Глава 19

Четверг, 12 января

Я не уверена, кто придумал, что середина января — хорошее время для возвращения к учебе, но этого человека точно стоит оставить на неделю с нашей школьной столовкой и расписанием по четвергам. С утра я чувствовала себя как телефон с 2% зарядки — и ни одной розетки в поле зрения.

— Ты выглядишь так, будто учёба физически причиняет тебе боль, — заметила Хейли, едва мы столкнулись у шкафчиков.

— Потому что так и есть, — пробормотала я, закидывая книги в рюкзак. — Кто вообще в здравом уме ставит двойную химию после физкультуры?

— Садисты, — кивнула Элла. — Или оптимисты. Хотя, может, это одно и то же.

Хейли оглядела меня с прищуром.

— Ты вообще спала сегодня? Или опять зависала в переписке с... как его зовут? Анонимус-остроумный?

Я фыркнула и бросила на неё взгляд.

— Во-первых, у него есть имя. Во-вторых — мы просто переписываемся. И в-третьих — отвали, Хей.

— Ну ты смотри, а то вдруг окажется, что он 45-летний фанат коллекционных кукол, — театрально предупредила она. — Я, как лучшая подруга, обязана тебя дразнить.

— А я, как вторая лучшая подруга, обязана читать это как трагедию, — добавила Элла. — Мне кажется, я переживаю за тебя больше, чем за финалы «Шерлока».

Я закатила глаза, но внутри было тепло. С этими двумя даже возвращение в школу казалось чуть менее мучительным.

На большой перемене мы заняли привычный стол у окна. Я ковыряла салат, Элла вырисовывала что-то в блокноте, а Хейли делала вид, что слушает учителя по философии, сидящего за соседним столом. На самом деле она вела в телефоне голосование «кто победит в снежной битве: Оливер Брукс или мифический снежный человек».

В этот момент экран моего телефона мигнул.

01:37 — Сиэтл09:37 — Йорк

(не)Одинокий Крис: Ты живёшь? Или Йорк затянул тебя в воронку послеканикульной апатии?

Я:Я — зомби, официально. Спасибо за заботу.

(не)Одинокий Крис: От зомби можно фото? Чтобы понять, насколько всё плохо.

Я улыбнулась. Он опять — неожиданно. И я, конечно, не нашла его Instagram заранее, не рассматривала его фотки и не увеличивала... кое-что. Нет. Ни в коем случае.

Я:Просто фото? А ты не маньяк случайно?

(не)Одинокий Крис: Я могу прислать селфи с тостером в обнимку, если поможет. Но только если ты тоже. Давай докажу тебе, что я не лысый дед из подвала.

Через несколько секунд он прислал фото. И у меня замерло сердце. Он стоял у кухни, в серой толстовке, с кружкой в руке. Волосы тёмные, слегка волнистые, падают на лоб. Лицо с выразительными скулами и чёткими чертами. Темно-карие глаза — почти чёрные, но живые. Улыбка — ленивая и будто слегка насмешливая.

Он был красивый. По-настоящему. Не как на инстаграмных фото — вылизанных и с фильтрами, где он казался почти недосягаемым. Сейчас он был ближе, домашний, живой: чуть взъерошенные волосы, мягкий свет лампы. И от этого — почему-то — дыхание сбилось на долю секунды. Как будто сердце сделало лишний удар, а потом немного замерло. Он смотрел в камеру, будто знал, что кто-то по ту сторону экрана всерьёз задержит взгляд. Я не была готова. Но не могла оторваться.

Я открыла камеру. Сделала попытку. На экране — лицо, как будто я собираюсь фоткаться на паспорт. Нет. Так не пойдёт.

Я:Моё лицо пока не готово к мировой премьере. Дай мне шанс хотя бы причесаться.

После последнего урока я вышла к реке Уз. Дул лёгкий ветер, и город казался чуть размытым. Я включила фронтальную камеру, провела рукой по волосам и щёлкнула.

Селфи получилось почти случайно — ветер в волосах, лёгкая улыбка, как будто я знала какой-то его секрет. Отправила. С замиранием. Вдруг я ему не понравлюсь?

— Мёрфи! — кто-то догнал меня в коридоре. — Погоди секунду.

Оливер. Конечно.

— Привет, — сказала я, чуть удивлённо. — Что-то случилось?

— Только мысль, — усмехнулся он. — Не хочешь выбраться куда-нибудь в субботу? Я знаю одно место. Смотровая башня у Клифордс-Тауэр. Там, говорят, видно весь город. И, ну... это просто красиво. И спокойно. И, может, немножко романтично.

Он не шутил. Смотрел спокойно, прямо. Без масок.

— Это свидание? — спросила я.

— Я бы хотел, чтобы было. Но ты решаешь.

Я молчала. Внутри — путаница. Он рядом. Простой. Добрый. Настоящий.

— Я подумаю, — сказала я.

— Хорошо. Без давления. Но мне хочется знать тебя вне этих коридоров. По-настоящему.

Вечером, лёжа на кровати, я снова открыла переписку.

(не)Одинокий Крис: Это фото. Ты вообще в курсе, как оно выглядит?

Я:Ну... нормально? Ветер, свет, настроение «я не пыталась».

(не)Одинокий Крис: Ты выглядишь как... звёздочка. Честно. Как будто светишься. Даже сквозь экран.

Моё сердце: встало, посмотрело в небо и ушло куда-то в стратосферу.

Я: Ты только что назвал меня звёздочкой?

(не)Одинокий Крис: Ага. Надеюсь, ты не подашь в суд за это. Просто... подошло. Ты такая. Смотришь на всё будто свысока. Не в плохом смысле. А будто выше шума. Понимаешь?

Я:Не знаю. Но, наверное, понимаю.

Пауза. Ещё одно сообщение.

(не)Одинокий Крис отправил голосовое сообщение (0:12)

Голосовое? Я прижала телефон к уху.

Ну, раз уж началась фототерапия, может, пора перейти на новый уровень?

Голос в динамике — хрипловатый, чуть усмехающийся.

Привет, звёздочка. Гулять — так гулять, да?

Я слушала, затаив дыхание. А потом включила ещё раз.

А потом — ещё.

Звёздочка.