Глава 5: Больше Бонт, чем Маль

    Мальбонте склонился над картами. Он увлеченно что-то помечал и необращал внимание на меня.

— Это мои друзья. Я могу навестить их? Пожалуйста! — С мольбой спросила я.

    Он медленно поднял глаза. Его выражение лица заставило меня сжаться, умолкнуть трусливо и покорно, и с волнением дождаться его ответа, и с волнением дождаться его ответа, не нарушая тишину. Сердце пропустило один удар, когда я услышала его спокойный, но грозный голос:

— Кого ты хочешь навестить?

— Всех. Люцифера.

    Мальбонте как-то странно дёрнул головой. Плечи его распямились, взгляд стал пронзительнее. Он повторил его имя, будто вместе с тем осознавая что-то, что и так знал, но о чем пока не размышлял.

— Люцифер... — Мальбонте присел и откинулся на спинку стула, не отнимая от меня недовольных, жестоких глаз. — Мне кажется, ты немного не понимаешь сложившуюся ситуацию. Ты не можешь просто так брать и врываться ко мне, словно хозяйка. Ты не можешь меня ни о чем просить и тем более требовать. Ты все ещё цела и не в кандалах лишь потому, что не дала точного ответа: со мной ты или против меня. Но моё терпение подходит к концу.

    Я прильнула к столу и воскликнула:

— Обещаю дать ответ, как только наведу их!

    Он долго смотрел на меня, изучая лицо, и вскоре ответил лишь:

— И твой визит не доставит никаких хлопот?

— Нет. Даю слово.

— Хорошо. Проверим твои обещания. — Он кивнул демону, что стоял позади меня, охраняя выход.  — Отведи её к пленникам. У нее есть пятнадцать минут.

— Спасибо! — Удивилась я.

    Мальбонте провожал меня тяжёлым взглядом, в котором читались какие-то тревожные для меня мысли... Демон легонько подтолкнул меня вперёд.

— Живее.

    Люцифера держали а том же месте, что и меня. Его руки были подвешены на цепях. Когда мы вошли, он поднял голову, прищурившись от света. 

— Вики? — Удивился он.

— Это я. — Я улыбнулась. — Отпусти его.

— Нет. — Усмехнулся демон.

— Почему?

— Таков приказ Мальбонте.

    Люцифер выпрямился, дёрнул цепями, и те глухо зазвенели.

— Почему он даже не выслушает меня?! — Гневно спросил Люцифер.

— Он почему-то терпеть тебя не может. — Ответил демон.

— Ты был когда-то на стороне моего отца. Позволь мне поговорить с ним! 

— Твой отец мертв. Отныне я не обязан тебе подчиняться.

    Он вышел, хлопнув дверью.

     Заскрипел замок, в котором повернули ключи. Только закрыли дверь, Люцифер спросил:

— Как они с тобой обращались?

— Однажды я провела здесь ночь. Но в общем неплохо.

— Тебя не били?

— Нет.

    Он едва заметно выдохнул.

— Хорошо.

— Для чего тебе говорить с Мальбонте?

— У меня к нему предложение.

— Какое? — Удивилась я.

— Зачем ты вызвалась отвозить эти чёртовы припасы? — Сердито спросил он. — Нет других олухов, которые готовы рисковать собой?!

Переводит тему...

— Чего ты злишься? Беспокоишься?

    Он был готов сорваться на крик, но остановил себя. И, глядя мне в глаза сказал:

— Да.

   ТЛюцифер будто бы впервые в своем признании увидел смелость, а не слабость. Похоже, он понял, что трусостью было отнекиваться от чувств, а не признавать их. И он повторил:

— Да, беспокоюсь.

    Люцифер умолк, он о чем-то думал. А потом раздался его голос, искренний, серьёзный, наполненный светлой печалью:

— Каким бы тернистым не был путь и куда бы он на первый взгляд ни вел... я не причиню тебе зла. Обещаю.

— Почему ты говоришь об этом? Что ты задумал? — Беспокойно спросила я.

— Просто запомни: если я против всех - не значит, что против тебя. Я не против тебя. Никогда не буду. Запомнила?

— Люцифер...

— Запомнила?! — Переспросил он, не дав сказать и слова

— Да...

— Не делай глупостей. Будь хорошей девочкой. — Улыбнулся он своей дьявольской улыбкой. Я удивилась. — Эй, мышь летучая! Сафереий!

    Дверь распахнулась.

— Как ты меня назвал? — Спросил демон Саферий который меня привел.

— Забери её. — Усмехнулся Люцифер.

    Саферий грубо схватил меня за локоть и притянул к себе.

— Не хочешь извиниться? — Спросил Саферий.

    Он молчал некоторое время, борясь с собственной гордостью.

— Прости. Я был несколько груб с тобой.

    Сквозь зубы, выдавливая из себя сказал Люцифер, но Саферия это устроили. Он так развисилился, будто Люцифер впервые извинялся перед ним. Возможно, так и было.

— Так-то лучше! — Сказал Саферий.

— Люцифер! — Печально сказала я.

— Замолчи, Непризнанная. И будь послушной.

    Это были его последние слова, прежде чем перед моим лицом захлопнулась дверь. Зеркало было разбито, но я все равно смогла разглядеть себя. Меня, как марионетку, чей костюм не подходит для спектакля, или как куклу, которую запачкала девочка, собирались переодевать. Поэтому я послушно стояла у зеркала  и ждала приготовленных мне нарядов. "Так велел Мальбонте" - если говорят эту фразу, значит, нужно слушаться.  Я быстро усвоила правило.

— Ты правильно себя ведёшь. — Сказал Ади. — Мальбонте добр к тем, кто играет по правилам.

    Ади отобрал из кучи одежды несколько шмоток и протянул мне.

— Зачем ты это сделал? — Спросила я.

— Сделал что? — Усмехнулся Ади.

— Присоединился к Мальбонте.

— Ты уже спрашивала.

— Не устану спрашивать. — Я протянула одежду ему обратно. — Великовата.

    Он снова стал копаться в вещах.

— Это не так. — Сказал Ади.

— Ты о чем?

— Ты думаешь, я забыл, что сделал Фенцио? Это не так. — Он кинул в меня ещё несколько вариантов. — Должно подойти.

    Ади оглядел меня с теплотой и лаской, будто вспомнив о чем-то из прошлого.

— Ты, как всегда, прекрасна. — Али кивнул на дверь. — Пошли. Нам пора.

    Я сидела на стуле, послушно положив руки на ноги. Зигза стоял напротив меня и оглядывал с глупым оскалом, словно пытался высмотреть то, чего не замечал прежде.

— Чего такая грустная? — Спросил Зигза. — Ты же не а тюрьме. Ты свободна.

— Чушь. — Возразила я.

— Почему это? — Удивился Зигза.

— Разве я свободна?

— На тебе нет кандалов. Ты на свежем воздухе. Не в клетке. Конечно, ты свободна.

— Значит, я могу улететь от сюда в любой момент?

    Зигза замолк. Его губы искривились в усмешке над самим собой.

— Нет, не можешь.

— Может, я тогда могу сама гулять по базе, куда и сколько захочу?

— Нет, не можешь.

    Я нагнулась к нему чуть чуть ближе.

— Тогда твоя свобода - полная чушь.

— Конечно, здесь не так комфортно, как в школе, но, по-моему, в этом же тоже что-то есть. — Раздался голос Мальбонте. Я вздрогнула, услышав его голос. Обернулась к нему, но ничего не сказала. — Пойдем, пройдемся.

    Мы шли в тишине. Я чувствовала, что она для Мальбонте мучительная, но специально продолжала молчать. Наконец он не выдержал и спросил:

— Может, у тебя есть какие-то вопросы ко мне?

— Ты считаешь себя больше демоном?

    Мальбонте долго думал, прежде чем ответить.

— Меня вынуждают быть больше демоном. От меня ждут зла. Я для них - монстр. Они хотели уничтожить меня, как только я родился. Они хотят уничтожить меня и сейчас. Я лишь подстраиваюсь под мир, что они создают.

— Звучит как оправдание.

    Он повернулся ко мне.

— Я уничтожу их всех. И мне плевать, буду я чудовищем в глазах других или нет.  Я сделаю всё, для достижения цели.

— И какова эта цель? — Удивилась я.

    Он промолчал.

— Каково это - быть в вечном мраке? — Спросила я.

— Во мраке жила самая темная сторона моей души. — Ответил он. — И жила она лишь местью. Я был подобен раскаленной печи, на которую разлили ведро ледяной воды, стоило мне соединиться с доброй стороной. Сейчас я мыслю более трезво. Но там... там была только яростная, всепожирающая ненависть. Я следил за... за тем, реализуется мой план. Дёргал за ниточки, стараясь непереусердствовать и не обжечь их своей злобой. Лучше Небытие, чем снова вернуться туда и остаться без...

    Он умолк, гневно поджав губы...

— Остаться без Бонта внутри себя? — Спросила я. Мальбонте сердито взглянул на меня. — Вопросов нет.

— Что ж... хорошо. — Мальбонте посмотрел на небо. — Я хочу тебе кое что показать, пока не стемнело. Здесь быстро наступает ночь.

    Представшее перед глазами поразило меня, напугало, вызвало трепетное восхищение вперемешку с паническим ужасом. Я замерла.

— Ещё во времена, когда ангелы боролись с демонами, каждая из сторон хотела приручить этих птиц. — Сказал Мальбонте. — Субантры быстрые, сильные, жестокие. Они - идеальные войны. Но никому за все время так и не удалось приручить их.

    Я задумчиво, почти не дыша, оглядывала стаю Субантр.

— Кроме тебя... — Испуганно, шепотом сказала я.     — Кроме меня. Во мне есть темная сила, которой они подчиняются. 

    Он встал позади, я ощутила его дыхание над ухом:

— Им не победить меня.

    Шепотом, от страха, от сознания его мощи, я прохрипела:

— Чего ты добиваешься?

    Я обернулась к нему и стала вглядываться в его профиль. Он смотрел на Субантр. В мыидя каждую из них и в то же время будто бы не замечая ни одну. Он был задумчив, серьёзен, безжалостен, когда ответил:

— Я хочу убить Шепфа.

    Не оборачиваясь ко мне, как будто и не было сказано этих страшных слов, он продолжил говорить:

— В школе и цитадели - у меня везде есть свои глаза и уши. Вы не застанет меня врасплох. Шепфа поплатится за свое равнодушие. — Он усмехнулся. — И кто из нас больше мизантроп? Создатель, что позволил детям уничтожить себя... Или я, который хочет что-то изменить, пусть даже не все будут согласованы с моими методами?

— Бонт так не считал.

    Очередная вспышка гнева, стоило сравнить его с Бонтом, заставила его обернуться ко мне, схватить за плечи, чтобы я тоже смотрела на него.

— Нет ничего хуже равнодушия! — Я лучше встречусь лицом к лицу с ненавистью и болью, чем равнодушием, пустотой. Потому что в этом нет жизни. — Он грубо отпустил меня, почти оттолкнул, но тут же успокоился, выдохнул... И голос, прозвучавший в следующую секунду, снова обрёл прежненее хладнокровие... — Пойдем. Тебя ждёт воссоединение.

— Воссоединение?

    Как Мальбонте и обещал, солнце село в одночасье. Костёр, к которому он привел меня, казался неестественно ярким, словно капля краски, упавшей на черно-белый снимок. Искры вздымались вверх и исчезали в ночи. Я проследила ща одной из них и только тогда заметила знакомый взгляд. И тут же заметила и всех остальных. Энди, Мими, Люцифер и Дино стояли чуть позади со связанными крыльями. У самого костра сидел Фенцио, грея руки. Ади сидел напротив, так же грел руки, но лицо его было серьезным, а не самодовольно-веселым, как у убийцы его возлюбленного. Мальбонте вытянул руку, приглашая присоединиться. Я села возле Ади. Он даже не посмотрел на меня.

— Ади... — Шепотом сказала я.

   Он медленно перевел взгляд на меня. Я взяла его за руку, сжала её. Что-то в лице Ади дрогнуло. Он прошептал, словно впервые меня увидел:

— Привет, дьяволица.

— Ты...

— Чш-ш-ш. — Он прижал палец к моим губам. — Все хорошо.

    Он приобнял меня, и я уткнулись ему в грудь, впервые за долгое время ощутила себя такой спокойной.

— Рад, что мы все собрались здесь. — Усмехнулся Мальбонте. — Думаю, у вас было достаточно времени обдумать, на чьей стороне вы. — Все молчали. — И что же... никто не хочет высказаться?

    Люцифер вышел вперед.

— Я хочу.

    Мальбонте ничего не сказал, лишь чуть сильнее задрал голову.

— Я буду бороться за тебя, если то, что ты говоришь, действительно во благо. И если после войны я займу место отца.

— Нет. — Твердо сказал Мальбонте.

— Нет?! — Переспросил яростно Люцифер.

— Нет.

— Почему?

— Я решу, кто займет это место после. Потому что отныне ад будет равен небесам. И Сатана должен быть достоин этого звания.

— Я этого достоин!

— Докажи.

    Люцифер весь дрожал от ярости.

— Я докажу. Но не буду спрашивать ни у кого разрешения, когда буду садиться на трон. — Усмехнулся Люцифер.

— Надеюсь, ты этого добьешься. — Усмехнулся Мальбонте. Мальбонте посмотрел на Мими, как бы говоря Люциферу, что разговор с ним окончен. — Ты решила?

— Мне здесь нравится, но нет...

— Ясно. Энди. Такой умный крылолетчик пригодился бы мне.

— Иди к черту! — Гневно сказал Энди.

    Мальбонте усмехнулся. Энди упал на колени, корчась от боли в то время, как Мальбонте даже не двинулся.

— За такие слова на войне я лично посажу тебя на кол.

    Энди резко расслабился, точно судорога, что схватила все его тело, разом отпустила.

— Не советую так разговаривать со мной, щенок. — Сказал Мальбонте. Он посмотрел на меня. — А что насчёт тебя? Ты поменяла обо мне мнение?

— Да.

— В лучшую или худшую сторону?

— В лучшую.

    Его лицо ничего не выражало, но мне почему-то показалось, что это равнодушие стояло ему усилий.

— Рад слышать.

    Мальбонте хотел сказать что-то ещё, но раздался голос Дино, громогласный, требовательный:

— Никто не пойдет за тобой.

— Ты так решил? — Усмехнулся Мальбонте.

— Да. Я.

— Сынок, молчи... — Сказал Фенцио.

— Не говори слов, которых не понимаешь! — Ответил Дино.

    Мальбонте отступил в сторону, точно актер за кулисы: на сцене разыгралась другая пьеса.

— Ты ничего не знаешь о том, что я пережил. — Сказал Фенцио.

— Ты влюбился в женщину. Но мир не должен платить за твои любовные неудачи!

— Я сделал эту женщину! Дал ей дорогу! — Яростно ответил Фенцио Дино. — Познакомил с Кроули, убедив её стать наставником. Что уж там говорить, я познакомил её со всей верхушкой. Непризнанную! Надо мной все смеялись. Она знала, что я любил её. Меня должны были отправить на задание, где время не течет. Для меня бы не прошло и года, но для Ребекки - целая жизнь. Я мог потерять её. Я говорил ей, о, Шепфа, я был с ней искренен! Она знала, она все понимала. И молчала. Жестоко, безжалостно, убийственно равнодушно молчала, зная, что её молчание я воспринимаю как согласие. И я отказался от всего, боялся потерять её. Я признался совету цитадели в своём страхе. А ей это было не нужно. Женщины точно пиявки, яд, заразы, поганки, пожирающие все соки. Мужчины созданы, чтобы прокладывать путь, а женщины идут по этому пути так, словно эта дорога принадлежала им с самого начала!

    Я громко рассмеялась, заставляя его умолкнуть.

— Ты такой жалкий, Фенцио.Тебе лучше перекинуть свою вину на женщину, которая отвергла твои чувства. Чем признать свою слабость перед ней, перед трудностями жизни. Мама поступила правильно, когда показала, где твое место... Возле будки.

    Я выплюнула эти слова словно яд, которым он обозначал женский образ. Я разрезала своими словами воздух, я выстрелила ими в грудь Фенцио. И поразила в самое сердце. Он вскочил, весть красный от злости; его трясло, глаза бегали, даже не пытались зацепиться за одну жертву.

— Может, я и жалкий, но я здесь. Я полон сил и власти, и передо мной открыты все дороги. А твой друг и недолюбовник мамаши канули в Небытие, так и не познав настоящей радости бессмертия. Я убью и тебя. А твою мать посажу передо мной на колени, где ей и место.

    Ади вскочил с места. Он тяжело дышал, но ничего не говорил;  его била мелкая дрожь. Фенцио тоже встал, неспешно, надменно улыбаясь.

— Бедный малыш Сэми. Но что поделать... — Сказал Фенцио. — Его смерть была необходима. Ты же тоже теперь за Мальбонте?

    Губы Ади медленно разлипились, словно через силу, и раздался его хриплый, сдавленный голос:

— Все верно.

    Он обошел костер и встал рядом с Фенцио. Протянул руку для рукопожатия. Фенцио посмотрел на нее с интересом, чуть помедлил, но в итоге протянул свою в ответ. Ади резко прижал его к себе, грубо приобнял, так, чтобы губы были у самого его ухом. Напряжённая, выжидающая тишина стала гробовой. И все же тихий голос Ади был слышен каждому из нас:

— Ты не убил Сэми. Ты убил меня.

    Порывистое движение руки. Фенцио вздрогнул. Они медленно отстранились друг от друга. Фенцио вытащил и живота длинный искривленный нож. От боли он скорчился, но через силу заставил себя выпрямиться. Посмотрел на Ади удивлённо, даже с каким-то новообретенным уважением.

— Справедливо. — Сказал Фенцио.

— За Сэми!!!

    Его рука вошла прямо в рану Фенцио. Ади вырвал что-то из внутренностей врага, и тот упал на колени, уже захлёбываясь кровью. Мальбонте вскочил, но с места не сдвинулся, пока Фенцио, последний раз вздрогнула, не замер окончательно. Тогда Мальбонте, стремительно и хланокровно, оказался возле Ади и, прижав руки к голове демона, воздействовал на него. Ади вслед за Фенцио упал на колени.

— НЕТ! — Крикнула я.

— АДИ!!! — Вскрикнула Мими.

    У него был потерянный взгляд. Черные отправляющие прожилки волной прошли под кожей, но тут же исчезли, погружая яд глубже.

— Ты знал, на что шел, Ади. — Сказал Мальбонте.

    Я приехала к нему обливаясь слезами.

— Ади!

    Он прохрипел:

— Все... будет... хорошо, помнишь?

    Али упал на бок. Его глаза смотрели в бесконечность пустоты. Его глаза глядели в Небытие.

— Нет...

    Щелк.

— Ха!

    Энди, каким-то образом освобожденный от нитей, раскрыл крылья. Он пнул ногой костёр, и горящие поленья с пылью попали в лицо Мальбонте.

— РА-А!

    Из его груди раздался страшный рык сдерживаемой силы.

— Давайте! — Крикнул Дино.

    Мими, Люцифер и Дино, явно договорившись, рванули вперёд. Они незаметно освободили крылья друг друга и теперь могли улететь. Момент неожиданности... он даёт некоторое преимущество. Фенцио было дернулся, но Мими успела схватить бревно и ударить о его голову так, что оно разлетелось в щепки. Дино и Люцифер, пролетев вокруг Мальбонте с разных сторон, сжали его нитями. Тот не мог пошевелиться.

— Лети, Вики! — Крикнул Дино.

— А как же Фыр? — Недоуменно спросила я.

— Я освобожу его. Летите!

    Дино оттолкнул меня и тут же полетел в сторону загона.

— А-А-А! — Я постер закричал Мальбонте.

    Мальбонте одним рывком разорвал обе нити.

— Вверх! Живо! Он не вылетит за поле! — Яростно сказал Люцифер.

    Я подняла голову и увидела над готовой едва заметный  мерцающий под лунным светом купол.

Область действия амулета, скрывающего энергию... 

    Люцифер и Мими уже взлетели. Я распахнула крылья...

— Не так быстро. — Усмехнулся Мальбонте.

   Только я поднялась над землёй, Мальбонте схватил меня за крылья.

— Нет!

— Ха!

    Он сдал их сильнее... и вырвал.

— А-А-А.

    Я упала на землю. Несколько секунд стояла на четвереньках, дрожа от боли, ощущая, как струйки крови стекают по спине.

— Вики, нет! — Крик Мими раздался откуда-то сверху.

    В голове мелькнула мысль:

Они далеко. Они спасутся.

    Я вспомнила, что Мальбонте уже не так селен из-за меня... И тут же собственный же голос перебил меня:

Нет. Во мне его сила.

    Я поднялась. Ноги дрожали, но я удержалась. Замерла напротив Мальбонте. Он не двигался. Смотрел исподлобья и улыбался.

— Я оторвал тебе крылья. Это будет уроком.

    Я напрягла мышцы спины.

Я смогу. Я смогу. Я смогу.

— ХА! — Закричала я.

    Одним болезненным рывком из меня вырвались новые крылья. Я раскрыла и снова сложила их разминая. Посмотрела на Мальбонте. Он все ещё улыбался.

— Не лети за мной. — Сказала я.

— Не буду. Ты помнишь моё обещание?

— Теперь будешь моим врагом?

    Он кивнул.

— Можешь лететь. Я даю фору в пятнадцать секунд.

    Взмах крыльев.

— Раз! — Начал считать Мальбонте.

    Подъем был быстрым и тяжёлым. Я задыхалась, от боли и усилий, но счёт Мальбонте, что продолжался, придавал мне сил.

— Пять!

    Я достигла края магнитного поля и обернулась. Мальбонте глядел на меня с усмешкой, но глаза были серьезные. Его взгляд напугал меня.

Он выполнит свое обещание.

— Вики, скорее! — Крикнул Дино.

    Дино приближался ко мне, рядом с ним летел Фыр.

— Фыр! — Сказала я.

— Фыр! — Ответил мне он.

— Одиннадцать! — Считал Мальбонте.

    Рядом с Мальбонте собралась целая армия. Он вытянул руки, не позволяя остальным двинуться с места. Сам Мальбонте стоял точно на старте перед забегом. Его веселила предстоящая погоня. Я летела, пытаясь сосредоточится на фигурках впереди меня. Я боялась обернуться. Боялась на секунду отвлечься. Но затем позади раздался голос Мальбонте, и я поняла: игра началась.

— Пятнадцать!