Глава 18: скованные тайной

После встречи с отцом Алисия не могла избавиться от мыслей их разговора. Она сидела у окна своей комнаты, это было её самое любимое место в комнате, глядя на ночное небо, и в её голове кружились слова, сказанные отцом. Казалось, с каждым днём её жизнь становилась лишь сложнее и запутаннее, и теперь прошлое её матери обрушилось на неё со всей своей тяжестью.

Её мать... та самая, кого когда-то окрестили ведьмой из-за её веры, из-за молитв, из-за её умения исцелять души и, возможно, даже прогонять тьму. Мать верила во что-то вышее, непостижимое, и этот свет веры словно разрывал мрак, в котором жили многие. Но именно эта вера стала её проклятием. Люди, точнее бабушка Шарлота не могла понять её силу, её духовность, и это привело к трагедии. Она погубила её, как будто бы спасая семью от несчастий. "Но за что?" — задавалась Алисия вопросом, чувствуя внутри боль, которую не могла выразить словами. Как и её мать, она была лишь душой, стремящейся к свету, и из-за этого, казалось, теперь страдала сама.

Алисия вспомнила слова Густаво, когда он говорил, что женился на ней ради её "наследия" и "положения". Но тогда Алисия не задумывалась над его словами, теперь же она знала. Он лгал. Наследства у неё не было, ни титулов, ни земель, ни богатств. Единственное наследие, что передала ей мать, было духовным, это была связь со светом, стремление помочь людям, не смотря на то сколько вреда они тебе сделают. Густаво взял её лишь из за собственного интереса, что бы выплеснуть свою злость и обиду. Так казалось Алисии.

Алисия ощущала противоречивые чувства. С одной стороны, она чувствовала себя преданной, разочарованной. Она была не настоящей женой для Густаво, и она знала это изначально когда приехала в этот дом, а лишь ключом к его избавлению, объектом, через который он хотел выплеснуть свои обиды. Ей было горько от того, что её просто использовали. И это чувство ей не в первую. Но, с другой стороны, был и другой голос, едва слышный, но настойчивый — её собственный зов помочь. Густаво был замкнут в клетке своей тьмы, и, несмотря на всю горечь и боль, Алисия вдруг осознала, что она действительно могла помочь ему. Ведь она видела его боль, она видела его уязвимость. Её мать, явившаяся во сне, просила её помочь ему, потому что сама всем помогала.

"Как бы то ни было," — подумала Алисия, вытирая слезу с щеки и вглядываясь в отражение луны, — ".Но если этот лучик света, что есть во мне, может принести ему облегчение, я сделаю это не ради него, а ради своей матери, ради её завета, ради тех, кто искал свет и был наказан за это". С этими мыслями она легла спать.

На следующее утро Изабелла, служанка, вошла в библиотеку, где Алисия сидела в кресле, окружённая старыми архивами и документами. Тёплый свет проникал через окна, отражаясь от пыльных корешков книг. Алисия, погружённая в чтение, лишь краем глаза заметила служанку, но не торопилась прерывать свои размышления.

Изабелла тихо, почти шёпотом, чтобы не разрушить тишину библиотеки, сообщила, что нашла информацию о прежней госпоже, Бель, — о том, где её видели в последний раз. Алисия подняла взгляд, застыв на несколько мгновений, пытаясь осознать сказанное. Как оказалось, Бель была замечена недалеко от поместья её мужа, совсем неподалёку от того самого места, где сейчас находилась Алисия. Сердце у Алисии екнуло, на мгновение она почувствовала, будто прошлое и настоящее пересеклись в одной точке.

—Но... как такое возможно? — задумчиво прошептала Алисия. В её голосе звучали тревога и недоумение. —Те люди, что угрожали Густаво, говорили, что она за границей. Почему же её видели здесь?

Изабелла мягко пожала плечами, избегая лишних слов: —Её настоящее местонахождение неизвестно, госпожа. Это лишь то, что мне удалось выяснить.

Алисия вновь опустила взгляд на старые страницы перед ней, но мысли её были где-то далеко. Она едва замечала тексты, её пальцы ритмично постукивали по краю бумаги, выдавая напряжённое волнение. И тут её озарила мысль. Она вспомнила об артефакте, который недавно нашла в саду и который теперь покоился в её комнате.

«А вдруг она искала его?» — мелькнуло у неё в голове. Может быть, Бель уже была в том самом саду и не нашла артефакт, решив, что он мог попасть в руки Густаво. Алисия поняла: если Бель действительно вернулась и ищет его, то рано или поздно она снова появится здесь, поблизости.

Алисия медленно перевела взгляд на Изабеллу и прошептала: — Нужно ждать. Ждать, пока она не вернётся.

Алисия глубоко вздохнула и попросила Изабеллу: — Сообщи мне, если кто-нибудь снова увидит Бель. Я хочу быть готовой. — Глаза её выражали напряжённую настороженность, почти страх. Изабелла кивнула, и Алисия смотрела ей вслед, пока та тихо покинула библиотеку. Оставшись одна, Алисия пыталась разобраться в своих чувствах. Неожиданное известие о Бель заставило её по-новому взглянуть на всё, что окружало её сейчас, в поместье, на привычные лица, казавшиеся безопасными, и на вещи, которые, как она думала, принадлежали только ей.

Прошло некоторое время, прежде чем Алисия решилась подняться и вернуться в свою комнату. Её беспокоило, остался ли артефакт на месте, ведь лишь Изабелла имела право входить в её покои, а для остальных эта комната была закрыта. Алисия тихо отворила дверь и застыла. В её кресле сидел Густаво.

От неожиданности её сердце остановилось на мгновение. Быстрым взглядом Алисия окинула комнату, выискивая малейшие следы, указывающие на то, что он что-то искал или, что хуже, что-то нашёл. Она старалась не выдать волнения, но её голос выдал лёгкую дрожь: — Густаво...—

Он посмотрел на неё, с чуть прищуренными глазами, словно пытаясь угадать её мысли. —Ты побледнела, Алисия. Что-то случилось?—

Она сжала руки, стараясь сохранить хладнокровие, и ответила с подчеркнутой холодностью: —С чего ты это взял? Всё в порядке. Но что ты тут делаешь?—

Неожиданно для неё Густаво встал и медленно подошёл ближе, его глаза пытливо и непривычно мягко смотрели в её. Он положил руки на её плечи, крепко, почти собственнически, и, слегка наклонившись, прошептал: —Я хотел узнать, как прошла твоя поездка к отцу.

Алисия чувствовала, как её сердце бешено колотится, страх и беспокойство накрыли её волной. Ей было невыносимо трудно смотреть в его глаза, которые слишком внимательно изучали её лицо. Она пыталась подавить тревогу, стараясь не выдать волнение, но как ни старалась, с каждой секундой её состояние становилось всё очевиднее.

— Поездка прошла хорошо, ты бы мог меня спросить об этом на ужине, не стоило приходить из за этого в мои покои — ответила она отводя взгляд.

— Ты какая-то странная, подозрительная, — проговорил он, отпуская её плечи, но его взгляд не оставлял её. Он сел обратно в кресло, откинулся назад, не сводя глаз с её лица, словно пытался поймать малейший намёк на её секреты.

Алисия замерла, не зная, куда деваться от этого пронизывающего взгляда. Но вдруг он нарушил молчание, небрежно бросив: —Кстати, мне сказали, что кроме твоей горничной сюда никто не может заходить. В том числе и я. Почему?—

Алисия глубоко вдохнула, пытаясь найти слова, которые не вызвали бы ещё больше подозрений. —Мне просто не нравится, когда в моих покоях находятся разные люди. Лучше, чтобы была только Изабелла, а то вдруг что то пропадет а у кого я это потом искать буду? — произнесла она с видимой небрежностью, но внутри чувствовала себя так, словно стояла на краю пропасти.

Густаво слегка приподнял бровь, глядя на неё со скрытой насмешкой. — Или ты что-то скрываешь, что я не должен знать..

Алисия старалась не дать волю волнению и тихо рассмеялась: — А что мне скрывать? Я почти не выхожу из поместья. Даже развлечений себе позволить не могу, как видишь.

Её улыбка была обманчиво лёгкой, но внутри её душу терзало беспокойство. Она понимала, что нужно найти способ защитить свои тайны и, возможно, увести Густаво от мыслей о том, что скрывает её комната. Густаво провел рукой по своим волосам, глубоко вздохнул и хотел что то сказать как Алисия неожиданно опустилась ему на колени, осторожно обняв его одной рукой и прижавшись к его груди.

Густаво смотрел на неё с искренним удивлением. Он явно не ожидал такой близости от неё, но его руки сами потянулись к ней, и она почувствовала, как его ладонь скользнула по её бедру, затем поднялась к талии, охватывая её плотно, но бережно. Он тихо прошептал: — Сегодня ты и вправду не такая как всегда...— в его голосе звучало удивление, смешанное с растущим наслаждением. Алисия лишь загадочно улыбнулась в ответ и, не давая ему снова заговорить о её комнате, притянула его к себе и поцеловала.

Её поцелуй был страстным, наполненным отчаянной решимостью. Густаво ответил ей с жадностью, которую Алисия раньше никогда не видела в его глазах. Она чувствовала, как его тело напряглось, как что-то твёрдое упёрлось в её бедро, а его взгляд наполнился похотливым блеском. Он склонился к её шее, оставляя нежные, горячие поцелуи, его руки осторожно проникали под ткань её платья, исследуя её тело, приближаясь к её груди. Одной рукой он обнажил её грудь, а затем начал нежно прикусывать кожу, заставляя её дышать всё чаще.

Алисия позволила себе раствориться в этом моменте, забыться, скрыться от собственных страхов. Она отдалась его прикосновениям, чувствуя, как от его ласк по её телу прокатывается волна возбуждения, как внутри неё нарастает желание. Дыхание её стало прерывистым, и всё, что её окружало, казалось, исчезло, оставляя только его горячие руки и губы. Она чувствовала, как по её коже пробегают мурашки, как внизу щекочет и влажнеет от его прикосновений. Он ей не был больше противен, ей нравились его прикосновения и она желала его.

Густаво, не сдерживая больше своего желания, медленно снял с неё одежду, и Алисия, слегка дрожащими руками, помогла ему избавиться от рубашки и штанов. Он крепко держал её, поворачивая и ставя на четвереньки, входя в неё с жадностью, которой не мог больше контролировать. Алисия ощущала его во всём своём теле, каждое движение приносило ей неописуемое удовольствие и, что самое важное, погружало Густаво в мир, где для него существовала только она.

Его руки крепко держали её за талию, касались её ягодиц, и она чувствовала, как он теряет над собой контроль, как его желания накрывают его с головой. В его прикосновениях была не только страсть, но и искреннее стремление обладать ею, желание, с которым он не сталкивался даже с Бель. Густаво осознал, что его чувства к Алисии начали изменяться, и его прежняя боль, его жёсткость и холод по отношению к ней начали таять.

Когда их движения достигли апогея, он обхватил её ещё крепче и, едва сдерживая дыхание, заполнил её своим теплом, сливаясь с ней в единое целое.

После ночи, полной страсти и противоречий, Алисия проснулась от первого луча солнца, проникающего через окно её комнаты. Она села на кровати и ощутила глухую тревогу, несмотря на нежность, которую испытывала после близости с Густаво. Вспомнив, как его руки держали её и как в его взгляде мелькала искренняя страсть, она почувствовала болезненное смешение чувств. Этот человек, который когда-то был её врагом, теперь казался ей чем-то большим — не союзником, но и не чужаком. Она знала, что подобное сближение с Густаво может ослабить её, может сделать её уязвимой, но ничего не могла с собой поделать.

Алисия, казалось, ещё чувствовала его руки на своей талии, и это приносило одновременно радость и беспокойство. Она вспомнила артефакт, спрятанный в комнате, и мгновенно нахлынуло чувство тревоги — после вчерашнего разговора и вопросов Густаво о её покоях у неё появилось подозрение, что он мог догадаться о том, что она что-то скрывает.

Вдруг раздался стук в дверь, и Алисия, быстро укрылась одеялом, с напряжением произнесла: — Да? —

В комнату вошла Изабелла, её лицо выглядело напряжённым и немного встревоженным. — Госпожа, я подумала, что вы должны это знать. О госпоже Бель... её снова видели в окрестностях поместья. Говорят, она задавала вопросы о вас и о господине Густаво.

Алисия напряглась, почувствовав, как кровь отлила от её лица. Бель, которая долгие годы оставалась лишь тенью из прошлого, вдруг стала реальной угрозой. Алисия посмотрела на Изабеллу, и в её глазах горело решимостью: — Ты слышала что-нибудь ещё? Может она ищет что-то?

Изабелла помедлила, прежде чем кивнуть. — Она, кажется, интересовалась некими вещами, связанными с вами, Госпожа. Говорят, что она была в саду у старой часовни — там, где вы нашли артефакт. Думаете она тоже ищет артефакт?

Эти слова лишь усилили беспокойство Алисии. Неужели Бель действительно ищет тот самый артефакт? Возможно, он был ей нужен, но зачем? Алисия ещё не понимала, какой силой он обладал, но знала, что это что-то опасное.

Неожиданно из-за спины Изабеллы раздался голос Густаво, который, приходил посмотреть как Алисия себя чувствует. — О чём это вы? Артефакт? — Его взгляд был холодным и проницательным, он внимательно смотрел то на Алисию, то на Изабеллу, явно осознавая, что они обсуждали что-то, что не предназначалось для его ушей.

Алисия попыталась собраться, стараясь сохранять спокойствие. — Изабелла просто поделилась слухами. Ты знаешь, как это бывает, люди всегда говорят о старых тайнах и семейных историях.

Но Густаво не выглядел убеждённым. Его взгляд оставался цепким, и в его глазах горело любопытство, смешанное с подозрением. Он шагнул к Алисии, наклонился к её лицу и тихо произнёс: — Ты что-то скрываешь. Я знаю это. Думаешь, я ничего не замечаю? Лучше ты скажешь мне всю правду Алисия, что бы не стала хуже

Алисия выдержала его взгляд, стараясь не выдать страха. Но её сердце колотилось так сильно, что казалось, вот-вот вырвется наружу. Она знала, что её ответ может определить дальнейшую судьбу её и судьбу Изабеллы. Она взглядом дала Изабелле понять что бы та ушла, та склонив голову быстро оставила их двоих.