Глава 4. Незрячий акробат

Акробатки в разноцветных костюмах, украшенных перьями, блестками и лентами, грациозно порхали под куполом цирка, перепрыгивая с одного каната на другой. Изящными движениями они вырисовывали в воздухе замысловатые узоры, которые извивались и меняли форму, растворялись и снова появлялись, пока не вспыхивали светлыми искрами и не осыпались на сцену внизу.

Лучи света, следующие за девушками, отражались в расшитых камнями корсетах и высоких сапогах с небольшим каблуком. Яркий макияж делал их лица слишком идеальными и похожими друг на друга. Акробатки улыбались, скрывая усталость, пока внизу за ними снова и снова наблюдали старшие циркачи.

Во время репетиций отдых был непозволительной роскошью, а лень - недопустимым поведением, за которое обычно наказывали, увеличивая тренировку.

Девушки совершали опасные прыжки без страховки, а вокруг них в это время летали созданные световой магией редкие маленькие птицы. Их выступление было идеальным, но рука молодой женщины, стоящей у арены внизу, все равно взметнулась вверх.

- Стоп!

Музыка остановилась. Птицы и символы пропали. На место белому свету пришел блекло-желтый магический огонь, который тут же зажегся в сотни факелах вокруг арены. Послышались тяжелые вздохи.

- Мы только начали, а вы уже совершаете ошибки. Что происходит?

Девушки перешли по канатам к деревянным платформам и виновато посмотрели вниз, переминаясь с ноги на ногу. Бояна, остановившая работу, сложила руки на груди и цокнула так громко, что это было слышно даже под куполом. Ее короткая черная куртка из кожи и пышная юбка с фиолетовыми и зелеными подкладками хорошо сочеталась с бледно-изумрудными волосами и подведенными большими глазами. На первый взгляд она выглядело мило, но весь этот образ исчезал, стоило Бояне открыть рот.

- Через два дня Цирк устраивает грандиозной шоу, на которое прибудут влиятельные люди из Рубиновой двадцатки. И вы хотите показать им это?!

Некоторые парни циркачи за спиной Бояны покачали головами и вернулись к распаковке украшений для сидений.

- Невена, Озра, Ксин! У вас глаза на заднице или что? Вы заняли канаты, которые в середине танца займут огненные танцоры. Что им делать прикажете? Столкнуть вас вниз?

Откуда-то послышались смешки.

- Это не смешно! В вашем выступлении только у одного циркача глаза на нужном месте. - Бояна сошла с арены и глянула в темный угол наверху. - Как иронично, что он слепой.

Тьма под куполом сотряслась и пошла трещинами, когда в воздухе появились ленты света.

- Благодарю за столь точное наблюдение, Бояна. Ты помогаешь мне чувствовать себя особенным.

Женщина фыркнула и отвернулась, а Блайнд прыгнул на центральный канат, который был самым толстым и прочным, и поймал равновесие еще до того, как худые ноги коснулись опоры. Белоснежные волосы замерцали на кончиках от изобилия блёсток и пыльцы. Тонкие бледные губы, вытянутые в дружелюбную улыбку, острые скулы и аккуратный нос были единственным, что не скрывала плотная белая повязка, обтянутая вокруг головы. Её края сзади скрывались под воротником голубого пиджака. Рукава были закатаны и открывали вид на тонкие запястья и длинные пальцы, которые ловко перебирали струны различных инструментов, хватались за канаты во время трюков и натягивали тетиву лука.

Блайнд присел, не поддерживая себя руками, и опустил голову вниз. Справа послышались недовольные возгласы.

- Блайнд, ради Богов. Пожалуйста, будь осторожен.

Невена приземлилась на канате позади и потянула свою тонкую ручку в перчатке.

- Мы знаем, что ты самый ловкий из нас, но...

Блайнд скрыл улыбку в воротнике рубашки и сиганул вниз. Невена взвизгнула. Он часто прыгал с канатов на арену, поэтому его дыхание не перехватывало, а кожа не покрывалась мурашками. На полпути он призвал Нуби - световую сову. Птица, окутанная лучами, расправила крылья, схватилась за воротник Блайнда и замедлила его приземление. Он спокойно коснулся ногами арены и повернулся к Бояне. Видеть Бояну Блайнд не мог, но чувствовал исходящую от нее враждебность.

Нуби пролетела вокруг несколько кругов и исчезла ярким светом за спиной.

- Почему ты не поглотишь её? Сможешь превращаться в сову.

- Я не хочу.

- Этот навык может спасти тебе жизнь в будущем.

- Нуби и так спасает мою жизнь.

Блайнд отвернулся от Бояны, заканчивая разговор, поднял голову и помахал Невене, которая продолжала ругать его за опасные маневры.

- Кто так делает?! Ну вот кто, а?!

Блайнд потянулся, разминая мышцы, вышел на прохладный утренний воздух и направился в сторону своего шатра. Крифы, которых недавно привезли с земель Эрроса, приглушенно рычали на дрессировщиков из клеток и впивались зубами в металлические прутья. У них были мощные лапы, острые широкие клыки и длинный хвост с шипами, способными пробить человеческую руку насквозь.

Блайнд присмотрелся магическим зрением и увидел вокруг крифов ярко-желтый ореол с легким мерцанием. Именно по этим аурам он ориентировался в мире, который не мог познавать с помощью глаз.

В нос ударил сладковато-пряный аромат травы фенун. Её выращивали специально для разбушевавшихся животных, но некоторые поджигали высушенные стебли и вдыхали дым, чтобы расслабиться. Ивет запрещала делать это перед выступлениями, потому что циркачи становились слишком вялыми.

- Осторожнее, Блайнд! - крикнул дрессировщик. - Смотри, чтобы тебе не откусили голову.

Блайнд благодарно кивнул, хотя посчитал заботу излишней. Все в Цирке знали, что отсутствие зрения не мешало ему обладать молниеносной реакцией. К тому же, другие органы чувств словно усиливались, чтобы компенсировать небольшой недостаток. Если вдруг крифы сбегут из клеток, Блайнд будет первым, кто это почувствует и займет безопасное место. Но циркачи беспокоились за него по привычке, уже не вкладывая особого смысла в свои предостережения, поэтому Блайнд просто принимал их переживания.

Он перешёл через узкий ручей, который появился на территории Цирка после недавних дождей, и зашел в шатер. Магия предупредила его, что внутри был человек, поэтому Блайнд тихо поправил плотную штору за собой и сделал шаг вперед.

На полу валялись грязные мужские вещи, от которых пахло потом, и атрибуты для выступлений: факелы, шляпы, металлические цепи. Блайнд делил этот шатер с еще четырьмя парнями, которые не отличались особой чистоплотностью. Исключение составлял разве что Паки, но большую часть времени этот здоровяк с густой щетиной и глубокими рваными шрамами на предплечьях либо спал, либо тренировался с гантелями для номера. На его фоне Блайнд выглядел тростинкой, которую можно было сломать одним движением руки.

Сегодня до обеда у Паки был выходной, поэтому он мирно устроился на гамаке в дальнем углу, повернувшись лицом к стене. Блайнд тихо прошёл к концу шатра. Его гамак висел выше остальных рядом с небольшим самодельным проемом. Через него он иногда вылезал по ночам, усаживался на металлический каркас и вслушивался в звуки умиротворенного Цирка. В это время Нуби обычно летала где-то неподалеку, защищая своего хозяина. Сова приглушала свой свет, приобретая более реальные очертания и сливалась с обстановкой. Несмотря на хорошо развитое чутье, Блайнд не мог подмечать все детали. Нуби была его глазами каждую секунду его осознанной жизни. Она была его другом и семьей. Именно поэтому он не мог поглотить её.

Чтобы немного скоротать время, Блайнд начал складывать вещи, которые оставил на комоде после вчерашнего выступления. На все это понадобилось минуты три. Может, четыре. Его гардероб состоял только из нужной одежды и умещался всего на двух полках. Когда-то кто-то из циркачей предлагал подарить Блайнду какой-нибудь дорогой кафтан или сапоги, он отнекивался, и просил что-то более полезное. Например, специальные перья для стрел, магия в которых помогала лучше управляться с луком.

Нуби, сев на специальную полку возле гамака, издала тихое шипение. Блайнд выпрямился и прислушался, поворачивая голову ко входу. Послышались торопливые шаги, а потом кто-то резко одернул ткань.

Невена.

Блайнд шагнул в сторону, когда девушка пронеслась мимо него и рухнула в кресло, в котором обычно сидел Паки.

- Ты не могла бы вести себя потише?

Невена его вопрос проигнорировала.

- Блайнд, я красивая?

- Не думаю, что ты должна спрашивать об этом у меня.

Закончив с вещами, Блайнд запрыгнул на комод, снял колчан со стрелами и начал проверять их.

«Придётся выйти в лес и насобирать ветви белых деревьев».

- Но ты же видишь всех своим особенным зрением.

- Для меня все люди красивы.

- Потому что одинаковые?

Блайнд задумался.

- Наоборот. Потому что все отличаются друг от друга.

Невена цокнула. Блайнду не нужны были глаза, чтобы знать, что прямо сейчас девушка крутит прядь розовых волос у плеча. Пышная подкладка юбки шумела от каждого движения. Блайнд чихнул от сильного цветочного аромата, который всегда следовал за Невеной.

- Это так нечестно!

- Пожалуйста, будь потише. - Снова попросил Блайнд и указал в сторону Паки. - Ты же не хочешь создавать себе проблемы?

- Паки всю ночь занимался со своими тяжестями! Ничто на свете его сейчас не разбудит. Блайнд! Хватит считать свои стрелы!

Блайнд тяжело вздохнул и отложил колчан.

- Рэйн снова тебя кинул?

- Я видела, как они с Озрой целовались после тренировки. Но она же совсем некрасивая. Этот курносый нос и помада... Видел бы ты тот противный розовый цвет.

- Это так ужасно.

- Что он в ней нашёл? Я гораздо красивее.

Блайнд почесал кожу под повязкой, и присмотрелся к Невене магией. Ее аура полыхала от испытываемых эмоций, переливалась насыщенными розовыми и красными оттенками.

- Рэйн вытирает об тебя ноги.

- Но он такой красивый, - протянула Невена.

- Он затащил тебя в постель, а потом рассказал об этом своим друзьям.

- А ещё он умеет доставлять незабываемое удовольствие.

Блайнд выдохнул.

- Рейн накричал на тебя и назвал навязчивой.

- А как он поёт. Помнишь ту песню? Он же написал её специально для меня.

«Боги, помогите мне».

- Ты ему не нужна.

- Конечно, нужна! Что за глупости ты говоришь?

- Тогда подожди, пока Рэйн не переспит с Озрой. Вы сразу станете лучшими подружками, потому что обе будете зависеть от него.

«А вместе с вами еще половина наивных молодых девчонок».

Рэйн и Блайнд дружили, если эти отношения можно было так назвать. Их нашли на улицах Ночных роз примерно в одно время. Они оба были новенькими и стали держаться вместе, привыкая к Цирку. Спустя года вместо тихого пугливого мальчика появился статный уверенный в себе парень, который в свободное от выступлений время приставал к циркачкам. Это Блайнда ничуть не задевало. Его задевало то, что Рэйн составлял рейтинг девушек и делился ими с другими парнями, превращая все в своеобразное соревнование.

- Что мне делать? - чуть ли не хныча, спросила Невена.

«Должен ли я сказать ей, что вчера вечером Рэйн ходил в шатер к Бояне? Нет. Лучше не стоит».

- Почему ты спрашиваешь у меня?

- Ты же дружишь с ним.

- Потому я и говорю, чтобы ты держалась от него подальше.

Судя по шлепку, Невена закрыла лицо руками и глухо застонала. Блайнд шагнул к ней, чтобы хоть как-то успокоить, но тут девушка резко вскочила и куда-то понеслась.

- Паки!

- Что ты...

Послышалось недовольное бормотание и шорох ткани.

- Паки. Паки! Ты меня слышишь? - кричала она на весь шатер.

- Отвали, Невена.

- Давай встречаться!

Блайнд не сдержал смешок. Он прислонился к комоду и сложил руки на груди, пока Невена продолжала тормошить Паки.

- Что за хрень ты несёшь?

Их энергии сплелились, и Блайнд пришел к выводу, что Невена стояла к Паки очень близко.

- Пожалуйста, Паки. Мы же с тобой уже...

- Замолчи! - Парень вскочил с гамака и начал толкать Невену в сторону выхода. - Эй, Блайнд. Не слушай ее. Она сама не знает, о чем говорит.

- Ага.

Началось что-то, что смутно напоминало драку. Невена принялась бить Паки по груди и животу, а тот стоял на месте и даже не шевелился. Он был выше ее и гораздо больше и всегда почти не дышал, потому что боялся ненароком причинить боль своими массивными руками.

Их разборка была такой громкой и грандиозной, что Блайнд не сразу почувствовал присутствие еще одного человека. Обойдя парочку, он подошел ко входу как раз в тот момент, когда ткань потянули на себя.

- Ксин?

- К тебе там пришли. - Девушка наклонилась к Блайнду и прошептала. - Что это с ними?

- Любовные разборки.

Две тёмные фигуры притаились у входа на цирковую площадь. Блайнд перескочил через небольшую перегородку, засунул руки в карманы и, не обращая внимания на крики парней позади, двинулся в сторону гостей.

Девушки не повернулись, когда Блайнд встал между ними. Тьма сплелась со светом.

- На что смотрите?

- Они привели новых, - прошептала Андрэйст.

Послышался стук колес о каменную дорогу, топот маленьких ног и тихие всхлипы. Ивет вновь нашла кого-то в Ночных розах.

Блайнд непроизвольно сжал руки в карманах и расширил свою магию на территорию перед цирком. Шесть энергий. Шесть детей, которых Ивет спасла. Или, наоборот, обрекла. Четверо из найденных обладали теневой магией. А это значило, что скоро за ними приедут и заберут в кровавый город.

Такими были их правила, которые распространялись даже на тех детей, которые родились с совсем небольшим количеством магии.

Световые оставались в Цирке.

Теневые отправлялись в Банстреф.

Навстречу Ивет вышли циркачи. Они поприветствовали детей и повели их в главный шатер, чтобы накормить и переодеть в чистую одежду. Пройдет несколько часов, прежде чем их жизнь разделится на «до» и «после».

- Идёмте. - Блайнд развернулся и направился к шатрам, где хранили инвентарь для выступлений. - Хотите перекусить?

Палачей выпускали в город не часто, и Блайнду льстило, что в каждый свой выходной Андрэйст и Эйдинар приходили к нему. Хотя многим циркачам не нравилось, когда девушки появлялись возле Цирка.

Это в детстве они все были равны, когда временно оказывались под опекой Ивет. Потом между циркачами и палачами возводилась высокая неприступная стена, которую никто не хотел преодолевать. Поэтому дружба Блайнда с Андрэйст и Эйдинар казалась остальным странной и даже оскорбительной. Сколько раз ему говорили, чтобы он перестал водиться с палачами. Ведь ни один циркач не ходил в Банстреф добровольно. Зато девушки любили приходить в Цирк и иногда даже смотрели выступления, сидя на балках в тени под куполом. Об этом кроме Ивет никто не знал, а она позволяла, потому что привязывалась ко всем детям, которых нашла.

- Мы посидим здесь и подождем тебя. - Эйдинар указала на деревянный коробки, сложенные у каменного забора. - Не хотим, чтобы у тебя снова были проблемы.

«Проблемами» девушки называли осуждающие взгляды в его сторону после каждой их встречи.

Блайнд нехотя кивнул. В столовой он взял бумажные пакеты и до верха заполнил их выпечкой, мясом и овощами, а в другую руку взял большую кружку травяного чая с ягодами. Кожу закололо, когда несколько пар глаз уставились на Блайнда, но он проигнорировал их и вышел на улицу.

Вернувшись, Блайнд протянул девушкам пакет и кружку и сел рядом, не боясь запачкать белые штаны. Подул прохладный ветер, который предупреждал о приближающихся сильных дождях. Блайнд вдохнул уже знакомый ему аромат карамели и гари и расслабился.

- Как у вас дела? - спросил он и откусил край булочки с сахаром.

Андрэйст тяжело вздохнула. Видимо, рассказать было что.

- Я чуть не убила Юну сегодня, - ответила Эйдинар с набитым ртом. - Помнишь ту тварь, которая постоянно ко мне лезет?

- Такую сложно забыть.

- Она отобрала мою жертву. Представляешь?

- И ее тело до сих пор не нашли где-нибудь в канаве? Удивительно,- поинтересовался Блайнд. Андрэйст тихо хмыкнула и отпила чай. - Что случилось?

- Юна облила Эйдинар грязной дождевой водой сегодня, - ответила Андрэйст, потому что ее подруга разбиралась с куском мяса. - Сказала, что сделала это случайно.

- Я тоже случайно влепила ей по носу и выбила зуб, - добавила Эйдинар. - Если бы не Анэйтис, я бы и нож ей в глотку вонзила случайно.

Блайнд засмеялся, хотя чувствовал, что эта ситуация не отпускает Эйдинар. Ее действия были грубее обычного, и дышала она часто и рвано. Как будто прилагала усилия, чтобы сдерживать эмоции.

Она всегда так делала, когда злости внутри становилось слишком много. И даже в тот день, когда Блайнд увидел их впервые. Тогда Ивет нашла на улицах пятнадцать детей. Среди них особо выделялись две девчонки в заляпанной кровью одежде и темно-красным ореолом, от которого было трудно дышать. Остальные дети боялись их, а вот Блайнд нет. Он был единственным, кто подошел к ним в столовой и принес два больших пирожка с ягодами. Энергия Эйдинар в тот момент напоминала стеклянный шар, готовый вот-вот взорваться и разнести все вокруг.

- Когда будет следующий заход? - Блайнд решил сменить тему. - Ивет сказала, что вам в последнее время привозят много преступников.

Блайнд почувствовал, как едва заметно вздрогнул воздух. После небольшой паузы Андрэйст сказала:

- Через два дня.

- Так быстро?

- Рубиновая двадцатка приказала проверить тюрьмы в дальних городах. Сейчас они везут в Банстреф не только тех, кто убивал, но и кто совершал грабежи или пошёл против влиятельных семей.

«Но ведь это неправильно», - подумал Блайнд, а потом вспомнил, что именно так решались дела с неугодными.

- Локсум знает?

- Даже если знает, то ничего не сделает. - Эйдинар убрала в сторону пакет и скрестила ноги, усаживаясь поудобнее. - У них закончились рычаги давления. Уверена, что уже через пару лет Гахартом будет управлять Рубиновая двадцатка, а не кучка самоуверенных глупцов в мантиях.

- Боюсь, что тогда не только Банстреф окрасится в алый, но и вся страна.

Блайнд почувствовал, как кожа на щеках начала гудеть от блесток, которые остались после репетиции. Он попытался стереть их, не задевая повязку, и ощутил внимание Андрэйст.

- Помочь?

- Да, пожалуйста.

Андрейст макнула края плаща в чай и потерла Блайнда по щекам.

- Ничего, если повязка намокнет?

- Ничего.

Послышалось шуршание пакета и причмокивание. Видимо, Эйдинар решила прикончить последнюю булочку.

- Глаза больше не болели? - спросила Андрэйст.

- Нет.

- А видения?

- Кое-что было, но пока не уверен, - размыто ответил Блайнд.

Руки Андрэйст замерли у лица. Она тонко чувствовала, когда он пытался что-то скрыть, и никогда не настаивала. Из-за этого Блайнд всегда испытывал необходимость поделиться с ней.

- Я видел девушку, - начал он, концентрируясь на прикосновениях холодных пальцев. - В тюрьме. - Теперь и Эйдинар внимательно смотрела на Блайнда. - Она выглядела слабой и потерянной. А еще... как будто равнодушной. Так выглядят люди, которых в этом мире ничего не держит.

- Ты знаком с ней?

- Нет. Но я помню ее энергию.

Андрэйст убрала руки.

- Хочешь сказать...

- Возможно... Она была с нами во время ритуала.

Бесконтрольная магия еще два столетия назад стала основной проблемой Гахарта, поэтому Локсум обязал всех детей в возрасте от десяти до двенадцати лет пройти круэнтру. Два месяца бессознательного состояния, в течение которых магия приходит в норму, а дети возвращаются домой с уверенностью, что в будущем их сила не навредит ни им, ни людям вокруг.

Главной особенностью ритуала было то, что весь процесс стирался из памяти детей. Однако Блайнд помнил энергию тех, с кем проходил круэнтру. Потому то он и заинтересовался Андрэйст и Эйдинар, когда увидел их впервые. Потому то они и подружились и дружили до сих пор.

Между ними была магическая связь. И Блайнду всегда казалось, что она существовала всегда, а круэнтру только усилил ее.

- Значит ли это, что мы скоро увидим ее? - поинтересовалась Эйдинар.

- Трудно сказать. Ее местонахождение может стать препятствием, - ответила Андрэйст. - Интересно, почему она в тюрьме.

Блайнд покачал головой. Его видения не давали ответов на вопросы. Просто картинки настоящего, которые могли повлиять на будущее. В видениях были и другие, но Блайнду не хватало сил разглядеть их внимательнее или понять, где их искать. Отчего-то ему казалось, что они все должны встретиться.

- Сюда едет Анэйтис, - вдруг сказала Андрэйст и быстро поднялась на ноги. - Видимо, за найденными детьми. Нам надо уходить.

Глава Банстрефа не особо радовалась, когда замечала двух своих подопечных рядом с Цирком. Анэйтис придерживалась жестких границ и поощряла вражду между палачами и циркачами. Блайнд был уверен, что причиной служили ее разногласия с Ивет.

- Встретимся позже? - предложил он.

- Мы придем после следующего захода в Банстрефе, - ответила Эйдинар и, проходя мимо, по-дружески потрепала его по плечу. - Смотри, не сорвись с каната, пока нас нет.

- Подожду вашего возвращения, чтобы вы могли увидеть мое грандиозное падение.

Послышался женский смех, и Блайнд приложил все усилия, чтобы этот звук заполнил каждую клеточку его тела, растворился под кожей и остался внутри навсегда. Ведь смех помогал хотя бы на время забыть, через какие ужасы им пришлось когда-то пройти.