- VIII -

Аривия с особым остервенением прорывалась сквозь густую зеленую листву, которая окружала со всех сторон и от этого не переставало рябить в глазах. Ей бы следовало остановиться и снова прислушаться к тому, что слышала, но она была слишком погружена в свои мысли. Эмельда здесь. Она пришла за ней, нашла ее и теперь звала за собой, подальше от этих странных людей, с которыми Аривии больше не хотелось иметь никаких дел.

Когда она очнулась после того, как отключилась на палубе посреди бури, то обнаружила себя в опасной близости с Джином. Ей это не понравилось, и девушка попыталась отодвинуться, но веревка, крепко связавшая два тела, не давала ей это сделать. Стенания Аривии прекратились, когда кто-то из команды, заметив ее попытки, подошел и разрезал веревку. Девушка сразу отпрыгнула в сторону и ощетинилась, почти как дикий зверь. Она не могла не признаться, что боялась их всех. Люди причинили ей достаточно боли, чтобы навсегда усвоить простой урок — доверять нельзя никому. Даже тому, кто спас тебе жизнь. Джин был без сознания, и от этого пребывание девушки на корабле приносило ей все больше дискомфорта. Она постоянно озиралась по сторонам, словно ждала нападения, но, как бы она не старалась, остальная часть экипажа была занята своими делами, не обращая внимания на дикую девчонку. Аривия очень скоро поняла, что не представляет никакого интереса для окружающих, поэтому успокоилась, насколько это было возможно. Она села на деревянную палубу, подальше от других, и просто погрузилась в свои мысли. Слабый ветерок обдувал ее лицо и мокрые волосы, тело охватила слабая дрожь от холода, а от солнца, ярко светившего над головой, не было никакого толку. Недавно был рассвет, оно еще не успело в полной мере вступить в свои права.

Аривия сильнее укуталась в промокший плащ, но от этого ситуация лучше не стала, даже наоборот, знобило лишь сильнее.

— Земля! — донеслось откуда-то сверху, и девушка подняла глаза. Она увидела только чей-то силуэт, промелькнувший на мгновение среди грязно-белых парусов.

Прошло какое-то время, прежде чем она почувствовала, как судно тряхнуло от слабого столкновение, словно корабль напоролся на что-то мягкое, но устойчивое.

Аривия поднялась на ноги и посмотрела в сторону носа корабля. Ее взору открылся песчаный берег, а за ним — что-то похожее на лес. Девушка никогда раньше не видела таких растений, и ей вдруг стало любопытно. Страх, в котором она прибывала с начала этого незапланированного путешествия, внезапно отступил, и, когда двое — один из них был грузный мужчина в возрасте, он был, как поняла Аривия, товарищем Джина — подняли молодого человека и понесли его вниз, на берег, девушка поспешила за ними.

Стояла безветренная погода, солнце уже начинало припекать, и Аривия чувствовала, как начинает понемногу согреваться. Это обрадовало ее.

Она сидела на песке возле Джина в ожидании его пробуждения, когда до ее ушей донесся до боли знакомый голос:

— Аривия, — тихо позвал он откуда-то из странного леса. Девушка недоверчиво вгляделась в чащу. Чаща посмотрела в ответ, но ничего больше не произошло. Тогда Аривия подумала, что ей показалось.

Но не прошло и пяти минут, как голос снова дал о себе знать. На этот раз громче и отчетливее:

— Аривия, где ты?

Теперь девушка не сомневалась в том, кому именно этот голос принадлежал. Она встала и сделала шаг в сторону джунглей, которые про себя все еще называла лесом. Не отводя взгляд, она следила за каждым листиком, будто ожидая чего-то еще. И эти ожидания оправдались. На мгновение — всего лишь на мгновение — мелькнула фигура. Солнечный свет едва попал на нее, но Аривии было этого достаточно.

Это была Эмельда. Совершенно точно. Ничто и никто не мог переубедить ее в обратном. Но почему она не выходит?

«Потому что не может показаться на глазах этих людей» — молниеносно пришел ответ, и его было достаточно, чтобы Аривия направилась в сторону невиданных ею ранее растений.

Теперь девушка прорывалась в самую глубь острова, ни на секунду не останавливаясь. Ей казалось, что если она замешкается, то Эмельда пропадет, и она снова останется одна, а этого ей совершенно не хотелось.

Вот только Аривия еще не знала, что шла на поводу своих желаний. Ей больше всего на свете хотелось снова увидеть наставницу и вернуться с ней домой, что она напрочь игнорировала тревожные посылы разума, пытавшегося образумить девчонку, которая теперь была под контролем Острова Грёз. Этот остров представлял из себя одну из больших и жутких легенд, которые моряки рассказывали друг другу. Выходя в море — особенно, если их путь лежал через радиус действия Острова Грёз, — они молились, чтобы шторм миновал их. Ведь если они попадут в бурю там, где действуют силы острова, то они почти наверняка обречены на то, чтобы оказаться на неведанных землях, а это влекло за собой определенные... трудности.

Остров Грёз — не просто остров, а целая система, живой организм, принявший облик острова для того, чтобы заманивать живых существ в свои сети. Его влияние распространялось не только на сам остров, но и на площадь вокруг. Именно поэтому всякий шторм приводил случайный корабль именно к землям Острова Грёз. Впрочем, свое название он получил не от того, что приманивал людей на свой берег. Вся загвоздка была именно в том, что происходило с беднягами, ставшими жертвами острова. Некоторые из них начинали видеть и слышать иллюзии того, чего им больше всего хотелось на данный момент. Разум всеми силами заглушался видимой картинкой, и человек шел вглубь. Чем дальше, тем меньше возможности вернуться назад. Что происходило с этими людьми, никто не знал, но больше их никто и никогда не видел.

Аривия подходила к самому сердцу острова, когда наконец-то увидела Эмельду. Женщина стояла у входа в какую-то пещеру. Ее лицо было не видно из-за падающей тени, но Аривии не нужно было его видеть, чтобы наверняка точно знать: это наставница. Девушка почувствовала как к глазу подступили слезы. Время пребывание вдали от дома показалось сущим кошмаром, который близился к своему концу.

Аривия шагнула к ведьме.

— Эмельда, — произнесла она впервые имя женщины, до этого обращаясь к ней именно, как к наставнице. — Я думала... Я думала, с вами что-то случилось.

Ведьма никак не отреагировала на слова девушки, только улыбнулась, а после поманила рукой и скрылась в темноте пещеры. Аривия поспешила за ней, преодолевая последние кусты зелени, но на мгновение все же остановилась у самого входа в пещеру. Голос разума прорвался сквозь защиту, которую она неосознанно поставила, и остановил ее. Девушка не понимала своего замешательства, но и не стала ему перечить, вглядываясь в непроглядную темноту пещеры. Из глубины послышался голос Эмельды, который подтолкнул Аривию сделать еще один шаг. Внутренний голос снова был заглушен.

— Стой! — крикнул кто-то сзади, и девушка повернулась на этот крик. Из густого леса показался никто иной как Джин. Его выражение лица почему-то заставило Аривию остановиться. — Уходи оттуда!

Она не успела среагировать, как надо, пытаясь понять, что именно от нее хочет парень, когда из темноты пещеры вырвался зеленый жгут лианы и обвился вокруг ее ноги. Девушка попыталась от него освободиться, но растение сильнее сжало ее в своих тисках, а после с силой дернуло, повалив ее на землю. Аривия в страхе закричала. Все ее потуги вырваться из схватки сопровождались лишь усилением со стороны лианы или того, кто ей управлял. В какой-то момент Аривия поняла, что ее затягивает в пещеру. Это напугало ее еще больше. В голову пришло осознание, порывавшееся до этого множество раз, но постоянно отвергаемое — Эмельды здесь не было. Никогда не было. То, что видела девушка, было лишь...

Джин подоспел к тому времени, как ее спутницу стала поглощать тьма. Недолго думая, он занес меч, который все это время находился у него в руках, и с силой ударил по лиане, стараясь не задеть девушку. Растение оборвалось без проблем, и парень поспешил помочь Аривии подняться на ноги. Страх вперемешку с шоком будто лишил ее контроля над телом. Она заметно ослабела, словно собиралась остаться здесь на волю похитителя, притворившегося ведьмой.

— Ну же, вставай! — крикнул Джин. — Нужно убираться отсюда!

Это подействовала на Аривию, и она послушно поднялась на ноги и поспешила за парнем, когда он потянул ее подальше от пещеры. Стоило отойти от зловещего входа в никуда, как за спиной они услышали оглушающий рев. Путешественника и его спутницу охватил самый настоящий ужас. Они разом вздрогнули. За спиной был кто-то, кто не собирался их не в коем разе отпускать, и они это понимали, но ни один, ни другой не позволил себе обернуться, чтобы взглянуть на это нечто. Джин сильнее сжал ладонь девушки, свободной рукой размахивая мечом направо и налево, чтобы расчистить путь от зелени, которая, казалось, тоже ожила и всячески препятствовала их побегу.

«Во что я ввязался?» — мелькнуло на мгновение в голове Джина, но тут же исчезло, когда он краем глаза заметил, как к ним что-то движется. Лиана. Парень был вынужден развернуться на бегу и отразить атаку, рубанув по растению. Однако это действие повлекло за собой массу неприятностей для Аривии, которая никак не ожидала такого резкого поворота. Она запнулась обо что-то и полетела вниз, отпуская руку Джина. Он пробежал без нее буквально пару шагов и обернулся, чтобы помочь ей встать, но тут же замер. Его взору представилась ожившая гора, которой до этого не было. Пещера, от которой они убежали совсем недавно, как можно было догадаться, представляла из себя огромную пасть чудовища. Оно снова издало жуткий рев, сопровождающийся сильным землетрясением.

— Надо бежать! — прокричал Джин. Его сердце ушло в пятки, но он старался сохранять спокойствие. Им необходимо было спастись, и у них есть все для того, чтобы добежать до корабля, на котором, он верил, они окажутся в безопасности. — Ну же, Аривия!

— Осторожно! — взвизгнула она, смотря куда-то за спину путешественника. Тот обернулся и увидел, как на них падает дерево.

***

Корниан ходил из угла в угол в кабинете, временно предоставленным ему главой стражи Аквамарина. Он все думал о том, что сообщила ему ведьма. С одной стороны, трудно было поверить во все ею сказанное, а с другой — предмет их диалога в принципе подразумевал подобный вывод. Новые обстоятельства переворачивали дело с ног на голову, и капитан понимал, что это должно как-то поменять вообще все, однако весь здравый смысл восставал против. Существование девушки, прозванной Оком, может, пока никому не вредит, но это только пока, и кто знает, как скоро случится непоправимое. Он как никто другой знал последствия этого проклятия и просто-напросто не мог допустить этого.

Невольно вспомнились события двадцатилетней давности, и мужчина скривился, стараясь избавиться от неприятных картин как можно скорее. Шрам неприятно заныл, хотя уже очень давно не беспокоил, кроме тех редких моментов, когда приходилось против воли возвращаться в прошлое. Но за долгие годы Корниан научился быстро брать себя в руки, как случилось и в этот раз. Он с легкостью обуздал свои чувства и привел их в порядок, возвращаясь к первоначальному вопросу: что теперь делать? Однако и на это уже был простой и ясный ответ: ничего. План остается изначальным. От Око необходимо избавиться, пока есть возможность, пока он может это сделать, иначе беды не избежать. Ну как может? Мог, пока девушка не покинула Кристаллит.

Капитан Орос, хоть и был человеком разума, нередко прислушивался к интуиции, которая за столько лет ни разу его не обманула. Если она говорила ему о приближающейся опасности, как сейчас, значит, она будет. И в последнее время он все отчетливее и отчетливее это понимал.

Раздался стук дверь. Корниан разрешил войти. Оказавшись на пороге, Меркурийьотдал честь и спросил, для чего его вызывали, но капитан ответил не сразу. Он смерил молодого человека взглядом, словно раздумывая о своих дальнейших словах, а потом развернулся к своему столу и уселся в кресло.

— Через неделю ваш день рождения, Ваше Высочество, — начал он, и Меркурий заметно напрягся. Он понимал, в какую сторону пойдет разговор. Одно только обращение чего стоило.

Прежде чем капитан успел что-либо сказать, Меркурий решил действовать первым.

— Вы не можете меня отправить в столицу. Не сейчас.

По лицу Корниана было ясно, что он ожидал сопротивления. Он сложил руки перед собой на стол, не переставая думать, как сейчас обращаться к принцу: как подобает или как с тем, кого он самолично воспитывал? И тот, и другой вариант имели как свои преимущества, так и недостатки.

— Послушай, Меркурий... — произнес мужчина, но его в очередной раз перебили:

— Нет, Корниан, слушать я ничего не хочу. С вами твориться что-то неладное, вы будто сошли с ума, и меня это беспокоит. Если я уйду, кто может поручиться за то, что вы не свихнетесь окончательно от своей погони?

Капитан вздохнул. Ситуация неумолимо приближалась к тому, что ему просто необходимо принять решение. Здесь и сейчас, пока он на это способен.

— Тебя это не касается, — отрезал он. Любые возражения со стороны молодого человека были предотвращены резким жестом руки. — Для тебя дело закрыто. Я уже предупредил Его Величество обо всем. Тебя ждут.

Меркурий не нашел, что ответить. Если его короля уже оповестили, то и поделать ничего нельзя было. Но парень был не из тех людей, которые просто так сдаются, и Корниан это тоже понимал. Ему вообще не нравилось, что принц стал свидетелем многих событий, о которых он не должен был знать. Было весьма опрометчиво допускать его к этому делу. Но былого не воротишь, не стоит жалеть о том, что уже произошло.

— Вы можете быть свободны, — добавил напоследок мужчина. Однако Меркурий явно не собирался никуда уходить.

— Я отправлю сообщение о том, что задержусь. — Он не собирался сдаваться. — Если я сообщу о вашем состоянии, уверен, Его Величество позволит мне задержаться здесь. Кто знает, может, вы все-таки расскажете мне, что на самом деле происходит.

В комнате снова повисло напряжение. Капитан Орос относился к наследнику, как к собственному сыну, однако в такие моменты он особенно отчетливо понимал, насколько они далеки друг от друга. Его сын бы не стал перечить отцу. Но, к несчастью или нет, сына у него не было.

— Позвольте напомнить вам, Ваше Высочество, — Корниан снова перешел на официальное обращение, — вы дали клятву о неразглашении. Вы не можете сообщать детали дела даже королю. Таковы были условия вашего принятия. Надеюсь, вы будете верны этому обещанию, как и подобает будущему монарху.

Парень стушевался. В памяти возник момент его бездумного следованию словам капитана стражи, которым он так восхищался. И куда это его привело? Любые другие варианты действий терпели крах. В этом поединке Меркурий проиграл и теперь должен был смириться с поражением. Но жгучее чувство, разрастающееся в груди, восставало против этого. Принц не просто ощущал, но точно знал: стоит ему уехать, как произойдет нечто непоправимое. Он оказался посреди двух огней, и это его мучило, а времени придумать хоть что-то не было.

— Экипаж прибудет за вами к вечеру. Будьте готовы.

Меркурий с силой сжал руки и нерешительно встал. Он прекрасно понимал, что если сейчас выйдет за дверь, то все для него закончится. Ему придется пустить все на самотек и надеяться, что все обойдется. Этого он хотел меньше всего. Но он не мог остановить время и подумать, просто подумать, поэтому он повернулся и пошел к выходу. Все было кончено.

— Меркурий, — позвал вдруг Орос, и молодой человек обернулся. Где-то внутри вспыхнул огонек надежды, — со мной ничего не случится. Я обещаю.

Это было первое обещание Корниана, в исполнении которого принц сомневался. Он рассеяно кивнул и вышел.

***

Девушка среагировала раньше, чем успела об этом подумать. Не успев толком встать на ноги, она налетела на Джина и оттолкнула его в сторону, но сама не успела отойти.

— Аривия! — только и успел выкрикнуть парень, когда заметил, что дерево зависло над головой спутницы. Ему хватило всего несколько секунд, чтобы заметить едва видимый след сверхъестественной силы все того же аметистового цвета. Сама девушка, инстинктивно прикрыв голову руками, застыла на месте. На короткое мгновение у Джина возникла мысль, что не она использовала силу, но думать об этом не было времени. Он снова схватил Аривию за руку и потащил ее в сторону берега.

Погоня продолжалась. Весь остров оживал, то и дело намереваясь схватить беглецов. Остров Грез никогда не упускал добычу и в этот раз тоже не собирался. Он не обладал разумом, повиновался одним лишь инстинктам, которые шли на поводу у голода. Это творение стало чьей-то злой шуткой не только по отношению к тем, кто оказывался в ловушке, но и для самого Острова.

— Джин! — послышался громкий басистый голос Гранца. Берег был близко, и их ждали. Это вселило надежду в Джина, который начинал опасаться, что корабль с незнакомыми ему людьми просто уплывет и оставит их на произвол судьбы, но зов товарища успокоил его на этот счет. Оставалось только добежать и все останется позади.

Земля под ногами дрожала, ветви растений больно били по лицу и цеплялись за одежду, рев позади то затихал, то с новой силой бил в спину, нагоняя еще больше страх на беглецов. И Джин, и Аривия сильно устали. Девушка оказалась неготовой к такого рода нагрузке, из-за чего ее спутницу приходилось ее чуть ли не тащить. Ноги путались в зарослях и переставали слушаться, дыхания не хватало. Если путешественнику еще удавалось как-то держаться, то Аривии приходилось совсем туго. Она тяжело дышала и уже совсем ничего не различала перед глазами. Единственной ее опорой была рука Джина, которая продолжала крепко держать ее и тянуть.

Они выбежали на песчаный берег. Яркое солнце на мгновение ослепило их, и Джин затормозил. Девушка врезалась в его плечо, чуть не свалившись. Ноги ее кое-как держали, но она всеми силами удерживала равновесие. Нельзя было давать слабости взять на собой верх, они еще не покинули остров.

— Джин! — Гранц снова дал о себе знать. Парень сразу заприметил его на носу корабля, который уже был готов к отплытию. — Сюда!

Джин снова сорвался с места. Аривия пустилась следом за ним. Спасение было совсем близко, но что-то было не так. С каждым новым шагом рыхлый песок под ногами будто сильнее проваливался вниз, затрудняя движение. Песок словно затягивал их куда-то. Путешественник обернулся к девушке и ясно увидел в ее глазах отражение своего страха.

— Не бойся, — вдруг тихо сказал он, глубоко вздохнув. Он так и не понял, кому это сказал: себе или Аривии. — Мы выберемся отсюда.

Сам он в это не до конца верил в это. Теперь, когда они остановились, он отчетливо ощущал, как песок медленно засасывает их куда-то вниз. Джин обернулся по сторонам, с досадой отмечая, что рядом нет ничего, совсем ничего, что могло бы помочь им выбраться. Потом он с надеждой взглянул в сторону судна, но ни Гранца, ни кого-либо еще уже не было видно.

«Оставили»

Отчаяние медленно подбиралось к его сердцу, сжимая в парня в своих холодных объятиях. Аривия не могла не чувствовать того же. Она понятия не имела, с чем они столкнулись, но понимала, что ничего хорошего это не несет. Ей вдруг снова потребовалась та уверенность, которую она чувствовала, пока бежала за Джином. Она перехватила его ладонь и сильно сжала ее, словно это как-то могло вдруг помочь. На самого путешественника это произвело отрезвляющее действие. Он вдруг очнулся от какого-то сна и снова посмотрел на Аривию. Всего несколько секунд, и он придумал, что нужно сделать.

— Аривия, — позвал он девушку. — Ты мне доверяешь?

Она уставилась на него в удивлении.

— Тебе не кажется, что не время сейчас для таких вопросов. — Ее голос звучал прерывисто. Она все еще пыталась восстановить дыхание после долгой гонки.

— Ответь, пожалуйста, — настойчиво попросил Джин.

— Я... я тебя не знаю.

Аривия заглянула в глаза своего товарища по несчастью. Она пыталась прочесть, что у него в голове. Ей даже подумалось, что он тронулся умом от всех переживаний, но его каре-зеленые глаза не отражали ничего, кроме решимости. Что же он задумал?..

Рева чудовища уже давно не было слышно. Весь остров замер, будто ничего и не было. Это настораживало. Джин посмел предположить, что все это было изначально уловкой для того, чтобы заманить их в зыбучие пески, которые теперь утягивали их на дно.

— Ты можешь... призвать Ди'Вэль? — спросил он у Аривии.

Та заметно напряглась и даже отпрянула.

— О ком ты говоришь? — спросила она.

«Не строй из себя дурочку, ты же знаешь, о ком речь, — прозвучал уже слегка подзабытый голос в голове. Гнев стал подниматься откуда-то из глубин, и это совсем не нравилось Аривии. — Я тебе столько раз говорила свое имя, но ты предпочитала меня игнорировать. Хотя бы этот мальчишка понимает, что из нас двоих я лучше»

— Я говорю о...

— Нет! Даже не думай об этом, — резко перебила своего спутника девушка. Она оттолкнула его руку с презрением и отстранилась настолько, насколько это было возможным в их положении.

— Послушай... — Джин предпринял попытку объяснить ей свой замысел, но его снова перебили:

— Не послушаю! Ты хоть представляешь, о чем ты просишь?! Ты буквально хочешь, чтобы я позволила какой-то твари взять над собой контроль! Ты в своем уме вообще?! Может мне просто взять и отдать ей все, что она хочет?!

«Было бы славно, — напомнила о себе Ди'Вэль. — Хотя про тварь было немного грубовато, не находишь?»

Аривия чувствовала себя преданной. Разочарование, которое она сейчас испытывала, проглядывалась в ее словах, в ее взгляде и даже в действиях. Она резко закрылась и теперь смотрела на парня, как на врага номер один. Джин понял, что сильно просчитался, когда решил попросить ее об этом.

— Я просто пытался нас вытащить, — начал оправдываться он, чувствуя, как сам внутри закипает. Он не ощущал злости к самой девушке, но вся эта ситуация слишком долго держала его в напряжении. Путешественник из-за всех сил старался себя держать в руках, однако у всего был предел, и его терпению тоже. — Нас отсюда только чудо вытащить сможет, ты это понимаешь?!

— Да я лучше подохну, чем добровольно уступлю ей свое тело!

Попытки Джина оправдаться лишь сильнее распаляли огонь внутри нее. Она искренне не понимала его вспышки, и это ее раздражало еще больше. Разум что-то пытался ей выкрикнуть, но буря эмоций, бушевавшая внутри от обиды и разочарования, напрочь заглушала его. Аривии только начало казаться, что она нашла опору в этом странном мире за пределами ее клетки, даже поверила ему, а теперь... теперь она была убеждена, что он ничуть не лучше других.

— Милые бранятся, только тешатся, да?

За своей перепалкой ни Джин, ни Аривия не заметили, как появился Гранц и Фениз. В руках у них была веревка, тянущаяся от корабля. Оба стояли крепко на ногах и, сколько б Джин не присматривался, не могу увидеть признаков того, что и они попали в ловушку зыбучих песков.

— Почему?..

— Потом свои вопросы позадаешь, — оборвал его бывалый моряк. — Сейчас вас нужно вытащить. Вот, держите.

Гранц протянул Джину веревку. Ни он, ни его компаньон не решались подойти к заложникам песков поближе, чтобы помочь им. Джину и его спутнице нужно было дальше действовать самостоятельно.

Путешественник обернулся к Аривии. Он не стал ничего говорить, просто обвязал веревку вокруг нее. Девушка никак на это не отреагировала. Весь ее пыл в одночасье куда-то делся, оставив после себя горькое послевкусие. Между ними вновь образовалась невидимая стена, напоминая о том, что они все-таки чужие друг другу люди.

Джин между тем принялся обвязывать и себя. Он старался вообще ни о чем не думать, не до того сейчас было. К тому же, он понимал, что ни к чему хорошему это не приведет. Мысли в голове проносились одна за другой, но никакая из них не смогла зацепить парня, слишком уж железно он был настроен.

«Стоило это упрямство проявить чуть раньше и в другом отношении» — услышал он где-то на задворках разума и тут же об этом забыл.

Когда Джин закончил, он посмотрел на Гранца. Он и его помощник, — который, к слову, вообще никак не давал о себе знать, — уже были в боевой готовности. Каждый из крепко держал веревку двумя руками и теперь только ждали команды. Джин ее дал после того, как, получив молчаливую покорность своей спутницы, покрепче обхватил ее одной рукой, после чего кивком дал понять, что они готовы. Гранц и Фениз не стали медлить и сразу же дернули веревку. Джин почувствовал только как веревка врезается в его бока и тянет, но она не помогла сдвинуться ему ни на миллиметр. Вместо этого нежданно-негаданно стрельнуло в раненной лопатке, о которой путешественник уже и думать забыл. Вспышка боли прокатилась по его телу, и он скривился, подавив болезненный стон. Это не ушло от внимания Аривии, которая, казалось, ушла в себя. Так оно и было, но она не могла проигнорировать то, как сжалась рука парня на ее талии. Она подняла взгляд и почти сразу поняла, что его беспокоит.

На самом деле она не могла не думать о том, что произошло перед тем, как они покинули Аквамарин. Долгое время девушка провела у дверей каюты, где лежал Джин. Ему оказывали всяческую медицинскую помощь, а она тем временем просто стояла и ждала утешительных вестей. Девушка пыталась себя уверить, что ее не должно это касаться. В конце концов Джин сам пошел на это, она его не просила встревать, но чувство вины от этих размышлений никуда не уходило. Хоть Аривия и пыталась себя убедить, что она здесь вообще не причем, в глубине души она понимала: путешественник связан по рукам и ногам, будь его воля, он бы ее уже бросил, а так...

Чувство вины с новой силой захлестнуло ее и теперь. Сколько бы она не притворялась, что ей в общем-то все равно на судьбу этого парня, она не могла врать самой себе, это было вне ее правил.

Аривия снова посмотрела на Джина и попыталась отстраниться, не обращая внимания ни на потуги «спасателей», ни на веревку, которая то ослаблялась, то дергала ее. Однако ничего из этого не вышло. Путешественник продолжал крепко держать ее и то ли не заметил ее попытки отдалиться, то ли сделал вид, что не заметил. Девушка выдохнула и опустила взгляд, все еще чувствуя себя виноватой.

— Еще раз! — скомандовал Гранц. Он перехватил веревку, словно это как-то могло помочь, и шумно вздохнул и потянул на себя. От перенапряжения он даже покраснел, но бросать дело не планировал. Вот только ситуация никак не менялась, единственный результат, который они получили: слабую отдышку и стертые ладони.

— Гиблое дело, — подытожил все это время молчавший Фениз. Он опустил руки и чертыхнулся. — Мы не можем их вытащить.

Слова были обращены непосредственно к Гранцу, но то, что о них говорили так, будто их не было, не понравилось Джину. Он бросил выразительный взгляд на паренька, но тот, казалось, этого не заметил.

Песок тем временем затягивал их еще больше.

— Надо что-то придумать, — судорожно бросил бывалый моряк. Он посмотрел по сторонам в надежде найти решение под носом, но ничего, что могло бы помочь, не увидел. В какой-то момент его лицо просияло, и он обратился к Фенизу: — Позови остальных, что мы тут вдвоем корячимся.

— Ты слышал капитана, — отрезал Фениз. — Он не может жертвовать командой. Он и так это делает, оставаясь у берегов этого острова-монстра. Кто знает, в какой момент...

Он не успел договорить, его прервал уже знакомый рев — рев Острова Грез. Видимо, ему надоело ждать.

Земля снова задрожала. Все вокруг ожило.

У всех четверых по спине пробежались мурашки, Аривия даже вздрогнула. Из тени вышел полузабытый страх, который окутал каждого, кто слышал этот возглас непонятного существа. Желание бежать поднималось на поверхность, но никто так и не сдвинулся с места.

— Бери веревку! — Гранц очнулся первым и принялся делать хоть что-нибудь, однако Фениз его как будто не слышал. — Эй!

Наконец, парень будто очнулся ото сна и рассеянно глянул на мужчину. Будучи в каком-то оцепенении, он все же взялся за веревку, но так и застыл.

— Это не имеет значения, — произнес он так тихо, что Джин не сразу разобрал слова, но почти сразу их понял и ужаснулся этой мысли.

Гранц с ним церемониться не стал и просто хлопнул его по спине так, что парнишка чуть не грохнулся на землю. Это помогло. Его лицо снова приняло живое выражение, и он даже собирался начать ругаться, однако моряк остановил его:

— Потом выскажешь мне пару ласковых. Лучше возьмись за работку, у нас тут двое голубков, которых надо вытащить.

Сам Гранц не особо верил, что что-то получится. До этого же не получалось, верно? Но он, будучи тем, кто вылезал из самых невообразимых передряг и приключений, был склонен верить в чудеса, а сейчас было самое время для них.

Решимость приятеля передалась и самому Джину. Ему даже показалось, что земля ослабила свою хватку... Или нет? Парень прислушался к своим ощущениям и действительно! Он уже не чувствовал стягивающих объятий песка.

Джин завопил, что есть силы:

— Вытаскивай!

Это сработало как спусковой крючок. Гранц и Фениз разом дернули веревку и с удивлением обнаружили, что бывшего сопротивления нет, наоборот, его будто и вовсе не было. От неожиданности они упали на землю. Следом за ними свалились и узники песка, только теперь они не были по пояс в земле. Все вразнобой облегченно выдохнули, но спокойствие им могло присниться только во сне. Снова раздался рев.

— Ну? Где вы там, черт вас дери! — послышался голос капитана, а после и он сам показался. Его косматая голова выглядывала из-за борта. — Сматываемся!

Джин подскочил на ноги. Он помог подняться Аривии, и все четверо поднялись на корабль. Они почти сразу отплыли, оставляя позади кровожадный остров, рев которого еще долгое время доносился до них, словно напоминание, от какой опасности им удалось сбежать.