- ГЛАВА 5 -

ТЁМНЫЕ ПЛАНЫ

Ориан Сайлес любил казни.

Они предоставляли ему неимоверное удовольствие: видеть, как человек мучился, кричал, завывал от отчаяния, понимая, что это были последние минуты его жизни. Парня всегда забавляла такая картина, ведь она показывала всю сущность человека - ничтожность перед гибелью. Смерть - верховный судья жизни. Только в последней схватке со смертью выяснялось наконец, чего человек стоил. Тут не было больше места притворству и приходилось говорить начистоту. Во всем прочем была возможна ложь.

И сейчас Маг, одетый в горязную одежду, с давно немытым лицом неистово кричал не своим голосом, пытаясь вразумить собравшихся зрителей. У Магов было принято, что за нарушение некоторых Законов человека могли казнить или же наложить заклятие. Каждый месяц на главную площадь ставили деревянную сцену с виселицей, образующую толстыми столбами букву «П». И на эту сцену выводили одного из заключённых, чтобы его повесить. Это делалось для того, чтобы показать, кто именно был главный в мире, чем именно Маги отличались как от Нечисти, так и от простых людей. Они создали себе жестокий мир, но именно этот мир сделал их отважными, сильными воинами, которые изо всех сил старались быть идеальными во всём и не совершали ошибок, потому что понимали, что за это полагалось не менее жестокое наказание. Именно Законы научили Магов строгой дисциплине, научили их, как не сломаться и не подвергаться боли и отчаянию, как быть твёрдым и как сохранить силу воли. И каждый, кто пошёл против Законов, должен был быть наказан. Нарушителям было не место среди Магов, на них навсегда оставалось пятно позора и проявления слабости. Недаром главный девиз Магов звувчал именно так: «Побеждает тот, кто побеждает себя».

Но иногда Ориану казалось, что эти Законы не такие уж и жестокие и суровые, как могли казаться. Временами он мечтал о том, как станет новым королём Магов, новым повелителем мира, которому будут все кланяться, которого все будут бояться и уважать. Он представлял, как сделает Законы ещё более жёсткими, сделает так, что от каждого виновного даже мокрого места не останется. А он, Ориан Сайлес, будет наблюдать за всем этим свысока, со своего трона, построенного на костях и мёртвой плоти, с холодной улыбкой на губах и с безграничным безумием в глазах. Он будет забавляться каждым нарушителем, который врспротивится не только Законам, но и Ориану. Казалось, даже сейчас он слышал истошные вопли заключённых, их стоны и крики, словно они страдали в самом настоящем аду.

Но если Ориан займёт трон, мир определённо превратится в настоящую преисподню.

- Дамы и господа! - вперёд выступил оратор, осматривая собравшихся торжествующим взглядом. - Даже в такие трудные времена, когда новая война дышит нам в спину, мы не можем отвернуться от Законов, не можем их нарушать. Хаос из-за убийств и похищений вовсе не повод для того, чтобы пойти против правил. Я призываю вас соблюдать их даже в такие трудные времена!

Толпа согласно заликовала, что-то выкрикивая и шумно общаясь между собой. Ориан со свойственной ему жестокостью сравнил их со стадом - когда кидаешь ему корм, оно тоже радо, даже не подозревая о том, что этот корм вёл их к верной смерти. Каким бы ни был человек, богатым или бедным, молодым или старым, высокого положения или низкого, каждый знал о нём лишь то, что однажды он умрет. Такая вот судьба. Забавно, правда?

- Нет, не верьте ему! - гремя наручниками, злобно завопил виновник, пытаясь вырваться из сильных рук стражей. - Война уже совсем близко! Спасайтесь! Делайте всё что угодно, чтобы спасти свою жизнь! Даже если ради этого нужно нарушить Законы!

- Заткните ему рот, - заметив воление в толпе, приказал оратор двум стражам, один из которых засунул кляп в рот заключённого. Удовлетворённо кивнув, оратор повернулся к Магам. - Перед вами, дамы и господа, предатель! Человек по имени Томас Готт, который рассказал обычным людям о нас, о Магах! По его мнению, он хотел спасти всех нас, показать простым людям, что мы не опасны, что мы не виноваты в убийствах, что наша магия рождается только тогда, когда мы надеваем перчатки. Но Томас Готт даже не подозревал, что предал нас, рассказал о нас самые важные тайны! Из-за него люди узнали наши слабости, узнали о нас то, что может ухудшить наше положение в войне, если она начнётся. Нам и так стало худо после того, как произошли шумные события на станции метро Шестой авеню, но после того, как этот предатель якобы пытался всех нас спасти, нам стало ещё хуже! Поэтому Томаса Готта ждёт казнь.

Толпа радостно закричала, послышались свисты, повсюду стоял шум и голоса людей. Ориан на это лишь довольно ухмыльнулся в предвкушении. У него было такое ощущение, будто этим зрелищем он покормит своего внутреннего демона, того, кто жаждал бешеного адреналина, хаоса, жестоких извращений, человеческих страданий и мучений. Из-за него, такого тёмного и жуткого, Ориан порой ощущал себя богом и забывал о том, что сам являлся человеком. Смертным.

Минута - и петля затянулась на шее Томаса Готта, который всё ещё пытался что-то кричать через кляп во рту и брыкался из стороны в сторону. «Жалкий человек, который не смерился со своей участью, пытается что-то доказать, даже не замечая, как Смерть хищно смеётся позади него», - подумал про себя Ориан, внимательно наблюдая за этим зрелищем, приносившее ему массу удовольствия. Однако не все именно так принимали свою смерть. Если некоторые Маги истошно кричали и умоляли толпу свидетелей его спасти, то другие достойно принимали свою участь, отчего не издавали ни единого звука на протяжении всей процессии. Ведь Маги - это гордый народ, поэтому, как бы человеку ни было страшно, если он силен духом, то мог не поддаваться внутренним эмоциям и стойко выстоять испытание казни до конца, не унижаясь перед людьми в бессмысленных мольбах. Иначе его тогда запомнят, как «скулящего пса», не сумевшего достойно вынести своё наказание и умоляющего о пощаде до самого окончания своей жизни, а гордость Магов должна идти в противовес с жалкими мольбами, не позволяя им подобны унижений.

Через пару минут тело виновного замерло, голова с тёмными волосами бессильно повисла, тогда как верёвка крепко держала мертвеца. Ориан почувствовал разочарование от того, что всё произошло так быстро, и подумал о том, что если станет новым королём Магов, то будет забавлять себя каждый день мучениями человека, а не дожидаться казнь раз в месяц. Лучше удовлетворить своего внутреннего демона раньше, чем тот вырветься на свободу.

Толпа постепенно стала расходиться по своим делам. Несколько холодных капель упало на длинный нос Ориана, тёмные тучи угрожающе нависли над Нью-Йорком, словно предвещали страшные события. Жуткие. Тёмные. Парень поспешил скрыться в одном из маленьких переулков: проходя мимо невысоких каменных домов и магазинчиков с яркими вывесками, он пытался найти подходящее место. Несколько минут - и он удачно переместился в свой дом через портал, созданный тёмной магией. И как раз вовремя: когда Ориан снял пальто, он услышал настойчивый рёв дождя, свирепо бьющего в окно большой прихожей. Его квартира находилась на Пятой авеню и представляла собой двухэтажное помещение с кухней и прихожей на первом этаже и огромной гостиной с маленькой спальней и с ванной на втором. И всё сделано в ярких красках, насколько это возможно: украшенная позолотой мебель, шкафы с драгоценными вещами, просторная атмосфера, светлый тон стен, мягкие ковры.

- Ринальд! Ты здесь? - крикнул Ориан, сев на ступеньку лестницы и чища чёрные кожаные туфли от грязи.

- Да, - послышался в ответ скучающий голос Рина.

Он жил у Ориана уже очень давно, они вместе многое что пережили в этой квартире, многое через что прошли. Рин никогда не отличался богатствами, его собственная семья считала его неудачником и нежеланным сыном, из всех родственников его любил только отец. Но как бы Ринальд тоже ни любил его, он не мог вынести каждодневные ссоры, недовольства, истерики матери и сестёр. Даже старший брат не желал с ним наладить отношения и лишь ещё больше ухудшал положение. Поэтому бедному парню ничего не оставалось делать, как сбежать из собственной семьи и поселиться вместе с Орианом. Тот был, конечно же, не против, считал, что вдвоём жить всяко лучше и веселее, однако помощник в тёмных делах тоже не помешает. Ориан временами ловил себя на том, что использовал своего друга для собственных целей и планах, тогда как Рин, казалось, даже этого и не замечал. «Ну и хорошо», - каждый раз заключал про себя Ориан, не чувствуя по отношению к этому ни капли вины.

- И давно она тут лежит?

Когда Ориан поднялся на второй этаж, то увидел лежащую на полу молодую девушку с каштановыми волосами и ярко накрашенным лицом. Дорогое платье пропиталось кровью в том месте, где её ранили кинжалом, алые губы слегка раскрылись, словно в собирались открыться в предсмертном крике, голубые глаза пусто уставились в потолок, кожа была мертвецки бела. Труп. Очередная жертва убийцы.

Ринальд оторвал взгляд от книги и слегка помутневшим взглядом, будто ещё не до конца пришёл в реальность после фантазий автора, посмотрел на друга.

- Где-то около часа.

- А как давно её убили? - вздёрнул бровь Ориан, открывая окно, чтобы проверить комнату от удушливого запаха мертвячины и табака.

- Вчера вечером, когда в её доме никого не оказалось, - Рин закинул ногу на ногу и откинулся на спинку кресла. - Насколько я смог выяснить, эта дама по имени Шарлотта Баретти пригласила к себе домой любовницу, которая, собственно, её и убила.

- Значит, убийца женщина? - Ориан был удивлён, так как твёрдо считал, что женщины слишком слабы духом, чтобы убивать.

- Похоже, что так, - рассудительно кивнул Рин, закуривая трубку. - Хотя мне не особо в это верится.

- Мне тоже, но всё же думаю не отказываться и от такого варианта событий.

Ориан посмотрел на девушку, лежащую на полу и по щелчку пальцев медленно поднял в воздух. Края тёмно-бородового платья свисали с парящего тела, руки были слегка опущены вниз. В таком летающем положении Шарлотта выглядела даже красивее, но такой тип женщин не привлекал Ориана, тем более у него уже была девушка, которую он любил больше всего на свете. Единственный человек, которого он вообще любил.

- За неё, - Ринальд указал на парящую девушку, - те Маги, у которых я её взял, я заплатил половину суммы. Завтра нужно отдать вторую.

После того, как они разошлись после игры в бильярд, Ориан пошёл гулять с Юнитой и попросил Рина принести в его дом самую последнюю жертву убийцы для осмотра. Ориан знал, что тело Шарлотты Маги успели подменить, оставив обычным людям клон и забрав к себе оригинал для поверки, на что у них ушла целая ночь, так что сегодня тело бедной девушки уже было никому не нужно. В ходе событий выяснилось, что у погибшей не было никого из родных, отчего стало ясно, что некому сообщать о её смерти и передавать тело для погребения. Маги с радостью согласились избавиться от него, отдав Ориану, когда тот захотел его осмотреть, предварительно зная, что за это попросят денег, но на переговоры сам не пошёл, а послал Рина, вновь использовав его для своих целей. Но эти цели были очень важны, если Ориан собирался сделать то, что задумал.

- Я с этим разберусь, можешь не беспокоиться, - махнул рукой он, медленно осматривая тело. - Какой силой обладала Шарлотта?

Выдохнув дым, Ринальд задумался, подняв глаза к потолку и тихо постукивая острыми ногтями по обложке книги.

- Насколько я понял, она может управлять своими волосами.

- Не самая лучшая сила, - в неприязни скривил лицо Ориан и наклонился над телом девушки как раз в том месте, где был нанесён удар.

В этот момент он был удивительно спокоен, не проявлял никакого безумия или веселья, казался собранным и задумчивый. Он разорвал ткань платья, чтобы как следует осмотреть рану в боку. Наклонившись почти что вплотную к талии Шарлотты, парень создал лупу и поднёс её к глазам, тогда как из другой перчатки полился свет, освещая кровавые внутренности тела. Внимательно Ориан изучил края раны, провёл по ним пальцем и с удивлением обнаружил, что на перчатке осталась пыль, смешанная с чем-то слизким и серым.

- Похоже даже когда Нечисть убивают этим оружием, она всё равно очень медленно превращается в пыль, - заметил блондин, осматривая пылинки в ране молодой девушки, после чего выпрямился и вновь обратил внимание на странную слизь на своей перчатке. - Но думаю, после смерти Нечисть не распадается не потому, что кинжал какой-то особенный, а потому, что его чем-то смазали.

Ринальд тихо подошёл к другу, осматривая то, что так взволновало его. Холодным взглядом Рин изучал непонятную субстанцию, словно так мог проникнуть в его молекулы и изучить состав, понять, что это такое, в чём его сила и слабость.

- Не знаешь, что это такое может быть? - вопросительно посмотрел на товарища Рин, затягиваясь.

- Хотел бы я знать, - вздохнул тот и при помощи магии отделил от перчатки серую слизь, после чего положил её в только что созданную маленькую, узку колбу.

- Мне не кажется, что в этом деле замешана Нечисть, - нахмурившись, заметил Ринальд и сел обратно в кресло, задумчиво смотря на парящую Шарлотту. - А даже если и замешана, то не по своей воле.

- Даже на знаю, соглашаться с тобой или нет, потому что сам толком ничего, собственно, не знаю, - разочарованно усмехнулся Ориан. - Сиэль либо и вправду что-то скрывает от меня, либо же сам тоже ничего не знает.

Сиэль Кэрмел был главным среди Нечисти, самым первым среди них. С самого начала он обрёл власть над своими сородичами, всегда был их главой, лидером и повелителем. И именно Сиэль всё время пытался наладить отношения между Нечистью и тёмными Магами, но каждый раз что-то постоянно выходило из-под контроля. Но Сайлесам, как и Вандейлам, чаще всего он доверял, мог на них положиться, и именно через них он пытался наладить контакт с тёмными Магами. Но те ведь тоже не глупые, понимали, что их могли просто использовать. Но использование друг друга тоже иногда оказывалось полезным делом.

- Но если и Сиэль ничего не знает, то это указывает на то, что Нечисть, возможно, и не виновата, - заметил Рин, хладнокровно следя за тем, как Ориан сел на краешек рабочего стола и постукивал по его поверхности пальцем, даже сам этого не замечая.

- А если предположить, что кто-то стал делать нечто тайное от него? - воодушевившись, предположил парень. - Возможно, что все эти убийства сделаны с той целью, чтобы свергнуть Сиэля?

- Допустим, - кивнул Ринальд. - Но как убийства помогут это сделать?

Ориан тяжело покачал головой.

- Тут явно замешано что-то ещё. Или кто-то.

С минуту они помолчали, обдумывая варианты развития, пытаясь нащупать путь к правде. Он был где-то рядом, они оба чувствовали это, но найти эту ниточку, этот свет в непроглядном мраке, им никак не удавалось. Ориан стал даже чувствовать раздражение к собственному бессилию, понимая, что его взаимоотношения с Сиэлем недостаточно близки, чтобы тот раскрыл карты или хотя бы некоторые тайны. Но его не покидало ощущение, что глава Нечисти и вправду мог ничего не знать или знать слишком мало, чтобы помочь. Когда Ориан приходил к нему в последний раз с вопросом об убийствах, Сиэль так ничего полезного и не ответил. Ориан всегда внимательно наблюдал за мимикой людей и их глазами, когда ему надо было выяснить правду или важную информацию, поэтому при этой встречи с лидером Нечисти он заметил, что тот как-то странно себя вёл, будто что-то пытался утаить. Либо то, что он ничего не знал и пытался этого никому не показывать, чтобы держать ситуацию под своим контролем, либо же он скрывал правду и очень даже умело. Но Ориан так и не понял, что из этого правда. И это сводило его с ума ещё больше.

- Почему ты интересуешься этими убийствами? - отвлёк его от размышлений холодный голос Рина.

- Что? - с недоумением посмотрел на него молодой человек.

- Насколько я знаю, тебя мало волнуют чужие жизни и чужие судьбы, кроме своей, - спокойно продолжал Ринальд, выпуская дым, и склонил голову на бок, изучая друга. - Почему сейчас ты так усердно пытаешься понять секрет этих убийств?

Этот вопрос заставил Ориана на мгновение забеспокоиться, хотя он даже не понимал причины этой тревоги. Но в следующую секунду он уже расслабился и привычно самоуверенно ухмыльнулся.

- На самом деле, всё просто. Насколько я знаю от Сиэля, Магов не похищают, а тоже убивают тем же оружием, которое при этом действует на них, как на Нечисть: они превращаются в пыль. И недавно я заметил, что тёмных Магов тоже убивают.

- Если это делает Нечисть, то они нарушили соглашение, - заметил Рин, нахмурившись.

Ориан отмахнулся.

- Не в этом проблема: если тёмных Магов становится меньше, то и шансов становится меньше.

- Шансов на что? - не понял Ринальд, так и не донеся трубку до бледных губ.

- На победу в войне, конечно, - широко улыбнулся блондин с безумной хитростью в синих глазах.

- В войне?

- Ох, перестань задавать глупые вопросы, мой друг, - фыркнул Ориан, после чего усмехнулся. - Надвигается война с обычными людьми, которые каждый день поливают нас грязью, даже не зная правды. И в этой войне будут не только Маги и простые люди, но ещё и тёмные Маги, а также Нечисть, конечно. И во всём этом всемирном хаосе именно мы, тёмные Маги, должны одержать победу, чтобы я стал новым повелителем мира. А как выиграть, если и наших тоже убивают? Поэтому я и пытаюсь найти ключ к разгадке этих убийств.

Несколько секунд Ринальд напряжённо обдумывал слова друга, нахмурив чёрные прямые брови и медленно куря трубку.

- А ты уверен, что тёмные Маги изберут тебя новым повелителем?

Ориан растянулся в безумном оскале, не придвещающем ничего хорошего. Его глаза потемнели, словно в них собралась вся Тьма, лицо стало принадлежать будто самому дьяволу, тогда как весь его вид говорил о том, что у него родился поистине тёмный план.

План победы зла.

- О, не сомневайся, мой друг, не сомневайся. Они сделают меня своим повелителем, иначе я их заставлю.