Глава 106. Лучи славы

Звук его приземления был настолько громким, что любой мог себе представить, насколько это было больно.

Почему он должен был упасть именно лицом вниз. Вспомнив знакомую фразу, услышанную в начале матча, и выражение «я очень несчастен» на лице своего возлюбленного, Гу Янь, наконец, кое-что подтвердил.

Его Цюцю сделал это нарочно.

В этот момент лоб Хайдиса избороздили суровые морщины. Однако даже так он оставался чрезвычайно привлекательным, с какой стороны на него ни посмотри. Лёгкая тень, отбрасываемая его длинными ресницами, скрывала пару прекрасных бледно-зелёных глаз.

– Цюцю, будь умницей, – Гу Янь вновь столкнулся с ревностью своего возлюбленного. Сейчас, когда они находились у всех на виду, лучшим выходом была эта фраза.

Под взглядами окружающих, включая шокированных и сомневающихся в собственных глазах судей, он очень естественным жестом взял холодную ладонь призрака.

Юноша держал его за левую руку, и тепло, передаваемое через неё, резко контрастировало с его ледяной сущностью. Когда ладонь призрака мягко сжали, его напряжённый хмурый взгляд смягчился. Не раздумывая, он сжал руку юноши в ответ, его хватка была достаточно сильной, чтобы удержать его, но не настолько, чтобы причинить боль.

Взгляд, который только-только смягчился, вновь стал холодным и отчуждённым. Хайдис наклонился к юноше и тихо напомнил:

– Вознаграждение.

Услышав это слово, Гу Янь снова почувствовал, что личность его Цюцю претерпела искажения в некоторых аспектах. Причём до такой степени, что мог вести себя неуместно послушно.

– Мы поговорим об этом позже... – не успев даже договорить, Гу Янь услышал, как серебряноволосый офицер, чуть прищурившись, согласно хмыкнул.

Вот так человек и призрак стояли рядом, держась за руки. Их действия были едва уловимыми, а учитывая тот факт, что большинство зрителей всё ещё не пришли в себя после потрясения, никто не заметил этой сцены.

Их взгляды были прикованы к блондину, который валялся на земле после того, как его вышвырнули с арены. Этот парень до сих пор не то, что встать – пошевелиться не мог. Он же не упал в обморок, верно?

С самого начала догадавшись о таком исходе, Чжао Хуань не испытывал ни малейшего беспокойства, громко хрустя закусками. Его взгляд упал на сцепленные руки тех двоих, что остались стоять на сцене. Хоть их спины закрывали обзор, он был совершенно уверен, что человек и призрак определённо держатся за руки.

Любовники... или лучше сказать, партнёры. Полностью посвятить себя самосовершенствованию было на самом деле очень скучно и утомительно. Вместо этого Чжао Хуань с большим интересом прислушивался к рассказам своего учителя. Старый мастер как-то упоминал и об укротителях духов.

Говорят, много лет назад в духовном мире было много великих мастеров на поприще укрощения духов. С ними было связано немало любовных историй; эти случаи были необычными или даже шокирующими.

Не нужно тратить много слов на то, чтобы описать, каким потрясением это было для всех, достаточно сказать одно. В те дни выдающиеся мастера укрощения духов, бывало, становились парой с покорёнными ими призраками.

– Наставник, разве Вы не говорили, что люди и призраки фундаментально отличаются? Но, как я погляжу, у них всё в порядке, и грань между жизнью и смертью, похоже, не так уж трудно пересечь, – Чжао Хуань перестал жевать, выражение его лица стало серьёзным.

Хотя он и задал этот вопрос, Чжао Хуань знал, что существуют определённые условия, которые должны быть выполнены, иначе желание быть вместе было бы трудноосуществимым. Тем не менее, человек и призрак, которые выполнили эти условия, внушали ощущение, что эта грань была легко пересекаемой.

У одного было тело, полное энергии изначального хаоса, благодаря чему притягивало удачу, даже если Чжао Хуань не знал, какое значение это имеет в духовном мире, одно этого уже было вполне достаточно. Другая половина этой парочки была ещё более невероятной. Если он решит показать свою плохую сторону, это станет огромной головной болью для всего духовного мира.

– Тц, тогда почему же мы тогда не слышали счастливых историй о любви между человеком и призраком? – серьёзно ответил великий мастер Чжао, поглаживая свою белую бороду, он знал, что его ученик уже знает ответ и спрашивает просто так, из озорства.

Всё это были неопределённые ситуации, в значительной степени зависящие от вовлечённых в них людей. Как мастер прорицания, он не мог поддаваться всяким слухам и высосанным из пальца теориям.

Блондин, отправленный в полёт бесформенной силой, неподвижно лежал на земле, в то время как злой дух продолжал стоять на коленях перед своим «противником». Зрители ломали голову, но всё безрезультатно, они так и не смогли разобраться в ситуации. Всего за несколько мгновений весь зал каким-то образом погрузился в абсолютную тишину. Судьи наконец-то объявили победителя этого раунда.

Победителем, без сомнения, стал Китай. О такой сокрушительной победе нельзя было и мечтать, но темноволосый юноша сумел её достичь. Когда он вернулся на своё место, на лицах каждого из великих мастеров Китая, которые пришли посмотреть матч, было одинаковое выражение «я, должно быть, всё ещё сплю».

Тем временем молодой мастер прорицания из Хэлунь и впрямь был без сознания. По крайней мере, так сказал врач, который подошёл проверить его состояние. Что же касается истинной причины его обморока, то об этом мог знать только призрак, спокойно сидевший рядом с юношей.

Если бы они не видели свирепого образа, продемонстрированного на сцене, то присутствующие мастера прорицания могли бы принять призрака, с опущенной головой играющего с пальцами юноши, за самое послушное создание в мире. Но теперь окружающие просто смотрели на эту пару и изумлялись, как их юному коллеге удалось укротить такого яростного призрака.

Ранее злой дух восстал против собственного хозяина и преклонил колени перед темноволосым юношей. Эта сцена совершенно потрясла многих людей.

В большинстве случаев было трудно побороть контроль укротителя духов, наложенный на приручённый им дух, потому что каждый человек использовал свою технику, и на выяснение конкретного метода требовалось потратить порядочное количество времени и усилий. Гораздо проще было бы непосредственно убить укротителя духов, с которым призрак заключил духовный контракт. После смерти человека контракт автоматически становился недействительным, и не было бы никакой необходимости искать способы его расторжения.

Блондина-иностранца унесли, а злой дух всё ещё стоял на коленях, не позволяя никому приблизиться к себе. В конце концов, это же был не обычный призрак, а озлобленный.

Прежде чем кто-либо успел отреагировать, они увидели, как в руке темноволосого юноши возник талисман с нарисованным на нём заклинанием. Никто из мастеров прорицания, даже те, кто специализировался на талисманах, не могли узнать его, на первый взгляд он казался похожим на беспорядочные каракули.

Но раз уж юноша достал талисман, в этом должен быть какой-то смысл. В следующий момент Гу Янь доказал правоту их предположений.

Тех, кто обладал изначальной энергией, можно было назвать избранными, другим оставалось лишь завидовать да ревновать. Когда эти счастливчики использовали свои способности, энергия соединялась с их собственной духовной силой, повышая эффективность их заклинаний.

Хоть этого нельзя было увидеть невооруженным глазом, но все присутствующие мастера прорицания ясно чувствовали чистую и неподдельную духовную ауру, окутывающую юношу.

Когда эта духовная энергия проникла в талисман, тот немедленно активировался. В следующую секунду договор, сковывавший злого духа, рассыпался в прах.

Все остолбенели, включая представителей Хэлунь, у которых даже не было шанса вмешаться. Дух, который был освобожден от оков, ничем не выдал перемен. Он продолжал почтительно или, скорее, испуганно преклонять колени перед юношей, пока тот наконец не произнёс одно-единственное слово:

– Идём.

Дух поднялся, последовал за ним и теперь стоял с группой из Китая.

– Дождёмся окончания собрания, а потом отправим его обратно в Призрачный Город, – Гу Янь выдал заранее заготовленный ответ великому мастеру Вэню, когда тот спросил его, как он поступит со злым духом. Ему было нечего скрывать.

– Сяо Гу, ты ведь не использовал никаких техник контроля... – едва начав, великий мастер Вэнь остановился. – Просто сделай вид, что я ничего не говорил. Тебе виднее, как нужно поступить.

Юноша, скорее всего, использовал какие-то тайные искусства, о которых он не знал, иначе злой дух не повиновался бы ему с такой готовностью. Ну и поскольку они были тайными, посторонний вроде него не имел права расспрашивать об этом.

Столкнувшись с вопросом великого мастера Вэня, Гу Янь предпочёл промолчать в знак немого согласия. Это недоразумение было удобным, так как нельзя было сказать, что это именно Цюцю принудил злой дух к покорности. Более того, его Цюцю был в сто раз более деспотичным, чем этот злобный призрак, да к тому же занимал трон Призрачного Города на протяжении тысяч лет.

Но даже учитывая такой послужной список, предвзятый Гу Янь, очевидно, считал, что его Цюцю самое послушное и милое создание на свете.

После этого инцидента, не говоря уже про Хэлунь, даже нейтральные страны едва не сочли, что Китай их всех надул.

Разве не говорили, что китайский отдел укрощения духов пришёл в упадок? Что случилось с их намерением отказаться от участия?..

Они должны были сдаться, а не прикидываться свиньёй, чтобы съесть тигра [1]!

[1] Прикинуться свиньёй, чтобы съесть тигра – притвориться слабым, чтобы застать противника врасплох.

Надо признать, старые мастера из Китая держались с достоинством, чувствуя на себе сложные взгляды представителей других стран. У каждого из них было спокойное и собранное выражение лица, с каким они могли бы неторопливо потягивать чай.

Лишь Небесам было известно, что в глубине души они уже были готовы к тому, что Китай потеряет свой статус в этом году. Теперь же им казалось, что всё происходящее – сладкий сон наяву.

Они никак не ожидали, что новичок, которого они завербовали в последнюю минуту, окажется настолько способным. Но кого это сейчас заботило... Китайское отделение укрощения духов в течение стольких лет подвергалась насмешкам, и теперь у них наконец появился шанс вернуться и сокрушить своих оппонентов.

Два слова: прекрасное чувство

Upd: уважаю тех, кто дождались главу, — другим соболезную