Глава 100. Встреча после разлуки

Сотрудник, доставивший карту и приглашение, был обычным человеком, который не пробудил божественное око. Строго говоря, из всей духовной организации призраков могли видеть только мастера прорицания. Остальные сотрудники были гражданскими лицами из разных стран, их статус в организации определялся фракцией, которая их прислала.

Например, на пост председателя могли претендовать лишь те, кто входил в тройку лидеров духовной организации, и они должны были соревноваться за него. Глава менялся каждые два года, но существовала также возможность продления этого срока в зависимости от условий выборов и наличия конкуренции.

Этот год был началом нового двухлетия, и перераспределение рангов на духовной конференции неизбежно повлияло бы на позиции руководства из разных стран. Поэтому неудивительно, что соперничество на этот раз было неестественно интенсивным. Даже небольшие страны будут бороться изо всех сил ради получения высокого балла.

Если обычный человек не наденет специальное оборудование, то не сможет увидеть сверхъестественных существ вроде призраков. Поэтому, когда курьер передал пакет темноволосому юноше, стоявшему у двери, выражение его лица было совершенно спокойным.

С его точки зрения, единственным обитателем квартиры был этот молодой человек, и он совершенно не обращал внимания на холодный блеск бесформенного существа без физической оболочки. Это создание прильнуло к юноше, очень интимно обнимая его сзади за талию.

Хоть курьер и не мог ничего этого увидеть, он всё равно чувствовал, как холодеет затылок от чьего-то пристального взгляда, но просто списал краткий момент дискомфорта на собственное воображение.

– Спасибо за Вашу тяжёлую работу, – как только странное чувство прошло, посыльный услышал голос опрятного юноши, которому было достаточно просто стоять в дверях и улыбаться, чтобы его собеседник почувствовал комфорт и умиротворение.

Сохраняя эту вежливую улыбку до тех пор, пока дверь наконец не закрылась, Гу Янь протянул руку к пространству, которое казалось пустым для посторонних глаз, и погладил его. Он коснулся чёрных волос призрака, который в данный момент опёрся подбородком на его плечо. Чёрные как смоль волосы не были стянуты в узел, а свободно рассыпались по плечам. Они ни в малейшей степени не казались растрёпанными, скорее придавали мужчине мягкую и расслабленную ауру.

Причина, по которой Гу Янь это сделал, заключалась в том, что он заметил перемену в настроении своего возлюбленного. Если кто-то приближался к Гу Яню, то он тут же впадал в уныние, но при этом его было очень легко успокоить.

– Цюцю, будь умницей, – продолжая поглаживать, юноша ждал, когда его возлюбленный поднимет глаза, после чего почувствовал поцелуй на своей щеке.

Его чувство собственничества возрастало с каждым пережитым миром, и будучи объектом этой бездонной привязанности, Гу Янь был прекрасно осведомлён об этом.

По какому-то совпадению, его возлюбленный всегда оказывался главным злодеем, на котором лежала ответственность за разрушение мира. Если эту бескрайнюю пропасть не заполнить, то конец этих миров было бы нетрудно представить.

Но спасение мира от гибели не было причиной, по которой он стал тем, кто заполнит эту пустоту.

– Никто не может отнять то, что принадлежит тебе, – чувствуя, как пронизывающий взгляд впивается в его тело, Гу Янь опустил голову и разорвал доставочный пакет. Он не заметил, что в тот момент, когда прозвучали его слова, пара тёмных и бездонных зрачков резко сузилась.

Какие-то неясные воспоминания, казалось, снова всплыли в его сознании, но так же быстро исчезли. И снова он не смог ухватиться за них. Но держать этого человека в своих руках было достаточно. Бледный призрак покрепче обнял темноволосого юношу, прищурив глаза и наслаждаясь теплом, исходящим от человеческого тела.

Если бы кто-то забрал его...

Почему ему казалось, что нечто подобное уже случалось раньше? Даже если он пытался не думать об этом, тупая боль в груди не желала уходить.

В прошлом... был кто-то, забравший самое дорогое для него существо. Хотя он замучил этого человека до смерти самым жестоким способом, он так и не смог найти своё самое драгоценное сокровище.

Это был первый и последний раз. Он потерял своё сокровище из-за того, что недостаточно хорошо его охранял, и сколько бы он ни ждал, тот человек так и не вернулся.

Ожидание, которое наконец-то подошло к концу, было поистине невыносимым. Он бессознательно прижал к себе человека, который рассматривал содержимое свёртка. Когда юноша повернулся и озадаченно посмотрел на него, Се Лань легонько поцеловал его в губы.

Наблюдая, как вопрос в его глазах превращается в беспомощность и снисходительность, Се Лань скользнул языком меж его губ и отстранился.

Это счастье было слишком сильным, настолько сильным, что ему казалось, будто его сердце вот-вот вновь начнёт биться...

Призрак мог обладать телом, но у него не было тепла, и при нормальных обстоятельствах не должно быть пульса. Человеческое сердце обязано биться, призрачное – нет.

Многие свежепочившие призраки намеренно сохраняли сердцебиение, поскольку не могли принять тот факт, что их больше нет в живых. Но через некоторое время они постепенно смирялись.

Сердцебиение было ненормальным явлением для духов. Они больше не были людьми, и им не нужно было притворяться, чтобы обмануть самих себя. Живой пульс медленно затихал в холодной густой тишине, больше некому было его слышать – такова была реальность для большинства призраков.

Вероятно, причиной, по которой его сердце показало такую реакцию, было то, что всякий раз, когда он видел юношу, в нём пробуждалось желание жить. И счастье, которое он испытывал от тепла человеческого тела, было сродни лучу света в бескрайней тёмной бездне; даже самое холодное сердце растаяло бы.

– Мне нравится А-Янь, – прошептав эти слова, король призраков нахмурился и поправил себя: – нет, не так. Люблю.

Люблю. Это слово было более подходящим. Се Лань счастливо прищурился, зарывшись лицом в шею юноши, точно кот.

Ему нужно крепко держать своё драгоценное сокровище.

Гу Янь чувствовал себя так, словно к нему подкрался большой кот, ласкаясь и требуя внимания. Более того, его возлюбленный так крепко обнимал его, отказываясь отпускать, как будто хотел слиться с ним.

Хотя Гу Янь не мог точно сказать, какие эмоциональные колебания переживал мужчина, по прошлому опыту он уже мог догадаться в общих чертах.

– Мне тоже нравится Цюцю, – оторвавшись от чтения письма с приглашением, Гу Янь поцеловал холодную шею призрака и улыбнулся: – Хм... это не «нравится». Это «люблю».

Подражая манере речи своего партнёра, Гу Янь увидел внезапную вспышку в глубоких тёмных глазах, которые были устремлены на него. Он запечатлел поцелуй на лбу мужчины.

Его возлюбленного было очень легко задобрить. Само собой разумеется, он ни капли не обманывал, это были его искренние чувства.

Поэтому следующие несколько минут прошли в борьбе за то, чтобы всё-таки закончить чтение письма, пока его противник пытался отвлечь его случайными поцелуями. Запомнив содержание, Гу Янь небрежно бросил послание на стол.

По сути, письмо просто уведомляло его, что он примет участие в духовном собрании. Непосредственным пропуском была карта из чёрного кристалла, которая также являлась его удостоверением личности.

Чёрная кристальная карта была невероятно тонкой, точно крыло цикады. Тем не менее, её поверхность была гладкой, без узоров или букв, трудно было поверить, что с её помощью можно «удостоверить личность».

В письме была также строчка, поясняющая назначение карты, но как автору, Гу Яню, естественно, не нужно было её читать.

Кристаллическая карта не содержала ничего, кроме микрочипа, на который была записана личная информация пользователя. Независимо от события, эта карта была сродни универсальному пропуску.

По установке, она также включала в себя пропуск на духовную конференцию.

– Какую внешность А-Янь хочет, чтобы я принял, когда мы пойдём туда? – чмокнув юношу в мочку уха, тихо спросил Се Лань.

Он знал, что на духовном собрании будет много людей, которые смогут узнать короля призраков. Так что, если бы он появился в своём нынешнем обличии, это, вероятно, перепугало бы многих слабонервных людей до смерти.

Но если уж ему предстояло изменить внешность, он хотел, чтобы она нравилась юноше. Так что он поднял эту тему.

Гу Янь не знал почему, но когда он услышал этот вопрос и подумал, что его возлюбленный ждал в этом мире очень долгое время, он вдруг вспомнил о том, что оставил другого человека в первом мире безнадёжно ждать.

– ... Эли, – задумавшись о внешности, Гу Янь невольно пробормотал это имя.

Тот Хайдис... Его Цюцю ждал, когда он вернётся обратно в тот мир. Различие в потоках времени между измерениями привело к тому, что Гу Янь всегда мог найти своего возлюбленного сразу по прибытию в новый мир. Однако его возлюбленный был вынужден ждать в одиночестве в каждом из миров.

Это имя заставило Се Ланя застыть. Он инстинктивно понял, что юноша зовёт его.

Проникнув сквозь пространство и время, в его сознании возникли какие-то невероятно абсурдные обрывки воспоминаний. Однако, какими бы нелепыми они ни казались, Се Лань знал, что они настоящие.

Это были другие миры. Если он когда-нибудь жил в других измерениях, то наверняка любил этого человека так же сильно, как сейчас.

– Эли... – на этот раз тон Гу Яня явно изменился. Он замер, глядя на красивого мужчину с серебряными волосами.

– Мгм, – ответил серебряноволосый офицер, не сводя бледно-зелёных глаз с юноши. Вслед за этим его губы тронул лёгкий изгиб – столь редкая для него улыбка.

Его ожидание наконец завершилось. Это было поистине чудесно.