- ГЛАВА 13 -

НАДЕЖДЫ НЕТ

— Люди объявили нам войну.

Эти слова вернули тяжёлую тишину в зал, где проходили Собрания Магистров. Все тут же затихли и со всей собранностью посмотрели на Лаора Гросса. Его высокая фигура с прямой осанкой была хорошо видна даже с конца длинного стола. Всего тридцать пять лет, а он так много что добился в своей жизни! Это был мужчина с гладко выбритым широким лицом и со светловато каштановыми волосами, зачёсанными назад. Тёмные глаза, всегда надменно на всех смотрящие, соответствовали такому же тёмному по цвету костюму: жилет с золотой цепочкой, длинный пиджак, клетчатая белая рубашка и брюки, из-под которых были видны тщательно начищенные туфли.

Красивый, сдержанный и высокомерный — Лаор напоминал Юните Ориана, вот только главное их отличие состояло в том, что один был королём, а другой ещё нет.

Ещё нет.

Юнита даже сама не с самого начала заметила, как уже была уверена, что Ориан займёт место главного Магистра. С одной стороны, ей этого хотелось, ведь так её возлюбленный будет счастлив, выполнит своё предназначение, где он будет королём мира, а она его королевой. Но если посмотреть с другой стороны, глянуть на этих Магов, живущих не только в Дефенсоре, но и по всему миру, ей было страшно представить, что ждёт их, если Ориан станет главным? Его безумие и тьму тогда уже будет не остановить, если только не случится чудо. Или если только Юнита не будет вмешиваться в его дела и контролировать его. И она бы с радостью это делала, вот только рано или поздно это её убьёт. А что тогда?

Мир поглотит тьма.

— Сегодня рано утром мэр Нью-Йорка Джеймс Джон Уокер перед публикой заявил, что больше не собирается терпеть «нахальное поведение» Магов, которые специально убивают людей, — громко продолжал говорить Лаор. — Как мы знаем, серийный убийца до сих пор не найден, но Маги, как и Нечисть, говорят, что убийца не принадлежит им. Появились некоторое теории о том, что преступник либо из тёмных Магов, либо из простых людей, однако так или иначе пока ещё неизвестно, кто это и чего он добивается. Но если он добивался войны между простыми людьми и Магами, то он этого достиг. И не только благодаря своим убийствам, а также тому, что вчера вечером произошёл пожар в театре «Шуберт» на пьесе «Лёд и пламя».

Главный Магистр отошёл в сторону и из-за стола неуверенно встал Блэйн, который, как тут же увидела Юнита, весь нервничал. Так как они вчера не смогли поговорить, она не решилась сесть рядом с ним, поэтому пристроилась в конце стола, чтобы её было не так сильно заметно. Однако рыжие волны и звук пера, когда она записывала что-то на листочек, тут же привлекали к ней внимание, как бы она ни пыталась спрятаться. Хотя девушка и не являлась Магистром, её всё равно пригласили на это Собрание, чтобы выяснить все подробности вчерашнего инцидента, из-за которого она не спала всю ночь. Даже любовь Ориана не разогнала тревогу, с которой она вернулась домой и с которой пришла сюда.

Элдин всё так и не появился.

Юнита ужасно о нём беспокоилась, несколько раз за ночь она пыталась сдержать панические атаки, из-за чего её пару раз вырвало, тогда как волнение жгло ей сердце. Разумеется, она рыдала и всё никак не могла выкинуть из головы мысль о том, что её брат погиб.

Что всё погибло. Что война уничтожит весь мир. Что это конец всего и вся.

Конец света.

— Вчера в главном зале театра устроил пожар Ориан Сайлес, — Блэйн говорил как можно увереннее, но шёпот среди собравшихся его всё равно смущал. — Я с Юнитой Блэйк не видел начало всего произошедшего, но могу сказать, что Ориан запер все двери, чтобы люди не смогли выйти из зала, из-за чего погибло большое количество человек. Не исключено, что среди них были Нечисть и Маги, однако некоторые из последних перешли на сторону Ориана. Одним из таких оказался Лэйн Уилсон.

Многие присутствующие кинули взгляд на пустое место примерно в центре стола, где должен был сидеть Лэйн, один из самых преданных Магистров. Но, видимо, не настолько преданный он оказался, чтобы не перейти на сторону тьмы — такую манящую и близкую каждому сердцу. Юнита сама вчера вкусила плод гнили — вот уже и по ней ползали слизни, съедали органы червяки, а разум превращался в тропу для мёртвых. Вчера она впервые по-настоящему испробовала душу Ориана: на вкус как сгнившее яблоко, но она ещё никогда не пробовала ничего слаще.

Даже героя могла поглотить тьма.

— Не знаю точно, сколько именно человек присоединилось к Ориану, но не меньше десяти, — продолжал говорить Блэйн, когда шёпот среди собравшихся утих. — Тёмные Маги готовят войну, а вчера был первый их удар. Насколько я успел выяснить, следующий их удар будет уже в Дефенсоре. Зная Ориана, я могу предположить, что он собирается захватить власть или же начать всеобщий хаос. Однако могу поклясться на мече, что ни я, ни Юнита до вчерашнего дня не знали о том, что он один из тёмных Магов.

— После Собрания докажете свою невиновность, сейчас нам нужно заняться делами куда более важными, — властно заявил Лаор, когда Блэйн садился на своё место. — На данный момент у нас две главные проблемы: нам объявили войну, и мы не знаем, кто убийца и что ему надо.

— Вчера убийца был в театре, — Юнита встала из-за стола, чем тут же привлекла всеобщее внимание. — Он убил одного из Нечисти, так как тело не превратилось в пыль, и напал на меня. Если как-то проверить списки тех, кто был в театре вчера, то можно приблизиться к тому, кто именно убийца.

— Слишком много времени займёт, — сказал какой-то тёмнокожий мужчина, сидящий недалеко от неё. — К тому времени, как мы приблизимся к разгадке, кто бы это мог быть, будет не только больше жертв от его руки, но и нас вообще уже может и не быть из-за войны.

— Не стоит так недооценивать Магов..

— А как именно выглядел убийца? — прервала кого-то из Магистров немолодая девушка, смотрящая на Юниту.

Та в неприязни наморщилась, вспомнив битву на выживание в женской уборной.

— Чёрная мантия, чёрная маска и чёрный кинжал. Ничто не выдаёт, кто бы это мог быть: ни цвет волос, ни цвет кожи, ни какой пол. Убийца очень хорошо приготовился к тому, чтобы его никто не узнал.

— Не о нём надо думать, — одним своим голосом Лаор смог прекратить все разговоры в просторном зале. — А о войне. Действия происходят слишком быстро, чтобы сообразить, как именно нужно поступить. Ещё вчера мы ограничивались только одним врагом — обычными людьми. Но сейчас к ним присоединились ещё и тёмные Маги. Теперь мы знаем, что следующий их удар стоит ожидать уже скоро, а значит, надо подготовить силы для его отражения. Чтобы сохранить жизни наших людей, я предлагаю пока не отправлять ни на какие задания молодых Адских Охотников и Небесных Воительниц, только на самые срочные, а также постараться сделать так, чтобы наш мирный народ не выходил за границы Дефенсора.

— Хороший план, — кивнул головой тот же самый темнокожий мужчина, а вместе с ним закивали головами ещё несколько Магистров.

— Не все Маги живут или работают в Дефенсоре, — вставил вдруг слово Блэйн и весь покраснел, когда на него обратили внимание. — Если некоторые из них просто исчезнут из своих квартир или перестанут ходить на работу, то это вызовет подозрения у простых людей, что они могут быть Магами.

— А этот молодой человек прав, — согласился кто-то, после чего все бурно начали обсуждать, что же делать.

Юните не хотелось этим заниматься, как это ни удивительно. Уже достаточно много что она написала на листочек, что уже хватит для новой статьи, тем более она планировала рассказать в ней о своей встречи с убийцей. Ещё никто не выходил живым после встречи с ним, но девушка выжила и только благодаря Блэйну. Она кинула на него взгляд, и сердце в груди сжалось.

Он любил её.

С самого начала он любил её.

Всегда любил.

И как же она этого не замечала? Почему никто не замечал? Но эти вопросы бессмысленны — Юнита уже давно выяснила, что Блэйн был со всеми застенчив и робок. Казалось бы, в общении со своей лучшей подругой он должен был вести себя ещё более скованно, но этого не было. Блэйн не менялся и умело скрывал свои чувства, свою любовь к ней, чего девушка до вчерашнего дня не знала. Она ощущала вину за свою глупость, смятение из-за того, что не знала всю правду о своём лучшем друге, и страх перед скорым разговором, где они должны были выяснить отношения. Юнита даже словом не обмолвилась с Блэйном: тот пришёл рано, тогда как она, с измождённым лицом и покрасневшами глазами, последней пришла на Собрание. Говорить уже было некогда, даже сказать друг другу простое «привет».

Блэйн даже не посмотрел на неё за всё время заседания, только один раз кинул взгляд, когда произнёс её имя во время своей речи. А что было в его янтарных глазах? Юнита не успела понять. И от этого чувствовала себя ещё хуже: слишком много проблем, тяжёлых дум, решений, от которых зависела не только её жизнь, но и других. Вчера она согласилась помочь Ориану, сегодня ей надо отыскать Элдина и поговорить с Блэйном, а что ожидать завтра? Один раз её чуть ли не убили, так может, это лишь предупреждение того, что ей осталось совсем немного? Что, если эта война вовсе не конец всего мира, а конец только её жизни?

Юнита была готова взвыть от нехватки знаний и ответов. Как же порой ей хотелось знать будущее: посмотреть несколько вариантов развития событий, а потом решить, какой из них выбрать. Может так она спасёт не только себя и близких, но других незнакомых ей людей. Спасти мир, конечно, хотел каждый герой, но не стоило задавать себе такие масштабы — сначала спаси родных и друзей. А там как повезёт... И повезёт ли вообще. Разумеется, Юнита надеялась на лучшее, как и каждая сильная духом и чувствами женщина. Однако это ещё никого не спасло.

Надежда — самая живучая в мире тварь. Все сдохнут, а она подождёт, чтобы умереть последней. 

— Прошу простить меня за опоздание, но у меня есть срочные новости!

Элдин так внезапно ворвался широким шагом в зал, что все в изумлении уставились на него, а затем некоторые, в том числе и Юнита, ещё ужаснулись от его вида: с ног до головы в засохшей крови, чёрный смокинг порван, на щеке глубокая рана, трость вся красная, одной перчатки не было на руке, а болотного цвета глаза лихорадочно блистали, словно нечто гениальное пришло в голову. Юнита почти встала со своего места, чтобы помчаться к своему брату навстречу, но удержалась. Не стоило выдавать её волнение за родственника перед всеми Магистрами, как и то, что она понятия не имела, где всю ночь был Элдин. Но видеть его девушка была несоизмеримо рада.

— Что с вами произошло, мистер Блэйк?

Лаор повелительным тоном заставил парня остановиться и осмотрел его со всех сторон, будто пытался для себя сделать какие-то выводы.

— Я вчера выполнял своё задание, господин главный Магистр, и столкнулся с большим количеством Нечисти, — почтительно склонил голову Элдин. — Но как вы видите, я смог выжить и принести важную новость.

Лаор с недоверчивым видом поднял подбородок.

— Какую же?

Молодой человек окинул всех взглядом, буквально на секунду задержавшись на Юните и Блэйне, после чего посмотрел на мужчину, рядом с которым Элдин казался слишком крупным и сильным.

— У одной из Нечисти я смог выяснить, чем именно смазывают кинжал, чтобы Нечисть не превратилась в пыль после смерти, тогда как Маг наоборот рассыпается. Вещество берут из девушки по имени Вирсавия Флетчер, которая является полукровкой-Магом, но «вирус» Нечисти в ней оказался до того, как она активировала свою магическую кровь. Видимо, эти мутации что-то с ней сделали, из-за чего...

— Где она находится? — резко перебил его Лаор.

— В Бездне, — тут же ответил Охотник. — И я готов её оттуда вызволить.

В помещении вновь наступила тишина, когда король Магов задумался над полученной информацией, а все остальные пытались переварить услышанное. Юнита даже не заметила, как что-то записывала на листочек за Элдином, однако сейчас она не думала о том, откуда он всё это узнал, и как такое возможно, что Вирсавия обладала силами как Магов, так и Нечисти. Её больше волновал вид брата и где он был всю ночь. Парень не казался невыспавшися или сильно уставшим. Наоборот, он в какой-то степени даже светился изнутри, чего за ним Юнита очень давно не наблюдала.

Почему Элдин весь в крови? Что с ним на самом деле случилось? Где он был? Девушка ещё больше тонула в болоте отчаяния и незнания, с каждой секундой света вокруг становилось всё меньше и меньше. А что там впереди? Только мрак. Темнота поглощала все изображения. Лучший образ — это отсутствие любых диалектических образов. Лучший образ — это тьма без любой символики. Чистое первоначало. Чистое небытие хаоса, не имеющего аналогов в этой тюрьме.

Что-то отвлекло Юниту от столь мрачных и непривычных для неё мыслей. От столь тёмных, что единственное этому объяснение — Ориан. Но его сейчас не было, поэтому так нечто чёрное, что недавно появилось в ней, и рвалось наружу, чтобы найти место, куда можно было примкнуться. Однако во второй раз что-то отвлекло её от мыслей, и она поняла, что в какие-то моменты слишком громко стучала пером по столу. Угомонив свои вечно двигающиеся руки, Юнита посмотрела на Элдина. Будто почувствовав её тревожный взгляд, он повернул в её сторону голову и слегка улыбнулся уголком губ, тем самым показывая свою радость за то, что живым стоял перед ней.

Лаор своим громким властным голосом привлёк внимание, когда перестал размышлять и повернулся лицом к Охотнику:

— Хорошо, мистер Блэйк. Возьмите с собой свою сестру и мистера Лонга, чтобы спасти Вирсавию Флетчер, но ни в коем случае не убивайте её. Она мне нужна живой.

— Вы даёте нам разрешение на этот поход? — казалось, не мог поверить Элдин.

Король смирил его недобрым взглядом.

— Да.

****

Память подводила.

Элдин никак не мог вспомнить, что произошло вчера ночью. Он помнил всё весьма смутно: опьянение от вещества, которое было в пузырьке, красота Трейс в темноте, её руки на плечах, поцелуи... Он не мог вспомнить, чем всё закончилось. Но явно чем-то, чего он не хотел вспоминать, раз выпил ту неизвестную жидкость. И чем он только думал вчера? Как согласился на такое? А вдруг там оказался бы яд? Кто бы тогда защитил его сестру?

Охотник вновь и вновь ненавидел себя. Жидкий металл горячей рекой сжигал грудную клетку, рёбра ломались под танцами пузатых чертей, тело трясло от самодовольного смеха дьявола — весь внутренний мир Элдина превратился в ад, где он был главным и единственным гостем пира из его же костей и внутренних органов.

Да, он прогнил. Изнутри. Полностью.

Прогнил этой ненавистью к себе, сигаретным дымом и кровью врагов, таких же гнилых внутри, как и он сам.

Элдин с силой затянул бинт на своём прессе — перевязывал раны, которые потемнели к сегодняшнему утру. Он сидел в лазарете на одной из пустых коек и со злостью лечил оставшиеся раны и синяки. Вся некая радость и лёгкость, которая посетила его в зале для Собраний, уже давно сменилась желчной ненавистью к себе. Парня выбешивала одна только мысль о том, каким слабым он стал как в физическом смысле, так и в моральном. Ему казалось, что что-то в нём треснуло, дало сбой, из-за чего он так сейчас страдал. Ведь не мог же он с полной уверенностью довериться Трейс и пойти за ней в её квартиру? А если бы она его там убила? Даже если поверить её рассказу о том, что она боялась ножей, это вовсе не значило, что она не могла убивать другим способом. Любая Нечисть, даже самая мирная, один раз кого-нибудь убивала. И Элдин был уверен, что Трейс не являлась исключением.

А вот он — исключение. Исключение во всём. Лживое исключение.

Самый лучший Адский Охотник? Только благодаря лжи. До сих пор жив? Только благодаря лжи. Выведать информацию об убийствах? И снова с помощью лжи.

Везде ложь. Себе. Другим. Каждому. И даже сестре.

А кому ещё, как не самым близким людям?

Элдин был готов заживо сорвать с себя кожу, лишь бы не чувствовать себя так подло и низко. Лишь бы не ощущать этого распирающего чувства гнева, которое разрывало глотку, как рёв дикого зверя. На мгновение из-за переполняемых эмоций он даже перестал чувствовать боль, однако уже в следующую секунду с полна ею настрадался: раны заныли, а в шею будто что-то стрельнуло. Поморщившись, Охотник потёр её и посмотрел на ладонь.

Кровь.

На ней была кровь. И она смеялась ему прямо в лицо.

— Элдин? Можно ли с тобой поговорить?

Заботливый голос Юниты отвлёк его от созерцания своей руки, и он посмотрел на сестру, не самым бодрым шагом идущую в его сторону. Он кивнул в знак согласия и перевёл взгляд на свою ладонь. Кровь будто куда-то исчезла. «Что это было? — в недоумении подумал парень, рассматривая свои кривоватые пальцы так, будто видел их впервые. — Показалось?»

Отодвинув окровавленную одежду, Юнита осторожно села рядом с ним и осмотрела его рельефные мышцы, сине-зелёные синяки, небольшие ожоги и чёрную татуировку на руке в виде головы волка.

— Ты как? Всё хорошо? Все конечности на месте? Ничего не потерял? Не слишком смертельно ранили?

— Да, со мной относительно всё хорошо, — остановил её поток вопросов Элдин.

«Если не считать того, что мне только что померещилась кровь», — подумал он, но через секунду списал всё это на усталость: как-никак, а вчера он весь вечер то бегал за Нечистью, то сражался с ней.

— Тогда где ты был? Почему не пришёл домой?

Юнита тревожно смотрела на него большими карими глазами, ожидая объяснений. Как же Элдину не хотелось ей врать. Ведь сам он не знал, где был. Он очнулся от холода в какой-то пустой квартире с разбитыми окнами, через которые вылез на улицу и с трудом определил своё местоположение. Пожалуй, только чудом он смог прийти в себя и попасть в Дефенсор без всяких приключений.

— Слишком много Нечисти хотело моей смерти, поэтому я не смог вернуться домой, — проворчал Элдин, пытаясь придумать очередную ложь. — Я очнулся на кладбище «Тринити», а оттуда и попал сюда.

— Ты всю ночь спал где-то на улице? — в ужасе спросила Юнита. — Ты же мог заболеть!

— Целители всё равно вылечили бы меня, я же Адский Охотник, — бросил он, словно говорил о проклятии, которое мешало ему спокойно жить.

Собственно, так оно и было.

— А если бы тебя кто-нибудь захотел убить, пока ты спал? — не переставала за него волноваться девушка.

— Как видишь, никто не захотел.

«А зря», — подумал Элдин, но тут же себя отдёрнул. Что это с ним такое? Почему всё время думал о том, как бы умереть? Тем более когда рядом с ним сидела сестра — ведь ради неё он же жил.

Или уже нет?

— Тогда ты, наверное, ещё не слышал...

— О пожаре? — молодой человек перехватил тревожный взгляд Юниты, которая тут же отвела глаза. — Идя в замок, я только и слышал об этом. Все Маги всполошились из-за случившегося. Даже я не ожидал, что Ориану придёт в голову именно это.

Девушка вновь посмотрела на него с испуганным выражением лица. Элдин заметил, что она выглядела весьма неважно: нерасчёсанные рыжие волосы, круги под глазами, кое-как надетая одежда, нервно трясущиеся руки. Он сжал её маленькие тёплые пальцы, давая понять, что брат рядом, он её не обидит и всё выслушает. Поможет во что бы то ни стало.

— Я тоже этого не ожидала, — тяжело вздохнула она. — Никто, наверное, не ожидал, разве что кроме Рина. Однако для меня это был сильный удар... Но Ориан мне всё объяснил.

— Ты простила его? — напряжённо её слушая, спросил Охотник.

— Я и не держала на него обиду, — смотря куда-то перед собой, устало ответила Юнита.

— Но он же убил столько человек! Столько семей он сделал несчастными! И ради чего?

— Чтобы начать войну.

Девушка даже не посмотрела на своего брата. Казалось, она над чем-то глубоко задумалась. Или что-то вспоминала. «Что с ней произошло вчера? Не ранил ли её Ориан? Или их любовь по какой-то причине стала даже сильнее?» — Элдина жгла тревога по отношению к своей сестре и ярость к Ориану. Он, конечно, всегда подозревал, что тот был ещё тем психопатом, но не до такой же степени. Парень никак не понимал, как Ориан дошёл до такого морального разложения, что бесчеловечно убил несколько десятоков людей в театре, куда пригласил свою собственную возлюбленную. Да, это было очень бесчеловечно. Сам же Элдин надеялся на то, что в нём остались крупицы человечности.

Его поражало отсутствие логики во всей это жестокой деятельности своего якобы друга, однако Охотник не сомневался, что во всём этом был некий скрытый смыл, понятный только самому Ориану. Что ещё тот собирался сделать? И что он сделал с Юнитой? Элдину очень хотелось надеяться на то, что Ориан не ранит его сестру как физически, так и морально. Особенно морально. Конечно, ему ещё хотелось надеяться на то, что Юнита бросит своего кавалера, но, глядя на неё сейчас, Элдин не стал ей говорить об этом, ей и так было тяжело.

Но надежды напрасны, когда жестокая реальность давит на тебя своим весом со всех сторон.

— Юнита, ты...

— Мне так страшно, — она вдруг задрожала и со слезами на глазах уткнулась в плечо брата. — Я не хочу всего этого. Не хочу войны, не хочу смертей, не хочу совершать ошибок. Я хочу, чтобы всё было как раньше... Но из-за осознания того, что этого больше никогда не будет, мне становится ещё страшнее... Я не могу бросить Ориана, каким бы жестоким он порой ни был. Он любит меня, а я люблю его. И где бы он ни был, что бы он ни совершал, я буду всё равно любить его.

— Расставание с ним принесёт тебе боль? — тихо проронил Элдин, прижимая к себе сестру.

Та горько всхлипнула.

— Если ты ни разу не чувствовал, как твоя душа разрывается на части, то ты никогда не любил всем своим сердцем.