Глава 9. Лао Яо (4)

Коу Тонг: «Что ты сказал?»

Хуан Цзиньчэнь задумался. Он не знал, почему у него вдруг возник этот вопрос, от неловкости схватил себя за волосы. Но тут же остановил себя - уже ведь спросил, не стоит сдаваться на полпути. Поэтому продолжил: «Ничего... Я же вижу, как вы строите друг другу глазки».

"Вот так? - Коу Тонг быстро поменял выражение своего лица и сверкнул лучашимися глазами на Хуан Цзиньчэня, - У меня много друзей-геев. Хватит, чтобы собрать полную версию игры «Легенды трех королевств»*. Хочешь присоединиться?"

Хуан Цзиньчэнь просканировал Коу Тонга с ног до головы и просиял: «Нет проблем, я могу это сделать!»

«Напарник Хуан!» - Коу Тонг.

«Партнер Коу!» - Хуан Цзиньчэнь.

Затем Хуан Цзиньчэнь распахнул объятия и улыбнулся, как цветок в лучах весеннего солнца: «Давай, красавчик, обними меня!»

Коу Тонг спокойно проковылял мимо и с видом приличного мальчика проскандировал: «Ваш стиль слишком смелый. Я человек консервативный, давайте двигаться не торопясь и добьемся прогресса вместе».

Хуан Цзиньчэнь смотрел, как он, прихрамывая, уходит, расправив плечи и гордо подняв голову, точно герой, готовый сражаться за революционное дело. Он разразился смехом.

Когда он закончил смеяться, то обнаружил, что Коу Тонг уже свалил. Только тогда Хуан Цзиньчэнь сообразил, что Коу Тонг так и не ответил на его вопрос!

Его сердце, требующее подтверждения или опровержения этой сплетни, воспылало боевым духом. Его глубокий интерес к любовным связям доктора Коу требовал продолжения.

Коу Тонг вернулся в свою комнату и прокрутил видео, снятое системой наблюдения, делая пометки на бумаге во время просмотра. Его очки болтались на груди. Волосы надо лбом отросли и свисали, самая длинная прядь дотянулась даже до переносицы.

Запись длилась больше часа. Коу Тонг прокрутил ее семь или восемь раз от начала до конца, изредка останавливаясь и застревая на какой-то сцене. Когда закончил, обнаружил, что уже очень поздно. На улице было совершенно темно. Как только он выпрямился, по спине пробежал болезненный спазм.

Он дважды постучал по столу ручкой, потом достал телефон и набрал номер.

После двух гудков трубку подняли, и мужской ленивый голос прошептал: «Да? Доктор Коу?»

"Верно, - Коу Тонг сузил глаза в улыбке и отбросил ручку в сторону, - Надеюсь, я не вытащил тебя из чьей-то кровати?»

"А ты как думаешь? - мужчина засмеялся тихим, непривычно сексуальным голосом, - Для чего я тебе понадобился?»

«Хочу узнать кое о ком». Коу Тонг достал фотографию Яо Шуо. У мужчины на фотографии было очень серьезное выражение лица. Он стоял лицом к камере, лицо было напряжено, без тени улыбки. Из-за возраста его щеки обвисли, из-за чего скулы немного выделялись. Уголки рта были опущены и поджаты. Выглядел недовольным и злым. «Яо Шуо. Слышали о нем?»

«Яо Шуо? - мужчина сделал паузу, - Да... кажется, что-то всплывает. Подожди минутку".

В трубке послышался тихий разговор. Коу Тонг не торопился. Он держал телефон, ожидая, кончиками пальцев постукивая по строчке, написанной мелким шрифтом: «Я добровольно отказываюсь от службы на передовой». Он подумал и двойной чертой подчеркнул слово «добровольно».

В этот момент кто-то постучал в дверь. Одноногий доктор Коу подпрыгнул на своей единственной ноге, чтобы открыть дверь, и увидел Хуан Цзиньчэня с полиэтиленовым пакетом. Не церемонясь, тот вошел, отодвинул беспорядочную гору вещей на столе и открыл сумку, которую принес. Из нее вырвался дурманящий запах еды. Коу Тонг потер свой живот и понял, что страшно проголодался.

Мужчина в трубке вернулся: «Завтра я найду кого-нибудь, кто сможет дать ответы, и пришлю тебе конкретную информацию».

Хуан Цзиньчэнь наблюдал, как доктор тихо бросил «хорошо» и положил трубку. Пламя сплетен снова вспыхнуло в сердце стрелка: «Друг? Партнер?"

Доктор Коу потер руки и смело впился в куриную ножку, весело подмигнув Хуан Цзиньчэню: "А вы как думаете?"

Хуан Цзиньчэнь прижал руку к своей груди: «Ты такой неверный!»

Без промедления Коу Тонг с чувством воскликнул: «Нет, партнер, ты мне нравишься больше».

Хуан Цзиньчэн моргнул.

Коу Тонг небрежно вытер жир с губ: «Потому что ты принес мне вкусную еду».

Хуан Цзиньчэнь молчал, чувствуя, что его дружба с доктором Коу на самом деле держится только на толстой куриной ножке.

Он отодвинул стул, сел рядом с Коу Тонгом и пролистал беспорядочные записи Коу Тонга. Среди ряда непонятных фраз кругом было обведено выражение «кризис среднего возраста».

"Что это значит?" - спросил Хуан Цзиньчэнь.

«Ну, в буквальном смысле». Коу Тонг уничтожал еду с поразительной скоростью. Возможно, он так проголодался, потому что пропустил обед. Щеки раздувались, с энтузиазмом уничтожая «вражеские войска».

«На людей, достигших определенного возраста, ложится большая ответственность, но физиологически их способности все больше и больше отстают от их желаний. Карьера не ладится. Чтобы сохранить лицо, они будут с недоверием относиться к чужому мнению, упиваясь былой славой. Их способность воспринимать новое снижается, их способность к обучению падает... В этом есть перец чили?»

Хуан Цзиньчэнь сказал: «Ешь, не будь таким привередливым. Судя по тому, что ты говоришь, старик Яо ведет себя так странно из-за такой чепухи?»

«Когда средний возраст сталкивается с юностью (в оригинале - менопауза встречается с половым созреванием), человек может почувствовать себя сытым по горло семейной жизнью, натянутые отношения с детьми из-за трудностей в общении тоже не проходят бесследно. Так и возникает двойное давление со стороны семьи и карьеры, Высокая самооценка, даже если стресс выходит из-под контроля, не позволяет человеку обратиться за помощью. Вместо этого растет желание защитить себя любым способом».

Хуан Цзиньчэнь тщательно обдумал это и медленно кивнул: «В этом есть смысл. То есть люди обманывают себя сами?»

Коу Тонг выплюнул куриную кость. Кость была дочиста обглодана, даже собаке нечем было бы поживиться. Оторвавшись от важного занятия, посмотрел на Хуан Цзиньчэня, задаваясь вопросом: почему он спрашивает об этом? Неужели этот великий человек собирается сменить профессию?

Положение Хуан Цзиньчэня на базе ST было лишь номинальным. Чтобы он не мешал нормальной работе базы, генерал Чжун свел его с Коу Тонгом, брак по принуждению, так сказать. И никто не рассчитывал, что он так серьезно отнесется к своей новой работе.

В течение последних нескольких дней Хуан Цзиньчэнь был в приподнятом настроении, с любопытством восторженного зрителя, наблюдая и веселясь.

Коу Тонг знал, что «стрелок в отставке» сейчас несколько сбит с толку и растерян, как постоянно натянутая струна, которая внезапно ослабла.

У Хуан Цзиньчэня не было ни целей, ни убеждений. Холодность в его глазах отражала его равнодушие – не было ничего и никого, чтобы вызвать его интерес. Он отказался от прежней жизни, но не мог найти стимул для новой.

Коу Тонг понял, что наелся. Из маленького шкафчика, как фокусник, выудил две бутылки пива, снял крышки и фамильярно протер горлышки бутылок. Потом выдвинул ящик и из-под стопки серьезных документов достал пакет с жареным арахисом, разорвал пластиковую упаковку и бросил на стол.

«Давай, выпьем и поговорим».

Хуан Цзиньчэнь, не колеблясь, взял бутылку пива и сделал глоток: «Черт, это круто! Где ты взял это?"

Коу Тонг усмехнулся и тихо сказал: «Мой личный тайник. На базе алкоголь запрещен, ведите себя сдержанно. Давай, я тебе скажу, что у нас пока есть по делу Яо Шуо...»

Той ночью, наевшись и напившись, Хуан Цзиньчэнь полночи слушал научную лекцию доктора с подробным разбором разных ситуаций. В итоге просто остался в комнате Коу Тонга.

У Коу Тонга была дурная привычка - он ложился спать позже собак и вставал раньше кур.

Коу Тонг открыл глаза и поморщился. Опять этот белый туман. Коу Тонг в раздражении смотрел на него, чувствуя себя беспомощным - эта сцена была слишком банальной и слишком знакомой. От скуки он протянул руку, схватил белый туман, похожий на ватный кокон, и некоторое время развлекался, превращая клубок тумана то в кролика, то в булочку.

За белым туманом медленно появилось зеркало, где точно такой же Коу Тонг сжимал белый туман. На его лице не было улыбки, узкие вытянутые глаза мрачно смотрели на него.

Обоих окружала кромешная тьма. Только свет от стекол очков, висящих на груди реального Коу Тонга, слабо освещал его лицо. Коу Тонг глубоко вздохнул и улыбнулся зеркалу, но человек в зеркале был по-прежнему холодно равнодушным.

Улыбка Коу Тонга медленно остыла. Он слегка коснулся зеркала. Это было похоже на прикосновение к поверхности воды, прикосновение запустило легкую рябь.

Отражение человека внутри расплылось, но через мгновение поверхность зеркала успокоилась. Двойник будто древняя статуя спокойно смотрел на него – словно посторонний наблюдатель.

Коу Тонг вздохнул, затем встал, поднял табуретку и отработанным жестом метнул ее в зеркало. Зеркало разбилось - казалось, он повторял эти действия тысячу раз. Даже не взглянув на изломанные фигурки, отраженные в осколках, он зашагал в темноту.

Яростный свет нахлынул на него... Коу Тонг открыл глаза и увидел белые облака на туманном небе. Он с облегчением вздохнул, почувствовав легкий озноб. Половина одеяла прикрывала его тело, другой край перетянул на себя Хуан Цзиньчэнь.

Коу Тонг потер лицо и сел, чувствуя, что после сна у него немного затекла шея.

********************************************

*Популярная карточная игра 2008 года по роману о трех королевствах; игроки берут на себя различные роли, включая вражеского агента. В игру могут играть до десяти игроков.