Глава 21. Белль

Кейн шагнул вперед, заслонив меня собой так, что я полностью исчезла из поля зрения оборотней. Его кулаки сжались с таким усилием, что раздался отчетливый хруст костей. Роан стоял перед Эллой, его взгляд метался между Кейном и тем оборотнем, словно ждал сигнала, побуждающего к действию. В руках Эллы сверкнуло лезвие, а пальцы Милейны уже пылали магическим светом. Воздух натянулся, как тетива перед выстрелом. Оборотни позади Ксавьера ощерились, слюна капала с их клыков, а в глазах полыхала слепая ненависть.

Если он брат Люсьена, он не должен нападать... Должен же быть хоть какой-то шанс?

— Тебя это не касается, Ксавьер, — прорычал Люсьен. — Не вмешивайся в мои дела.

— Люсьен, если бы это были просто твои причуды, я бы промолчал, — Ксавьер оскалился, бросая взгляд на Кейна и Роана. — Но они — наши враги! У нас, черт возьми, война, где гибнет наш народ! А ты водишься с теми, кто рвет наши глотки! Это предательство!

Кейн сделал шаг вперед. Воздух вокруг застыл, наполняясь стальным холодом его убийственных намерений.

Только не это!

Я вцепилась в край его плаща, резко дернув назад, но он даже не пошатнулся. Только медленно повернул голову, и его взгляд скользнул по моим пальцам, все еще впившимся в ткань.

Люсьен тяжело вздохнул, его глаза пристально впились в меня. Ксавьер заметил это — и внезапно его взгляд тоже устремился ко мне. Но теперь в его глазах горело нечто новое: жгучее, хищное любопытство. Его голова слегка наклонилась набок, когда он заметил мою руку, державшую одежду Кейна. Его губы дрогнули, будто он вот-вот что-то скажет, но сжал их в тонкую нить.

Я быстро отпустила Кейна, мое тело напряглось от чересчур навязчивого внимания, но я старалась не подавать виду. Мои глаза неотрывно следили за Ксавьером, не давая ему прочитать мой страх.

Оборотни ведь чувствуют страх? Они звери, а зверю нельзя показывать страх.

— Ты должен нам помочь, — глухо проговорил Люсьен.

Ксавьер резко обернулся к другим оборотням:

— На сегодня вы свободны! Убирайтесь!

Я вздрогнула от его рыка, но волки не сдвинулись. Шерсть на их загривках ощетинилась, ноздри трепетали, улавливая запах опасности.

— Вон! Исполняйте приказ! — взревел Люсьен, и его голос прокатился громовым раскатом.

Волки рванули в лес, даже не оглянувшись. Как только они скрылись, Ксавьер скрестил руки на груди, ожидая.

— Объяснись.

Люсьен молчал пару секунд, затем резко кивнул в мою сторону:

— Белль, подойди.

Горло сжалось, будто перехваченное невидимой рукой. Я сделала шаг, но тут же за спиной раздались тяжелые, мерные шаги. Оглянулась — Кейн шел за мной, как тень. В любой другой ситуации я бы потребовала, чтобы он отстал. Но сейчас это неважно! Его присутствие грело, как щит перед стрелой.

Я понимала, что Ксавьер — враг Кейна. Одно неверное движение — и Ксавьер будет убит. Но действительно ли его беспокоило то, что я буду рядом с оборотнями, или Кейн просто не хотел рисковать потерей такого ценного экземпляра?

Ксавьер усмехнулся, видя эту картину, но в тот же миг у его ног заплясала тень — черная, как сама смерть. Она обвила его ступни, словно змея, готовая впиться в плоть. Он замер, а Кейн рядом усмехнулся, наслаждаясь его страхом.

Да уж, с таким телохранителем ни один человек не подойдет даже близко.

— Очень... интересно, — прошептал Ксавьер, когда я остановилась перед ним.

Он наклонил голову, изучая меня, как диковинный артефакт. Я не отводила глаз, впитывая каждую деталь.

Его волосы переливались оттенками рыжего: от теплого золотисто-янтарного до глубокого медно-красного. Они были густыми, слегка вьющимися. Лицо — благородным и выразительным: высокие скулы, прямой нос и острый подбородок, выдававший упрямство. Но в его изумрудно-золотистых глазах с вертикальными зрачками таилась опасная игра. Шрам на лице пересекал бровь, делая взгляд более пронзительным.

Телосложение у него было такое же, как у Люсьена: широкие плечи, проглядывавшие из-под камзола с вышитыми по воротнику золотистыми рунами, придававшими ему королевский вид.

Рука Кейна легла мне на плечо, прижимая мое тело к нему. Дрожь пробежала по спине от его прикосновения, но я не отстранилась. Его тепло проникло сквозь ткань, странным образом успокаивая.

— Интересный экземпляр, — пробормотал он Люсьену, все еще рассматривая меня с ненасытным любопытством. Его ноздри расширились, втягивая мой запах. — Почему от нее... пахнет такой силой?

Экземпляр?

Голос Ксавьера прозвучал так, будто он оценивал редкий трофей, а не живого человека. Горячая волна ярости подкатила к горлу, сжимая его, как удавка.

— Я не вещь, — я старалась сдержаться, но мой голос резанул, как удар хлыста. — Спрашивай у меня, а не разглядывай, как диковинку.

Ксавьер рассмеялся — низко, глухо, без тени искренности.

— Прости, если обидел. Мои манеры оставляют желать лучшего, — он склонил голову. — Так кто же ты такая?

Люсьен ответил за меня, его голос прозвучал твердо:

— С этим нам и предстоит разобраться. Но сейчас мне нужна твоя помощь. Нам нужно попасть на территорию вампиров.

Ксавьер резко выпрямился.

— Отец ищет любой повод для твоего убийства, а ты своими действиями подливаешь еще больше масла в огонь! Ради нее ты готов проститься со своей жизнью? — его голос стал жестким, почти яростным. — Ответь мне: она стоит того?

Люсьен посмотрел на меня — и в его взгляде что-то дрогнуло. Не власть, не корысть... а что-то глубже.

— Если бы не она, я был бы мертв, — произнес он тихо, но так, что слова врезались в память, как нож в дерево.

Ксавьер широко распахнул глаза.

— Что произошло?

— Пожиратели, — Люсьен произнес это слово с таким презрением, будто оно обжигало ему язык. — Их была целая толпа. Никогда не видел такого количества в одном месте. Будь ее магия чуть слабее — от меня остались бы лишь клочья плоти.

Он замолчал, но тишина его была красноречивее крика.

— Она — нечто большее. Я готов за это бороться.

Я медленно втянула воздух, а Ксавьер повернулся ко мне.

— Ты пахнешь... неправильно, — прошипел он, сужая глаза. — Не человек. Не маг. Но и не одна из известных рас. Так кто же ты, маленькая загадка?

Пальцы Кейна впились в мое плечо, сжимая так, что боль пронзила кожу. Я попыталась отстраниться — бесполезно.

— Достаточно, — резко оборвал Люсьен. — Ты помогаешь нам или нет?

Я почувствовала, как тело Кейна слегка дернулось. Это меня насторожило.

Они ведь не собираются убить его?

Боковым зрением я увидела, как глаза Роана вспыхнули алым, а клыки проступили сквозь губы. Они с Кейном понимали друг друга без слов. Если оборотень скажет «нет», они разорвут его здесь и сейчас. Быстро. Без лишнего шума.

Элла стояла рядом, ее пальцы сжимали рукоять кинжала.

Они убьют его. Здесь. Сейчас. А Люсьен... не позволит. Это закончится кровью.

И тогда я сделала шаг вперед.

— Если ты можешь помочь — помоги, — проговорила я, мой голос звучал тихо, но с неожиданной силой. — Если нет — не трать наше время.

Он напряженно рассмеялся, не сводя с меня глаз.

— Теперь я понимаю, чем ты его зацепила. — Он оскалился. — Огонь и лед. Взрыв и тишина. Либо сожжете все вокруг, либо... уничтожите друг друга.

Он замолчал, затем резко повернулся к Кейну:

— Что же будет с бедной девушкой, если твой отец узнает о ней?

За спиной послышался рык Кейна, но Ксавьер даже не дрогнул.

— Он убьет ее. Медленно. Болезненно. — Он пристально смотрел на меня. — А ты, Кейн, ничего не сделаешь. Потому что не умеешь чувствовать.

Провокация.

Тени у ног Кейна вздыбились, как черные когти. Его глаза померкли, став пустыми, как ночь без звезд.

— Хорошо, — Ксавьер неожиданно сдался. — Я проведу вас.

Я посмотрела в его глаза и увидела, как в самых потайных уголках промелькнул страх перед Кейном.

— На каких условиях? — спросил недоверчиво Кейн.

— Никаких лишних трупов, — Ксавьер бросил взгляд на Роана. — Особенно это касается тебя, вампир.

Роан усмехнулся, скрестив руки на груди.

— Зависит от обстоятельств. Ничего не могу обещать.

Элла сделала шаг вперед, ее клинок сверкнул в воздухе, как серебряная змея.

— Если не будешь нам мешать — крови не будет, — проговорила она притворно. — Но если попробуешь подставить...

Ксавьер рассмеялся, достал из-за пояса узкий кинжал и бросил его к ее ногам.

— Твой?

— Ой, какая небрежность, — она подняла клинок, играючи проверяя остроту лезвия. — Спасибо, что подобрал.

Ксавьер развернулся:

— Идемте. Ночь не бесконечна.

Мы двинулись следом за ним, держа дистанцию — слишком много недоверия висело в воздухе.

Роан и Кейн шли впереди, их фигуры сливались в темноте. Головы были наклонены друг к другу, губы едва шевелились. Я напрягла слух, но уловила лишь обрывки шёпота.

— Мне не нравится то, как они тихо переговариваются,— прошептала я, сжимая кулаки. По спине пробежали ледяные мурашки. — У меня скверное предчувствие.

Как будто услышав меня, Кейн резко обернулся. Его взгляд, холодный и оценивающий, скользнул по Бриане. В тот же миг до меня дошло — вот оно! Я поняла их замысел.

— Почему они меня так ненавидят? — проговорила Бриана, её взгляд казался потухшим.

— Просто они придурки! — громко заявила Элла, специально повышая голос так, чтобы её точно услышали.

Роан и Кейн синхронно развернулись, бросая на неё убийственные взгляды. Элла лишь вызывающе пожала плечами: "Что? Я что-то не то сказала?"

Я не смогла сдержать смешка.

— Ты не боишься, что Кейн снова попытается тебя придушить своими тенями? — спросила я у неё, кидая взгляд в его сторону.

— Ни капли, — она ухмыльнулась, подмигивая мне. — В крайнем случае ты его опять можешь впечатать в стену.

Мы расхохотались, вспоминая, как его мощное тело врезалось в стену, оставив после себя внушительную дыру. Особенно запомнилось его лицо — впервые за всё время я увидела на нём настоящее изумление.

— Я столько слышала о нём... Монстр, убийца, ледяная смерть,— Бриана наклонилась ко мне, понизив голос. — Но никогда — чтобы кто-то остался жив после нападения на него. Вы... выглядите странно вместе.

— Мы не вместе. И никогда не будем, — ответила я ей. — Для Кейна я всего лишь загадка, которую нужно разгадать. Артефакт. Игрушка, которую можно сломать, когда надоест.

Бриана присвистнула, скептически приподняв бровь.

— Ты не видишь себя со стороны. Поверь, он никогда тебя не тронет. Мужчины... — она хмыкнула, и в её глазах мелькнуло что-то знакомое, почти ностальгическое.

В этот момент Кейн снова обернулся. Его взгляд, тяжёлый и не читаемый, остановился на мне. Я почувствовала, как по спине пробежал холодок, но не отвела глаз. Опять всё повторяется. Игра без слов.

Я резко отвела взгляд от Кейна, словно его глаза обжигали мне кожу. Впереди, вперемешку с тенями деревьев, виднелись фигуры Люсьена и Ксавьера. Они шли плечом к плечу, но между ними витало странное напряжение — будто невидимая стена, через которую не прорваться ни словам, ни эмоциям.

Мне нужно знать, что они задумали. Я устала быть пешкой в этой игре и жить в неведении, опасаясь за свою жизнь.

— Я пойду к ним,— пробормотала я, сжимая пальцы в кулаки.

Милейна сделала шаг вперед, её магия уже заструилась вокруг кончиков пальцев, но я резко мотнула головой. Не сейчас. Элла прикусила губу, её глаза сверкнули в полумраке.

— Если кто-то из них тронет тебя,— прошептала она, медленно проводя пальцем по лезвию своего кинжала, — я перережу им глотки, прежде чем они успеют моргнуть.

Я кивнула и двинулась вперед, обходя Кейна, который пристально следил за мной, будто предупреждал: не делай глупостей.

Моя рука едва коснулась его, лишь на мгновение — но даже этого хватило, чтобы по спине пробежали мурашки. Он не отстранился. Но я почувствовала, как его мышцы напряглись под тонкой тканью рукава, словно он сдерживал какой-то импульс.

Игнорируй. Просто иди.

Я ускорила шаг, оставляя позади его молчаливое присутствие, и наконец догнала Люсьена и Ксавьера.

Они обернулись почти синхронно — два хищника, прерванные на охоте. Ксавьер приподнял бровь, его золотисто-изумрудные глаза скользнули по мне с любопытством. Люсьен же выглядел... усталым.

— Белль,— произнес он, и в его голосе прозвучало что-то вроде предупреждения.

— Мне надоело ходить в темноте,— пробормотала я, скрестив руки на груди. Ветер трепал мои волосы, забрасывая пряди на лицо, но я даже не шевельнулась, чтобы убрать их. — Вы что-то задумали. И я хочу знать, что.

Ксавьер рассмеялся — низко, глухо, как будто перед ним разыгрывали забавный спектакль.

— Прямолинейная,— заметил он, склонив голову. — Мне это нравится.

Люсьен вздохнул, его пальцы сжались, будто он представлял, как душит кого-то невидимого.

— Мы не замышляем ничего против тебя,— сказал он, но его взгляд на секунду скользнул куда-то за мою спину. Туда, где стоял Кейн.

Ксавьер обменялся с Люсьеном быстрым взглядом, и в его глазах мелькнуло что-то... опасное.

— Но, маленькая загадка,— прошептал он, наклоняясь так близко, что я почувствовала его дыхание на своей коже,— ты действительно уверена, что хочешь услышать ответ?

— Если от этого зависит моя жизнь — то да, я хочу знать,— мои слова прозвучали резко, как удар кинжала по льду. Я обернулась, бросив взгляд через плечо. Роан находился в нескольких шагах от нас, его поза была расслабленной, но глаза — острые, внимательные, словно у хищника, притаившегося в засаде. — Как мило с их стороны подслушивать.

— Ты мне начинаешь нравиться, Белль,— он подмигнул, и его золотистые глаза сверкнули в полумраке. — Было бы жаль, если бы тебя убили... так скоро.

Я почувствовала, как по спине пробежал холодок.

— Что ты имеешь в виду? — спросила я, чувствуя, как сердце начало биться чаще.

Ксавьер наклонился ближе, и его голос стал низким, почти интимным:

— Смерть ходит за Кейном по пятам. Она шепчет ему на ухо, она дышит у него за спиной. — Его пальцы слегка сжали моё запястье. — У тебя еще есть шанс сбежать.

Я вопросительно посмотрела, ожидая продолжения.

— Будь гостьей в моём дворце. Тебе не будет угрожать опасность... Я предлагаю тебе выжить.

— Ксавьер,— голос Люсьена прозвучал как предостережение, но его брат проигнорировал его.

— А какая тебе выгода с этого? — недоверчиво спросила я.

— Ты будешь под моим контролем учиться управлять своей силой.

— Ты не ответил на вопрос.

Тишина. Потом — вздох.

— Белль.

Он произнёс моё имя так, будто вкушал его.

— Твоя сила — вот какая мне выгода. Я не стану врать, будто делаю это из доброты. Любой, кто почувствует в тебе такую мощь, захочет приковать тебя к себе.

— И ты решил заполучить себе такого ценного питомца? — я оскалилась. — Думаешь, я соглашусь?

— Я не собираюсь использовать твои силы, если не получу твоего согласия.

— Какова твоя цель на самом деле? Ты — наследный принц, у тебя есть всё, о чём ты желаешь, но что ты хочешь на самом деле? Власти?

Он склонил голову на бок, и в его взгляде вспыхнуло что-то... почти восхищённое.

— Ты — умная девушка, Белль. Власть с самого начала обречена на провал, если она основана на ложной идее. Те, кто играют за трон, либо побеждают, либо умирают.

Милейна упоминала, что Люсьен всегда был против своего отца. Но если не только он... если и Ксавьер тоже? Интересно. Я стояла на шахматной доске. Кейн — ферзь. Роан — ладья. Ксавьер... кто он? Конь, идущий не по правилам? Я чувствовала — они тянут меня, как верёвку. Но... кто из них держит нож у моего горла? А кто — просто хочет, чтобы я его увидела?

— Ты молчишь, — Ксавьер наблюдал за мной с тем же выражением, с каким смотрят на диковинную бабочку, готовую сорваться с булавки. — Уже передумала знать правду?

Я медленно провела языком по пересохшим губам. Шахматная доска. Все фигуры на месте. Но кто делает следующий ход?

— Я просто пытаюсь понять, — голос звучал спокойнее, чем я чувствовала, — почему наследный принц предлагает мне убежище, когда сам стоит на шаг от мятежа.

Тишина.

Потом — резкий, как выстрел, смех Люсьена.

— О-о, брат, кажется, она тебя раскусила.

Ксавьер не моргнул. Но в его глазах что-то дрогнуло — как тень от пролетающей вороны.

— Мятеж? — он произнёс это слово с такой сладкой ядовитостью, что у меня по спине побежали мурашки. — Какое грубое слово для... переустройства мира.

Мысль пронзила сознание, как осколок льда. Это было слишком просто. Слишком... удобно. Я медленно обернулась. Роан и Кейн стояли неподвижно, их глаза следили, впитывали, анализировали каждый мой жест. Они слышали всё. И ничего не сделали. Почему? Мой взгляд скользнул к Ксавьеру. Он ухмыльнулся — этот жест был одновременно и вызовом, и признанием поражения. Он хотел, чтобы они услышали. Но зачем? Шахматная доска снова сдвинулась.

Я резко переменила тактику.

— Как ты нас выведешь на территорию вампиров? — мой голос звучал ровно, но внутри всё сжалось в ожидании.

Ксавьер рассмеялся — звук был тёплым, но в нём звенели лезвия.

— Узнаешь, девочка загадка.

Он сделал шаг вперёд. Слишком близко. Его волосы коснулись моей щеки — шёлковый удар, нежнее ножа.

— Но скажу тебе ещё кое-что...

Его дыхание обожгло ухо.

— Не доверяй никому. Даже себе.

Пауза.

— Доверие в нашем мире — очаровательная наивность.

Он отстранился, мягко подтолкнув меня назад.

— Иди к девушкам.

Я проходила мимо Кейна и Роана. Не глядя. Но краем глаза уловила движение — Роан наклонился, его голос разрезал тишину:

— Ты думаешь, что, выбрав сторону, останешься в безопасности? — спросил у меня Роан. 

Слова не тихие, не громкие — точно рассчитанные. Чтобы услышали. Люсьен и Ксавьер не обернулись. Но я знала — они услышали.

Я проигнорировала его слова и поравнялась с девочками. Милейна взглянула на меня, но не стала задавать вопросов. Она мало говорила, но всё понимала. Элла, в свою очередь, приоткрыла губы, будто в немом вопросе, но тут же сжала их в тонкую линию. Бриана тихо шла рядом со мной, изредка бросая на меня взгляды. Никто не задавал никаких вопросов.

                                                                                         ****

Ноги горели, будто по коже ползали тысячи раскалённых игл. Каждый шаг отдавался тупой болью в висках, но останавливаться было нельзя — позади слышалось тяжёлое дыхание стражей, а впереди...

Впереди тьма сгущалась с каждым шагом.

Элла крепче вцепилась в мой локоть.

— Ещё немного,— прошептала она.

Внезапно воздух изменился — стал густым, тяжёлым, будто наполненным пылью веков.

— Мы пришли.

Голос Ксавьера прозвучал слишком громко в этой мёртвой тишине.

Я подняла голову — и застыла. Лес. Но не лес. Чудовище.

Искривлённые стволы сплетались в неестественных позах, будто застывшие в агонии великаны. Их ветви-щупальца опутали всё вокруг — землю, камни, даже сам воздух, казалось, застрял в этой паутине из гнили и тени.

И глаза. Они глядели со стволов — мутные, безжизненные, но видящие. Следящие. Я задрожала, чувствуя, как холодный пот стекает по спине.

— Что это... за место? — мой голос предательски дрогнул.

Тень шевельнулась рядом — Кейн вышел из темноты, бесшумный, как призрак.

— Шрам мира,— произнёс он, и в его голосе не было ни капли шутки.

Я уставилась на него, ища в его лице хоть намёк на ложь.

— Что ещё за "Шрам мира"?

Милейна прикоснулась к моему плечу — её пальцы холодные, как лёд.

— По-другому его называют: Смеющийся пустырь. Чрево Бездны. — её голос звучал слишком ровно, будто она боялась, что лес услышит. — У этой земли много имён, но никто не знает, как она появилась. Те, кто пытались выяснить... исчезли. Все записи о ней уничтожены.

Я обернулась к Ксавьеру, чувствуя, как сердце колотится в груди, как птица в клетке.

— Но почему мы должны идти именно здесь?

Люсьен засмеялся — звук был резким, как треск ломающихся костей.

— Если мы пересечём границу где-то ещё, нас обнаружат мгновенно. — Он провёл пальцем по горлу. — А здесь... здесь нет ни законов, ни стражей. Только лес. И то, что в нём живёт.

Роан шагнул вперёд, его глаза — два кровавых угля в темноте.

— Никому не нужна лишняя шумиха, — произнёс он.

Люсьен обернулся к Ксавьеру.

— Спасибо тебе за помощь, брат.

Я внезапно задалась вопросом и спросила у Люсьена:

— Ксавьер нужен был нам, чтобы нас не смогли учуять другие оборотни?

Люсьен усмехнулся в ответ на мои слова, но кивнул.

— Правильно думаешь. Он усилил свой запах до такой степени, что запах Кейна и Роана можно было почувствовать, но не настолько сильно. Те, кто чувствовал наш с Ксавьером запах, думали, что мы ведём пленников, но не знали, каких.

Ксавьер по-братски обнял Люсьена и отстранился.

— Будь осторожен, не умирай. А мне пора. Оборотни могли что-то заподозрить, пока не поздно, мне надо вернуться.

Люсьен кивнул, и Ксавьер направился в противоположную сторону от леса, но перед этим повернулся и подмигнул мне. Его тело начало меняться, и уже через несколько секунд рыжий оборотень скрылся в чаще. 

— Нам осталось спать несколько часов. Советую не терять время и ложиться, — проговорил Кейн резко.

Никто не спросил. Милейна, склонившись над потухшими углями, ловко разожгла костёр. Пламя ожило с тихим потрескиванием, отбрасывая на её лицо танцующие тени, делая черты то мягче, то резче. Она помешивала похлёбку в котле, и аромат дымного мяса, диких трав и чего-то тёплого, почти домашнего, разлился по лагерю.

Я ела жадно, чувствуя, как тепло разливается по телу, прогоняя ледяную дрожь, что сковала меня. Каждый глоток казался спасением.

Когда миска опустела, я потянулась, ощущая, как усталость наваливается тяжёлым покрывалом. Оглядевшись, я заметила плащ Кейна, аккуратно разложенный позади меня.

Кейн сидел в нескольких шагах, прислонившись к дереву. Его лицо было скрыто в тени, лишь бледный отблеск огня скользил по острым скулам. Глаза были закрыты, дыхание ровным. Казалось, он спит.

Но в тот миг, когда я задержала на нём взгляд, его веки резко распахнулись.

Глаза — холодные, как сталь, пронзительные, будто видящие насквозь — уставились прямо в меня. В них не было ни усталости, ни дремоты — лишь тревожная, почти хищная настороженность.

Я резко отвела взгляд, сердце бешено застучало где-то в горле.

Быстро опустившись на плащ, я устроилась рядом с Эллой. Она уже свернулась калачиком, её ровное дыхание говорило о том, что сон давно забрал её.

Я закрыла глаза, но образ Кейна — его пристальный, неспящий взгляд — стоял передо мной, будто выжженный на внутренних веках.

А вокруг, за пределами нашего маленького круга света, лес дышал. Ветви шевелились без ветра. Глаза в стволах следили. И где-то в глубине чащи что-то смеялось — тихо, едва слышно, словно сквозь сон.