Глава 28. Выбор

— Где мы? — спросила я.

— Я просто гнал весь день подальше от Нового Орлеана. Проехали где-то тысячу километров, — спокойно ответил он. — Как тебе, кстати, машина? Одолжил её на тест-драйв. — Он рассмеялся. — Твоя жутко воняла.

Я была в ужасе. Тысяча километров от Нового Орлеана. Вдруг Сара или Кол уже мертвы? Кай взял меня за руку, не давая отойти от машины, и сам сел на край багажника.

— Если бы он не захотел тебя отпускать, — начал он, глядя мне в глаза, — я бы боролся за тебя, Даша.

Каждое слово давалось ему с усилием, словно он вытаскивал их из глубины. Он притянул меня к себе и обнял. Его тепло обволакивало, но я стояла молча, переваривая услышанное. В голове крутился хаос — Сара, Майклсоны, Джейк, а теперь ещё и Кай, который то ли спас меня, то ли похитил.

— Где мой телефон? — вдруг нарушила я тишину, отстраняясь от Кая.

— Валяется где-то на переднем сиденье, — хмыкнул он, лениво махнув рукой в сторону машины.

Я подошла к пассажирскому сиденью, порылась в бардачке и нашла телефон — экран мигал от пропущенных сообщений Майклсонов. Не раздумывая, набрала Кола. После пары гудков он ответил, его голос был встревоженным.

— Привет, — начала я.

— Даша, привет! Ты как? Где? — спросил он, не скрывая беспокойства.

— Со мной всё в порядке. Что там происходит в Новом Орлеане? — задала я главный вопрос.

— Пока всё тихо. Есть одна зацепка, как их уничтожить, ведьма из клана, который когда-то создал львов — начал Кол.

— Его, — поправила я. — Анил мёртв.

Кол притих, я почти услышала, как он напрягся на том конце линии.

— Но... как? Кто его убил? — В его голосе сквозило нетерпение.

— Думаю, повторить это не получится, — сказала я с сожалением. — Кай надеялся, что один из них убьёт второго своей силой, но её оказалось недостаточно. — Я сделала паузу. — Джейк убил Анила с помощью лекарства от бессмертия.

— Что ж, — Кол шумно выдохнул, — это всё равно облегчает задачу. Один лучше, чем два, так? — Он ухмыльнулся, я почувствовала это даже через телефон.

— Я приеду в Новый Орлеан и помогу вам, — начала я.

— Ты сейчас не тут? Фрея пыталась отследить вас заклинанием, но не нашла, — сказал Кол. — Если тебе удалось выбраться, лучше не возвращайся, — добавил он твёрдо.

Я замолчала, переваривая его слова.

— Забудь про договор и прочее, — продолжил он. — От молодого вампира тут вряд ли будет толк, — смягчил он тон, и я невольно улыбнулась. — От твоего еретика было бы побольше, но его теперь сюда не затащишь.

— Береги себя, Кол, — сказала я с беспокойством.

— И ты, — ответил он и отключился.

Я вернулась к Каю. Он сидел на краю багажника, подставляя лицо закатному солнцу. Его кожа золотилась в мягком свете, волосы слегка шевелились от ветра. Мы остановились у какого-то мотеля — потрепанного, но с неоновой вывеской, мигающей в наступающих сумерках.

— Как поболтали? — с издёвкой спросил он, не открывая глаз.

— Там пока всё тихо, — сказала я, садясь рядом. Асфальт ещё хранил дневное тепло.

— Затишье перед бурей, — ухмыльнулся Кай, обводя взглядом горизонт.

— Какой план? — спросила я, с интересом взглянув на него.

— Можем поехать в Канаду... или в Европу... или в Азию, — начал он, пожав плечами. — Будем гулять, веселиться. Или отправимся в мир-темницу и дождёмся, пока кто-нибудь прикончит Джейка. Такой идиот наверняка найдётся. — Он рассмеялся и обнял меня, притянув ближе.

— Как всё просто, — спокойно сказала я, но в голове мысли смешались в хаотичный клубок.

На улице было спокойно, тепло — впервые за последнюю неделю Джейк не пытался сломать меня. Кай был рядом, смеялся, и в нём снова проступило его привычное безумие — то, что я когда-то полюбила. Но другая часть меня тонула в мрачных мыслях о друзьях, о тех, кому я должна была помочь в Новом Орлеане. Джейк вряд ли остановится на этом городе — он хочет истребить всех вампиров. Я решила не выдавать Каю своё беспокойство, притвориться, что согласна с ним. Пока в Новом Орлеане тихо, у меня есть время придумать план.

— Так какой у нас номер? — спросила я, стараясь звучать беззаботно.

Кай ухмыльнулся, схватил сумку с заднего сиденья, и мы пошли в мотель. Номер оказался простым, но аккуратным: чистая кровать с белым бельём, телевизор в углу, запах хлорки и дешёвого мыла. Я приняла душ, смывая дорожную пыль и напряжение, переоделась в чистую одежду из сумки. Кай сделал то же самое. Я старалась не думать о Саре — о том, каково ей сейчас в лапах Джейка, — и сосредоточиться на плане. Как помочь Майклсонам? Я всего лишь обычный вампир, и это чувство бесполезности грызло меня изнутри.

Кай вышел из ванной в одном полотенце, обмотанном вокруг бёдер. На улице уже стемнело, слабый свет лампы отражался в каплях воды, стекающих по его груди. Я прошлась по нему взглядом, невольно задержавшись на его плечах, на линии пресса. Он заметил и прищурился.

— Женщина, прекрати поедать меня глазами, — сказал он с притворной серьёзностью. — Я чувствую себя... использованным.

Я ухмыльнулась. Подумала, что, будь я ведьмой, его полотенце уже "случайно" упало бы на пол. Улыбка от этой мысли ещё не сошла с лица, как я оказалась перед ним — с вампирской скоростью, ведомая жгучим желанием.

— Я по тебе так скучала, — прошептала я ему на ухо. Это была правда. Последние дни он был рядом, но так далеко, и только мысли о нём помогали мне не потерять себя.

Он среагировал мгновенно — прижал меня к стене с силой, от которой задрожали старые обои. Я обхватила его торс бёдрами, он впился в мои губы — жадно, грубо, с голодом, который копился слишком долго. Поцелуй был полон страсти, его руки скользнули под мою футболку, сжимая кожу. Я почувствовала, как он твердеет через тонкую ткань полотенца, и это чертовски меня заводило. Его губы переместились к моей шее, я сжала его волосы, он прикусил кожу — тонкая струйка крови потекла вниз. Кай аккуратно слизал её, его глаза потемнели от желания. В этом было что-то до боли интимное.

Через секунду мы оказались на кровати — она скрипнула под нашим напором, едва не сломавшись. Мы переглянулись и рассмеялись, но смех быстро сменился стонами. Он стянул с меня одежду, не разрывая зрительного контакта, я потянула за полотенце — оно упало на пол. Я лежала под ним, он раздвинул мои бёдра коленом, грубо целуя меня, сжимая грудь одной рукой, а второй лаская между ног. Потом резко, бесцеремонно вошёл в меня. Его движения были быстрыми, жёсткими, сводящими с ума. Я сжимала его плечи, пока он продолжал входить в меня, то ускоряясь, то замедляясь. Я перевернула его, забрав контроль, вцепилась в его волосы и начала двигаться в своём ритме, чувствуя, как волны наслаждения накатывают всё сильнее. Через несколько минут я кончила, задыхаясь от удовольствия. Кай натянул мои волосы, вбиваясь в меня ещё глубже, пока не кончил следом.

Мы лежали в обнимку, тяжело дыша. Его рука лениво гладила моё плечо, и этот момент был таким тёплым, таким настоящим, что я хотела заморозить его навсегда. Мы приняли душ вместе — нежно, без слов. Он стоял за мной, обнимая под струями воды, его подбородок лежал на моём плече. Я чувствовала его дыхание на своей шее, и на миг всё казалось возможным — как будто мы могли сбежать от всего этого хаоса и быть просто собой.

Позже, когда вода остыла, мы вернулись в комнату. Кай рухнул на кровать, натянув простыню до пояса, и потянулся ко мне с лёгкой ухмылкой.

— Знаешь, — начал он, глядя в потолок, — я тут подумал... Если мы уедем в Европу, я покажу тебе тот бар в Праге, где подают кровь с виски. Ты будешь в восторге. — Он повернулся ко мне, глаза блестели от предвкушения. — Или можем устроить охоту в Альпах. Представь: свежий воздух, горы, пара глупых туристов... романтика.

Я улыбнулась, но внутри что-то сжалось. Его беззаботность была заразительной, но она же напоминала, как далеко он от того, что я сейчас чувствую. Я кивнула, притворяясь, что мне нравится идея, и легла рядом, слушая, как его дыхание становится ровнее. Он уснул быстро, обняв подушку, как ребёнок.

Я дождалась, пока его грудь начнёт ритмично подниматься и опускаться. Тихо встала, нашла ключи от машины на тумбочке, бросила последний взгляд на Кая — его лицо было спокойным, почти невинным во сне. Сердце сжалось, но я подавила это чувство. Вышла из номера, села в машину, вдавила педаль газа в пол и всю ночь гнала в сторону Нового Орлеана на скорости 150–200 километров в час. Ветер бил в стёкла, двигатель ревел, а я гнала вперёд, зная, что каждая минута на счету.

Тишину дешёвого мотеля разорвал шум за окном — пьяный смех подростков, визг шин, глухие удары по мусорным бакам. Кай резко открыл глаза, лежа на продавленной кровати, и его лицо исказилось от раздражения. В голове уже мелькали картины: как он хватает одного из этих сопляков за горло, вырывает сердце другому, оставляет третьего визжащим от боли. Он рывком поднялся, стиснув зубы, но тут же замер. Комната была пуста. Даши не было.

Он прислушался — ни шороха шагов, ни звука воды из ванной. Тишина давила, как вербена на кожу. Кай подошёл к окну, отодвинул выцветшую штору. Машина — его машина, которую он сам угнал три штата назад, — исчезла. Ярость вспыхнула мгновенно, как спичка в бензине. Он сжал кулак и с размаху ударил по стене, оставив в штукатурке трещину.

— Даша, чёрт тебя дери, — прорычал он, начиная метаться по комнате. Стол полетел в угол, лампа разбилась о пол, подушка разорвалась в клочья, выпуская облако перьев. Его грудь вздымалась, глаза горели маниакальным блеском. Он схватил телефон, пальцы дрожали, пока он открывал приложение слежки. Её сигнал мигал где-то на юге — Новый Орлеан. Он уже знал, куда она поехала, но всё равно хотел доказательств.

В уведомлениях светилось одно сообщение — голосовое, от Даши. Кай нахмурился, глядя на экран. Его большой палец завис над кнопкой воспроизведения. Сердце, давно мёртвое, словно сжалось. Он сглотнул, выдохнул и нажал.

— Привет, Кай, — её голос был мягким, но с ноткой нервозности. — Прости, что угнала твою машину... которую ты, кстати, тоже угнал. — Она издала короткий, чуть дрожащий смешок. Уголок рта Кая невольно дрогнул в слабой улыбке, но тут же лицо снова окаменело. — Я... я не могу остаться. Я бы, конечно, хотела... очень хотела бы отправиться с тобой в Альпы или ещё куда-нибудь... — Она замолчала, и Кай услышал, как она сглотнула тяжёлый ком в горле. Он впился взглядом в телефон, словно мог увидеть её через динамик. — Не думала, что скажу это, Кай... но сейчас есть вещи поважнее моей любви к тебе.

Его глаза забегали по комнате, пальцы сжали телефон так, что пластик затрещал.

— Я не прошу тебя ехать за мной, — продолжила она. — Ты не должен рисковать ради моих друзей или этого долга перед Майклсонами, в который оказался втянут из-за меня. Но я чувствую, что должна быть там. Помочь им. Я не могу дать Джейку победить. — Пауза повисла в воздухе, только гул двигателя на фоне нарушал тишину. — Я тебя люблю, Кай. Ты показал мне мою тёмную сторону и сделал мою жизнь... веселее. — Её голос дрогнул, но она ухмыльнулась, и Кай почти увидел эту кривую улыбку. — Прощай, Кай Паркер.

Сообщение оборвалось. Кай замер, телефон выпал из его рук на кровать. Он рухнул рядом, уставившись в потолок, где паутина трещин напоминала его собственный разум. В голове бушевал ураган. Он мог уйти — прямо сейчас собрать вещи, угнать ещё одну тачку и рвануть на север, подальше от Нового Орлеана, Майклсонов, Джейка и всей этой чертовщины. Или он мог поехать за ней. Рискнуть всем — магией, свободой, жизнью, — ради Даши.

Две стороны боролись в нём: эгоистичный психопат, который всегда выбирал себя, и тот, кем он стал рядом с ней — не героем, нет, но кем-то, кто мог любить. Кай сжал кулаки, закрыл глаза и выдохнул. Он сам не знал, что победит, пока не встал и не схватил ключи от мотеля.

Педаль газа вдавлена в пол, стрелка спидометра дрожала за пределами разумного. Ветер врывался в приоткрытое окно, трепал волосы, заглушал шум двигателя. Я гнала всю ночь, почти не останавливаясь. Пару раз пришлось тормознуть на заправках — бензин не бесконечный, даже для угнанной тачки Кая. Проезжая очередной сонный городок, я сбавила скорость, чувствуя, как сердце колотится в груди. Нельзя было оставить его вот так, без слов. Я включила запись голосового на телефоне, сглотнула и начала говорить:

— Привет, Кай, прости, что угнала твою машину... — Я записала сообщение, стараясь держать голос ровным, хотя внутри всё разрывалось. Отправить его было больно, но молчать — ещё хуже.

Душа разрывалась пополам. Кай был всем — моим спасением, моей тьмой, моим хаосом. Я не хотела его терять, но впервые за эти годы поняла: есть вещи выше нас. Джейк, этот проклятый ублюдок, должен ответить за Сару, за Новый Орлеан, за Марселя, за всё. Я не могла позволить ему уничтожить моих друзей, город, который за семь лет стал... родным? Да, пожалуй, родным.

По пути меня дважды останавливали копы — превышение скорости, ничего нового. Но пара секунд гипноза — "Офицер, вы меня не видели, и завязывайте с пончиками, посмотрите что с вами стало..." — и я снова в пути. Власть текла по венам, как кровь, добавляя уверенности. Если бы с Джейком было так же просто... Я стиснула руль, представляя его лицо — холодные глаза, звериный оскал. Нет, с ним будет сложнее.

Ночь сменилась серым рассветом, когда я въехала в Новый Орлеан. Улицы ещё спали, но воздух уже гудел от напряжения. Я свернула к особняку Майклсонов, припарковала машину и выдохнула. Дверь скрипнула, когда я вошла. Все обернулись — удивлённые взгляды впились в меня.

Винсент и Фрея стояли у стола, склонившись над незнакомой ведьмой — молодой, с тёмными волосами и усталыми глазами. Она что-то шептала, водя руками над кучей артефактов: старый кинжал, чаша с кровью, цепочка с кулоном. Ребекка мерила шаги по комнате, её каблуки стучали, как метроном, выдавая нервозность. Кол развалился на диване, лениво держа банку пива, но, увидев меня, выпрямился, глаза округлились.

В воздухе пахло магией, кровью и страхом. Все чувствовали — что-то надвигалось. Что-то опасное. Что-то, что решит всё.

Я выпрямила спину, обвела их взглядом и уверенно спросила:

— Какой у нас план?

Они не ответили сразу. Все замерли, внимательно оглядывая меня с ног до головы, словно я могла принести с собой не только новости, но и угрозу. Напряжение в комнате сгущалось, как грозовые тучи над Новым Орлеаном. Я подняла руки в воздух, показывая, что чиста.

— Связь с Джейком разорвана, — сказала я твёрдо, шагнула вперёд и плюхнулась в кресло напротив Кола. Перевела взгляд на незнакомку, она была молодой — лет двадцать, не больше — с тёмной кожей, длинными кудрявыми волосами, падающими на плечи, и робким взглядом, который метался по комнате, избегая встречаться с моими глазами. Я разглядывала её, пытаясь понять, кто она такая и почему вокруг неё столько суеты.

Кол, всё ещё развалившись на диване, поймал мой взгляд и широко улыбнулся. Я невольно улыбнулась в ответ — его присутствие всегда действовало как глоток воздуха в удушающей комнате.

— Выглядишь живым, — бросила я, склонив голову.

— А ты... выглядишь собой, — ухмыльнулся он, намекая на то, что я больше не марионетка Джейка. Его голос был лёгким, но в глазах мелькнула тень чего-то глубокого.

— Мы нашли потомка ведьмы, из тех, кто создал Джейка и Анила, — начал Кол, подвинувшись ближе ко мне. Он бросил мимолётный взгляд на девушку, и я снова посмотрела на неё. — Её магия может остановить Джейка.

— Это отличная новость, — сказала я, чувствуя, как в груди затеплилась надежда. Наконец-то хоть что-то.

— Не совсем, — вмешалась Фрея, её голос был пропитан раздражением. — Она слишком молода и неопытна.

Я нахмурилась.

— А... других ведьм нет? — спросила я неуверенно, уже предчувствуя ответ.

Кол театрально закатил глаза и наклонился ко мне, понизив голос до шёпота:

— Извини, Даша, но магазин африканских ведьм из древнего чокнутого клана внезапно опустел. — Его сарказм был острым, как кинжал, но я только фыркнула, сдерживая улыбку.

— Джейк начал убивать их, когда они отказались создавать новых львов, — продолжил Кол уже серьёзнее, откинувшись назад. — Он оставляет некоторых из их рода в живых, надеясь, что кто-нибудь родится с такими же безумными идеями, как у него. Но пока — ничего. Эту мы нашли с трудом. Он постарался, чтобы это было не просто.

— Зачем они вообще их создали? И почему не убили? — задумалась я вслух, скрестив руки.

Кол пожал плечами, его тон стал будничным, почти скучающим:

— Всё как обычно. Их племя хотело выжить, стать сильнее, обрести милость богов. Но откликнулись не те боги — точнее, демоны. — Он ухмыльнулся, сверкнув глазами. — Они решили: "А почему бы и нет?" В итоге всё вышло из-под контроля. И убить этих двоих — Джейка и Анила — почти нереально.

Он шумно выдохнул, наблюдая за мной. Я погрузилась в мысли, перебирая всё, что он сказал. Джейк был не просто монстром — он был ошибкой, которую не смогли исправить.

— У тебя скоро дым из головы пойдёт, — прервал мои размышления Кол, выдернув меня обратно в реальность. Я моргнула и посмотрела на него.

— А ты чего такой весёлый? — спросила я с улыбкой. — Тебя ведь тоже хотят убить.

— Что, предлагаешь грустить и писать завещание? — Он выгнул бровь, изобразив серьёзность, но уголки его губ дрогнули. Я рассмеялась.

Кол был таким — даже когда мир рушился, он мог заставить меня улыбнуться. Его лёгкость, его остроумие были как свет в темноте. Я ценила это в нём больше, чем могла сказать.

— Только не завещай никому эту куртку, — ткнула я пальцем в его потёртую кожанку. — Никто не заслуживает такого наказания.

Кол картинно схватился за сердце, состроив обиженное лицо.

— Эй, она же брендовая! — Он поправил воротник с показной гордостью.

— И старая, — поддела я, ухмыльнувшись.

— Я тоже не такой молодой, — подмигнул он, и на миг всё стало проще. Мы болтали, как старые друзья, и я почти забыла, что мы на пороге войны.

Но тут я посерьёзнела, понизив голос:

— Кол, надеюсь, между нами нет никакой неловкости? Мы ведь можем быть просто друзьями?

Он посмотрел на меня — тепло, искренне, но в его глазах мелькнуло что-то неуловимое, тень сожаления или боли.

— Конечно, Даша, — сказал он мягко, без привычной насмешки. — Чем обычно занимаются друзья? — сказал он чуть веселее.

— Ходят в бар, играют в боулинг, устраивают барбекю, — начал он перечислять, вернув свой игривый тон.

— Похоже, сегодня друзья будут пытаться убить одного сумасшедшего древнего льва, — лениво протянула я, будто это было обычным пунктом в списке.

Кол рассмеялся, откинув голову.

— Что ж, удачи нам, — бросил он, поднимая банку пива в шутливом тосте.

— Чёрт! — вдруг выругался Винсент, резко привлекая все взгляды к себе. Он приложил ладонь ко лбу, словно пытался унять нарастающую мигрень. — У нас ничего не выйдет. Руди слишком слаба и неопытна. — быстро проговорил он, немного истеричным тоном и начал мерить комнату шагами.

Фрея тяжело вздохнула, её плечи поникли. Она не спорила — значит, всё действительно плохо. Руди виновато посмотрела на нас, опустив голову, и начала нервно теребить край своей кофты. Её пальцы дрожали, выдавая страх.

Я встала и подошла к столу, где лежали артефакты: потёртый свиток с заклинаниями, чаша с густой кровью, несколько странных символов, вырезанных на камне. Если бы Кай был здесь, он бы разобрался с этим за минуту, — промелькнула мысль, холодная и тоскливая. Но его здесь нет, Даша. Рассчитывай только на себя.

Я повернулась к Руди и мягко улыбнулась, стараясь скрыть собственное напряжение.

— Привет, Руди. Я Даша, — сказала я, не зная, говорит ли она по-английски, но решив рискнуть.

— Привет, — ответила она тихо, подняв на меня внимательные, чуть насторожённые глаза.

— Может, стоит взять небольшой тайм-аут? — предложила я, взглянув на остальных. — Выйдем во двор, отвлечёмся ненадолго.

— У нас нет на это времени, — раздражённо протянул Винсент, но Фрея остановила его жестом.

— Пусть идут, — сказала она устало.

Мы с Руди вышли во двор. Утренний воздух был влажным, пахло травой и далёким дождём. Я села на деревянный стул, она — рядом, но на расстоянии, будто всё ещё не доверяла.

— Спасибо, — вдруг сказала она, её голос стал чуть увереннее. — Этот Винсент такой...

— Нервный? — подсказала я, и она улыбнулась, выдохнув с облегчением.

— Я понимаю, — продолжила я. — Когда на тебя давят, тяжело сосредоточиться.

Руди молчала мгновение, а потом заговорила, её голос дрогнул:

— Он убил всех, кто мне был дорог. — Она сжала кулаки, но быстро взяла себя в руки. — Я хочу, чтобы он ответил. Но боюсь, что у меня ничего не получится, и станет только хуже.

Она опустила взгляд, ковыряя носком ботинка мелкие камушки на земле. Я наклонилась к ней, стараясь вложить в голос всю уверенность, что у меня была:

— Если мы объединимся против него, у нас будет шанс. Остановить его, прервать этот проклятый круг угнетения от Джейка. — Я улыбнулась, пытаясь её подбодрить. — Просто представь его лицо, когда он поймёт, что проиграл.

Руди ухмыльнулась, в её глазах мелькнула искра решимости. Она встала, расправив плечи.

— Я сделаю это, — сказала она твёрдо и направилась обратно в дом.

Я осталась сидеть, наслаждаясь минутой тишины. Ветер шевелил листья, где-то вдалеке кричала птица. Но покой длился недолго. Рядом появилась Ребекка и молча опустилась на стул, где только что сидела Руди. Её взгляд был пустым, холодным, как мрамор. Она не смотрела на меня, просто сидела, сцепив руки.

Я кашлянула, решив нарушить тишину:

— Не знаю, можно ли было считать нас с Марселем друзьями... Но он помог мне обустроиться здесь. — Я тепло улыбнулась, вспоминая его. — Сначала он был холоден ко мне, предвзят из-за Кая. Но потом увидел во мне что-то большее. Я помогала ему с вампирами, а он мне — стать своей в Новом Орлеане.

Ребекка слабо улыбнулась, её глаза чуть потеплели. Я продолжила, чувствуя, как слова даются с трудом:

— Последнее, о чём он думал перед смертью... точнее, о ком — это была ты, Ребекка. Он попросил передать, что любит тебя. — я сделала небольшую паузу, — Мы с Сарой похоронили его в лесу, за Новым Орлеаном. Когда все закончится, я обязательно покажу тебе это место.

Она замерла. Боль мелькнула на её лице, острая и безмолвная. Она кивнула, едва заметно, и я аккуратно сжала её руку. Мы не были близки, но я не могла оставить её одну с этим.

Внезапно из дома раздался грохот — тяжёлый, резкий, как удар грома. Мы с Ребеккой обернулись одновременно. Сердце сжалось.

— Он здесь, — выдохнула я.