никаких действий. Я открываю глаза и прислушиваюсь: кто-то ещё находится рядом с нами, и я слышу их разговор, хотя и не очень чётко.

— Все документы забрала?

— Да, но вам лучше остановить его. Никто не станет слушать вашего пациента, а вот слова врача будут быть восприняты всерьёз, — это всё, что я смог разобрать перед тем, как снова погрузился в сон.

****

Мне казалось, что я сплю уже около двух суток. Каждый раз, когда я открывал глаза, я не мог встать — они сразу же закрывались, и я засыпал снова. Окончательно мне удалось проснуться, когда я увидел Барри, стоящего возле моей кровати.

— Ты спишь уже двенадцать часов, пора просыпаться.

— Ты помогаешь ему? — это был единственный вопрос, который меня сильно волновал. Я больше ничего не мог произнести, мой язык словно одеревенел.

— Нет, но теперь он так думает, — я тру глаза, чтобы окончательно прийти в себя. — Послушайте, сейчас вы можете повлиять только на его поведение и своё присутствие здесь. От вас ничего не зависит больше, мне просто нужно немного времени, и всё. Всё, о чём я прошу вас, — это быть осторожными и делать вид, что ничего не произошло. Когда я всё сделаю, вы сразу поймёте.

— Поймем, что?

— Время. Нужно время, — он встает. — Будь осторожен, — киваю ему, и Барри уходит.

Я смотрю на открытую дверь, но у меня нет сил встать. Кажется, я снова уснул.