27

– Внимательно смотри под ноги и поторапливайся. Королевам не пристало бегать, но тебе придется идти быстрее, – Витан освещал путь факелом.

– Не думай, что я, как остальные королевы, зациклена на том, что я королева, – Марина ускорила шаг.

– Ты так болезненно восприняла, что я первый вышел из клетки.

– А ты полагаешь, что не должен был меня пропускать?

– Занятная у нас тема для разговора.

– Куда сворачивать? – спросила Марина, дойдя до пересечения мрачных коридоров.

– Сюда, – недолго думая, сказал Витан и повел ее по завешанному паутиной коридору.

– Не подожги факелом паутину.

– Отличная мысль! Подожжем дворец – сгорит ко всем чертям!

– Марина, пожар нам незачем, – Витан ступал по грязному полу.

– Вообще-то я сказала это несерьезно, – королева следовала за ним.

– Зная твое отношение к Нептунии, я принял это за чистую монету.

– Я не бездушная, как она.

– Ты бы не выбиралась отсюда под моим руководством, если бы я считал тебя бездушной, – сказал Витан и остановился перед закрытой дверью. – Расплавишь замок?

– Без проблем, – вдохновенно произнесла Марина. – Подержи, – она отдала факел.

Не касаясь замка, окутанного паутиной, она направила тепло рук к нему. К ладоням прилила знакомая согревающая сила, но донести ее до замка почему-то не удавалось, он отторгал тепло. Марина поднесла руки ближе, но ощутимой пользы это не принесло – он не плавился, не уступал ее силе. Пренебрегши собственной брезгливостью, она сняла паутину, обхватила его и повторила процедуру. Тщетно.

– Он не плавится, – Витан осветил замок двумя факелами.

– Он заколдован, и моя сила на него не действует.

– Я знаю дорогу только через эту дверь.

– А здесь что? – она указала на другую дверь, расположенную рядом с первой.

– Я там не был.

– Тут нет замка. Пойдем этой дорогой?

– Я не знаю дороги через эту дверь. Мы скорее заблудимся, чем найдем Нептунию.

– Вдруг дороги через обе двери одинаковые?

– А вдруг за этой дверью ловушки?

– Рискнем! Надо выбираться отсюда!

– Я выбью дверь, – сказал Витан о первой, – и пойдем дальше.

– На ней заколдованный замок, ты ее не выбьешь, – Марина, имевшая несладкий опыт выбивания дверей, потянула за ручку второй.

Витан дернул ее за руку, едва не подпалив ее светлый хвост:

– Там может быть опасно!

Ничего не ответив, Марина открыла дверь и увидела кромешную темноту. Рассмотреть что-либо было невозможно.

– Дай факел.

Забрав факел, она ступила шаг и...

– А-а-а! – она летела в глубокую пропасть.

– Марина!!! – закричал Витан, не успев схватить ее.

– А-а-а!!! – она выпустила факел, он улетел вниз и скрылся из виду. – Вита-а-а-ан!!!

– Марина! Ты где? – Витан метался около двери, не зная, что делать.

– А-а-а!!! Помоги... – Марина не договорила, потому что в рот хлынула вода.

Без глотка воздуха в легких она упала в глубокий бассейн, больно ударившись лицом и животом о воду. В жабрах проку не было – благодаря им в подводном мире дышали воздухом. Ничего не соображая, она барахталась в воде. Изгибаясь всем телом и задыхаясь, она из последних сил поднимала себя вверх. Одежда намокла и стала тяжелой. Вдоволь наглотавшись воды, Марина в конце концов вынырнула и при первой же попытке вдохнуть воздуха, дико закашлялась.

– Марина, ты как? Ты где? – крикнул Витан, услыхав кашель.

– Я не знаю, – откашлявшись, прохрипела она.

– Куда ты упала?

Она осмотрелась: ее окружали четыре голые каменные стены.

– Я... я упала в бассейн.

– Бассейн?

– Тут холодно и неуютно... – Марина держалась на воде. – Ай! – вскрикнула она, почувствовав укус. Она высунула руку из воды и увидела кровоточащую ранку. – Ай! – что-то укусило за ногу.

– Что там? – Витан склонился над пропастью. Марины видно не было, бассейн был далеко внизу.

– Что-то кусается! – ответила она. – Ай!..

– Вылези из бассейна, я туда прыгну! – крикнул он.

– Зачем? Мы вдвоем окажемся в ловушке!

– Иначе я тебя не освобожу! Сверху ничего не видно.

– Здесь нет выхода, – оглядываясь, Марина болтала ногами и заметила в воде надвигавшуюся стаю мелких рыб. – Ай! – рука снова пострадала. – Это они кусаются! – поняла она.

Она погребла к стене, возле которой была деревянная дорожка, немного возвышавшаяся над водой. Рыбный косяк настигал ее, она гребла с предельной скоростью. Рыбки кусали, но она, не поступаясь, плыла к дорожке.

– Проваливайте! – она выплюнула воду.

Зубастые рыбы осадили и впились в тело. Она барахталась, отгоняя их. Добравшись к дорожке, она вынырнула и оседлала доску. Затем она встала на ноги, лишив рыбок ужина, и оперлась о стену.

В бассейн плюхнулось что-то тяжелое, разбрызгав соленую воду.

– Витан! – Марина нагнулась и протянула руку. Отбиваясь от рыб, он поплыл к ней. – Они хуже саблезубой моли, они меня всю искусали!

Ее тело в самом деле было покрыто укусами. Они пекли и чесались. Витан терпел укусы. Хищные рыбки, подобно саблезубой моли, отгрызали лоскуты одежды, но живились не тканью, а людьми, попадавшими в бассейн.

Витан схватился за руку, Марина помогла забраться на дорожку. Промокшие пловцы стояли на доске и, смахивая с лица воду, не могли отдышаться.

– Зачем ты прыгнул? Отсюда невозможно выбраться!

– Не может быть, – Витан оглядел стены. – Люк! Смотри, там люк!

На стене, у которой стояли жертвы рыбок, он заметил ржавую крышку люка, ведущего неизвестно куда. На тот момент бегство через него было единственным способом покинуть холодную пропасть.

Витан махнул головой в сторону люка. Держась за стену, они короткими шажками передвигались по узкой доске.

Рыбки грызли потухшие факелы, плававшие в бассейне, а, выпрыгивая из воды, впивались зубами в деревянную дорожку и отгрызали щепки.

– Они перегрызут доску! – Марину колотило.

– Не перегрызут, ты иди быстрее, – Витан сосредоточенно ступал по бревну.

Она ускорила шаг, и нога тут же соскользнула с доски, подвергшись укусу.

– Осторожнее! – Витан схватил ее за локоть.

– Быстрее и осторожнее не получается.

Кое-как они дошли до люка. Крышка была достаточно высоко – на уровне головы. Королева протянула левую руку и, применив телекинез, рывком сорвала крышку. Она упала в воду и пошла ко дну. Решив, что их чем-то угостили, рыбки бросились к ней, но, осознав ошибку, вернулись и продолжили разгрызать дорожку.

– Как сюда залезть? – Марина заглянула в люк и увидела длинный темный туннель.

– Я тебя подсажу, – Витан тоже заглянул туда.

– Хорошо, но... – она осеклась, не нащупав на голове корону. – Корона! Я потеряла ее в бассейне!

Витан слегка обомлел:

– Она на дне бассейна?

– Я упала сюда с короной, – вспоминала Марина. – Почему я раньше не заметила, что потеряла ее?! Как ее достать?

– Чтобы ее достать, надо прыгнуть в бассейн с этими миловидными рыбками, – Витан взглянул на стайку, сбившуюся около них.

– Вдруг они сожрали мою корону? – растерянно произнесла Марина. – Я отвечаю за нее головой, мне нельзя ее терять.

– Она им не по зубам, но мы ее тут не оставим. Надо побороть рыб и забрать корону.

– Блестящая идея, но как их побороть?

Рыбки разгрызали доску. Слезы подступали к горлу королевы.

– ...Я придумала.

Витан вопросительно посмотрел на нее.

Она осторожно присела, согнув ноги в коленях, и вытянула руки над водой.

– Ты покормишь рыб руками? – спросил Витан. Со стороны поступок именно так можно было расценить.

В руки ударило тепло и передалось воде. Марина распространяла жар по бассейну, над ним поднимался легкий пар. Следя, чтобы рыбки не цапнули ее, она грела воду и злобно улыбалась. Почуяв беду, рыбки засуетились, горячая вода пришлась не по вкусу, они искали воду попрохладнее, но даже на дне им было жарко.

Пар над бассейном густел, Марине с Витаном стало душно, они обливались потом. Некоторые рыбки всплывали кверху брюхом. Наконец-то вода начала закипать, они забились в судорогах, не желая умирать, но их судьба была решена – королева безжалостно варила их в крутом кипятке.

Витан закашлялся из-за густого обжигающего пара. Марина перестала истязать рыбок, так как все они плавали дохлые на поверхности воды.

– Это было несравненно, – Витан похлопал ее по плечу, – но нырять в кипящий бассейн не менее вредно, чем в кишащий кровожадными рыбами.

– Сейчас доставать корону никто не будет. Мы вернемся, когда вода остынет.

– Не знаю, как ты, а я сюда не вернусь, – Витан подавил приступ кашля.

Он подсадил Марину, и она забралась в туннель. Потом она помогла Витану залезть в тесную неудобную трубу. Как только он оторвал ноги от дорожки, она раскололась.

Туннель был темным, имел неприятный запах и множество разветвлений. Куда ползти – они решали наугад.

* * *

Во дворец Нептунии Эмильда, Солика и Тьер пробрались через потайные подвальные ходы. Года, прожитые Соликой здесь, не прошли даром – она изучила их досконально.

– Тут могут быть ловушки, – она аккуратно ступала по давно исследованному коридору.

– Чьи это тени? – Эмильда заметила на стенах чьи-то силуэты, явно не принадлежащие ни ей, ни Солике, ни Тьеру.

Десятки теней хаотично двигались, извивались, били себя по голове и даже танцевали.

– Мы в Коридоре Теней, – сказала Солика. – Здесь живут тени жертв Нептунии, они не уходят, потому что ждут своего освобождения и жаждут возмездия.

– Кто может их освободить? – Тьер поднес факел близко к стене: тени не исчезли.

– Тот, кто убьет Нептунию. Вои во дворце, слышные отовсюду – это вои жертв Нептунии. Их задача – сводить ее с ума.

– Они давно выполнили задание.

– Нептуния злая, но не сумасшедшая. Вои должны мучить, выводить из себя, сводя с ума, но ей нисколько не жаль убитых по ее воле людей, поэтому они не влияют на нее.

– Людей не видно, а тени шевелятся, – поежилась Эмильда.

Вскоре тени пропали. Ребята шли, путаясь в гадкой паутине, прилипавшей к одежде.

– Коридор Теней закончился? – сказала Эмильда.

– Мы не прошли тень-отшельницу. Она живет отдельно от остальных и не любит визитеров, не подходите к ней близко, – сказала Солика.

– Почему она не живет вместе с другими тенями?

– Ходят слухи, что она жила с ними. Однажды ее обидели, она ушла и поселилась отдельно. Вот она, – Солика показала на высокий человеческий силуэт, притаившийся в углу.

Тень была неподвижна и угрюма. У теней не было лица, но настроение отшельницы читалось по ее очертаниям.

Солика шепотом произнесла:

– Я слышала, отшельница хочет вернуть себе жизнь и отомстить Нептунии за свое убийство.

– Тень возможно вернуть к жизни? – Тьер стал напротив отшельницы.

– Мне говорили, нужно отдать Верховному демону души десяти живых людей, и тень оживет...

Внезапно выскочили ручища отшельницы, хапнули Тьера и потащили к стене. Тень взвыла и ударила его головой о стену.

Девчонки схватили его за шиворот и потянули назад, но тень оказалась сильнее. Она била его о стену, он сопротивлялся и вырывался. Эмильда с Соликой взяли его за руки и, выламывая их, потянули к себе. Тень не отпускала его, она обожала причинять боль и видеть страдания.

– Тяни, Эм, – крякнула Солика, и они вдвоем дернули Тьера.

И все трое завалились на пол. Отшельница спрятала руки в стену и замолкла.

– Не удивительно, что она живет отдельно! Кто ее вытерпит? – Тьер погладил поцарапанный лоб.

– Я же говорила, что ее надо обходить стороной, – сказала Солика.

– Пойдемте отсюда, – Эмильда встала и помогла подняться остальным.

Они продвигались вглубь нижних отсеков дворца. По словам Солики, оттуда начиналась быстрая и легкая дорога в Темный Зал.

Они прошли большую часть пути и думали, что страшнее щупальцев артоний ничего не встретится. Старая дряхлая лестница, на первый взгляд, не представляла опасности, но Тьер, словно предчувствуя неприятность, сказал:

– Эта лестница не моложе Нептунии.

– Если не бежать по ней... – Солика застыла, увидев, как он проваливается куда-то вниз.

Лестница затрещала и проломилась, то ли не выдержав веса Тьера, то ли не стерпев его замечания. Солика с Эмильдой ринулись к месту пролома.

– Тьер, куда ты провалился? – Эмильда подползла к дыре.

– Ты как? – Солика старалась не давить своим весом на край дыры. – ...На чем ты сидишь? – она оторопела. – Ты не поранился?

Тьер не понял:

– Я просто упал. Чем я мог пораниться?

– Тьер, ты на копья упал! – Эмильда не верила тому, что видела: помещение, в котором он находился, сплошь было усеяно острыми золотыми копьями. – Как ты не напоролся на них?

Тьер непонимающе смотрел на нее, не видя вокруг никаких копьев.

– Копья? Где вы видите копья?

– Ты сидишь на них! – вымолвила пораженная Солика.

Тьер встал и, протерев глаза, посмотрел на то место, где сидел.

– Теперь ты стоишь на них.

– Вам померещилось, – он поднял глаза на подруг.

– Не померещилось! Мы с Соликой видим одно и то же, – сказала Эмильда.

– Эм... – сказала Солика, разобравшись в несуразице, – мы видим это, но в действительности копьев нет. Это иллюзия, обман зрения. Нептуния так оберегает некоторые помещения от вторжения посторонних. На самом деле копьев нет. Подумай сама, как Тьер остался невредимым, упав на них?

– Но... Нептунии по нраву устанавливать настоящие копья, иллюзии не для нее. Иллюзии – это слишком безобидно, – после недолгих раздумий изрекла Эмильда.

– Хитрость ее безгранична. Ты не ожидала увидеть иллюзию, а она именно ее тебе представила. Ей по нраву делать то, чего от нее не ожидают.

– Вы видите то, что моему зрению недоступно? – Тьер одной фразой расшифровал Соликины объяснения.

– Стоял бы ты тут с нами – увидел бы копья, – кивнула она. – Иллюзия задумана так, что ее видно только отсюда.

– Прыгайте сюда, здесь есть выход, – Тьер показална открытый дверной проем. – Я вылезти к вам не смогу – высоко.